Волчица

Следующее утро наступило для меня неожиданно. Не успела я подняться с кровати, как к нам в комнату, тяжело дыша, вбежал Эрд.

— Нас назначили сопровождать Эрена до суда! Давайте быстрее!

Помню, как Петра что-то недовольно бурчала себе под нос. Как нехотя натягивала на себя форму. Впрочем, я, спавшая лишь часа три, не больше, тоже особой бодростью и радостью не отличалась. Вся прошедшая ночь была посвящена мыслям, что зародились в моей буйной голове после моих случайно высказанных слов. Впрочем, ответ Леви был не менее странным и неожиданным. Только это не помогало, а лишь наоборот, усугубляло всю ситуацию в целом.

Позавтракать нам не дали. Как оделись, сразу двинулись за повозкой с Эреном, нацепив на себя УПМ. Одно дело ехать по безлюдной местности и совершенно другое, когда ты проезжаешь по улицам города. Горожане все смотрят на тебя. То ли со страхом, то ли с отвращением. На сам суд нас, к сожалению, тоже не пустили. Мы остались сидеть в комнате ожиданий, дожидаясь начальство. Рал о чём-то спорила с Оруо, Эрд, усевшись у окна, читала найденный на полке экземпляр какой-то научной работы. Выглядел он неважно. Оставшийся после моего удара синяк был довольно заметным. Иногда я ловила на себе обеспокоенные взгляды Петры. Но даже если она все знает, то поднимать эту тему подруга явно не собиралась. Ее пугало все, что могло посеять внутренний конфликт в команде. И, впрочем, ее опасения я понимаю.

Поднявшись с дивана, я подошла к зеркалу. Синяки под глазами, бледный вид лица, да наспех сделанный хвост не придают мне обаяния. И что только Эрд во мне нашёл? Марта бы наверняка в гробу перевернулась, если б узнала, что можно привлекать мужское внимание без косметики и навороченных причёсок.

Отойдя от зеркала, я подошла к окну. Провела рукой по белым шёлковым шторам, затем, развернувшись, тупо уставилась в одну точку на деревянной двери. Заняться было нечем. Петру отвлекать от разговора с её возлюбленным не хотелось, к Эрду подходить и вовсе стеснялась. Только вот как раз таки дружеского общения мне сейчас и не хватало. Переживания тяжёлым грузом лежали на моей спине, не давая выпрямиться. Сама просила Эрена не волноваться, а в итоге нервничаю больше всех. Дело даже не в моей сильной жалости к пацану, хотя это тоже имеет место быть. Если его казнят, мы потеряем нить надежды на что-то большее, чем просто блуждание по незнакомой местности. Сколько раз Смит выводил солдат ради того, чтобы что-то найти? Неужели он упустит ключ на разгадку тайны, что находится прямо под его боком?

— Все переживаешь на счёт Эрена?

Я подняла голову. Передо мной стоял Джин, внимательно смотря мне в глаза.

— Есть немного. — честно ответила я, отводя глаза в сторону.

— Страх - неотъемлемая часть нашей жизни. — философски заметил он, становясь рядом со мной. — Мы по своей природе вынуждены бороться со страхом.

— На этот раз на кону стоит нечто большее, чем одна жизнь. — мои руки сами собой нащупали ткань штор и принялись ее мять. — Мы не должны потерять возможность для человечества.

Эрд усмехнулся, рассматривая закрытую книгу у себя в руках.

— Раньше тебя волновала только месть. Сейчас думаешь о человечестве?

«Изменения заметны тем, кто внимательно на тебя смотрят»

Я сглотнула нервный комок, наконец, отпуская бедную ткань. Эрд повернулся в мою сторону в ожидании ответа. Только вот что ему я могла ответить? Да и разве его вопрос не прозвучал риторически?

Послышался тяжёлый вздох.

— Не думай о том, что произошло вчера. — кажется Петра услышала сказанные Эрдом слова и немного напряглась. — Что бы там ни было, мы все ещё боевые товарищи. Друзья. Знаешь, дружба на поле боя самая сильная. Казусы ее не сломают. Так что можешь разговаривать со мной как раньше.

