ТЕНИ НАШЕГО ГОРОДА

Август, 2007 год.

Отойдя от своего первого похмелья, я с трудом встала с кровати и прошла на кухню, где уже сидела мама с недовольным лицом. Она точно будет ругать, но сейчас это казалось таким пустяком. Сейчас ее наказанием была головная боль, которая раскалывала череп пополам, а еще сушняк мучил такой, что каждый вздох отдавался неприятной резью в горле.

– Проснулась, алкашка малолетняя. – Сурово произнесла мама. В ее руках дымилась сигарета, наполняя кухню противным запахом.

Я наполнила стакан водопроводной водой и быстро выпила его до дна. Однако этого мне по-прежнему показалось совершенно недостаточно.

– Мам, не начинай, пожалуйста, – Жалобно простонала я, вновь наполняя стакан такой сладкой, и живительной воды.

Раньше мне доводилось слышать пословицу «Не знает вкус воды тот, кто не пил ее с похмелья» , но вот понять ее истинную суть довелось только сейчас.

– Что не начинать, скажи, пожалуйста? – повысила голос мама, отчего голова разболелась еще сильнее. – Вчера пропала на весь вечер, на телефон не отвечала, пришла домой пьяная. Не известно с кем была, и что делала! Я тут на нервах вся, уже морги начинала обзванивать.

Я бы и рада ей рассказать, только вот прошлая попытка увенчалась походом к психиатру и рецептом на какие-то таблетки, которые я честно пыталась пить, но от них мне стало только хуже. Живые Тени, которые постоянно тянуться ко мне, видения смертей, что происходит в городе или только произойдут, а еще постоянный звон этих проклятых монет.

– Мааам! – протянула я. – Ничего и ни с кем не было, если ты об этом.

Мама потушила бычок в пепельнице, и запила чаем из кружки перед собой.

– Конечно, еще бы было! Но это мы еще проверим. – Последнее из ее уст прозвучало унизительным.

– Где твой брат, алкашка? – сменила тему мама, и в голове возникли смутные образы, как Влад замахивается кулаком и бьет того, кто меня привез. Бьет и орет.

Следующим моим воспоминаниям было, как он провожал меня до квартиры и говорил, что у него какие-то срочные дела, но скоро он вернется.

– Он не пришел? – удивилась я, забыв о своем состоянии.

– Представь себе. – Разозлилась мама еще сильнее.

Я смотрю на нее, боясь проронить даже слово.

В голове крутилось только три слова.

Влад. Не пришел. Домой.

– Марш в свою комнату! – скомандовала мама, как во входную дверь постучали.

Больше не глядя на меня, мама открыла ее. На пороге оказались два офицера в форме.

– Здравья желаю. – Высокий офицер в фуражке показал корочку и представился: – Я офицер убойного отдела Константин Григорьев Бекух. Гражданин Владислав Матюхин здесь проживает? – обратился он к маме.

Я замерла, точно статуя без мыслей и эмоций, слыша, как громко колотится собственное сердце.

– Да, – осторожно произнесла мама, отступив в прихожую. – Но его дома сейчас нет. А что-то случилось? Прошу скажите, что с моим сыном все хорошо! – Мамин голос из строго стал взволнованно истеричным. Ее руки затряслись.

На фоне всего того кошмара, который творится в городе, где уже двое трупов подростков, присутствие милиции не внушало чувство защищенности.

– Гражданочка, присядьте. – Сухо произнес офицер.

Мама на ватных ногах опустилась на пуфик в прихожей, и только тогда тот продолжил.

– Ваш сын обвиняется в убийстве Елены Державиной. По показаниям очевидцев, он столкнул ее с крыши соседнего дома, как раз за день до того, как ее нашли в вашем дворе.

От услышанного, мама потеряла сознания, а у меня внутри будто рухнул целый мир.

Наверное, тогда, где-то в глубине души я понимала, что именно в тот момент наша семья окончательно распалось, но еще отказывалась это осознавать.

Влад не пришел домой ни в тот день, ни на следующий, ни через месяц. Его фотографии с подписью «особо опасен» висели чуть ли не на каждом столбу. Убийства продолжились в разных районах города с пугающей регулярностью, а для нас настоящий ад только начинался.

