Родинка решает?

Чонгук хватает за руку Тэхёна, что за порог дома не успел ступить, и тащит в школу. Они теперь всегда вместе будут ходить, и не только в школу, как хвостики друг за другом таскаться будут, этого следовало ожидать. Не важно что там - в ненавистной, теперь для обоих, школе. Намджун, Юнги, Чжихан, ещё там кто - всё равно, не существует их для них. Существует только Чон Чонгук, а для него - Ким Тэхён. Судьба милосердно их друг для друга создала, свела вновь, даёт возможность смотреть, слышать, касаться. Говорят, не существует ничего идеального, но как же тогда описать их пару? Да, они пара. Парни. Любовники. Любимые. Родные.

- Чонгук, отпусти! Смерти ищешь? Я не понимаю... Увидят же! Что мы скажем? О чём ты думаешь? - старший продолжает задавать бесполезные вопросы, вырывая свою руку из стальной хватки, но его не отпустят.

Просто Чон соскучился очень. Он со вчерашнего вечера Тэхёна не видел. Представляете? Это же сколько часов прошло! А минут ещё больше! О секундах вообще заикаться не стоит! И ночью он неспокойно спал, всё думал о прошлом, о настоящем, в котором они любили друг друга почти что до потери пульса. Звёзды докажут. Подсматривали.

- Да мы же самые настоящие хвараны, Тэ, - смеётся Гук, притягивая к себе непослушного своего, чтоб в щёку чмокнуть, да и не раз. - А ты вообще - самый главный! Ты своё могущество вообще осознаёшь?

- Ты дурак, - заражается позитивом Ким и тоже целует, смеясь прямо в губы любимые. - Здесь я просто меченый подонок, не преувеличивай, - стоит о метке вспомнить и улыбка хочет с лица удрать, да побыстрее... Но нельзя так, всё время жил, терпел - и ещё поживёт.

Честно говоря, не уверен этот парень с клеймом зачем его наградили счастьем таким, но примерно понимает. Он сделает то, что должен. Без колебаний. Хочется рассказать всё Чону, потому что между ними доверие, потому что между ними любовь, потому что отпускать не хотят... Но только хуже будет.

- Как только этот учебный год закончится, мы с тобой рванём в какое-нибудь восхитительное место, - Чон нежно целует и зарывается пальцами в волосы серые. - Я обещаю тебе.

- Ещё около недели нам тут тусоваться, - расстраивается старший. - У меня сейчас такая идея появилась! - в глазах вспыхивают озорные огоньки, которые из-за очков ещё ярче становятся. Он выбирается из объятий и на пару шагов отступает в сторону, губу прикусив. - Кто последний добежит до парковки - будет должен желание! - и сразу с места срывается, не оглядываясь даже. Он изо всех сил бежать будет, потому что ему очень надо это желание, оно придумано уже.

- Ты ребёнок ненаглядный! - кричит ему вслед Чон, брови хмуря, но всё же бежит тоже. Победы не видать, раньше надо было стартовать, но он и не против Тэхёну проиграть. Он всё ему проиграет, даже жизнь, если так угодно будет. И все желания мира он исполнит для него, ради него.

Ну нравится этим парням гоняться друг за другом, веселиться. Не важно, что они со стороны действительно на детей маленьких смахивают - им хорошо. Надо быть собой. Так везде твердят. Маску Тэхён никогда не носил, Чонгук теперь тоже не будет. Он снял её, когда в глаза влюбился по новой, не вспоминает о своём другом обличии: холодном и бездушном. Теперь всё иначе и он может не притворяться. Плевать на общественное мнение, плевать, что любовь между парнями почти никто не воспринимает, на всё плевать. Какая разница кого любить? Неужели есть люди, которые не в душу влюбляются? Это же всего важнее, то, что внутри - интереснее, чем океана дно, на котором неизвестные пока человечеству жизни. Душа не стареет, душа через жизни проходит, она вечна. А тело?

Младший, как и ожидалось, вторым к финишу приходит, но не расстраивается. Подхватывает счастливого Тэхёна, кружит вокруг, подмечает для себя, что тот - как пушинка, очень лёгкий, что и ветер снести может. Выводы делает, уже придумывает чем кормить будет, еду закажет или сам сделает... Мыслей море, хочется уже в реальность воплощать.

