Глава 1
Примечания:
Юрэй - призрак умершего человека в японской мифологии, отличительной чертой которого считается отсутствие ног.
Рэйки - в японском фольклоре призраки демонов-они, на нашедшие покоя после смерти
Тамото - свисающая часть рукава в японском кимоно
***
Палящее солнце Египта сжигает все на своём пути, если не склониться ему вовремя. Обжигая пески пустынь, оно превращает раскалённый песок в некое подобие оружия. Мало кто способен шагать по обижающему кожу песку. И Акэйн не была исключением.
— Натравлю на них сотню самых злобных рэйки! Тут даже юрэй ходить не смогли бы, а у них так-то даже ног нет! Как эти двое только посмели спровадить меня в такое место?! — возмущалась одна из благороднейших кицунэ горы Фудзи. Обычно Акэйн не вела себя подобным образом, во всяком случае в присутствии других представителей своего вида, но вокруг не то что других кицунэ или ёкаев, а даже и людей то не было. Значит можно было дать волю эмоциям, особенно в сложившейся ситуации.
— «Ах, почтеннейшая Акэйн, найдется ли на нашей горе еще хоть одна более достойная лисица, нежели Вы. Только Вы, госпожа, достойны стать хозяйкой целой горы!» — сжимая в руке свой бамбуковый зонтик, Акэйн вспоминала слова одной из тех, кто был виновен в том, что сильнейшая лиса Фудзи, имевшая целых девять хвостов, оказалась в подобном месте.
— Вот же проклятые, обманули меня. И как только я могла повестись на уловки двух лисиц с всего-то семью хвостами! — Акэйн негодовала ещё больше от того, что её, воистину великую, одурачили. Заманили в какой-то портал самодельный и отправили туда, не знаю куда. Где ж это видано, чтобы с будущей хозяйкой гор поступали подобным образом? И все бы ничего, если бы Кохэку с Минори не скрыли тем самым порталом путь назад. Так благороднейшая кицунэ Акэйн с величайшей горы Фудзи оказалась в месте, где горячий вечер нес целые потоки песка прямо в лицо, а пески под ногами заменяли собой языки пламени госпожи Аматерасу.
Акэйн — первая кицунэ горы Фудзи. Её волосы совсем недавно стали белоснежными, с появлением девятого хвоста. Глаза её сияли словно редчайшие рубины, насыщенным красным цветом. Одна лишь гора Фудзи знает сколько людей свели с ума те глаза в попытке защитить от людей территории ёкаёв. Акэйн, оберегавшая гору Фудзи от людей, оберегавшая потусторонний мир, оказалась преданной теми, кого сама же и взрастила. Акэйн, всегда пребывавшая в гармонии с природой сейчас жалела о том, что привыкла ходить босиком. И как до такого дошло?
— Ну и жара, — кицунэ все оглядывалась вокруг в надежде увидеть хотя бы намёк хоть на какую-то тень, но как на зло вокруг были лишь бескрайние пески египетских пустынь. — Эй, Аматерасу! Вы, госпожа, с ума сошли что-ли?! Поубавьте солнца, молю! — не выдерживая полуденной жары, и даже не вспоминая о манерах от злости, воскликнула почтенная кицунэ в надежде, что великая Аматерасу внемлет её словам. Было бы неплохо, если бы госпожа солнца заметила Акэйн сейчас и, как бы стыдно то ни было, оказала хоть каплю содействия. Однако, с этих земель голос Акэйн госпожа Восточного солнца не слышала мольбы давней своей приятельницы. Уж так был устроен мир. Люди, духи, боги — никто не знал о том, но на самом деле солнц, освещавших Землю, было аж четыре: Северное солнце, Южное солнце, Западное и Восточное. У каждого были свои божества и свои владения. В месте, куда попала Акэйн правила госпожа Западного солнца, чье имя в этих землях было Ра.