***

2012 год. Наши дни.

Я сидела на скамейке перед домом, смотря на окно десятого этажа крайнего подъезда. Там в кухне горел свет и иногда мелькал мамин силуэт.

Сердце сжималось в гриди от боли и обиды. Она оставила меня, когда была нужнее всего. Она не сразу, но поверила в то, что ее сын убийца, а то, что демон в его теле напал на меня, убедило ее окончательно в этом.

Но когда я кричала в истерике о демонах и тенях и одержимости, она просто собрала мою сумку и посадила на автобус в сторону Находки. Так просто.

До сих пор не понимаю, почему она от меня отказалась, почему не попыталась соврать, что верит мне?

Вечер плавно клонился к ночи. Небо давно затянулось серым полотном, предвещая затяжной дождь. Я поежилась от холодного ветра и первых капель ночного дождя.

В мыслях я пыталась прокрутить момент, как уничтожила демона, но на самом деле до сих пор не понимала, как это у меня вышло? И до сих пор до конца не могла понять, чем мои способности отличаются от Пашиных. А может он просто не хочет рисковать своей задницей.

Я тихо рассмеялась.

Телефон в кармане завибрировал, и на экране высветилось имя начальника.

– Слушаю, мой господин, – с иронией произнесла я, печально улыбнувшись.

– Мда, последний раз ко мне так обращались только дамы в моей в постели... – раздался на том конце провода бархатный и немного грубый голос Павла.

– Фу, – в моменте поежилась я, – избавь меня от подробностей.

Паша рассмеялся.

– Надеюсь, что телефон ты достала и разработала план действий, чтобы убить демона. – С укором проговорил он.

– У меня не получилось. – Со вздохом произнесла я. – Телефон Кати был не у Прокопьева. Но думаю им можно заняться позже. А насчет плана... ну я попробую с манить его на себя и так же...

– Ты с ума сошла? – резко перебил Паша. – Умереть там решила?

– Если что-то пойдет не так, надеюсь на твою своевременную помощь. – С наигранным оптимизмом произнесла я и сбросила трубку.

Паша был прав, когда вернул меня в город. Если я не уничтожу демона, в городе снова появится история про возвращение серийного убийцы, и Бог знает, сколько еще семей будут разрушены, как моя.

Окинув взглядом последний раз окна квартиры, что когда то могла назвать домом, я встала и пошла к мотоциклу. Каждый раз, приближаясь к нему, в голове мелькали картины из прошлого, как прижимаюсь к Владу, пока он мчался на огромной скорости по трассе. Или как он отвез меня в поля и с озорной улыбкой на лице сказал:

– Садись за руль.

– Что? – не поняла я.

– Давай, давай, а то так и будешь всего бояться. – Подбодрил он и начал объяснять, как правильно заводить мотор, как проверить, что все в порядке и можно ли ехать.

Порой казалось, что до сих пор слышу его голос у себя в голове, и от этого на глаза часто наворачиваются слезы.

За четыре года в психушке, брат не произнес ни единого слова.

Мчась по городу, чувствуя прикосновение ветра, и мелкие капли дождя, я ощущала встревоженный трепет сердца в груди, точно предчувствуя новую беду.

Наш офис по охоте на нечисть самый маленький среди остальных в стране и самый последний в рейтинге по истреблению всяких тварей. А все потому нас всего двое: я и Павел. Начальник последние годы наводил за собой порядок, а я не брала дела сложнее обычных Теней, без привязки их к демонам.

Заброшенный госпиталь находился в центре города, скрытый среди узких улочек старых домов. На разбитое окно выглядывали окна действующего госпиталя, но не светила, ни одна из камер. Уже. Я вчера об этом позаботилась.

И там меня уже ждал не самый приятный сюрприз.

Оставив мотоцикл, за углом, я достала из багажника рюкзак со всеми припасами, и подошла к заброшке.

У кирпичного забора, в черной куртке, скрыв голову от дождя, капюшоном стоял Андрей Прокопьев, спрятав руки в карманы.

– Как ты мне дорог, – страдальческий закатила я глаза, подойдя к нему.

