8 Глава
Я остановилась как вкопанная. Непроизвольный озноб пробежал по моей спине, вынуждая каждый мускул затрепетать в напряженном предчувствии опасности.
Моя реакция была рефлекторной, словно инстинктивный сигнал тревоги включился внутри, заставляя сердце бешено колотиться в груди, будто пытаясь выпрыгнуть наружу.
Улица в это время была погружена в сумерки, и само происходящее здесь и сейчас наполняло меня не только пронзительным холодом, который проникал сквозь одежду, но также и глубоким, парализующим страхом.
Разгорающиеся вдалеке уличные светильники беспомощно пытались разогнать окружающую тьму, и в их колеблющемся свете я разглядела трех мужчин, которые, казалось, поджидали жертву.
- Ну ты чего так сжалась, мы вроде не страшные, - процедил Кащей сквозь зубы, не скрывая насмешки, и его товарищи едко залепетали смехом.
В его голосе слышался намек на роковую угрозу, а хитрая улыбка не предвещала ничего хорошего.
- Вот смотри как выходит, - продолжил он с язвительным злорадством. - Меня значит отшили, а ты все с универсамом ходишь.
Кащей неприязненно разглядывал меня, словно предмет, и добавил:
- Но ты ж понимаешь, что тебе это особой защиты не дает?
С коварной усмешкой он выпустил клуб сигаретного дыма и, выбросив недокуренную сигарету на асфальт, медленно сделал шаг в мою сторону, обходя меня, чтобы занять позицию сзади. В то время как другие два бандита, как голодные звери, подошли ко мне поближе, отрезая путь к бегству.
- Пожалуйста, возьмите все что угодно, - пробормотала я трясущимся голосом, протягивая вперед руки с продуктами.
В ужасе я пыталась отступить назад, но внезапное препятствие в виде твердой человеческой статуи за моей спиной заставило меня осознать, что путь к отступлению закрыт.
Мысли моего сознания заполнились самоедством и внутренними упреками, как наивно и безрассудно я поступила, выйдя на пустынные улицы города, когда наступила ночь, ведь теперь я была окружена и на грани полной беспомощности.
«Я идиотка.»
Кащей, как опытный охотник, умело манипулировал ситуацией, обрамляя свои зловещие намерения кажущимся спокойствием.
Он подошел ко мне вплотную, окидывая меня изучающим взглядом, и спросил, как бы невзначай:
- Деньги говоришь?
Я попыталась сохранять хладнокровие, хотя мои руки в предчувствии чего-то неизбежно плохого, безостановочно тряслись.
Протягивая свои скромные сбережения, молча моля о том, чтобы этот ночной кошмар закончился, я почувствовала, как Кащей тянется к моей руке, чтобы взять деньги.
В этот критический момент, когда казалось, что все потеряно, я увидела мощный свет фар, нарушивший темноту, и услышала резкий звук тормозов автомобиля, который внезапно остановился рядом с нами.
Через секунду как мужчина обернулся, он оттолкнул меня в сугроб, так, что я очень сильно ударилась спиной, о рядом стоящий низенький заборчик.
Стеклянному звуку тормозов последовало драматическое молчание, нарушенное мужским голосом, заоравшим своим спутниками:
- Это Адидас. Валим.
Не теряя ни мгновения, Кащей и его сообщники исчезли во мраке ночных улиц, выпрыгивая за угол и теряясь из вида, ускользая от последствий их злонамеренных действий.
Из машины вышел мужчина, неспешно направляясь ко мне. Его рука, протянутая мне для помощи, была залита кровью, что лишь усиливало мои сомнения, но после всего пережитого ужаса, мой разум уже был не в силах бороться с необходимостью обрести безопасность.
С благодарностью кивнув головой, я приняла его помощь, быстро отряхнувшись от прилипшего снега, и чуть трясущимся голосом произнесла:
- Огромное спасибо, если бы не Вы...
Я осеклась и отвернулась, а после перевела взгляд обратно, только тогда замечая что вся куртка мужчины была в крови, как и одежда под ней.
- Не благодари. Садись. Домой тебя отвезу. - Отворачиваясь сказал Владимир и не торопясь отошёл к машине, распахнув дверь пассажирского сиденья.
Не зная, что делать дальше, я всё же решила принять его предложение и осторожно уселась в машину, уворачиваясь от въедливого запаха сигарет и металлического аромата крови.
Возможно я с каждым своим действием поступала глупо: вышла на улицу одна в темноту, а сейчас села в машину к практически незнакомцу.
Ведь то, что я видела его тогда с Универсамом и познакомилась, это ничего не значит, но выбора у меня все равно не оставалось, ведь хуже могло быть только если бы я опять встретила Кащея на обратном пути к дому.
С этим зловещим ощущением, противоречивые мысли о моей безопасности и уместности следующего шага вихрем крутились в моей голове.
- Где живёшь? - устало вздохнув, осиплым голосом медленно произнёс Владимир, обращаясь ко мне и запуская двигатель. Его брови сдвинулись внимательно, когда он ожидал ответа.
- Воон там, через два квартала отсюда, - уверенно и одновременно утомленно произнесла я, указывая рукой направление через пропотевшее от температурного контраста лобовое стекло.
- Что тебя сюда занесло? По темноте ходишь... бессмертная блин, - его слова звучали нервно и беспокойно, словно он был старшим братом, готовым навести порядок в моих рассудительных решениях.
- В магазин вышла... - мои глаза опустились, стыдясь признаться в своей непродуманности.
Я попыталась перевести разговор в более безопасное русло:
- Извините, а как Вы меня нашли? - мой интерес увеличивался прямо пропорционально возрастающему волнению.
Мужчина глубоко выдохнул, что было похоже на знак того, что тяжесть беседы позади. Слова вытекли из его уст монотонно:
- Думаешь искал? Я ведь здесь, с Маратом живу. Неужели не знала?
Его взгляд был пронзительным и прямым, но затем он смягчился, и добавил, словно утешая меня:
- Считай, что тебе просто повезло, оказаться в нужное время около нашего дома.
Я чувствовала, как мое внимание ускользает от разговора, и отвернула взор от него, осматривая пейзаж, который мелькал за стеклом.
Грустные серые очертания городских домов, мутно видневшиеся через потускневшее от времени стекло, создавали совсем неуютную атмосферу. Через несколько, казавшихся бесконечными, минут мы оказались наконец на месте.
Быстрее, чем я осознала, что наш путь подошел к концу, я выскользнула из машины, еще раз его поблагодарив.
Адидас посмотрел мне вслед с каким-то неопределенным выражением на лице.
Как только я оказалась у себя дома, в привычном однообразии собственных стен, я выдохнула, сняла верхнюю одежду и поставила на стол те продукты, которые смогла приобрести, постаравшись обойтись лишь самым необходимым.
Я будто замороженная, уставилась в одну точку, представляя в красках и деталях картины, если бы мне по счастливой случайности не встретился на пути Владимир.
Очнувшись от своих гипотетических размышлений, я энергично встряхнула головой, отряхивая ненужные и тревожащие мысли.
И тут же, принялась за приготовление ужина. Одно из немногих уверенностей в моей жизни было знание того, что я умею создавать кулинарные шедевры. Каждое моё блюдо раскрывалось богатством вкуса и аромата, что в очередной раз доказали только что испеченные мной блины.
Садясь за стол, я отложила себе пару штук из ароматной стопки и начала есть с аппетитом, запив все глотками крепкого черного чая, слегка подслащенного одной маленькой ложкой сахара.
Только после утоления голода, мои мысли снова вернулись к недавним переживаниям.
Мне стало интересно, а не из-за того ли пришел Валера тогда избитым?
Могло ведь быть так, что он нехило получил в драке с Кощеем и приспешниками этого загадочного типа когда его отшивали?
Слегка потрясая головой, я отмахнулась от этой догадки.
В конце концов, Валера был способен получить в любой драке, не имело значения, был ли это Кощей или кто-то из "Хади Такташ", важен лишь перевес силы противника.
Я зевнула утомленно, прекрасно осознав, что пора готовиться ко сну.
Убрав за собой на кухне, я отправилась в свою комнату, где меня ожидала холодная, как лед, кровать. Отсутствие родителей в доме наполняло пространство атмосферой свободы, но гробовая тишина и всепоглощающая темнота были таковы, что казалось, даже дышать становилось сложнее.
Я раскрыла окно настежь, поддавшись желанию впустить в комнату морозный, живительный зимний воздух. Облокотившись о прохладную оконную раму, я, подрагивая от холода, продолжала осматривать окна соседей, стараясь отвлечься от своих тревожных мыслей.
Одно из окон, в котором плясал свет, было мне особенно знакомым.
Это окно Айгуль, расположенное точь-в-точь напротив моего. Пытаясь проникнуть вглубь светящегося островка света, я застыла наблюдая за теневым представлением того, что происходило внутри.
Силуэт перемещался странно, словно был охвачен истерикой. Дальше тяжело удерживаться от того, чтобы не придумывать различных историй, но внезапно свет погас, и я, словно ошпаренная, отпрянула от окна.
Я отошла на пару шагов и выпив стакан холодной воды который всегда стоял у меня на столе, закрыла окно и отправилась в кровать.
Та же самая, холодная и неуютная, но сегодня особенно явственно напоминающая о быстротечности и беспокойстве прошедшего дня.
Накрывшись одеялом, я попыталась устроиться поудобнее и забыться сном.
Ночь оказалась неспокойной, сны преследовали меня один за другим, будто голоса подруги и Валеры состязались в громкости и настойчивости, в каждом из которых оба кричали о своих бедах и переживаниях - рвали меня на части с обоих концов.
И мне, словно перед лицом неизбежной смерти, приходилось выбирать, к чьему голосу я должна броситься.
Но когда наступило утро, все эти переживания показались мне лишенными всякого смысла.
Пробравшись к коридору, я наткнулась на свою мать, которая медленно и уверенно шагала в свою комнату.
