Глава 52
Дом Джима был погружён в спокойный вечерний полумрак, будто весь город старался сделать вид, что ничего сверхъестественного не происходит. Хотя оба — и Джим, и его сестра — знали, что это далеко не так.
В комнате Джима горела настольная лампа. Свет мягко падал на учебник по истории, раскрытый на середине параграфа. Он сидел на кровати, прислонившись спиной к стене, и делал вид, что читает. На самом деле мысли у него давно убежали куда-то в Мексику, следуя за Зоей, Рики и остальными. Рональд всё рассказал ему.
Тихий стук в дверь заставил его поднять голову.
— Войдите.
Сказал он, уже понимая, кто это может быть.
Дверь слегка приоткрылась, и в комнате появилась Челси. Она заглянула внутрь, словно боялась потревожить его. Её светлые волосы были собраны в небрежный хвост, а глаза блестели… чем-то очень похожим на волнение.
— Ты занят?
Спросила она, переступив порог.
— Я просто… хотела узнать, чем занимаешься.
Джим поднял учебник и показал ей.
— История. Параграф про европейские революции. Прямо праздник жизни, да?
Усмехнулся он.
Челси зашла, опуская взгляд.
— А почему не с Рональдом? У вас же… тренировка или что-то ещё должно было быть?
— Рональд ушёл домой.
Ответил он.
— Сказал, что ему нужно кое-что проверить. Да и… если честно, у меня башка кипит. Хотел отвлечься.
Челси кивнула, но какой-то неловкой тишины было слишком много. Джим понял, что она пришла не просто так.
— Ладно.
Сказал он, прищурившись.
— Давай, говори. Что хочешь узнать?
Она сглотнула.
— Про… Шэлдона.
Джим замер, не то удивлённо, не то забавлено приподняв бровь.
— Шэлдона Хейла? Серьёзно?
Челси отвела взгляд. Щёки мгновенно покраснели.
— Просто… просто мне интересно. Он… хороший? Или…
— Или ты спрашиваешь, потому что в него влюбилась?
Прямо сказал Джим, складывая руки на груди.
— Ч-что?! Нет! Я просто… я просто…
Она начала заикаться, слова путались, как нитки в руках.
— Мне просто… интересно.
Джим не выдержал — засмеялся. Тихо, но от души.
— Челс, да расслабься ты. Это нормально. Тем более… Шэлдон реально нормальный парень. Спокойный, молчаливый, не из тех, кто будет кого-то обижать. И если он рядом с тобой — значит, он так хочет. Хейлы просто так никого не подпускают.
Она подняла на него глаза.
— Ты думаешь… я ему нравлюсь?
— Думаю, что ты ему точно не безразлична. Иначе он бы не появлялся рядом каждый раз, когда ты куда-то одна ходишь. И не смотрел бы так, будто он…
Джим хмыкнул.
— Как будто он охраняет самое ценное в этом городе.
Челси вспыхнула ещё сильнее и резко встала.
— Ладно! Я… я пойду!
Она уже почти выбежала за дверь.
— Спокойной ночи!
Дверь захлопнулась, и комната снова погрузилась в тишину.
Джим несколько секунд смотрел на дверь, затем улыбнулся, покачав головой.
— Моя маленькая влюбилась… Вот дела.
Рробормотал он.
Он снова взглянул на учебник. Но мысли всё равно уползли далеко.
В Мексику.
Что там происходит?
В порядке ли Зоя? Рики? Сабрина? Адам?
Он знал: если альфы действительно настолько опасны, как говорил Питер, то им всем придётся работать как никогда раньше.
И пока в комнате снова зазвучал шелест страниц, Джим почувствовал неприятное покалывание под кожей.
Как будто где-то на другом конце города сила сдвинулась, воздух дрогнул, и Бейкон-Хиллз готовился к новой буре.
Он поднял глаза на закрытую дверь.
— Лишь бы у них там всё получилось…
Пробормотал он тихо, почти молитвенно.
А ночь тем временем незаметно подбиралась к окнам, и в её глубине что-то прокрадывалось ближе — медленно, бесшумно, настойчиво.
Утро в Мексике было тёплым, ярким и почти обманчиво спокойным — будто даже солнце не знало, что ребята едут домой, где их ждёт встреча с альфами, опасностью и неизвестностью.
Марета стояла на крыльце своего дома, опираясь на деревянный посох. Ветер трепал её седые волосы, а глаза внимательно, даже строго, смотрели на подростков.
— Помните всё, что я сказала.
Произнесла она.
— Альфы хитрые, быстрые и беспощадные. Но у каждого есть слабость. У каждого — страх.
Она коснулась плеча Зои.
— И у каждого есть сила, которой он сам не понимает.
Зоя кивнула, чувствуя, как слова Мареты будто давят на грудь, но в то же время — подталкивают.
Ребята сели в машину. Кира выдохнула, пристёгивая ремень.
— Ладно.
Сказала она, глядя в зеркало заднего вида на всех детей.
— Едем домой. Путь будет долгий. Но мы справимся.
Дорога обратно.
Часы тянулись как вечность.
Солнце кочевало по небу, пыль поднималась за машиной, и каждый в салоне думал о своём.
Сабрина сидела рядом с Азатом, облокотившись на плечо, но глаза её были полны огня.
— Ты слышал, что сказала Марета?
Тихо спросила она.
— Про меня…
Азат повернулся к ней, стараясь быть спокойным, хотя в груди всё клокотало.
— Да. Она сказала, что ты обладаешь силой огня. Что ты… сильнее, чем думала.
Сабрина чуть нахмурилась.
— Но я ведь даже не знаю, как этим управлять. Только чувствую внутри что-то горячее… как искру. И иногда кажется, что я загораюсь изнутри, но не вижу этого… А Марета сказала, что это настоящая ведьминская сила, древняя.
