я ей завидую(
На кухне пахло растворимым кофе и чем-то подгоревшим. Лера стояла у плиты, мешала овсянку, хотя вид у неё был такой, будто она бы с радостью швырнула кастрюлю в стену.
Кира зашла сонная, в огромной футболке, с растрёпанными волосами.
— О, доброе утро, миссис напряжение, — протянула она, садясь за стол. — Смотрю, ночь удалась?
— Очень, — сухо ответила Лера, даже не обернувшись. — Молчали сорок минут.
— Романтика, — усмехнулась Кира, потянулась. — У нас хоть драки не было.
— У нас тоже, — Лера поставила перед ней чашку кофе. — Просто я поняла, что говорить уже не о чем.
Кира сделала глоток, поморщилась — слишком горько.
— Зато у соседей весело. — Она кивнула в сторону комнаты Ани и Вани. — Слышала ночью? У них там смех, потом шёпот, потом опять смех. Прямо сериал.
— Слышала, — коротко бросила Лера.
— И ты молчала?
— А что, завидовать вслух — теперь модно?
Кира фыркнула, но на секунду замолчала.
— Да нет... просто... странно. Они ведь раньше не такие были. Ваня, этот весь замкнутый тип, а теперь улыбается постоянно.
— Потому что ему есть ради кого.
Кира задумчиво постучала ногтем по чашке.
— Аня вообще изменилась. Я думала, она сломается после школы, честно. А теперь... у неё в глазах спокойствие. Даже когда молчит — будто всё под контролем.
— Может, просто рядом с правильным человеком. — Лера отставила кастрюлю, опёрлась о столешницу, глядя в окно. — Нам бы так.
— Нам бы, — повторила Кира, и в её голосе тоже мелькнула усталость.
Пару секунд они молчали. Потом Кира вдруг усмехнулась:
— Помнишь, как мы её в школе дразнили?
— Помню.
— Странно, да? Она тогда казалась такой слабой, а теперь смотри — она единственная из нас, кто не притворяется.
Лера взглянула на неё.
— Может, поэтому и получилось у неё, а не у нас.
Обе замолчали. В воздухе повис запах кофе и чего-то недосказанного.
За дверью послышались шаги — тихие, ленивые.
Вошёл Ваня, с растрёпанными волосами, в чёрной футболке и с сонной улыбкой.
— Доброе утро, — сказал он, на ходу наливая себе воду. — Аня ещё спит.
Лера с Кирой переглянулись — и обе почти одновременно отвели взгляд.
Кира натянуто улыбнулась:
— Конечно спит. Её можно понять. Если бы мне так смотрели в глаза, я бы тоже не вставала до обеда.
Ваня усмехнулся, не заметив её тона, и вышел.
А Кира и Лера снова переглянулись — теперь уже с чем-то похожим на сожаление.
— Мы, кажется, правда многое напутали, — тихо сказала Лера.
— Угу, — ответила Кира. — Только поздно это понимать, да?
____
Аня проснулась от солнечного света — прямого, наглого, такого, который лезет под ресницы, будто специально.
Сон был тяжёлым, но не плохим — просто усталость. После ночи разговоров и смеха с Ваней внутри было странное спокойствие. Тёплое. Настоящее.
Она потянулась, накинула худи Вани — чуть великоватое, пахнущее им — и вышла на кухню.
Там уже сидели Кира и Лера. Обе — аккуратные, как будто только что с фотосессии, и с теми самыми взглядами: вроде бы доброжелательными, но с острой гранью где-то внутри.
— Доброе утро, — мягко сказала Аня, пряча лёгкое смущение.
— Доброе, — почти хором ответили обе.
Только в их голосах — разные интонации. У Киры — теплее. У Леры — колючее.
— Кофе будешь? — спросила Кира, словно из вежливости.
— Буду, спасибо.
Аня села напротив. Несколько секунд — тишина. Только ложка стучала о чашку.
— Ты, наверное, плохо спала, — первой заговорила Лера, будто между делом.
— Наоборот, — улыбнулась Аня. — Как давно не спала.
— А, — кивнула Лера, — ну... видно.
Кира закатила глаза и вмешалась:
— Она имеет в виду, ты просто выглядишь по-другому. Спокойная какая-то.
— Может, просто отпуск подействовал, — тихо ответила Аня.
И снова тишина. Слишком долгая.
Кира не выдержала:
— Слушай, Ань... ну, я вот всё думаю. Ты же не злишься на нас за школу?
Аня посмотрела на неё. Глаза — усталые, но без злости.
— Нет. Я просто стараюсь не возвращаться туда мыслями.
Лера сжала губы.
— Знаешь, — сказала она, не глядя, — я иногда думаю, что мы просто были... глупыми. Или злыми.
— Были, — просто ответила Аня. — Но время идёт.
Кира опустила взгляд.
— А тебе вообще страшно сюда было ехать? После всего?
— Страшно, — честно сказала Аня. — Но я знала, что теперь у меня есть кто-то рядом.
Она улыбнулась — едва заметно.
И как будто воздух стал теплее.
Ваня зашёл, зевнул, бросил взгляд на Аню, улыбнулся.
Кира и Лера будто поняли всё без слов: тот взгляд, лёгкое касание плеч, невидимая нитка между ними.
— Ладно, — Кира встала, — я пойду, наверное, посмотрю, где там ребята.
— Я тоже, — подхватила Лера.
Они вышли.
Аня осталась сидеть, глядя в чашку с недопитым кофе.
