Одержимый

Михаэль

Девять часов утра. Я даже не ехал сегодня домой– не вывожу вечер дома и утро. Там ужасно, я чувствую себя херово от одной мысли о Мишели. Мне её присутствие не хватает, она просто снится мне каждый день, и каждый гребаный сон становится всё хуже и хуже.

Я протёр глаза от усталости– они уже болели от большой нагрузки. Сутки не вылазил с ноутбука, и только в туалет ходил. Единственное, что ещё держит на плаву– это работа.

Ко мне зашёл Дантес. Он сегодня тоже работает, но не на моей точке. Я поднял на него свой уставший взгляд.

— Что?–грубо сказал я, ведь Дантес сюда не появляется тут никогда, но при каких-то проблемах он едет сразу сюда, ведь в клубе я нахожусь большое время.

— Нет, всё хорошо, о тебе переживаю,– его голос был спокойный.

Нахер обо мне переживать, я не маленький ребёнок.

— Можешь не переживать, нервы себе прибереги,– мой тон становился ещё грубее, я держался из последних сил.

— Ты не спал уже сутки, вон глаза красные у тебя...– черт, я его сейчас придушу.

— Ты мне не отец. Сам решу, когда лечь спать и сколько работать. Проваливай. Лучше иди в офис и проверь, что с Мишелью – самое важное, чтобы моя ласточка была в комфорте и счастлива.

— Да что ты со своей Мишелью, она тебя послала, и всё! А ты ещё больше нас нагружаешь...– ссориться сегодня не хотелось, но у кого-то явно было хорошее настроение.

— Я сказал, что она моя и будет. Не важно, что Мишель меня послала, это уже не ваше, нахер, дело. Займитесь поставками и делом! –я громко стукнул по столу. Ненавижу, когда кто-то что-то говорит про Мишель. Она моя ласточка и больше ничья.

—Поувальняю всех чертовой матери, – мой голос стал ещё злее, сон как рукой снят.

— Успокойся, с тобой невыносимо говорить никогда.

— Увольняйся.– После этих слов он замолчал и ушёл. Я решил выйти на улицу покурить.

Холодный воздух обдул моё лицо. Из-за ветра не получалось с первого раза зажечь сигарету.

— Чёрт! – с пятой попытки я зажёг сигарету и начал вдыхать дым.

В лёгкие проникал жгучий дым, от которого становилось легче, но спокойным буду только тогда, когда буду рядом с ней.

Я достал телефон и посмотрел почту электронной почты. Там было сообщение от Джейкоба. Я открыл и увидел фотографии Мишели. Она такая красивая на них! Этот чёрный купальник с розами сидел на ней чудесно и обтягивал её так, что дыхание перехватывало. Я листал снимок за снимком, и с каждым новым ощущал, что утопаю глубже. Я ненавидел себя за это, но не мог остановиться, и с каждым появлением её становился слабее. Никогда не был слабым перед женским полом, и не важно, оскорбил ли её или нет, но при виде Мишели я готов ей весь мир в ноги принести, лишь бы она была счастлива.

Я больной на голову ублюдок. Телефон выключил и положил в карман брюк, но в голове до сих пор прокручивал фотографии: её плечи, её изгибы, то, как тень ложилась на кожу. Этот купальник будто создан, чтобы добить меня и ещё больше влюбиться в неё.

Она где-то там с подругами, но не со мной, и это жжёт сильнее, чем любой огонь.

Незаметно для себя я уже выкурил три сигареты и пошёл к себе в кабинет.

Там снова сидит Дантес. Что ему ещё нужно от меня?! Я сел на своё место.

— Мисс Агеева перешла нам снова дорогу, её люди сорвали нашу поставку, и мы влипли на двадцать тысяч долларов.

— Снова она!? Вы же с ней поговорили, и ей этого не хватило?

— Она хотела именно с вами поговорить, но тогда тебя не было в стране или в городе.

— Что ей нужно?

— Я что знаю?– должен был блядь.– Подойди к Леи, и она скажет, когда у меня свободный день, чтобы поговорить с этой женщиной.

В ответ я кивнул, Дантес снова скрылся. Как же меня уже задрала Аврелия! Из-за неё всегда какие-то проблемы. Говорили ей, что не нужно совать свой нос в криминальный мир, но Аврелия решила, что женщина умная она.

Мне не до этих гребаных разборок. Голова уже не варила, всё, что было под рукой, полетело с громким звуком на пол.

Мне точно нужно проспаться, иначе будет хуже. Я закрыл ноутбук и направился на парковку. Домой доехал быстро, сходил в душ и лёг спать.

Вечер

Сегодня Новый год напомнили мне весь день парни. Мы решили отпраздновать его в клубе, как и в прошлом году.

Уже десятый стакан виски был выпит. Алкоголь заглушал все возможные чувства. Поспать удалось мало– часов пять. Усталость ещё присутствовала, но уехать нельзя. Будет сложнее наедине– мысли о Мишели убивают меня с каждым днём.

Я хочу быть с ней, просыпаться и засыпать с ней, дарить ей цветы или ещё какие-то дорогущие подарки, целовать её везде и радоваться её присутствию. О таком я могу только мечтать и представлять перед сном.

— Михаэль, ты опять завис! Эй, парень, Новый год, смотри, какие девчонки! – перекрикивает Вениамин музыку.

— Да забудь ты эту свою Мишель хоть на пять минут. Ты серьёзно будешь хмуриться, пока все отмечают? – не успеваю вслушаться в слова приятеля, как начинает говорить Дантес. На его лице ухмылка.

— Брат, давай. Новый год – значит, всё новое. В том числе и ты, – Марк наливал мне в бокал и говорил.

— Новое? Угу. Только в голове всё по-старому. Хоть заливайся виски, хоть бейся об стену — её лицо всё равно стоит перед глазами, — я улыбнулся криво, но взгляд так и не поменялся.

— Та ну, ты как заколдованный! Смотри вокруг, все танцуют, смеются. А ты будто на похоронах, – сказал Вениамин.

— Да ладно, признайся, ты даже сейчас думаешь: «А что там Мишель делает? Где она?» – Дантес пнул меня в бок.

— Именно это я и думаю, – мой голос уже был спокойный и уставший очень.

— Всё, это диагноз. Больной. Мы тебя теряем, – смешная шутка Марка, ухмыльнулся я.

— За вечную любовь Михаэля к призракам! – Марк поднял стакан, и мы цокнулись.

— Она для вас призрак. А для меня – всё, – я сказал это тихо и смотрел время от времени в телефон, будто она мне напишет. Через час будет Новый год, и впервые я себя ощущаю никак. Каждый Новый год я был веселее, но не в этом году. С каждым ужином, где была Мишель с Алексеем, я влюблялся в неё как в запретный плод.

В Инстаграме Мишель опубликовала ёлку с подарками, где стоит мой подарок, от которого она будет в шоке. Ручная работа, следил тщательно, чтобы всё было идеально.

00:00
Мы дружно подняли бокалы и хором сказали: «С Новым годом!»
Ещё немного посидел с ребятами и уехал спать– рубило очень сильно.