А на душе действительно стало легче. Будто камень свалился. Только вот камень, а не тот тяжёлый валун из волнения и страха перед неизвестным. А ведь действительно, когда меня стало волновать будущее человечества? Разве я не хотела, как Эрен, просто истребить как можно больше титанов? Только Эрен сам титан. Какая ирония.

— Улыбаешься?

Я посмотрела в глаза Эрда. Они у него очень нежные, практически отцовские. Было бы здорово, если бы он был моим братом.

— Ребят, сыграем в карты?

Петра подошла к нам, сжимая в руках колоду карт. Откуда она их только вытащила?

— Я за, но только чтоб капитан не видел. — добродушно согласился Оруо.

Петра выжидающе уставилась на меня. Ну, в принципе карты не самое дурное, что я делала. Почему дурное? Потому что в карты в основном играют солдаты военной полиции и нашего капитана это безумно раздражает.

— Пошли.

Мы уселись на полу раскладывая карты. Раздавала Петра. Быстро, мастерски. Оруо только сидел и улыбался с гордостью смотря на неё. Сам наверняка учил.

— Может на желание? — предложил Оруо.

А вот и возможность отыграться. Ну, скажу так: кто не рискует, тот не пьёт шампанского. Желание заставить Оруо мучаться затмило все мои здравые рассуждения и на некоторое время заставило забыть о суде над Эреном. Эрд же воспринял эту идею не слишком радужно. Как-то подозрительно взглянул на меня, поджав губы.

— Я за!

Джин какое-то время молчал, но после того, как Петра дала своё согласие, все же кивнул, соглашаясь. Так и началась наша новая партия, в которой борьба развернулась не на жизнь, а насмерть. Ребята смеялись, когда я забирала карты Оруо, но зато позже смеялась я, подбрасывая новые карты Бозарду. Поквитаться мне хотелось именно с ним.

Благодаря элитному отряду я обнаружила для себя довольно важную вещь. Даже во время самого настоящего ада есть островок надежды. Даже во время трагедии люди остаются людьми. Нам всем необходима разрядка. Нам всем необходимо чувствовать себя людьми. Даже сейчас, когда в зале суда, возможно, решается судьба человечества.

Пир во время чумы?

Ожидай спокойно смертный приговор?

Даже если нам предстоит вечность бороться за мираж, это не будет так плохо. Если бы не было и вовсе надежды. Если бы мы хоть на секунду расстались, бросив нашу общую мечту. Рядом с этими людьми я чувствую себя живой. С ними, стоя плечом к плечу, я готова бороться с демонами, не чувствуя жара ада.

В коридоре послышались шаги. Я с лицом победителя кидаю на пол свои последние карты, дабы все кроме меня с Оруо выбыли.

— Это мой реванш, Оруо! Задание оглашу позже. — бодро говорю я, пока Петра успокаивает Оруо, а Эрд собирает карты с пола.

Когда капитан Леви, Ханджи, и командующий Смит, привели Эрена, я была готова расплакаться от облегчения. Если он с ними, значит, план Смита удался. Значит, теперь у нас есть надежда. Только выглядел Йегер так себе. Его словно хорошенько так побили. Нет. Что я несу? Его действительно побили!

— Уж прости, пацан, по другому было никак. — устало извинился капитан Леви, усаживаясь на диван.

Мы с Ханджи тем временем усадили Эрена рядом с ними. Нос у Эрена был разбит. Я вытащила из кармана куртки платок и протянула его ему. Но вместо того, чтоб утереть кровь под носом, парень выплюнул на него свой зуб.

— Так, посмотрим, отрастет ли он снова! — Ханджи отойдя от командующего, с которым до этого что-то обсуждала, бросилась к Эрену. — Открой ротик!

— Мисс Зоэ... — попыталась остановить её я. — Он и так много пережил! Дайте ему отдохнуть!

— Не парься, она все равно не услышит! — ответил мне за место майора Ханджи Леви.

Ребята встали у стенки, с некой насторожённостью смотря на Эрена. Они не доверяли ему, хотя я изо всех сил пыталась их убедить в том, что его не надо бояться. Почему я сама ему доверяю? Я не видела Эрена давно, и, скажем так, если бы он стал предателем, не думаю, что смогла бы заметить это. Но вот Микасе я доверяла точно. И Армину тоже. Они бы заметили, если бы с их другом было что-то не так. Да и сам Эрен не стал бы нападать на титанов, защищая людей.

— Садись! — приказал мне капитан. — Хватит столбом возле него стоять.

Леви сидел на диване, закинув ногу на ногу и по хозяйски положив руку на спинку дивана. Эта его излюбленная манера сидеть иногда выводила из себя. Послушав его приказ, я опустила свою мягкую точку на диван, сев ближе к Эрену и подальше от капитана, которого, как мне тогда показалось, было слишком много. Даже его запах. Слишком сильный и чарующий запах мыла и чая.

Слишком много запаха Леви, слишком много самого Леви.

— И правда, новый зуб вырос! — восхищенно с неким безумством воскликнула Ханджи, подзывая рукой к себе Эрвина.

Главнокомандующий устало улыбнулся, покачав головой. Ему явно хватило и того что Эрена отдали нам.

— Элитный отряд. — Эрвин вышел на середину комнаты. — С этого момента вы должны будете следить за Эреном Йегером.

— В случае любой попытки сбежать или воспользоваться силой титана со стороны Эрена, разрешается использование силы. — добавил капитан.

Его голос прозвучал так близко, что по моей спине невольной пролегла россыпь мурашек, а руки заледенели. Как оказалась, все это время капитан сидел слишком близком ко мне.

«Слишком близко!!!»

Пытаясь перестать думать об этом, я посмотрела на Петру. Она, стоя около окна, с усмешкой смотрела на меня. Столкнувшись с моим взглядом, девушка подмигнула, от чего у меня невольно открылся рот.

«Какого черта?»

— Пойдём-ка Эрен к окошку. Посмотрим на твой ротик при свете...

Не успела я и слова сказать, как Ханджи взяла Эрена и потащила его к окнам. Ребята хоть и опасливо, но все же подошли к ним ближе, заинтересовано смотря, что делает ученая. Та же продолжала внимательно изучать бедного парня, умоляя Смита посмотреть.

— А что, если капитан Леви тебе его снова выбьет? Надо засечь за сколько минут он появится вновь!

— Мисс Зоэ!

Я хотела встать и защитить бедного парня, но рука Леви схватила меня, заставив невольно сесть на место.

— Не нужно возиться с ним как с ребёнком, Волчица. Как я понял одна нянька у него уже есть.

Не удержавшись я развернулась к нему.

— Вы позволите мучать бедного мальчика?

Капитан лишь цыкнул.

— Никто ему зубы специально выбивать не будет. По крайней мере, сегодня.

— А вам так понравилось зубы выбивать, капитан?

Во мне постепенно закипала ярость. Что бы там не говорили, Эрен — человек и не заслужил, чтоб ему причиняли вред из за интереса. В лаборатории, для изучения способности титанов, да, пожалуйста, но не просто так, ради удовольствия и потехи.

— Мне нравится заниматься другими вещами, но о них тебе знать не следует. — невозмутимо ответил капитан.

— Все мы знаем о вашей невероятной любви к чаю, не надо стесняться! — я отвернулась от него, стараясь унять свои нервы.

Ребята уже во всю занимались Эреном, не обращая на нас никакого внимания. Мое сердце продолжало бешено биться, но я боялась подниматься со своего места. Даже не могу объяснить, почему. Может, у Леви аура такая, притягательная?

Выдохнув, я облокотилась спиной о спинку дивана. Затылком ощутила руку капитана Леви. Блять. Вот по этому и не люблю, когда он так сидит. Вот зачем спрашивается ему так сидеть. Много места занимает!

— Я довольно многогранная личность. — спустя некоторое время ответил капитан. — Мои чувства могут выходить дальше чашки с чаем.

Я повернула голову. Все это время он смотрел на меня, прожигая своими серыми глазами.

— Правда? Интересно, что наш капитан любит больше чая?