— Знаешь, — тихо сказала она, когда Ваня подошёл ближе, — по-моему, я впервые за долгое время не чувствую, что мне надо что-то доказывать.
Он просто обнял её за плечи и прошептал:
— И не надо)
_____
Огонь потрескивал ровно, как будто боялся нарушить тишину между ними.
Все сидели полукругом — кто-то смеялся, кто-то болтал, но в воздухе уже чувствовалось: неделя подходит к концу. Завтра разъедутся, и снова всё станет по-разному.
Аня сидела чуть в стороне, рядом с Ваней. Он что-то тихо рассказывал, но взгляд её всё равно то и дело возвращался к Кире.
Та молчала. Сидела напротив, ковыряя пруточком землю. В глазах — беспокойство, будто внутри у неё спорили два человека: один говорил «зачем это всё поднимать», а второй шептал «надо, пока не поздно».
И вот Кира встала.
— Аня... можно тебя на минуту? — сказала она, и голос дрогнул.
Все переглянулись.
Аня кивнула, глядя на Ваню — тот только мягко сжал её ладонь:
— Иди. Я рядом.
Они отошли чуть в сторону, где свет костра касался только кончиков травы.
Кира долго молчала.
— Я... я не умею красиво говорить, — наконец начала она. — И, наверное, поздно уже. Но я хочу сказать, что... я всё помню. Всё, что было тогда. В школе.
Она замолчала, вдохнула.
— Знаешь, я ведь понимала, что мы делаем плохо. Просто не хватало... смелости что-то изменить. Лера была сильнее, и я шла за ней.
Аня слушала молча. В её взгляде не было ни злости, ни жалости. Только усталость и лёгкое сочувствие.
— Я не жду, что ты меня простишь, — продолжила Кира. — Просто хотела, чтобы ты знала: я больше не хочу быть той, кем была.
Аня посмотрела на неё.
— Я давно тебя простила, Кира, — тихо ответила. — Просто не знала, что ты когда-нибудь сама это скажешь.
Кира нервно усмехнулась, глаза блеснули от слёз:
— Я тоже не знала. Но ты — изменилась. Серьёзно. Раньше я думала, что ты слабая, а теперь... кажется, наоборот.
Аня улыбнулась.
— Может, просто рядом со мной появился тот, кто в меня поверил.
Кира кивнула, быстро вытерла глаза и чуть смущённо добавила:
— Он, кстати, хороший парень. Береги его, ладно?
— Берегу, — сказала Аня.
Они вернулись к костру. Кира села чуть ближе, и в её взгляде впервые за всё это время не было зависти — только лёгкая, тёплая благодарность.
Ваня посмотрел на Аню, не спрашивая ничего.
Она ответила ему улыбкой — короткой, почти незаметной, но полной смысла.
И ночь вдруг стала мягче.
Будто прошлое действительно отпустило.
______
Домик стих.
Все уже спали — даже Лера, которая обычно допоздна листала ленту на телефоне, сегодня отключилась первой.
Аня лежала, но сон не приходил.
Ветер шуршал за окном, пахло остатками дыма от костра и чем-то травяным, тёплым.
Она перевернулась на бок, посмотрела на Ваню. Он спал спокойно, чуть нахмурившись — как всегда, когда был вымотан.
На губах у Ани мелькнула улыбка.
Тихо, стараясь не скрипнуть полом, она выбралась из-под одеяла, натянула худи и спустилась вниз.
На кухне горела слабая лампочка — кто-то оставил включённой.
И там, на табурете у окна, сидела Кира с чашкой чая.
— Не спишь? — спросила Аня, подходя.
— А ты? — Кира чуть усмехнулась, но уже без привычной колкости. — Что, Ваню разбудить не хочешь?
— Нет, он устал. Пусть отдыхает.
Аня села рядом, обхватила колени руками. — А ты чего не спишь?
— Знаешь, — тихо сказала Кира, глядя куда-то в темноту за окном. — После нашего разговора у костра всё в голове крутится. Легче вроде стало, но и стыдно почему-то.
— Это нормально, — ответила Аня, глядя на свои пальцы. — Главное, что ты это вообще почувствовала.
Кира усмехнулась, качнула головой.
— Ты изменилась, правда. Раньше я бы не поверила, что мы вот так можем сидеть и говорить... спокойно.
Аня чуть улыбнулась.
— Я и сама не думала.
Повисла пауза.
Ветер снаружи задел занавеску, и лампочка качнулась, отбрасывая свет на их лица.
Обе вдруг рассмеялись — просто так, без причины. Сначала тихо, потом чуть громче.
— Господи, — шепнула Кира, — я забыла, каково это — смеяться не в насмешку.
— Привыкай, — ответила Аня с мягкой улыбкой. — Это неплохое чувство.
Они сидели ещё долго, болтая ни о чём — про съёмки, про еду, про то, что Лера вечно теряет свои наушники и винит всех подряд.
И было удивительно просто — без напряжения, без старых обид.
Когда Кира пошла наверх, она остановилась на лестнице, посмотрела на Аню и тихо сказала:
— Спасибо, правда.
Аня лишь кивнула.
И когда она вернулась к Ване, тот уже приоткрыл глаза, сонно пробормотав:
— Где ты ходишь, маленькая?
Она улыбнулась, коснулась его плеча.
— Ничего, просто воздухом подышала. Всё хорошо.
Он обнял её, не открывая глаз, и прошептал:
— Главное, что ты рядом.
И на этот раз сон пришёл легко.
_____
они с кирой подруужки тепееерь