𝓑𝓮𝓽𝔀𝓮𝓮𝓷 𝓽𝔀𝓸 𝓯𝓲𝓻𝓮𝓼/Ⓔⓖⓞⓡ ⓀⓡⓔⓔⒹ

𝓝𝓮𝔀 𝓨𝓸𝓻𝓴, 14.45

—Я люблю тебя, Бель!—кричал блондин.— Слышишь, люблю! Почему ты от меня отказалась?! Зачем? Ты же сама страдаешь!

—Нет, хватит! Мне больно это слышать!—кричала я.

—Нет, слушай это! Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ! Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ...—мой пронзительный крик.

—Я ТОЖЕ ТЕБЯ ЛЮБЛЮ, БУЛАТКИН!—крикнула я.—Но никогда не скажу об этом!

—Бель, проснись!—донёсся голос мамы.—Вставай, Бель!— долгая тряска и я открываю глаза. На меня смотрит обеспокоенный Блондин, бегая глазами по моему лицу.

—Что, что произошло?—я лежала потерянная, не понимая грани реальности и сна.

—Ты кричала.—я сразу уселась.

—Что я кричала?—спросила я, испугано бегая глазами, по его лицу.

—Что любишь меня.—твою мать.—Бель, это правда?

—Не знаю.

𝓝𝓮𝔀 𝓨𝓸𝓻𝓴, 19.25

Я сидела в гостиной на диване, он сидел с другого краю. Телефон зазвонил. Егор поднялся и стал уходить на кухню.

—Да, София...—чёрт, опять она. Нет, я совершенно солидарна к ней, она хороший человек. Но он теперь с ней.—Прекращай. Я уже говорил, что не оставлю её.—какой-то ответ выводит его из себя.—Да!? Знаешь что?—он ждёт буквально секунду, а после ловит порыв эмоций.—Закрой рот! Ты ни черта не знаешь! Ты, твою мать, и меня то не знаешь! Поэтому будь добра и не лезь в дела семьи.—он кричал на неё. Будто и не любит вовсе. Так словно она совершила убийство.

—Всё нормально?—он зашёл в комнату, и стал смотреть на меня.

—Нет.—он ушёл в кухню. Просто взял и ушёл.

—Чёрт, и главное, что крайняя я.—шикнула я и прошла в кухню.—Что у вас случилось?

—Ничего. Просто кто-то думает только о себе!—пробубнел блондин.—Егор, это ненормально! Ты озабочен Бель! Бла-бла-бла.

—Но ведь это так.—сказала я, подходя и кладя руку на его плечо.—Если ты с ней сейчас не свыкнешься, боюсь потеряешь.

—Ты важнее.—нехотя признавал блондин.

—Булаткин! Сейчас же посмотри на меня!—он развернулся ко мне лицом.—Она тебя обожает! А ты сейчас со мною! Я твоя бывшая, чёрт его дери!

—Да не хрена! Я пытался тебя забыть, уйти с головой в неё, но ты засела, блять, не в голове, а, мать его, в сердце!—он сжал мои плечи, испуганно осматривая меня.—Пойми ты уже, что кроме тебя мне никто нахер не нужен! Я пытаюсь, пытаюсь, но долблюсь в стену! Вся квартира тобой пахнет, твоим гелем для душа, цитрус, апельсин и грейпфрут!

—Хватит орать! Мы уже говорили об этом! —я смотрела на него. Он в ответ на меня. Мы оба были злыми.—Ты не любишь меня! И не смог этого сделать, так может ты хотя бы попытаешься построить, что-то с другой девушкой!?

—Не нужны мне другие! Они не ты!—сквозь зубы сказал он.—Они не заменят мне тебя! Я, блять, люблю только тебя!

—Не нужны? Любишь говоришь?—чаша весов начинала переполняться.—Не ты ли через неделю нашёл себе новую девушку!? Не Бель, так другую найдём? А вот ещё, что интересно, а Тётя Марина в курсе, что мы уже не вместе. А то её очень удивляет тот факт, что я сейчас у отца живу!—сказала я, скидывая с себя его руки.—Пойдём скажем ей? Давно пора! Что у тебя другая, что мы расстались! Давай!

—Только попробуй.—он схватил меня за локоть, который я резко вырвала.

—Попробую.—он притянул меня за шею. Наши лбы соприкасались, а губы чувствовали дыхание друг друга. Он сверлил меня взглядом, как и я его.—Отпусти.—процедила я.

—Даже не посмею!—так же ответил он.

—Ты отвратителен! Сначала мне больно сделал, теперь сделаешь другой из-за меня! Тебе же нужно чтобы тебя любили! Вот пожалуйста! Я тебя люблю! Но ты больше не капли этой любви не получишь!—рука взлетела вверх, а после приземлилась прямо на его щёку.—А теперь отпусти.