Ра, со скукой в глазах наблюдавшая за тем, сколь несправедливым было третье состязание между Гором и Сетом (впрочем он не сильно-то и отличалось от двух предыдущих, но вмешиваться Ра совсем не хотелось), услышала обращение к себе. Да и не абы какое. К ней явно обращался не человек, слишком уж сильным был зов. Но кто мог посметь обратиться к ней, если не люди своими молитвами да подношениями? Уж точно не монстры из Дуата.
— Хы, — усмехнулась Ра, заметив в пустыне нечто действительно интересное.
— Что такое, матушка? — поинтересовалась Хатхор, не понимая загадочной ухмылки богини солнца.
— Нечто правда интересное происходит прямо сейчас, — ответ Ра мало что прояснил для Хатхор. Она бы удивилась если бы так себя вел кто-либо другой, но это была Ра. Старая, добрая Ра. Для неё такое было вполне себе нормальным, поэтому Хатхор ничего не оставалось, кроме как оставить маму наедине со своими причудами и продолжить наблюдать за происходящим.
— Куда более интересные вещи происходят сейчас между участниками состязания, матушка, — подметила Хатхор, завидев песчаную бурю внушительных размеров.
«Ну вот и все. Считай победитель определён. Ох уж этот жаркий нрав Сета», — захихикав куда более странно, чем то недавно сделала Ра увидев в пустыне Акэйн, Хатхор мысленно помогала Гору взойти на трон Египта. Богиня любви была настолько поглощена своими мечтами, что и не заметила, как её мать в мгновение ока куда-то пропала.
***
Мало того, что песок этих земель скорее походил на некое подобие лавы, так ещё и буря поднялась. Нет, ну это уже ни в какие рамки не лезло. Впервые в жизни Акэйн было настолько жарко в кимоно. Пояса давали тяжестью, ткани тамото казались каким-то лишними, хотя не так давно Акэйн восхищалась их красотой и изящностью. Да о какой изящность может идти речь в песчаную бурю где-то в пекле?
— Даже Аматерасу меня не слышит, а ведь я госпожа горы Фудзи. Могла бы и уделить мне хоть минутку своего внимания. Но раз так, то и сама справлюсь, — гордость лисы неприятно щипала той кожу. Конечно, за последние пару сотен лет ещё никто не смел её игнорировать, ровно как и за последние пару сотен лет Акэйн ни разу не обратилась за помощью. Но этот портал самодельный, чтоб его. Если бы только Акэйн могла почувствовать путь домой, то и вопросов не возникло бы, но не тут то было.
— Аматерасу? Кто это? — Акэйн не сразу поверила, думала показалось, но похоже среди этой безжизненной пустыни наконец раздался чей-то голос. Кицунэ обернулась и действительно пред ней стоял некто. Явно не человек, слишком сильной была энергетика.
«Что такое? Её аура столь сильно мне напоминает ауру самой Аматерасу, что аж тошно», — и пусть лиса была удивлена и возможно даже рада, но это вовсе не значило, что великая Акэйн тут же довериться первой встречной полуголой женщине. Хотя стоило признать, что быть полуголой в такую-то погодку было отнюдь не глупой идеей, пусть и расходящейся со всеми ведомыми и неведомыми кицунэ правилами приличия. Да и зачем существу с такой аурой приличия? Это удел людей.
— Что значит кто? Как можно не знать о госпоже Аматерасу — великой госпоже солнца, — ответила Акэйн. Право же странностям конца не было видно. Язык незнакомки был до ужаса странным (Акэйн о том не знала, но Ра считала так же), но сверхъестественные существа не были бы собой, если бы не могли понимать друг друга, даже используя разные языки. В самом деле еще более странным было то, что потустороннее существо спросило кто такая Аматерасу. Смех и только.