- Опоздаем, - с улыбкой говорит Ким, но всё же намекая, что оторваться друг от друга пора, в школу спешить, на занятия. - Идём.

Отцепиться от Тэхёна практически нереально. Это то же самое, что на диете сидеть, а в холодильнике одни тортики. Да и не только! По всей кухне они разбросаны, даже в спальне на кровати валяются, везде. Тортики. Чонгук любит их, Тэхёна тоже, но не признаётся вслух - и так всё понятно.

- Я не понял! Эй, вы, - сзади доносятся крики возмущённые и оба парня одновременно оборачиваются. На лице Кима улыбка тут же появляется, а Чонгук мрачнеет. - Какого чёрта происходит? Чон Чонгук, если ты сейчас не пытаешься сломать руку моему лучшему другу, то я в таком случае совсем не понимаю, что она делает в твоей ладони.

Не то, чтобы Гук Пак Чимина ненавидел... Совсем нет. Ему просто стыдно. За всё время в школе они не контактировали толком, но и так ясно какого мнения о Чоне друг Тэхёна. Ничего хорошего там точно нет. Хотелось бы с ним контакт наладить, подружиться даже, но он понимает, что наглеет слишком, ему некоторые дороги закрыты. Поэтому он стоит, грустный, наблюдает как здороваются эти жизнерадостные ребята и понимает, что они похожи. Наверное, их тоже судьба собственноручно связала, потому что идеально друг другу подходят.

- Чим, кроха, я тебе обязательно всё-всё объясню, - Тэхён сжимает пухлые щёчки недовольного Пака и игриво морщит нос. - А пока не злись!

- Я просто офигел, - он вырывается из захвата и косится в сторону Гука. - Чего молчишь? Вы тут походу любовниками заделались, пока я у родственничков прохлаждался. От ненависти до любви один шаг - так это называется? - зря Чон думал, что Чимин его совсем не примет. Сейчас он сомневается, потому что на него с улыбкой смотрят. Кажется, между этими двумя тоже доверие. Абсолютное. - Я теперь ревную, - Пак смеётся, быстро прощается и идёт в буфет. Такой стресс бы пирожным заесть. Несколькими.

Он не против совсем, что эти двое сблизились. Осуждать людей - не в его стиле, да и невозможно так просто нутро разглядеть, люди не прозрачные совсем. Так что, скорее всего, неплохой парень этот Чон, раз заполучил сердце настолько чистое.

- И всё-таки мой Чимин настоящий ангел, - мечтательно тянет Тэхён, провожая взглядом уходящего парня.
Реклама:
Скрыть

- Весь в тебя, - Чон пожимает плечами и продолжает путь к школе.

Ким даёт себе установку не обращать внимание на посторонних, фокусируется только на младшем. Он почти не слышит как на коридоре что-то говорят о его родинке, проклятье, об очках, что лицо уродуют, но отчётливо слышит как мастерски их Гук затыкает. Все притихли сразу, как мышки, просто смотрят, но взгляды страшные у них. Преступники так смотрят. А как смотреть на лучшего парня школы и отброса, которые за ручки держатся, как ни в чём ни бывало? Что это за параллельная вселенная такая?

Руки крепче сжимаются, поддержки ищут. Находят. Ничего не страшно, когда рядом кто-нибудь есть, надо беречь хороших людей.

- Раньше во время издевательств и прочего, - тихо говорит Ким, - у меня так в груди всё сжималось, я ещё думал, что неизлечимо болен, - он горько усмехается. - Сейчас я не чувствую этого.

- Я тоже.

- Что? В смысле? - хмурится старший.

- Тоже думал, что болен, - объясняют ему. - Но потом понял, что в груди всё наружу рвалось только тогда, когда тебе было больно...

Ким не знает что сказать, замолкает, думает. На него так много всего навалилось в последнее время, не жизнь, а мистическая история. Уже ничего реальным не кажется.

- Думаешь... - Тэхён шумно вздыхает, в глаза напротив заглядывает. - Причина в твоей смерти? Тебя же в грудь...