—Нет!—он тяжело дышал. Словно еле-еле сдерживает себя.—Ты лучшее, что было со мною! И мне нужна только твоя любовь, только тебе я готов её дарить...

—Вот как?—перебила его я.

—Да! Ты такая упёртая! Будто ты не слышишь меня! Нет, ты не хочешь меня слышать!—он стоял, вена на шее вздулась, а вены на руках всё время то выпирали, то исчезали.

—Это спор 2-ух глухих! Один в упор не слышит, а другой просто не хочет слышать!—я отвернулась от него.—Баран!

—Овца!

—Козёл!

—Сучка!

—Мудак!

—Курица!

—Петух!

—Стерва!

—Псих!

—Истеричка!

Это были не просто оскорбления, это бы поединок, в котором он победил, но не на долго потому что в дверь позвонили. Я пошла открывать дверь.

—Бель, почему ты так шумишь?—спросила Марина Петровна.

—Индюк!

—Мышь!

—Что происходит!?—крикнул Николай Борисович. Тут блондин вышел из комнаты.

—Мам? Пап? А вы чего пришли?—спросил он подходя ко мне.

—Павлин!—прошипела я.

—Доска.—прошептал он.

—Ах так? Стручок!—улыбнулась я.

—Мой стручок тебе в глотку не лезет.—усмехнулся он.

—Ну так этой доской ты и доволен был всегда.—он приобнял меня, а после прошептал.

—Закончим потом.

𝓣𝔀𝓸 𝔀𝓮𝓮𝓴𝓼 𝓵𝓪𝓽𝓮𝓻

𝓝𝓮𝔀 𝓨𝓸𝓻𝓴, 6.30

Я встала с кровати, и вышла в кухню, где сидел блондин. Он пил кофе. Я зашла и выпила таблетки. Он с интересом меня осматривал и гордился тем, что я поправилась. А я теперь видела себя толстой. И он радовался этому! Сегодня мой День Рождения. И я молилась на то, чтобы все об этом забыли. Потому что я не люблю этот день. Каждый год ощущение, что вот вот и мне 70 жизнь закончилась. Что касаемо нас с Булаткиным, мы просто игнорируем друг друга. Просто. Доброе утро, спокойной ночи. Большего и не надо. Просто не переносим друг друга.

Он ушёл в комнату, а после вышел одетым и покинул квартиру. Ну шикарно вообще, ничего не сказав ушёл и всё. Прекрасно Булаткин, просто восхитительно.

Я же стала собираться в университет. Завтрак мой состоял из молока и медовых тостов, а после я съела банан. Я умылась, привела в порядок волосы и стала одеваться.
В Нью-Йорке на удивление прохладно, поэтому мой выбор пал на чёрную водолазку с горлом, укорочённые брюки серебряного цвета, что сверху были затянуты ремнём. На ногах грубые ботинки чёрные, глянцевые. Поверх всего пальто цвета кремовый хаки.

На плечо закинула рюкзак и осмотрела себя снова. Моя фигура вернулась, не было той красивой худобы. Я вновь стала, как все. И именно это мне не нравилось. Мои короткие волосы, мои короткие ногти, моя бледная кожа, абсолютно всё мне в себе не устраивало. Дурацкий маникюр, на дурацкие короткие ногти, казался мне отвратительным. Этот цвет был мне противен.

В университет я шла уже с испорченным настроением. Мне было чертовски обидно, что всё это произошло со мной. Не с кем-то другим, кто действительно заслужил такого. А со мной. Да, я тоже не идеальная, но ведь и не настолько отвратительная.

Зайдя в универ, мои одногруппники поздравили меня с днём рождения, на что я  лишь тихо кивала, нежелателен отвечать бурными эмоциями. Керр сегодня не было, а следовательно я целый день одна.

Но и день прошёл очен быстро. Я уже шагала домой, как меня кто-то окликнул.

—Анабель!—я обернулась и увидела парня официанта из кафе. Кажется его зовут Ричард.—Привет.—запыхавшись, он подошёл ко мне.

—Боже мой, привет.—я заправила прядь волос за ухо.—Ты чего бежал то? Я бы подождала.

—Просто увидел тебя, решил поздороваться.—он скромно улыбнулся.—Тебе куда?

—Мне туда.—я указала в сторону своей улицы.—Ты?

—Я туда же, мне на работу.—он стеснительно опустил глаза вниз.—Не против если мы вместе пройдёмся?

—Нет, конечно.—он был симпатичным. Тёмные волосы, светлые глаза, ростом примерно 178 сантиметров. Он был точно ниже Егора, но не менее симпатичным.

