𝓑𝓮𝓽𝔀𝓮𝓮𝓷 𝓽𝔀𝓸 𝓯𝓲𝓻𝓮𝓼/Ⓔⓖⓞⓡ ⓀⓡⓔⓔⒹ

𝓝𝓮𝔀 𝓨𝓸𝓻𝓴, 01.30

По прилёту нас встретил холодный Нью Йорк, мрачный и пасмурный. Но тем не менее, я всё так же люблю этот город. Теперь, я возможно смогу дышать полной грудью. Точнее, пытаться. Я уже и не знаю, о своих целях в жизни, но тот факт, что я должна избавится от существования Егора в моей жизни, это была первая задача. Так как я почти избавилась от наркотической зависимости, неужели я не избавлюсь от зависимости к человеку?

Друзья вышли из самолёта и пошагали вперёд. Я же за ними, только с маленьким рюкзачком. Егор катил один чемодан и свою спортивную сумку. Впрочем так же как и Артём. Мы уже вышли с аэропорта. И тут была проблема. У меня нет денег на такси. Свои последнии сбережения я потратила на билеты и очередные антидепрессанты. Чёрт! Отцу звонить не вариант, а пешком идти до дома, это абсурд. Но вот оно моё "спасение".

—Бель, вы едете к Егору, как я понимаю, ты за вещами, мы пока Софию отвезём в магазин.—подруга печально посмотрела на меня.—Попробуйте...

—Нет, Рыжая, он счастлив с другой, я смогу отпустить, не хочу быть преградой его счастью.—я лишь улыбнулась.—Но, спасибо. Теперь я пойду домой пешком и с чемоданами, намного меньше.

—Вы идёте?—позвал Артём, на что мы пошли в сторону 2-х машин.—Бель, про таблетки помнишь? 2 раза...

—Да, да, да, 2 раза в день с успокоительным и АД не перебарщивать, помню я.—сказала я и обняла Тёму.—Спасибо, если бы не ты, я бы, либо мучалась в огониях, либо уже умерла.—прошептала я, а он погладил меня по спине, чуть сжимая в объятиях.—И скажи Керр, чтобы лишний раз не волновалась, потому что я ещё хочу быть крёстной.—он тихо рассмеялся, а после выпустил из своих объятий.

—Всё, была рада знакомству, пока-пока.—сказала эта улыбчивая блондинка, от чего на душе расплылось тепло.

—Позвоните, как дома будете.—крикнула я, уже заведённой машине.

—И ты!—услышала я нежный голос Керролайн.

—Ну что, поехали за моими вещами?—спросила я, улыбаясь, но он стоял облокотившись на капот, такой родной и любимой Audi.

—Уверена, что хочешь этого?—спросил он.—Даже не поговорим?—улыбка в момент спала с моего лица, и я лишь прикрыла глаза.—Опять убежим и спрячемся, как маленькие дети?

—Да.—чуть тихо сказала я. На что он явно опешил.—Ты сейчас с Софи, и я вижу, как ты счастлив. Пускай это будет глупо и опрометчиво, но это будет правильно. Ты не разобрался в себе, я тоже. Забудь, просто сотри из памяти, всё то время, что мы были вместе. Отпусти. У тебя теперь, новая история, а нашу пора закрыть. Да пускай, я буду мучаться и сожалеть, но уж пусть лучше так, чем знать, что ты просто замена кому-то.—через силу произнесла я эти слова. На что тот лишь сел в машину. А я села за ним, на заднее сиденье.

—Пересядь, пожалуйста.—попросил он, на что я лишь закатила глаза.—Просто сядь рядом.—выдохнул он. А я всё-таки пересела.

—Зачем, ты это делаешь? Зачем давишь на больное?—спросила я, понимая, как дрожит мой голос.

—Мне это нужно.—сказал он нажимая на кнопку и заводя авто.—Да, это эгоистично. Но прошу тебя, последний раз.

—Я, правда не знаю, зачем ты делаешь и себе больнее? Но если тебе так может быть легче...—я держала паузу, недосказанность.

—Признай, что так легче и тебе тоже.—и он был абсолютно прав. Увы, но так оно и было. Хотя морально тяжело, мне было не менее, но душевно было очень тепло.