- Не знаю, - они заходят в класс и расходятся в разные стороны, всё-таки их места уже давно определены, а Югем и Чимин верно ждут.

В отличии от Пака, что кажется таким же довольным, как и всегда, друг Чонгука чернее тучи. А друг ли?

- Я не могу поверить, сейчас модно изображать из себя отброса?

- Послушай, - Чон садится на своё место и внимательно смотрит на парня, который всегда казался ближе родной матери. Хотя... Не очень она ему и близка, - это не твоё дело. - Лицо Югема так много выражает сейчас, но в основном - отвращение. Он хотел быть другом крутого хулигана, а перед ним - жалкий отброс. - Тронешь его и я за себя не ручаюсь, - больше Чонгук ничего не скажет, потому что отчётливо видит - они уже не друзья. Югему не интересно что случилось, не интересно что у друга бывшего на душе, ему всё равно, для него лишь статус важен.

Хотел бы Чон такого друга, как Чимин. Сидит себе спокойно, рассказывает что-то увлечённо. Наверное, о том, как провёл дни в дали от друга. Не прогоняет, не смотрит с отвращением, не изменилось ничего. Наверное, если бы Тэхён украл, убил - всё равно бы не изменилось ничего, это дружба.

- Само собой как-то всё получилось, - пожимает плечами Ким.

- Ты самый настоящий разбойник! - Чимин мило хохочет и его радостную волну подхватывает с удовольствием сосед по парте. - Отхватил себе такого бандюгана, теперь буду за жизнь твою переживать.

- Всё будет хорошо, - успокаивает себя Тэ.

Пока Чимин рассказывал о том, что его тётя делает самое вкусное мороженое в мире, Ким слюньки пускал на конспекты. Какая может быть учёба, когда ему тоже сладенького и прохладного захотелось? Звенит звонок, он хватает за руку Чона, не заботясь об остальных, и на улицу волочет. Не ожидал такого смелого поступка младший, радости не скрывает, послушно шагает в неизвестность, ему не страшно, он не один, пока ощущает тёплую ладонь и горячее дыхание.

- Мы за мороженым сейчас пойдём! - воодушевлённо объявляет Ким, указывая рукой на фургончик неподалёку. - Я умираю от желания!

Чон смеётся, умиляется, он не привыкнет никогда к таким выкрутасам этого чуда, действительно - инопланетный. А как иначе? Чимин знает толк в прозвищах.

Старший выбирает себе шарик клубничного, кокосового и один шоколадный, сверху корицей присыпать просит. Без неё никуда. Младший заказывает просто пломбир, но хочет ещё мармеладок в форме мишек, ему они напоминают кое-кого под боком.

- Фиолетового, - отвечает Чон на вопрос о том, какого цвета ему вкусняшек наложить.

Парни прогуливаются по скверику, наблюдают увлечённо за людьми, их завораживают пары, что с собаками гуляют. Чон с детства о домашнем животном мечтал, но для родителей это табу. Уход за ними нужен, шерсть будет повсюду и бла-бла-бла...

- Тэхён, - старший оборачивается на зов и заставляет Гука смеяться. Как сдержать хохот, когда взрослый человек совсем с мороженым не может управиться? Нос в шоколаде, губы тоже, даже щёки каким-то образом запачкались. Это мило, - заведем собаку в будущем?

В ответ кивают, но несмело как-то, а затем утыкаются в грудь как можно сильнее. Чонгук не против ласк таких конечно, но у Тэхёна всё лицо в шоколаде, а футболка младшего слишком белая. Если бы это был кто-то другой, то не вернулся бы после подобной выходки домой. Но это сам Ким Тэхён, так что Гук не против его самостоятельно на руках домой отнести, даже, если тот полностью футболку испоганит.

- Домой пойдём? - интересуется Тэ, тихонько совсем. - Хочу, чтоб ты у меня ночевал. Мы Луизе объясним, она поймёт, ты ей нравишься. Твои родители не будут против?

- Я даже не знаю где они, - Чон целует парня в висок и тот прижимается ближе, - так что ладно.