У него был отменный стиль, очень похожий на стиль Булаткина. Словно меня только на таких и тянет. Но этот был другой. Он был скромным, стеснительным. Был собой. Но Егор, он в душе очень ранимый, а снаружи покрыт колючками.

Мы почти дошли до ресторана.

—Уже подходим.—он грустно выдохнул.

—У меня сегодня день рождения. Я буду одна, можешь прийти ко мне, посмотрим фильмы. Как тебе идея?—парень стал смотреть мне в глаза.

—Отлично, я приду.— он уже собирался зайти в здание, как вдруг обернулся.—С Днём Рождения, принцесса!

Нет! Он не мог меня так назвать. Он скрылся в здании, а с моего лица сползла улыбка. Твою мать, какого чёрта, он меня так назвал? Это табу! Меня нельзя так называть!

Я отмахнулась, точнее попыталась, и пошла в сторону дома. Я забежала в подъезд. Мой любимый подъезд, где напротив меня жила моя любовь. А сейчас он живёт в другом конце города, с другой девушкой. Я поднялась на свой этаж и вставила ключ в замочную скважину. Провернув его, я открыла дверь и прошла в гостиную. Свет резко включается и на меня выпрыгивают друзья.

—С Днём Рождения!—кричат они хором, от чего я теряю дар речи. Мне было приятно. Очень приятно. Здесь были все близки мне люди. Керр, Артём, Власс, парень, который шёл со мной на выпускной, но в итоге остался со своей позже новоиспечённой девушкой, и она тоже Розалин, наудивление Ричарда тоже позвали, Доминик и Жасмин пришли, а вместе с ними и подруга девушки Хейлин, и он. Он стоял отдельно от всех. В рубашке и брюках. Ему 18, чёрт возьми, а выглядит словно 30. И его это не старило, а украшало. Он на фоне всех выглядел мужчиной, а не мальчиком. Даже Артём, который старше нас на 2 года, выглядел мальчишкой. Почему он старше нас, но учился с нами, не знаю, эту историю знает только блондин. Возвращаясь к нему, можно было увидеть, что он был в своих мыслях. Грустный какой-то.

—Теперь и нашей малышке 18!—крикнула Керр, обнимая меня за шею.—Теперь можно официально напиваться!

—С Днём рождения, Бель!— поздравили меня Ник и Жасмин, обнимая с двух сторон.

Все поздравили меня и пришло время подарков. Керр и Артём вручили мне вазу, внутри которой лежали плётка и меховые наручники. Я посмотрела на них с презрением и хитрой улыбкой. Он только расхохотались  и отошли, позволяя другим поздравить меня. Дальше с коробочкой в руках подошли Жасмин и Доминик. Я приоткрыла её и увидела платье. Это было невероятно красивое платье. Я сразу же побежала его надевать. Это было кроваво-красное платье с приспущенными плечами, выделяющее талию. Под платьем лежали того же цвета туфли, на высоком каблуке.

Я расчесала волосы и вышла к друзьям. Ник и Жасмин сразу обняли меня, восторгаясь мной в этом образе.

Следущая подошла подруга Жасмин, Хейлин. Она подарила прекрасный парфюм. Далее были Власс и Розалин. Они протянули мне пакет от «Agent Provocateur». Там было очень красивой бельё. Я слегка застеснялась, но приняла его, обнимая друзей. Ричард подошёл ко мне и скромно вручил маленькую коробочку. Я приоткрыла и в ней лежали серёжки. Маленькие, но аккуратные серьги. Золотое украшение поблёскивало, от падающего на него света. Милые планеты, тоже стали украшать мои уши.

Последним подошёл он. С кожаной коробочкой в руках, чуть большей по размеру чем и Ричарда. Я дрожала. Я действительно дрожала, как первоклассница перед старшеклассником. Я была не то в предвкушении, не то, в сладкой истоме. Он передал мне в руки коробку, на которой красовалась надпись «Cartier». Я застыла. Шоку не было предела. И я уже стала пихать коробку обратно.

—Открой.—сказал севший голос, после чего он сразу же прочистил горло.—Прошу открой.

Руки машинально стали открывать коробку. Словно слушаясь его приказа. Там лежал он. Браслет который стоил дороже меня. Руки затряслись лишь сильнее. Я начала радоваться.

—Егор, он...он... шикарный!—я кинулась к нему на шею, крепко обнимая.—Боже, спасибо, он просто идеален.—я еле сдерживалась, чтобы не поцеловать его в губы. Поэтому целовала всё лицо. Теперь он улыбался и держал на руках.—Спасибо! Спасибо! Спасибо!

—Я всегда готов радовать тебя, принцесса.