– Не сказать, что рад тебя видеть, но надеялся, что явишься сюда еще до наступления темноты. А еще лучше, чтобы вообще не приходила. – Встретил меня Прокопьев насмешкой в голосе и осуждением одновременно.

– Ты или глухой или тупой. Я же просила тебя по-хорошему отстать от меня и не лазить по подобным местам. Что из сказанного тебе не понятно? – Вспылила я, скрестив руки на груди.

Андрей странно улыбнулся, посмотрев на меня сверху вниз.

– Да все в целом понятно, ты не переживай, просто слишком любопытно чем ты тут занимаешься, да и возвращаю должок. – Прокопьев достал из кармана уже включенный айфон и с видом победителя вернул его мне.

– Спасибо! – наиграно улыбнулась я, и демонстративно скинула телефон в рюкзак в основной отсек. – А теперь проваливай отсюда. – Повысила я тон.

– Хорошо. – Неожиданно легко согласился Андрей, чем поверг в шок. Я уже настроилась, что придется отбиваться от него, а то и вовсе отменять мероприятие на завтра.

За каждую из встреч, он ни разу не отступил, пока я хоть как то не ответила на его вопрос.

Проводив парня взглядом до самого поворота, я резво залезла по кирпичному забору, следом по шиферу перебралась к окну, и забралась внутрь.

Та же темнота, те же дыры в полу и даже тишина, нарушаемая лишь шумом дождя.

На часах было только десять, а значит времени на засаду более чем достаточно. Может и смогу забрать отсюда Тень Кати.

Услышав шорох за окном, я округлила глаза от удивления и возмущения.

В госпиталь по-хозяйски уже залазал Андрей.

– Ты все-таки тупой. – Недовольно хмыкнула я.

– Катя залезла сюда одна и ее не стало. Не хочу чувствовать вину за еще один найденный труп. – Ответил тот на полном серьезе.

– Вау. – Наиграно впечатлилась я его заботой.

– Ну, мало ли кого ты собралась убить на этот раз. – Андрей похлопал меня по плечу, вернув своему лицу привычную напыщенность, и аккуратно по доскам прошел в коридор.

– Или следующей жертвой станешь ты. – В тон ему огрызнулась я.

– Это вряд ли. Я намного сильнее тебя, как выяснилось. А еще я заставляю тебя мило краснеть.

Тут я уже начала закипать от злости. Можно было конечно развернуться и уйти, бросив его тут одного, но в одном Прокопьев был прав. Поодиночке тут простым людям опасно, а этот балован точно не уйдет просто из принципа.

– Я тебя ненавижу. – Ответила ему, но проследовала за ним в коридор.

Шум дождя становился сильнее. Я ощутила за нашими спинами чье-то присутствие, но обернувшись, не застала уже никого, точно это нечто пряталось.

Фонарик начал моргать, то затухая совсем, то лишь слегка, снижая яркость.

– Это жутко. – Подметил Андрей почти шепотом, и очень пристально посмотрел на меня, будто возьму и выложу ему все на блюдечке.

– Идем, – сухо бросила я, – И старайся не отставать, если хочешь сегодня выжить.

Подойдя к новой двери с белой развивающейся шторой, я застыла на пороге, фонариком освещая центр комнаты с узорами на латыни.

Все здание будто вмиг застыло, ожидая моего дальнейшего хода.

– Дверь открыта... – тихо произнесла я, не в силах отвести взгляд от того, что происходило вокруг.

– Я вижу, капитан очевидность, – с насмешкой ответил Андрей, внимательно осматриваясь и спокойно входя в помещение.

В этот момент мое сердце пропустило удар.

– Ты чего? – не понял он, приподняв бровь с легким недоумением.

Но я не могла думать, ни о чем другом, кроме как о Тени, выросшей за его спиной.

В этот момент мое сердце пропустило удар, словно кто-то невидимый.

– Ты чего? – не понял он, приподняв бровь с легким недоумением.

Не задумываясь ни о чем, я бросилась внутрь, стремительно дернув Прокопьева на себя.

