49 глава
— Друг мой сердечный! — с наигранной радостью воскликнул Гоголь, стремительно подлетая к Достоевскому. Он схватил Федора за руки, крепко сжимая их в своих. — Я так по тебе скучал! — продолжил клоун, широко улыбаясь. — И твоя прекрасная женушка тоже рада тебя видеть! Только что-то она этого не показывает! — добавил он с лукавой усмешкой, кивая в сторону Аризу.
Аризу, не желая быть частью этой театральной постановки, молча отошла от всей компании. Она нашла укромное место у стены, облокотилась на холодную поверхность и прикрыла глаза, стараясь отгородиться от происходящего. Внешне она сохраняла полное спокойствие, её лицо было непроницаемой маской. Но под этой маской скрывалась буря эмоций. Жгучая боль разрывала её изнутри. Боль от осознания того, что Дазай, человек, которому она доверяла больше всего на свете, также отвернулся от неё. Слезы подступали к горлу, грозясь прорваться наружу, но Аризу сдерживала их. Она понимала, что сейчас не время и не место для слёз и эмоциональных излияний. Нужно было сохранять хладнокровие и пытаться разобраться в ситуации, понять, что произошло между ней и Дазаем.
Из раздумий Аризу вырвали громкие возгласы Гоголя. Она невольно открыла глаза и напряженно прислушалась.
— Спрашиваешь, зачем мы пришли сюда? Это же очевидно! — весело проговорил Гоголь, всё это время обращаясь исключительно к Достоевскому, словно остальных в помещении просто не существовало. — Чтобы убить тебя, — произнёс Николай, и весёлые нотки в его голосе мгновенно исчезли, сменившись ледяным тоном.
Однако слова Гоголя, казалось, ничуть не удивили Федора. Он лишь слабо и натянуто улыбнулся, прикрыв глаза. Очевидно, он ожидал подобного развития событий.
Дальше Гоголь начал пространно рассуждать о том, что лишь немногие вещи способны пошатнуть искреннее желание спасти друга. И именно поэтому он намеревался сломить волю Достоевского своей непоколебимой решимостью. Он хотел доказать, что воля человека абсолютно свободна и неподвластна никаким внешним факторам. Однако в его рассуждениях был некий философский парадокс. Если Николай просто возьмёт и убьёт Достоевского, то это будет лишь проявлением примитивного, инстинктивного желания доказать собственную свободу выбора. И тогда получится, что людьми на самом деле управляют животные инстинкты, а не разум. Именно поэтому Гоголь пришёл к весьма противоречивому решению: он одновременно будет стремиться спасти своего друга и убить его.
— Я устрою вам дуэль... В виде побега из тюрьмы! — весело объявил Гоголь, обращаясь теперь уже к Дазаю и Достоевскому. Он указал на них пальцем, подчеркивая свою мысль. На его лице играла задорная улыбка, словно он предлагал не смертельно опасное испытание, а увлекательную игру.
Дазай и Федор, услышав это неожиданное заявление, застыли на мгновение, удивленно глядя на Гоголя. По их лицам было видно, что они не ожидали такого поворота событий. Но спустя секунду напряжение сменилось усмешками. Им обоим, по-видимому, пришлась по душе эта безумная идея.
— А ты... и впрямь чудесный друг, — произнес Дазай, с едва заметной иронией в голосе. Его глаза блестели, предвкушая предстоящее приключение.
— Истинно так, — согласился Достоевский, его тон был спокойным и уверенным. Он, казалось, был готов принять вызов Гоголя и вступить в эту необычную дуэль.
Несколько минут спустя Аризу и Сигма молча наблюдали за происходящим. Дазай и Достоевский, следуя указаниям Гоголя, вводили себе в вену смертельный яд. Пока они это делали, Николай с увлечением рассказывал им о препятствиях, которые ждут их на пути к свободе. Он объяснил, что у них есть всего полчаса, чтобы выбраться из тюрьмы, иначе яд подействует, и они умрут. Победа и единственное противоядие достанется тому, кто первым доберётся до выхода.
