ablepsia

Lana Del Ray — Sad Girl

Гарри не любил Лос-Анджелес. Он был слишком шумным для него, парня, на первом плане для которого именно звук. Порой ему казалось, что барабанные перепонки лопнут или он просто-напросто оглохнет, если люди не перестанут так громко говорить, а машины так часто сигналить. Также Гарри резко закрывал уши руками, сжавшись, словно беспомощный котенок, и тем самым привлекал внимание прохожих (пусть он сам не мог этого видеть, но чувствовал на себе удивленные взгляды).

Ему повезло в одном — в Лос-Анджелесе почти всегда было солнце, так что парня могло не беспокоить то, что люди удивляются, увидев его в темных очках, сидящим, к примеру, в открытом кафе или на лавочке в сквере, как, например, когда погода становится пасмурной. 

Правда, одно все же выделяло его среди других. Трость, которой он водил перед собой, чтобы не наткнуться на что-то или кого-то. Среди толпы это было бы безумно трудным, практически невозможным, поэтому Гарри предпочитал немноголюдные места, а, сев на стул, лавочку или при любой другой возможности, он складывал свою палку и клал рядом, так, чтобы никто не видел. Иногда ему хотелось, чтобы все думали, что он такой же, как и они. Здоровый. Видящий. Нормальный (ведь в школе некоторые не стеснялись называть его фриком, пусть парень таким и не был).

Так и сейчас. Он присел на лавочку и тут же спрятал свою трость. Поднял голову, прислушиваясь к звукам. Пели птицы, изредка их прерывало дуновение ветра, теребящее листья деревьев в парке. А кто-то рядом листал книгу, при этом слушая музыку в наушниках на высокой громкости.

Гарри улыбнулся, подумав о том, что, вероятно, понимает этого человека, желающего закрыться от мира с помощью такого верного средства — музыки и наушников. Стайлсу это не требовалось, он и так был закрыт ото всех за темными стеклами своих очков. Никто не мог видеть его глаза.

И никто не мог заглянуть в его душу, чистую, непорочную.

Гарри мог быть спокоен за ее сохранность. За то, что ее никто не бросит на землю и не растопчет вместе с его доверием.

Так ему было проще.

Нервничая, парень постукивал кончиками пальцев по лавочке. Ему хотелось узнать, кто сидит рядом с ним, так, чисто из любопытства, которое было свойственно ему с самого детства, особенно тогда, когда он был видящим. Гарри постоянно куда-то лез — в шкафчик, где были спрятаны конфеты, под кровать или же на дерево, — за что порой получал нагоняй то от своей мамы, то от сестры. Но это нисколько не омрачало его детство, парень рос счастливым ребенком.

До тех пор, пока ему не исполнилось пятнадцать.

— Можешь прекратить? Это раздражает, — спокойно произнесла девушка, сидевшая рядом, и перевернула страницу. Гарри понял, что она даже не взглянула на него, и подумал, что он, вероятно, настолько не интересный.

— Хорошо. Извини, — было нешумно, и парень предположил, что здесь больше никого нет. Только они. — Я пересяду на ту лавочку, — сказал он, указав на соседнюю лавочку. Еще в детстве, часто гуляя здесь, он запомнил, где тут что.

— Но там занято.

Девушка тяжело вздохнула. По тому, что он отвернулся от нее и так грустно говорил, она определила, что тот обиделся из-за ее, возможно, едкого комментария.

— Эй, извини. Я не хотела чем-то обижать тебя. В любом случае, я не специально, — обычно она не была так чутка к чувствам другим, поэтому слова давались ей с трудом, но, когда надо было, девушка умела побороть саму себя. Это было тем качеством, которого так не хватало многим людям.

— Я не обижался, расслабься. 

— Тогда почему отвернулся?

— Ищу свободную лавочку, — как ни в чем не бывало ответил Гарри.

— Но здесь же все занято, — с удивлением заметила девушка, наблюдая за тем, как парень водит головой из стороны в сторону.

— Да? А почему тогда так тихо?

— Ну... мы же в тихой зоне. Здесь всегда тихо. Ты пришел сюда в первый раз? 

— Нет, просто... — смысла врать не было. Гарри понял, что она уже наверняка обо всем догадалась. Конечно, только дурак не способен это понять. — Ладно, мне пора.

Все же Гарри не мог побороть свое стеснение, когда раскладывал свою палку. Он вновь отвернулся от девушки, чтобы она не видела, как покраснели его щеки. Парень чувствовал, как они горели, и его единственным желанием было поскорее приложить к ним что-нибудь холодное. Или же спрятаться туда, где его никто не найдет. Хотел бы спрятаться в темноте, слиться с ней.

Может, он даже хотел бы исчезнуть с этой планеты.

— Подожди! Ты можешь остаться, — произнесла она. В ее голосе Гарри услышал то же, что и у многих других людей, которые говорили с ним. Жалость, которую он терпеть не мог. 

Парень был разочарован. Она такая же, как и все, кто относится к нему только как к инвалиду.

— Нет, спасибо. Я пойду, — он встал, уже собираясь уйти, но тут же оказался сбитым девушкой, которая ехала на роликах и никак не ожидала, что парень так резко встанет и окажется на ее пути.

И в итоге оба оказались на земле. Гарри, который оказался снизу, было больнее, он, словно истинный джентльмен, принял удар на себя. Девушка оказалась на нем, правда все же и ей было больно — она выставила вперед руки и немного стерла ладони об асфальт.

— Черт! — пыхтя и ругаясь, девушка поднялась с земли, поправляя свою голубую юбку. — Смотрел бы хоть по сторонам.

— Прости, я не вижу, — спокойно извинился Гарри, будто на самом деле был виноват в том, что он слепой. — Черт...

— Ну что еще? — тяжело вздохнув, спросила девушка. У нее не было настроения, день выдался не слишком-то хорошим, поэтому она даже думать не думала о том, чтобы быть вежливой. Даже с ним, невидящим парнем.

— Из-за тебя я сломал свою палку.

кто из них Катерина? интрига с: