Блудный сын [ЗАКОНЧЕН]

Вот уже более недели промозглый ноябрьский дождь не отпускал туманный Альбион, медленно погружающийся в зиму. Раннее утро, школьники плетутся по тротуарам встречать новый школьный день. В обнищалой квартирке Транси вот уже с пяти утра горит свет, а воздух наполнен взволнованной суматохой. Сиэль изнывал от высокой температуры, вызванной неожиданно объявившейся астмой. Алоис впервые сталкивался с лечением подобного недуга. Будучи одиноким подростком, сбежавшим из родительского дома, Транси приходилось лечить себя самому. Простуду, грипп и даже ветрянку Алоис лечил самостоятельно. Но астма...

- Ты не говорил, что у тебя астма, - с нахмуренными бровями Алоис кладет компресс на горячий лоб Сиэля. Компресс тут же нагревается, из-за чего Транси швыряет его в скопленную кучу жаропонижающих.

- Говорил, - сипло говорит Сиэль, сильнее укутувшись в одеяло, - но ты, кажется, забыл.

- Я бы такое никогда не забыл... Это же серьезно. Придется в больницу обращаться, если в скорейшем времени тебе станет еще хуже.

Сиэль закашлялся, прикрывая рот сжатым кулаком.

- Не стоило мне ждать Зиглинде на улице, без зонта... - вслух подумал Сиэль, спрятав взгляд. После недолгого молчания, он продолжил: - Я принес тебе много хлопот, наверное...

- Молчи! - заткнул уши Алоис, поднявшись на ноги и прошелестев на кухню. - Не желаю слушать эти травмированно-виноватые извинения.

Сиэля вновь охватил приступ кашля. Транси беспокойно перебрал всю свою аптечку, полную недействующими обезболивающими и жаропонижающими, БАДами и попросту плацебо. О мощных антибиотиках не могло быть и речи.

- Может, вспомнишь как тебя лечили дома? - пробежался Алоис обратно к Фантомхайву. - Тебе давали поесть что-нибудь этакое особенное: кашу или бульон? Или...

- Точно помнить не могу, но такой суете, которую наводишь здесь ты, в моем доме места не было! - раздражённо прохрипел Сиэль, обнимая себя руками и съеживаясь в три погибели. Мучительной озноб пронизывал его тело. - А у тебя не найдётся ещё одеяла?

- Нет... - устало качал головой Алоис. - То, как ты кашлял и задыхался, тогда, утром - это ужасно... Благо ты вспомнил, как правильно дышать при приступе астмы и тебя отпустило. Но вдруг ты снова начнёшь так же кашлять?

- Я уже, как ты мог заметить. Просто... Мне бы ингалятор, пожалуйста.

Алоис смотрит на свой изрядно потрепанный кошелёк и боится его открывать, зная одну простую истину: денег нет даже на продукты. Поэтому лишь тормошит его, ожидая услышать звон мелочи и шуршание банкнот. Но в кошельке лишь пенни. Лишь чёртово пенни... Уволившись из школы, Алоис более не мог найти себе подходящую работу. К Лау, как и к Ханне, обращаться было попросту стыдно... Оттого Транси и перебивался случайными подработками. То в супермаркете, то выгулом собак - всем тем, чем обычно должны подрабатывать средне- и старшеклассники, но никак не взрослый человек. Денег чрезвычайно не хватало, но Алоису было страшно пасть в глазах Сиэля, что с каждым днем все больше и больше полагался на опекуна.

Транси прислушивается к шороху одеяла и топоту босых ног по холодному полу. Сиэль, болезненно сутулясь, с любопытством глядит на пустой кошелёк в руках Транси. Сиэль умный, ему тоже известна одна простая истина: денег нет и на продукты. О каком ингаляторе может идти речь?

- Ты не можешь ни у кого взять в долг? - спрашивает Сиэль, поглаживая себя рукам. Огромная белая футболка, в которой он спит, не может прогреть его знобящее тело, как бы очевидно это не звучало.

- Ты и сам знаешь, - отвечает Алоис, спрятав лицо, - рядом никого нет, не было и никогда не будет, - после недолгого молчания, Транси оборачивается к Фантомхайву с ободряющей улыбкой: - Пойдём снова попытаемся сбить температуру. Вот, - снимает с себя вязаную накидку кремового цвета, - надень. Одеял больше нет, так что...

И Алоис вновь старательно-беспокойно суетится, а Сиэль дрожит под одеялом. Транси до того комично бегает по квартире в суете, что Фантомхайв невольно слабо ухмыляется. Чем-то напоминает далёкое детство, когда тётя Рэд, сталкиваясь носами с обеспокоенными обитателями поместья Фантомхайв, бежала на помощь либо к своей сестре, либо к Сиэлю и все из-за одного дурного недуга: чертова астма. Стук и скрежет тарелок и кастрюль на кухне чем-то успокаивают Фантомхайва. Так звучал дом, когда Сиэль заболевал. Суета вроде бы была, но до того она была спокойной, что обволакивала Сиэля в чувство безопасности, что так и нужно любому больному любого возраста.

Алоис заходит в комнату, тихо чертыхаясь. Сиэль пробует приподняться, но тут же вздрагивает от холода. Присев у больного, Транси подает подростку чашку теплого молока с медом. Сиэль изумленно, будто бы забывшись на несколько минут, встряхивает головой и глядит на чашку. После чего переводит взгляд на опекуна.