— Ой! Совершенно забыл! — воскликнул Гоголь, изображая театральную растерянность. — Дорогуша, ты тоже участвуешь в этой игре! — весело произнёс он, резко повернувшись к Аризу.
— Что? — спросила девушка, нахмурившись. Неожиданное заявление Гоголя застало её врасплох.
— Ты всё верно поняла! Составишь компанию Дос-куну! Ты всё-таки его жена! — с прежней весёлостью произнёс Гоголь, словно не замечая недоумения Аризу.
Девушка на несколько секунд замолчала, обдумывая услышанное. Дазай, единственный человек, к которому она испытывала сильные чувства, отвернулся от неё. А значит, ей действительно нечего терять. В её голове начал формироваться план, довольно рискованный, но, возможно, единственно верный в сложившейся ситуации. Подробности своего плана она решила пока оставить при себе.
— Хорошо, я согласна, — спокойно ответила Аризу. Гоголь, довольный её согласием, протянул ей шприц с ядом. Без колебаний девушка ввела его себе в руку. Теперь пути назад не было...
***
Тем временем в офисе Вооружённого Детективного Агентства кипела работа. Сотрудники занимались своими обычными делами, погруженные в решение текущих задач. Внезапно в офис вошли директор Фукудзава и Рампо, которые только что вернулись с задания в другом городе.
— Здравствуйте, директор, — вежливо поприветствовал их Ацуши, отрываясь от работы.
— Где Аризу и Дазай? — сразу же спросил директор Фукудзава, его голос звучал ровно и спокойно, но в нём чувствовалась нотка требовательности.
К ответам на вопросы директора вызвался Куникида. Он подробно рассказал Фукудзаве о том, что Аризу была уволена из агентства, поскольку выяснилось, что она работала там по приказу Достоевского. Куникида не только изложил суть дела, но и предоставил директору все необходимые доказательства, подтверждающие его слова. Затем он сообщил о том, что Дазай был арестован и помещён в тюрьму для одарённых "Мерсо". Куникида старался говорить максимально чётко и лаконично, приводя лишь факты, без лишних эмоций и предположений.
Рампо взял предоставленные Куникидой документы из рук директора Фукудзавы. Быстро пробежав их глазами, он, казалось, мгновенно уловил суть дела.
— Какие же вы тупицы, — произнес Рампо, обращаясь прежде всего к Куникиде. — Ты в курсе, что вас обвели вокруг пальца? — добавил он с легким оттенком раздражения в голосе.
— В каком смысле? — озадаченно спросил Куникида, не понимая, о чем говорит Рампо.
— В прямом, — спокойно ответил Рампо. — Все эти «доказательства» того, что Аризу работала под прикрытием на Достоевского, — подделка, отчасти. Аризу действительно работала на Достоевского, но в прошлом. Я это понял ещё во время инцидента с Канибализмом. Думал, она сама расскажет всё, когда придёт время. Но, видимо, Достоевский опередил нас и через Спецотдел по делам Одарённых предоставил фальшивые документы и доказательства, чтобы подставить её, — пояснил Рампо, складывая бумаги обратно на стол.
— Мы пытались связаться с вами, — робко вставил Ацуши, обращаясь к Рампо и директору. — Ни вы, Рампо-сан, ни вы, директор Фукудзава, не были доступны, — пояснил он.
— Вот как... Ясненько, — протянул Рампо, задумчиво потирая подбородок. Он, казалось, обдумывал что-то важное. — Директор Фукудзава, — наконец произнес он, обращаясь к Фукудзаве, — нам нужно искать Аризу и вытаскивать Дазая из тюрьмы. - в его голосе звучала непоколебимая уверенность, не оставляющая места для сомнений.
__________________________
Тгк: https://t.me/plash_gogolya