Обычно Тени стремятся покинуть свой замкнутый круг, недовольные своей участью, но есть и те, кто намеренно привлекает внимание. Именно такая Тень заставила меня вдруг ощутить резкий холод, пронизывающий тело, словно невидимые иглы впивались в кожу. Я невольно зажмурила глаза, и изо рта вырвалось облачко. В голове короткой вспышкой мелькнул образ ножа, блеснувшего в темноте, а затем как с него капля крови, упала вниз.

– Я же сказала, будь рядом! – Рявкнула на Андрея, ударив его в грудь. – Ты и понятие не имеешь, во что влез!

– Ты же у нас охотница на нечисть, точно, – съехидничал он, гладя на меня как на сумасшедшую.

– Просто заткнись. – Разочарованно проговорила я, мотнув головой, и шагнула прочь из комнаты, замечая, что дверь вновь постарела.

Тут даже Андрею стало не до шуток. Он коснулся ее, и проверил с двух сторон, чтобы убедиться, что ему не кажется. А еще штора стала рваной и серой от грязи и пыли за десятки лет.

За порогом комнаты я вновь увидела, как бежит Тень Кати вниз, нервно оглядываясь назад. В ушах зазвенел ультразвук, и реальность вновь для меня затихла. Я слышала ее шаги и звон монет, котящихся по полу.

– Дверь закрыта. Плата внесена. Вам не спрятаться, детки от меня... – прошептала то самое стихотворение, и обернувшись к единственному выходу, увидела ЕГО.

Демон с жуткой улыбкой на лице ждал меня.

– Кто открыл дверь? – спросила я, но услышала лишь жуткий утробный смех.

А после демон пальцем показал в сторону Андрея.

– Ты лжешь! – рявкнула я, но смех, повторился он стал громче, проникая в сознание, точно заставляя вернуться в свое прошлое и вспомнить, как родной брат нападает на меня с ножом.

Достав из рюкзака маленький ритуальный кинжал из серебра, я разрезала свою ладонь.

Андрей что-то говорил, пытался остановить, но я не слышала его.

Я пошла на встречу к демону, и тот, рассыпая монеты по полу, уводил меня вниз. Он вывел меня ко второй лестнице с обвалами и я, еле удерживаясь за стену, проскочила вниз и оказалась на первом этаже.

Демон зашел в комнату, где было найдено тело Кати. Я, переходя на бег, ринулась следом и застала момент, где он сворачивает ей шею, как тряпичной кукле, а после растворяется, как утренний туман.

Сердце ускоряло стук, и я подошла к Тени, коснувшись ее рукой.

В мыслях возник образ молодой красивой девчонки в мешковатой одежде, длинными русыми волосами и яркой лучезарной улыбкой.

– Он видел доказательство? – только и спросила она. Ее мягкий звонкий голос звучал с оттенком потустороннего эха. Ее Тень стала едва заметной, но вопреки воли демона, она продолжала бороться с ним, и страдала с каждой новой ночью все больше.

Я кивнула, бросив взгляд на Андрея, стоявшего позади себя и не понимающего что, происходит.

– Видел. – Без капли сомнений ответила я, Чувствуя через касания ее печаль в груди и радость, что все мучения были не напрасны.

Тень прошла сквозь меня, растворившись навсегда.

Мое тело наполнилось энергией, разум вмиг прояснился, и слабость последних дней ушла. Не знаю как, но Тени питают меня и позволяют дару их видеть и не умереть.

В каком-то смысле я стала, зависима от них, как некоторые от сигарет.

Как-то раз я месяц не могла их найти, так еле ходила на ногах. Кровь из носу уже шла каждый день, и чувство что буду умирать долго среди собственных кошмаров, становилось невыносимым.

В этот миг здание будто сотряслось, и я ощутила, как Андрей обнял меня или наоборот затряс.

– Вот поэтому я говорила не лезть. – Сквозь зубы прошипела я.

С потолка что-то упало.

Андрей крепко сжал мои плечи, прям над дырой, в которую мы вместе упали. За его спиной возник черный силуэт с жуткой улыбкой и прежде, чемя успела среагировать, одержимый Андрей проговорил не своим голосом:

– Попалась... – И с жутким смехом толкнул меня вниз.