— С какой целью интересуешься, Лисса? Или ты будешь не против не только поцелуя?

Дыхание резко сперло. Его голос, такой бархатный и я бы даже сказала, проникающий, приобрёл какие-то таинственные, игривые нотки. Глаза зловеще блеснули. Он словно хищник, ожидавший, что жертва наступит в его ловушку.

«Подождите. Стоп! Остановите время. Остановите и перемотайте немного назад. Что он сказал? Не только поцелуя?!»

В сознании тут же вспыхнул наш прошлый разговор. Я так надеялась, что он забудет, что пропустит мимо своих ушей, как пропускал признания в любви от молодых новобранцев. Но, к сожалению, он не забыл. Не забыл. И снова издевается, пользуясь своим юмором. Только и я, знаете ли, не лыком сшита. Тоже ответить могу. Весь год в этом тренировалась.

— Предлагаете сменить плоскость, капитан?

Его, казалось, бы ответ мой удивил. Даже очень. Полное непонимание на его лице раззадоривало, но длилось оно не долго. Всего несколько мгновений.

— Если так то вынуждена отказать. Чай можно и сидя попить.

— Не играй со мной, Волчица. — усмехнулся капитан. — Тебе это не по силам.

***

К вечеру небо покрыли тучи и пошёл дождь. Я стояла у окна, наблюдая за тем, как дождевые капли скатываются по стеклу. Петра же собирала необходимые для неё вещи в небольшую сумку. Завтра мы поедем в другой штаб, дабы начать проводить эксперименты над Эреном. Ханджи от этой новости была в восторге, Эрен в замешательстве, а мои друзья впали в депрессию.

— Ты даже не представляешь, сколько там будет уборки. — возмущалась Петра, возясь с замком. — Этим штабом уже давно никто не пользовался, а Леви просто не сможет жить в таком бардаке.

— Иногда мне кажется, что ты в него влюблена. — ответила я, продолжая следить за каплями. — Много говоришь о нем.

— Я уважаю капитана. Он мой кумир. Только кумир и возлюбленный разные вещи. Не ревнуй.

— И почему я должна ревновать?

С этим вопросом я развернулась к ней, скрещивая на груди руки. Петра наконец закрыв сумку довольная уселась на кровать, сладко потягиваясь.

— Видела, как ты краснела, сидя рядом с ним.

На меня словно ведро ледяной воды вылили. Краснела? Если Петра это заметила значит и капитан, и Оруо, и Эрд... Это значит что многие это заметили! Но какого черта? Я и краснела? Да смущалась, это так, но не краснела же!

— Мне казалось, что я довольно хорошо сдерживаю свои эмоции.

Петра с теплотой посмотрела на меня.

— Так было раньше, но в последнее время ты оттаяла.

— Оттаяла?

Рал поднялась с кровати и подошла ко мне, хватая мои руки своими тёплыми руками. Карие глаза смотрели с такой заботой, что мое сердце с волнением забилось, будто ожидая чего-то хорошего.

— Мне нравится эта Лисса. — девушка улыбнулась. — Эта Лисса настоящая. Она добрая, весёлая, мягкая. Такая настоящая ты. Не позволяй жизни снова сунуть тебя в ледяную кору! Пообещай, что чтобы не случилось, ты всегда будешь сама собой. Ты всегда будешь настоящей Лиссой. Девушкой, которую я всем сердцем полюбила. Та, кого я смогла назвать своей подругой.

От ее речей мне стало жарко и приятно засосало под ложечкой. Поддавшись эмоциям, я крепко её обняла. Прекрасно понимала, что для неё дружба со мной тоже в такую же новинку, как и для меня, после смерти моих товарищей.

Рал была очень красива и умна, к тому же ещё была членом элитного отряда, где были собраны одни только парни. Да, за одно командование Леви многие девушки могли перегрызть друг другу глотку. Друзей у Рал было много, а вот подруг не было совершенно. Девушки с ней общались, но постоянно ревновали, говоря за спиной гадости. Рал рассказала мне об этом во время очередной бессонной ночи. Тогда я ей пообещала, что между нами не встанет ни капитан Леви, ни дурная ревность или зависть.