— И она права.
Сказал Азат мягко.
— И даже если ты этого боишься… Ты не одна. Я рядом.
Сабрина улыбнулась, впервые за долгое время спокойно.
— Спасибо, Ази…
Позади них Кэтрин сидела, поджав ноги, пальцы нервно перебирали трос на рюкзаке. Она подняла взгляд.
— Знаешь… это не только у тебя проблемы, Сабрина.
Она посмотрела на Азата, потом на Зою впереди.
— Я ведь чародейка. И когда Адам впервые ступил в полную форму… когда превратился в ящерицу… у меня… словно что-то обожгло голову. Слышала шипение, удары сердца… будто кто-то пытался говорить со мной.
Рики, сидящий рядом с Зоей на переднем сиденье, обернулся.
— Думаешь, это связано с твоей силой?
— Я уверена.
Сказала Кэтрин.
— Просто… я ещё не понимаю, что она от меня хочет.
Машина качнулась на ухабе, и Кира обернулась, её взгляд мягкий, но внимательный.
— Ты напугана, это нормально. У каждой силы есть цена. Но у каждой силы есть и путь. Главное — не бояться себя.
Она перевела взгляд на Зою.
— А тебе, милая, нужно понять одно… Альфы идут за тобой не просто так. Но сила банши — не проклятье, а проводник. Ты слышишь смерть, но можешь услышать и жизнь.
Зоя задумчиво смотрела в окно, её пальцы сплетены с пальцами Рики.
— Марета сказала, что они хотят меня как оружие.
Тихо произнесла она.
— Что альфы верят: банши могут усиливать их в бою. Или открывать путь к тем, кого они не могут победить…
Она сглотнула.
— Я не хочу быть ничьим оружием.
Рики сжал её руку сильнее.
— Ты не будешь. Потому что у тебя есть мы. И я. И мы никому тебя не отдадим.
Зоя слегка улыбнулась, но тревога не уходила.
Только один человек молчал всю дорогу.
Азат.
Он смотрел в окно на пролетающие мимо кактусы, заброшенные домики, редкие машины.
В его глазах читалось нервное, тяжелое беспокойство.
Кира, не поворачиваясь, всё же почувствовала.
— Азат, я понимаю, о чём ты думаешь.
Он поднял взгляд.
— Они… живы?
Голос дрогнул.
— Мам… папа… марета сказала, что они приманка. А если они…
Кира мягко, но твёрдо ответила:
— Мы найдём их. И вернём.
Она взглянула на него через зеркало.
— Ты сильнее, чем думаешь. И мы — не одни. Питер уже готовит план.
Азат кивает, но тревога всё равно остаётся тенью в его глазах.
Солнце медленно садилось, окрашивая дорогу в золотой огонь.
Ребята замолкли, каждый погружённый в свои мысли, свои страхи, свои силы.
Но в середине машины вдруг возникло ощущение… лёгкого единства.
Как будто после Мексики они возвращались уже не просто как команда.
А как семья.
И впереди — что бы ни ждало в Бейкон-Хиллз — они будут вместе.
................
Логово альф было мрачным, сырым и удушающим. Стены пропитались запахом сырости и крови, а тусклый свет лампочек дрожал, отражаясь в металлических цепях и кованых прутьях. В одном углу, привязанные к железным кольцам, сидели Айзек и Эллисон.
Айзек пытался удержаться на ногах, но один из альф, молодой и свирепый, ударил его кулаком по плечу. Он шипел от боли, зубы стиснуты, глаза горели яростью и страхом одновременно.
— Перестаньте!
Закричала Эллисон, её голос дрожал, но в нём звучала решимость.
— Это не даст вам ничего!
Её слова, однако, не тронули альфа, и очередной удар раздался по Айзеку.
И вдруг тишину прорезал голос, глубокий, уверенный, холодный:
— Стоп.
Все оборотни замерли. На лестнице появился он — Рауль, старший альфа, настоящий властелин логова. Его глаза были как сталь, и каждый в помещении почувствовал, что даже дыхание подчиняется его воле.
— Хватит издеваться над ними.
Продолжал Рауль, шаг за шагом продвигаясь к заложникам. — Мы ищем не сломленных, а правду.
Айзек тяжело дышал, а Эллисон с трудом удерживалась на ногах, стараясь не показать свой страх.
Рауль остановился перед ними, руки сжаты в кулаки.
— Где банши?
Его голос был ровным, но каждый, кто его слышал, понимал: за этой ровностью скрывается опасность.
— Где сейчас банши?
Айзек и Эллисон молчали. Ни слова, ни намёка.
Рауль нахмурился, но не ударил. Он повернулся к своим бета-альфам.
— Следите за всеми.
Сказал он.
— Особенно за Меган Миллер и Питером Хейлом. Они приведут её сами.
Альфы кивнули, глаза горели красным, острые клыки блестели в полумраке. Рауль снова посмотрел на Айзека и Эллисон:
— Достаточно пыток. Ваши силы нам нужны живыми. Но помните: если вы попробуете что-то скрыть, логово станет вашей могилой.
Скрежет цепей раздался по комнате, и напряжение стало почти осязаемым. Каждый вздох, каждый взгляд был как предвестие надвигающейся бури.
Айзек и Эллисон переглянулись — они знали: не получится долго скрываться.
Рауль сел на стул, словно вершитель судеб, и стал ждать. Его взгляд был направлен не на заложников, а на дверь — он знал, что скоро войдёт та, ради кого всё это началось.
— Пусть принесут банши сами.
Сказал он себе тихо, с улыбкой, которая могла заморозить кровь в жилах любого.
И в этот момент стало ясно: это только начало нового испытания. И оно будет самым жестоким.