— Ну уж нет, — возразила черноволосая. — Госпожа солнца это я и имя мне вовсе не Аматерасу, — между тем сама Ра была удивлена не меньше Акэйн. Повелительница Западного солнца так же поняла, что имеет дело вовсе не с человеком. Аура незнакомки была сильна, несколько мрачна и в какой-то мере она освежала, словно дождь в сезон засухи. Но одета та была поистине странно. Её красно-синие платья были необычного кроя. Нигде в Египте ничего подобного точно не сыскать. На голове чудачки красовалась красно-белая маска неизвестного Ра зверька. Что-то похожее на собаку или же кошку. Не понять толком. В руках чудачки красовался белый зонт необычного строения. Она точно была чужестранкой, но разве бывают такие чужестранцы? Потусторонние чужестранцы.
— Кажется, я понимаю почему люди так сильно помешаны на правилах и приличиях. Госпожа, не знаю кто вы, но не стоит так глазеть на меня. И без того жарко, не хочу чтобы ещё и вы выжгли во мне дыру, — Акэйн фыркнула в сторону Ра, выражая таким образом свое недовольство.
Поведение незнакомки веселило Ра. Изыскана, как самые дорогие ткани Египта. Красива, как безоблачное небо. Волосы белоснежны, как свежайшее молоко, глаза чем-то напоминают глаза Сета, а нрав, который можно было расслышать в голосе, не мог не привлекать к себе. Правда была она слегка бледновата для земель Египта. Если бы люди увидели её, тотчас схоронили бы приняв за покойную.
— Раз так, то тебе следовало бы представиться, — рассмеявшись, ответила Ра.
— Тут вы правы. Раз ситуация сложилась подобным образом, то мне, будучи гостьей в этих землях, стоит проявить воспитанность. Позвольте представиться, — для большего впечатления Акэйн решила продемонстрировать свои хвосты, которые тотчас показались из-под юбок её кимоно, — Акэйн — прекрасная госпожа горы Фудзи, первая кицунэ этой горы, — элегантно сколовшись в приветствии, молвила Акэйн. Тембр голоса был спокоен и полон гордости. Воистину это было так. Каждый раз когда Акэйн демонстрировала кому-то свои девять белых хвостов, она делала это столь горделиво, что невозможно было оторвать взгляд.
«Может это новая богиня? Но что за бред она несет? Гора Фудзи?» — Ра была восхищена своей собеседницей, но между тем та все так же выглядела слишком странно. Эти девять пушистых хвостов, летающие вокруг девушки светящиеся шары и даже её внешность — все было не таким. Ни один египетский бог не был похож на неё. Может она и вовсе не богиня?
— Ты божество? — напрямую спросила Ра, не желая медлить с тем, что было ей крайне любопытно.
— М? — в лисьих глазах мелькнул огонёк довольства. — Право же, меня никто ранее так не величал. Можно сказать конечно и так, ведь я прожила на своей горе достаточно долго, чтобы получить аж девять хвостов, но не думаю что демона-оборотня можно сравнить с божеством. Однако, спору нет, я и правда прекрасна подобно богине, — заявила Акэйн, радуясь, что её сравнили с божеством.
— Выходит ты не божество, а демон. Какая жалость. Я уж было подумала, что среди нас появится новичок и жизнь станет ещё интереснее, — Ра несколько огорчилась.
— Что вы имеете ввиду, странная женщина, чьего имени я так и не услышала? — Акэйн же в свою очередь считала своим долгом напомнить собеседнице в том, что ей так же стоит представиться.
— Богине не стоит идти на поводу у демона. Я не обязана представляться тебе, — Ра была не менее горделива, нежели Акэйн. От высокомерия и невоспитанности собеседницы правая бровь Акэйн слегка дёрнулась от раздражения, но улыбка на её лице не дрогнула, вот только взгляд стал суровее. — Но все же я должна отдать тебе должное. Демонов подобных тебе я не видела: умна, красива, так ещё и с манерами, — рассуждала Ра, внимательнее рассматривая демоницу. Её красоте можно было даже позавидовать. Ни одна из богинь Египта с ней не сравнилась бы (ну может быть разве только сама Ра).
— Разумеется, я ведь госпожа и не простая. Госпоже горы Фудзи стоит быть величественной во всех смыслах. Если присмотритесь, то заметите изысканность в каждом моём движении, — госпожа горы никогда не упускала возможности похвалить себя. Об этом каждый листочек на горе знал. Если шаманке вдруг нужна была помощь Акэйн, то получить её та могла лишь задобрив самолюбие лисицы. Для этого шаманки часто калечили себя, омывая кровью священную землю горы Фудзи, прославляя величие госпожи, которую нельзя было сравнить ни с одной другой лисой.
— Что же тогда столь важная персона забыла посреди пустыни в землях Египетских? — насмехаясь, спросила Ра.
— Чт… — больше всего Акэйн не любила когда ей указывали на её же ошибки. Вот опять пришлось вспомнить, что она здесь не по доброй воле. И что ещё за земли Египетские такие? Ни у одного клана Японии таковых точно не было. — У меня здесь важное дело. Я прибыла к вам издалека. И раз уж вы божество, то надеюсь будете гостеприимны, — выкручиваться из ситуации стоило достойно. Не должен же статус пострадать из-за проделок каких-то детишек.
— Вот как? И какие такие дела у тебя тут образовались? — Ра конечно насмехалась над чудачкой, но что её волновало куда больше, так это то откуда та прибыла. Нет, разумеется Ра знала о существовании других держав, но никогда не видела демонов подобных бледнолицей. Откуда она пришла и зачем? Почему не узнала саму богиню солнца? И что самое важное, что сулит Египту её приход?
— Не собираюсь отчитываться о своих делах кому-то, кто даже не счел нужным представиться какому-то там демону, — гордо фыркнув, ответила колкостью на колкость Акэйн. Оно было и к лучшему, врать в такую жару было сложновато, что конечно признать стыдно, ведь Акэйн мастер иллюзий, а иллюзии, как известно всем и каждому — истинная форма вранья.
— Будет весьма интересно представить тебя остальным, дорогая, — Ра всегда любила свои чудаческие идеи и вот одна из них созрела сама собой. Дополнительное состязание между Сетом и Гором. Кто получит голову чужачки станет победителем. Правила предельно просты, что аж мурашки по коже. Конечно логичнее узнать о ней побольше, но по-настоящему весело бывает крайне редко. Будет кощунством упускать столь прекрасный шанс на веселье. Выживет, можно будет поговорить, а если нет, то одним демоном будет меньше — таково было решение Ра. — Моё имя Ра и я богиня солнца всея Египта. Раз ты оказалась в моих владениях, позволь забрать тебя в наш потусторонний мир, ведь тебе не место среди людей, Акэйн.
«Богиня солнца? А вот это действительно интересно» — Акэйн не показала своей заинтересованности. Если богов солнца больше, чем один, то это плохие новости. Все знают, что такое междоусобные войны за власть, а уж если речь пойдет по богах солнца, то миру, пожалуй, не выжить. Однако, госпожа Аматерасу никогда не упоминала о существовании других богов подобных ей самой. На это у нее могло быть всего две причины: либо между богами существует некая договорённость во имя избежания воин, либо госпожа и сама не знает о существовании этой самой Ра. Так или иначе, Акэйн должна выяснить как можно больше прежде, чем вернуться на свою гору, хотя бы для того, чтобы в будущем защитить свой дом, ведь боги — самые непредсказуемые существа в мире. Ни духи, ни демоны, ни люди — никто не сравниться с их безумием. Оно опасно и чем сильнее бог, тем больше его стоит почитать. Мало кто об этом говорит, но почитают богов только лишь из страха перед ними. Страх порождает уважение, заставляет склониться и ошибка Акэйн заключалась в том, что в собственном доме она по каким-то причинам не сумела внушить своим подчинённым больше страха. За что, собственно говоря, и поплатилась.
— Раз богиня солнца так говорит, я не могу ослушаться, — Акэйн покорно протянула свою руку Ра, хотя та доверия у неё не вызывала от слова совсем.