Как я уже говорила, у нас не те времена, чтобы думать о мелочах. А я не из тех, кто будет ставить кому-то палки в колёса из-за какого-то мужика. Сами подумайте. Если любовь существует, то она всегда найдёт себе путь. Если мужчина выбрал не меня, значит, в этом виновна судьба и он не мой человек. Любовь — странная вещь. Я ее не понимаю. Дружба, товарищество, идеальный мир без титанов, разведка. Вот что стоит на первом месте и будет стоять всегда. Так что даже если мы с Петрой влюбимся в одного человека, я не стану ревновать и делать ей больно. Я слишком гордая для таких вещей.

— Не так уж сильно я и оттаяла. — смущаюсь.

Петра отходит от меня и смеётся.

— Это нормально, чувствовать и проявлять эмоции. По крайней мере не на вылазке. Все же мы девушки и это нормально. Да и сам капитан Леви хорош.

— Это чем же?

— Сидел так, как будто ты его собственность. — она снова засмеялась. — Руку ещё так держал. Интересная была картина.

Я, отмахнувшись от неё, села на свою кровать. Рядом лежал раскрытый альбом. На слегка желтоватом листе карандашом был начерчен титан, в которого превращался Эрен. Ханджи просила меня его нарисовать. Зоэ так молила об этом, что я просто не могла ей отказать. И да, это не только по тому, что она старше по званию.

— Я просто смутилась, ничего такого.

— Да, и когда это ты стала смущаться рядом с мужчинами? — Петра, подмигнув мне, уселась рядом, положив свою голову мне на плечо. — Что так сложно признать, что тебе нравится капитан?

Ну, так-то да, сложно. Но об этом я говорить не стала. Леви, прежде всего мой капитан, а потом уже мужчина. Обычно отношения не заводят со своими подчинёнными. Особенно ребята из этой троицы. Ханджи, Эрвин, Леви. Они всегда особняком. Мы те, кто может пойти на смерть ради цели. А они — наш мозг. Те, кто благодаря нам, добывают победу для человечества. В военном деле нужно сохранять холодный рассудок, а любовь, а уж тем более какие-то связи, могут быть помехой.

Была, разумеется, и ещё одна причина моего нежелания влюбляться в капитана. Табун его малолетних поклонниц, постоянно признающихся ему в любви. Раньше, глядя на это, мы с Рал лишь смеялись над бедными новобранцами. Всё таки капитана нельзя было назвать самым красивым мужчиной в нашей разведке. Да и его холодность такое себе притягательное качество. Хотя, возможно для кого-то это соблазнительно. По крайней мере, для новеньких уж точно. Леви же - сильнейший воин человечества. Непобедимый и крутой капитан. Холодность его будоражащее дополнение, что само по себе не привлекает, но в комплекте с капитаном становится соблазнительным. Эти девушки выглядели такими жалкими в своих постоянных восторженных воплях и попытках добиться его внимания. Они так отчаянно боролись за него, что казалось, человечество и вовсе отошло на последний план.

«Простите, дорогие титаны, подождите немного, мы хотим с Леви переспать. Это же главный смысл нашей жизни.»

Я видела, с каким отвращением смотрел на них капитан, да и сама симпатии к таким девушкам большой не испытывала. Мне не хотелось полностью посвящать себя любви, как это делала Петра или Эрд. Свобода. Человечество. Свершение великой цели. Вот что было важно для меня. Хотя, может я просто боюсь заводить отношения любовного характера, тем более с капитаном. Леви, как и весь элитный отряд, мой друг, мой наставник. Есть вещи важнее любви. Я не хотела бы потерять его уважение и доверие. Не хотела бы потерять друга, с которым можно проводить одинокие бессонные ночи. Не хотела испортить тупыми чувствами то, что уже есть между нами.

«Только врать себе я тоже не хочу.»

И почему я вдруг подумала о своих чувствах к капитану? Да, возможно, Петра права на счёт того, что перед Леви я стесняюсь. (Главное, чтобы это не стало привычкой) Вдруг я и правда полюбила его? Ну, а что тогда делать? Что, если это правда?