- Тебе ведь нравится молоко с медом, так? - с лёгкой неуверенностью спрашивает Алоис. Он хмыкает: - Дома нет денег, зато мёда предостаточно! Спрашивай, я ещё сделаю. И для горла полезно.

Под удивлённый взгляд Сиэля, Алоис лезет в телефон и с некой важной ответственностью читает статью про бронхиальную астму, про то, как жить с ней и чем следует питаться, от чего опасаться. Блондин задумчиво глядит на смятый футон.

- Надо бы кровать купить... И окна заменить на более плотные... Лежать на сквозном полу, будучи больным - как-то не круто, - Алоис пробивает шок, когда приходит осознание собственной новоиспеченной бедности. Блондином овладевает лёгкая неприятная раздраженность. - И... Пожалуй, надо взять кредит.

Сонно вытирая молочные усы, Сиэль всучивает чашку обратно Транси и падает на подушку, слегка стеснительно растягивая рот в зевке. Фантомхайв вдумчиво хмурится, говоря:

- Если все так и продолжится и станет еще хуже, что не сможешь платить по счетам, подавай на банкротство, - Сиэль тихо смеётся с красными от температуры щеками, - суд точно примет решения в пользу тебя. Ты симпатичный.

- А ты у нас оснащён в этом деле? - улыбается Алоис. Иногда Транси удивляла эта некая заинтересованность Сиэля в происходящем обеднении опекуна. Фантомхайв непринуждённо, а иногда даже шутливо подсказывал Алоису - полному нолю в финансах, что же нужно делать в той или иной ситуации. Транси знал, почему так происходит. Сиэль рассказывал, как беднел его отец и как, будучи маленьким мальчиком, Фантомхайв не мог помочь Винсенту ничем. Теперь Сиэлю приходилось достаточно неприятно просто сидеть и наблюдать, поэтому он старался хоть чем-то помочь опекуну.

Сиэль засыпает. Потирая глаза и тяжко вздыхая, Фантомхайв судорожно пытается держаться за реальность, но вот у него вновь поднимается температура и держать глаза открытыми неимоверно тяжело. В полусонном бреду, приправленном температурой, Фантомхайв хватается за запястье Транси, что подготавливал новый компресс. В глазах Сиэля проявляются нечёткие фигуры, но до того родные и светлые, что с губ Фантомхайва невольно слетает:

- Отец...?

Алоис замирает, ощущая на себе мягкий взгляд Сиэля, пропитанный ностальгической меланхолией. Транси безвольно отнимает руку у Фантомхайва. Блондин прячет взгляд в другой руке, влажной от компресса.

- Я... Дома... - Сиэль говорит сипло и очень тихо, но Джиму удаётся услышать всю тёплую радость в данном заявлении.

- Нет-нет... Это место - не твой дом... - говорит дрожащим голосом Транси. - И им оно никогда не будет.

Но Сиэль этого не услышит. Он уже заснул, а на лике его играла лёгкая улыбка, полная грез, мечтаний. И Алоис точно знает, кому и чему адресована эта улыбка. Той аристократичной, наверняка уже богатой семье, тому родному дому - всему настоящему. Транси тяжело, прерывисто вздыхает: приходит осознание, что блондин без Фантомхайва будет лишь влочить свое уставшее тело в бессмысленном существовании. Ведь Сиэль был единственной точкой, благодаря которой Алоис почувствовал себя нужным и живым.

Но и держать чужого ребенка подле себя вечность Алоис не вправе. Транси встает, услыхав телефонный звонок. Выйдя в коридор, блондин понял, что звонит Ханна. И, скрепя сердцем, со всей ненавистью и внутренним отвращением, Алоис отвечает на звонок.

- Я дам тебе денег, только приди! - голос Ханны сбивчив и яростен, но тих. Она тяжело дышала в трубку, принося ушам Транси ощущения отнюдь из не приятных. - Это срочно!

Алоис задумчиво глядит на пустую чашку. Подняв презрительный взгляд, он твердо отвечает:

- Сорок девять фунтов.

- Сдурел?! С-слишком много!

- Иначе не приду. Сиэль болеет, так что нужны лекарства.

- Черт с тобой! - отчаянно восклицает она. Ее голос дрожит. - Прости приди. Приди...

Бросив трубку, Алоис деловито упирает руки в бока, глядя на промозглый дождь за окном.

- М-да уж, - томно и несчастно выдыхает он, - а мы с этой неподогой наверняка родственные души.

***

Проснувшись, Сиэль тут же вскакивает, подгоняемый удивлением от собственного состояния. Температура спала, а горло более не першило, озноб не мучил. Сиэль плюхнулся на подушку, тяжело выдыхая.

Вскоре, он вновь поднялся, осознав, что дома Транси нет. Фантомхайв, поерзав в вязаной накидке, вылезает из под одеяла и встает на ноги. Его взгляд цепляется за туалетный столик, на котором лежит маленькая записка.

"Ухожу, но скоро вернусь. Поправляйся, Сиэль! :)", - измазанным, но старательным почерком гласила светлая, доброжелательная записка. Сиэль сначала хмурится, после чего благодарно выдыхает. Смотря на проливной дождь за окном, Фантомхайв в этой облезлой квартире чувствует лишь солнце, что защитит его от всех невзгод и печалей, и подобных проливных дождей.