Мы выехали и всю дорогу ехали молча. Думая, каждый о своём. Его мысли выражались в эмоциях. Когда он злился, о прибавлял скорости. Когда переживал и волновался сжимал руль. Если он вспоминал, что-то хорошее, расслаблялся и облокачивался на спинку кресло. Но когда ему становилось больно, то стрелка на спидометре поднималась, руки, на которых красовались подаренные меню часы, сжимались руле, а вторая нога чуть дёргалась.

Но вот, наконец мы подъезжаем к нашему... его, дому. Я выхожу из машины и беру рюкзак. После просто следую за его накаченной спиной, которая, тяжело вздымается. Я шла, крутя свои ключи, которые он мне отдал, когда я пришла в себя. Но единственное, что я сделала, эти сняла брелок и положила его в карман. Он был очень ценен для меня. Как напоминание о чём-то светлом. Уже стоя в лифте, глаза каждого из нас рассматривали свою обувь. Я свои до блеска начищенные ботинки, которые он умудрился мне привезти, и как оказалось не зря, он же свои чёрные промокшие кроссовки. Лифт ехал мучительно долго. Но как только он доехал, блондин сразу вышел из кабинки, ища по карманам ключи. Я лишь подошла к двери и стала открывать её. Пару щелчков и нажатие на ручку отворили её. Я ступила на порог, как ко мне на встречу выбежал маленький щенок добермана. Он радостно закрутил хвостиком в ответ на моё удивление.

—Это Сын, Самануэль, щенок Люцифера. Думал, что когда мы вернёмся, будем жить с ним, ты за ним ухаживала, пока я на работе, а потом мы бы по вечерам гуляли с ним.—в голове нарисовалась картинка этого, но после сразу растворилась, как трезвость удрала в голову.

—Какой, ты хороший!—проговорила я, поднимая малыша на руки.—Значит Сын. Теперь у меня есть повод вас навещать.

—Да...

Я разулась и прошла в глубь квартиры, подсознательно вспоминая всё, что тут происходило. Картинки нашего секса прямо на этом столе, как мы смотрели «Хатико», как я кричала на него, из-за своего плохого настроения, как мы собрались с Керр и Артёмом. Быстрыми картинками, воспоминания всплывали в голове. А в этот момент на талию упали горячим ладони. Они чуть сильнее сжали меня, заставляя упасть в объятья этого мужчины. Чёрт, я начала вновь таять, поддаваться тому омуту, от которого бегу и по сей день.

—Ты же не хочешь, чтоб всё вот так закончилось. Я это знаю.—его голова лежала на макушке, а руки всё крепче сжимали талию.

—Дай мне пару минут, я переоденусь и мы попробуем поговорить.—он выпустил меня из хватки и я прошла в спальню.

Я быстро нашла вещи, в которые решила переодеться, особо ничего не придумывая. Я надела обычные джинсы, синего цвета, чёрный бадлон, из шкафа достала пальто и чемодан.

В который решила свалить всё и сразу. В рюкзак закинула косметику и уходовые средства, а в чемодан без разбора накидал вещей, по мимо того, положила одну рубашку и один худи блондина. Застегнув молнию на чемодане, я его вывезла. Он сидел за столом, то ли думая о чём-то, то ли просто без мыслей. Егор попросил меня сесть и я села.

—У нас мало времени. —в этот момент щенок попросился на руки, на что я его подняла и он сразу улёгся на коленях, чуть поскуливая. Я же стала его гладить.

—Ты ему нравишься.—как бы разбавляя обстановку.—Почему ты так поступила? Из-за чего? Ты увидела во мне слабость и просто отказалась от меня? Что произошло?

—Я уже говорила и повторю. Я просто не хочу быть кому-либо заменой.—я смотрела ему прямо в глаза, хотя картинка и плыла.

—Ты лучшее, что было со мною, о какой замене идёт речь? Я правда не понимаю.—он раскаивался во всех грехах, только глазами. Голубыми как небо, что сейчас судорожно бегали по моему лицу.—Я знаю, ты злишься, но...

