72 дня
Столы были расставлены вдоль стен, чтобы в центре осталось место для танцев. Музыка лилась ровно, без рваных переходов - кто-то скидывал треки в общий плейлист. Свет был тёплым, рассеянным, немного приглушённым. Никто не орал, не снимал, не пытался включить фронталку - камеры были выключены, телефоны убраны в карманы.
Праздник начался. Неофициальный. Без зрителей.
На одной из тумб стояли пластиковые стаканчики, рядом - бутылки, закуска, тарелки с чем-то жирным и тёплым. Смешивался запах алкоголя, дезодорантов, пота и ещё чего-то - пролитого пива, сладкого коктейля, красной рыбы, еды. Всё вместе пахло так, как и должна пахнуть съёмочная тусовка ближе к ночи.
Ульяна сидела на широком подоконнике у открытого окна. Свитер, уже немного съехавшиеся с плеча. В руках - стакан с вином. Или чем-то, что было вином в начале. Сейчас там что-то алое, со льдом. Ветер шевелил пряди. Она смотрела вниз, в тёмный двор, где кто-то курил на ступенях.
- Ещё будешь? - подошёл Лёха с бутылкой.
Она чуть повернула голову: - Только если оно не сладкое.
Он налил, рассмеялся, что-то сказал про терпкое - она кивнула рассеянно, не запомнив слов. Просто снова уставилась вниз.
В другом конце зала - Ростик. Он стоял, облокотившись на дверной косяк, с полупустым стаканом чего-то крепкого. Спина чуть согнута, взгляд по кругу. Не улыбался. Молчал. Пил в одиночестве, будто считывал всех и сразу.
Их разделяло человек пятнадцать. Кто-то танцевал, кто-то спорил, кто-то обсуждал будущие сезоны. Все уже подшофе. Лица стали мягче, смех - громче.
Они не разговаривали. Ни слова. С самого начала вечера.
Он смотрел - пару раз. Она - отвечала взглядом. Но каждый раз, когда их глаза встречались, один из них отводил взгляд первым. Без слов. Без жестов. Как будто игра в молчанку, у которой нет правил, только напряжение.
Когда музыка стала громче, все потянулись танцевать. Кто-то завёл общее "давай, в круг!", кто-то начал хлопать. Ульяна встала с подоконника, пошла налить ещё - и случайно задела плечом Ростика. Мягко. Едва ощутимо.
Они не извинились. Не пошутили. Не отреагировали никак.
Он просто посмотрел на неё, но не резко. Спокойно. Она - не взглянула вовсе. Как будто его не было.
Только пальцы на стакане чуть сильнее сжались.
Прошёл час. Или больше. Алкоголь сделал своё. Речь у всех стала медленнее, кто-то уже сидел на полу, кто-то заснул на диване. Кого-то вывели на улицу. Ульяна смеялась с Аней и двумя парнями у стены - её голос звучал легче, чем обычно, но глаза блестели как стекло. Не от смеха. От всего.
Ростик в этот момент пил прямо из горла. Бутылку отставил, сел на корточки у , опустив голову назад. Просто сидел. Не вмешивался. Ни во что. Ни в кого. Он был здесь, но как будто отдельно.
Иногда он поднимал взгляд - и смотрел на неё. Но так, чтобы она не заметила.
Иногда она ловила его отражение в окне. И тоже не реагировала.
Кто-то включил медляк. Люди начали медленно сближаться. Пара человек обнялись, кто-то сел на подоконник и запел. Ульяна, слегка покачиваясь, взяла свой стакан и вышла на лестницу - проветриться. Ростик не пошёл за ней. Он остался. Прислонился к косяку и закрыл глаза.
Они оба были пьяны. Но абсолютно трезвы внутри.
И так прошла ночь.
Случайные взгляды. Редкие касания. Молчание между ними громче любой песни.
И ни одного слова.
Музыка в квартире гремела басами, стены будто вибрировали от бита, а люди постепенно утопали в алкогольной истоме. Смех, чоканье бокалов, запах пиццы, кальяна, сладких напитков - всё перемешалось в один вечерний водоворот.
Ульяна сидела на мягком диване у стены, свесив одну ногу на край. Очки она сняла, положив рядом, и теперь лениво щурилась, разглядывая собеседника - кого-то из старых знакомых. Бокал в её руке давно опустел, но она продолжала его держать, водя пальцем по стеклу.
Ростик же стоял ближе к балкону, в кругу других, с бутылкой в руке. Щёки алели, голос стал громче обычного, но взгляд всё чаще срывался на неё. Никаких слов. Только мимолётные взгляды. Иногда тяжёлые. Иногда будто случайные.
Они не разговаривали весь вечер после разговора. Даже когда прошли мимо друг друга у кухни, даже когда случайно задели плечами в коридоре.Только молчание, натянутое и плотное, как пар над горячим асфальтом.
Но потом - неожиданно. Ростик оттолкнулся от стены, оставив бутылку на подоконнике, и двинулся прямо к ней. Ульяна заметила его приближение краем глаза, но не пошевелилась. Только уголок губ чуть дёрнулся - то ли от усталости, то ли от напряжения.
- Через три дня тур, - сказал он, не садясь рядом, просто нависнув чуть сбоку. - Ты там, как обычно? Выкидоны, истерика, бан мне на двое суток? - усмехнулся, в голосе зазвенело что-то хрупкое.
Ульяна медленно повернула к нему голову. Несколько секунд просто смотрела, будто всматриваясь в пустоту между ними.
- Зависит от того, будешь ли вести себя как клоун, - сказала тихо, почти равнодушно. - Впрочем... теперь уже всё равно.
Ростик чуть приподнял бровь:
- То есть, если опять не понравлюсь - будет не 72 часа, а 72 дня, да?
- Я могу и навсегда, если надо, - прозвучало сухо, без доли эмоций.
Он усмехнулся, кивнул:
- Логично. Просто уточнил. - И уже собираясь развернуться, бросил через плечо: - Удачи на турнире, Ульяша.
- Спасибо. - Она вернула взгляд к пустому бокалу. - Тебе тоже.
Разговор закончился. Ни намёка на прошлое. Ни попытки оправдаться. Только острые слова, будто иглы в подушке. Всё, как они и умели: колко, сдержанно и холодно.
А потом - снова музыка. Снова шум. Люди смеялись, играли в что-то за столом. Только между ними по-прежнему тянулась та самая пауза. Глубокая, невысказанная. Как глоток горького вина в самый неподходящий момент.