- Только вот... - Ким закусывает губу, хмурится, а младший уже насторожиться успел. - Я к Луизе уже ревную, она ещё та обольстительница! - они смеются, чуть не за животы хватаясь. Чонгук что-то там говорит о том, какой же дурак его любимый, что он один у него на все жизни оставшиеся и никаких слов больше не надо, чтоб счастливыми быть.

А Луиза понимает. Она хочет только добра внуку своему, да и искорки между ними она давно заметила, не первый год живёт, а уже несколько десятков, но сколько точно не важно. Какая же женщина открыто о своём возрасте заявляет?

Ёнтан тоже с удовольствием Чона принял. А как не принять? Тот с ним играется, кормит, на шаг бы не отходил, если бы не Тэхён, который внимания просит, губки обиженно дует. Гук к нему летит, обнимает, целует. Хорошо быть любимым, приятно, покалывают от ощущений кончики пальцев. Они валятся на пол, где так успешно раньше проект делали, раны залечивали, рисунки рассматривали. Кстати, Чон бережно блокнот тот хранит, пересматривает часто. И, кстати, понял почему чуть не разревелся позорно перед старшим, когда увидел рисунок Джея, как оказалось. Исходя из воспоминаний, теперь это ясно как день. Тогда они точно подумать не могли, что будут на этом же месте целоваться страстно, друг другу отдаваться до капли последней.

Часы в комнате громко тикают, но не раздражают, на удивление. Обычно Ким их разбить хочет, но сейчас они в атмосферу прекрасно вписываются. Жарко становится быстро, поэтому Тэ отрывается от уже любимого дела, окно открывает, выглядывает. Темнеет. Неожиданно думает, что Чонгуку будет интересно на цветочки посмотреть, которые на подоконнике стоят. Он показывает, рассказывает историю их рождения, как ухаживать нужно, а младший слушает, хоть и растения ему не интересны были. Раньше. Сейчас всё важно, что с Тэхёном связано. Старший целую экскурсию по комнате провести решил, раньше же не мог он так просто ещё пару блокнотов показать, коллекцию монеток, одёжки, что Луиза для Ёнтана шьёт... Занимательно. Чон вдруг мечтает о том, что однажды у них будет свой собственный дом, хранящий сотни и тысячи, даже миллионы приятных моментов.
Реклама:
Скрыть

Они болтают долго-долго, узнают много нового, взглядами делятся. Оказывается, что Чонгук тоже задумывался о жизнях на других планетах, тоже в них верит. А ещё возле океана никогда не был, не хотелось. Теперь хочется, при условии, что рядом будет сероволосый паренёк.

Они засыпают в объятиях друг друга, даже раздеться забыли. Не разговаривали они ещё так долго, по душам. В искренность, видимо, можно влюбиться, даже, если сильнее уже некуда.

Сны им снятся нежные, они улыбаются. Кому же? Наверное, друг другу, хоть и рядом сейчас. Ох уж эта любовь.

Будильник звенит, беспощадный. Когда не нужно будет так рано вставать? Чон бы хотел чем-то таким заниматься в жизни, чтоб до обеда спать, держа в кольце рук сокровище самое настоящее, к спине его прижиматься. Тэхён хмурится, ворочается, поворачивается лицом к младшему и улыбается. Ярко-ярко, как никогда. Чонгук замирает. От красоты, возможно, как и всегда, но...

- Тэхён?.. - от взгляда Чона жутко становится, страшно, в нём полно растерянности, непонимания, неверия. Всего полно.

- Да?..

- Возможно, я сплю ещё, но... - он сглатывает, в уме прокручивает то, что сказать собирается. Бредово звучит. - У тебя, - Чон касается пальцами кожи на щеке старшего, поглаживает, проверяет, - родинка.

- Ты глупый совсем? - Ким смеётся и покрывает поцелуями каждый пальчик на той руке, что в трудную минуту удержит.

- Ещё одна, Тэ, - шепчет Чонгук. - Вторая...

Ким подрывается с постели, в ванную бежит, заглядывает в зеркало. Сначала трёт глаза, потом умывается, трёт лицо, что уже покраснело, хнычет. Младший появляется в дверном проёме, в объятия заключает, гладит, держит, пока такой хрупкий и родной человек от непонимания давится воздухом.

У него родинка, Чонгук не шутил.