—Я не злюсь. И ты сам прекрасно понимаешь о чём я. Ты нашёл ту, с которой твои глаза светятся. Держи её. Не отпускай. Учись на ошибках, которые совершил со мною.—слёзы уже текли по щекам, голос хрипел, но улыбка не сползала.—Прошу тебя, хотя бы ты будь счастливым.

—Как мне быть счастливым если тебя не будет со мною. Я за тебя жизнь готов отдать. До сих пор, мои чувства к тебе, как и до этого сильны. Но ты почему-то вбила себе в голову, что ты замена кому-то. Я уже ничего не понимаю. Правда. Я настолько запутался, что уже не могу разобраться в себе.—по щетинистой щеке стекла слезинка, а его голос уже осип. Он через раз хрипел, то его голос дрожал.

—Думаю не стоит это продолжать, только больнее становится.—я придерживая Сына на коленках, стёрла слезу с щетинистой щеки.—Будь счастлив. Улыбайся, будь сильнее всех остальных. И знай, сколько времени бы не прошло. Для тебя всегда есть место в моём доме, в моём обществе и в моём сердце. Помни, что я люблю тебя.

—Я...—он хотел что-то сказать, как я его прервала.

—Тшш...—я приложила палец к его губам, как он взял мою руку в свои и приложил к губам.—Просто молчи. Скоро приедет София. Люби её так, как не любил ещё никого. Прощай.

Я встала из-за стола, параллельно опуская Самануэля на пол. Подходя к своему чемодану, я чуть помедлила, в очередной раз взвешивая все за и против. Но слишком быстро разум стукнул в голову и я уверенно взялась за ручку чемодана.

—Я отвезу тебя. Пожалуйста, не отказывай. Дай мне хотя бы последний раз насладиться тобою. Твоим обществом.—он схватил мою руку. На что я кивнула, а блондин с облегчением выдохнул.

Мы уже сидели в машине, он положил мне руку на бедро, сжимая. Казалось бы, мы ехали в идиллии. Если бы мы не знали, что твориться внутри каждого из нас. Какой ураган противоречий, совестливых уколов. Комплексов, неуверенности и многого другого. Он вёл машину, в салоне которой стояла тишина, ни музыки, ни оживлённой беседы. Только звук мотора, что заставлял автомобиль и следовательно нас сокращать дистанцию до точки прибытия. Всё произошло слишком быстро. И я уже стою на лестничной клетке парадной, напротив своей квартиры. Он смотрит на меня, понимая, что вот он финал. Последняя, отправная точка. И судя по всему он не сдерживается.

Он хватает меня за шею и притягивает к себе. Его губы накрывают мои, и мы уже не в силах противостоять этому. Оба наших сердца выдвинули протесты разуму и одержали победу. Такую сладкую, радостную, доводящую до мурашек по телу, победу. Выброс эндорфинов и адреналин зашкаливает, мы прижимаемся друг к другу только сильнее. Тела уже горят, от настолько сильного притяжения. Казалось бы сейчас произойдёт взрыв, который уничтожит всех и вся. Огония, в которую мы в пали, стала той самой истомой, что одолевала нас и мучала нас на протяжении последнего времени. Мы не хотели отрываться не на минуту в ожидании фейерверка, но только бабочки порхали в животе. Но этого было достаточно. Мы просто наслаждались последними минутами и глотками кислорода.  Но вот и этому пришёл конец. Воздух нас подвёл, заставляя отойти друг отдруга, но хорошую дистанцию.

—Прости, я не смог сдержаться.

—Я всё понимаю. Это было нужно. Чтобы в конце концов всё закончилось.— я улыбнулась, опухшими красными губами. И, что было удивительно, он тоже.

—Спасибо за всё. Отпускаю тебя. Знай, я люблю тебя и буду любить.—сказал он и зашёл в кабину лифта, а после нажав на кнопку уехал.

Чёрт! Зачем он это сказал? Он только раззадорил меня. Рука которая находилась в кармане, сжала брелок. Становилось легче. Рука потянулась к звонку, а после пару щелчков и она открылась. Я со слезами на глазах стою и смотрю на отца, что не может поверить, что я стою перед ним. Он еще задаёт пару немых вопросов, а после отходи пропуская внутрь. Я бросаюсь в объятия отца и истерика накрывает меня с головой.

—Пааап...