***

Стоя у двери в комнату капитана, ощущаю предательскую дрожь. В животе что-то завязывается узлом, а ладони снова начинают потеть. Я нервничаю. Сильно нервничаю.

— Этого ещё не хватало! Хочешь превратиться в одну из тех наивных воздыхательниц Леви Аккермана? — говорит внутренний голос.

— Да не в жизнь! — отвечала ему я, шепотом смотря на ручку двери, будто от одного только моего взгляда она сама повернётся.

Выдыхаю и снова вдыхаю воздух. Предусмотрительно стучу, после, услышав приглашение войти, быстро залетаю в кабинет.

— Доброго вечера, сэр! — я приложила кулак к сердцу, после чего принялась снимать ботинки.

Перед входом в обитель капитана обязательно снять обувь. Эту привычку капитан выдрессировал у меня, как у собаки. Оставив сапоги у двери, я быстрым шагом подошла к рабочему столу. Быстро. Без промедлений. Если замедляюсь, то снова буду испытывать это волнение, а этого я не хочу. Не люблю чувствовать себя слабой.

— Зачем пришла? — спросил капитан, принимая расслабленную позу и устало смотря на меня.

— Проверить кое что. Потом пойду мыть конюшню.

Леви вопросительно поднял брови.

— Энтузиазм это конечно хорошо, но не кажется ли тебе что ты перебарщиваешь?

Я покачала головой, чувствуя, как сердце поднимается к горлу.

— Вы накажете меня, сэр. Так что это, заранее, чтоб лишний раз слов не тратили.

— И что же ты такого сделала?

— А вот что.

Не теряя времени, наклоняюсь через стол и дотягиваюсь губами до губ Леви. Быстро, чтобы тот не успел отвернуться. На удивление, капитан сидел смирно, дав мне как следует ощутить, что значит: целовать капитана Леви. Его горячие губы медленно, но верно сводили с ума, и мне показалось, что помещение вокруг нас куда-то поплыло. Сначала капитан не отвечал на поцелуй, но спустя время сам приоткрыл мне рот, просовывая свой язык мне внутрь. Я не ожидала, что он мне ответит. Все было так внезапно, что я опешила, не понимая что происходит. Это было так тесно, так жарко. Ноги невольно подкосились, а по рукам побежали мелкие иголочки.

Все, надо это прекращать. Эксперимент прошёл удачно. Результаты неутешительные. Я действительно влюбилась в капитана Леви. Ну уж лучше знать правду, чем как дуре отрицать собственные чувства. Все равно между нами ничего не может быть! Он капитан, я подчинённая.

«Заткнись, заткнись, заткнись! Я не стану очередной поклонницей Леви! Не буду писаться по углам, каждый раз, когда он бросает на меня случайный взгляд. Я, в первую очередь, гордая разведчица!»

Резко прерываю наш поцелуй. Хочу отодвинуться, но капитан сильно сжимает мою руку. Его влажные губы слегка приоткрылись.

— Отпустите, я просто проверила! — дерзко говорю я, пытаясь вырваться. — Знаю, что никаких отношений и никакой любви! И да, хорошо, пойду чистить конюшню!

Несколько секунд капитан внимательно изучал меня холодным взглядом. Что он чувствовал в этот момент понять было сложно. Разозлился ли он, или наоборот, обрадовался? Обычно, девушек с такими предложениями, капитан отшивал быстро. Сейчас почему-то медлит. Стареете, капитан. Хватка уже не та.

— Не надо. — сухо бросил он, отпуская меня. — Знаешь, из всех твоих шокирующих поступков, этот был самый странный. Можешь идти.

Стараясь больше не смотреть в сторону Леви, я подошла к двери и принялась надевать сапоги. Все это происходило в полном молчании. Спасибо, капитану за такую чуткость. Даже удивительно, что он не бросил мне ничего гневного в след. Хоть бы возмутился, для приличия и моего успокоения.

— Доброй ночи, капитан Леви. — бросаю я, перед уходом даже не взглянув на него.

— И тебе доброй, невыносимая женщина.