- Доброе утро. - Прозвучало от неё сухо и небрежно, и она скрылась за дверьми своей спальни, так и не дождавшись моего ответа.
Я лишь пожала плечами, понимая, что в разговоре с ней не было никакого смысла. Отсутствие даже банальной благодарности за приготовленные блины было лишь подтверждением её равнодушия.
Однако глянув в холодильник, я обнаружила, что все в доме уже успели воспользоваться моим вечерним трудом и позавтракали.
Я очень хотела встретиться с Айгуль.
Нам было о чем поговорить, столько всего нужно было обсудить и поделиться друг с другом.
Но, стоя в коридоре и каждый раз набирая её номер, звонок так и оставался без ответа.
Этот небольшой фрагмент моей жизни, хотя и казался обыденным и непримечательным, внезапно стал для меня источником тревоги и волнения. Всё началось вчера, когда я мимоходом бросила взгляд в окно моей подруги и увидела там застывший фрагмент жизни, непонятную и тревожную сцену, которая осталась со мной в виде неразгаданных теней и подозрений. Этот момент даже несмотря на свою краткость, оставил в моих мыслях сильный отпечаток, и я не могла отделаться от чувства, что что-то могло случиться.
Вечер наступил довольно быстро, и я занялась собой, чтобы подготовиться к предстоящей дискотеке в местном Доме культуры.
Тщательно продумывая свой образ и выбирая одежду, я позволила себе пятиминутку ностальгии, вспоминая о том, как началось моё знакомство с Валерой.
Это тёплое воспоминание вызывало у меня невольное чувство удовлетворения и улыбку, которая сама собой расцвела на моём лице.
Выбор пал на любимое платье, и я направилась к зеркалу, чтобы дать последний штрих своему вечернему образу.
Однако, когда я была готова и направилась к выходу, на пороге появилась моя мать.
Она стояла в той же самой позе, что и в тот день, на её плече, как и всегда, лежало кухонное полотенце, словно символ её неизменности.
Но то, что она сказала, звучало неожиданно и мягко, но в то же время в её словах чувствовалось предостережение и забота.
- Осторожнее будь. Сегодня на работе разное слышала... Неспокойно у нас. - Её голос был тихим, но я почувствовала, как моё настроение мгновенно меняется.
В какой-то момент казалось, что всё находится в напряжении, и мир вокруг меня перевернулся, вызвав внутри смуту и неопределённость.
Я покинула квартиру с полупустыми ощущениями в моей душе и сошла вниз по ступенькам подъезда.
Там уже ждал меня Валера - или как его друзья любили называть, Турбо. Его приветствие было столь же тёплое и бурное, как всегда.
Крепко сжимая меня за талию, он поцеловал меня, располагая на мгновение взгляд в моих глазах, а после отстранился, будто задавая немой вопрос: "доверяешь мне?"
- Ну что? Идём? - Спросил Валера, не отпуская моего запястья.
- Конечно! Я безумно хочу потанцевать! - Чуть ли не прыгая от радости говорила я.
Пока мы продолжали наше путешествие к месту общего веселья, у нас с Валерой возникло несколько обменов слов, в которых я старалась сохранить лёгкость и быть непринуждённой.
Воздух был ледяной и яростный, ударил в нос так, что накрашенные глаза резко заслезились.
Решив что сейчас тот самый, подходящий момент, я посмотрела на парня идя рядом с ним.
- Валер, а как там Кащей? - Спокойным и ровным голосом спросила я, стараясь не выдавать свою нервозность, после вчерашнего дня.
Я почувствовала как рука парня сильнее сжимает мою.
- А тебе какое дело до него? Отшитый он. Всё. - Резко испортившееся настроение было заметно с первых секунд.
- Да просто интересно... - Я подняла взгляд и мы шли дальше, почти молча, каждый думая о своём.
Мы подходили к Дому культуры, который уже был заполнен теплыми тонами музыки и гомоном собравшихся людей, чьи силуэты видели сквозь матовые стёкла.
- А Марат сегодня с Айгуль на дискотеке будет, не знаешь?
- Не знаю, я за ним и его бабой не слежу. - Сказал парень сплевывая, словно я спросила о чем-то слишком мерзком для него.
В гардеробе я сдала свои вещи, и моя улыбка стала немного увереннее, особенно когда мы прошли под ручку в зал, где дискотека только разгоралась.
Настроение заметно улучшилось, видя знакомые лица друзей и подруг, некоторые из которых уже увлечённо двигались в такт музыке.
Они помахали мне, и я радостно отозвалась в ответ, хотя больше времени предполагалось провести в объятиях моего парня.
Когда мы стояли там среди остальных, я заметила, что рядом со мной собрались девочки, которые встречались с парнями из "универсама".
- А слышали, что Айгуль теперь с Маратом ходит?
- А куда делась та, в синем платье?
Раздавались голоса девушек.
В их беседе было много цепляющих за душу новостей, но я старалась не вступать в дискуссию сплетниц.
- А вон смотрите-ка! Эта идёт. - девушка не знала имени моей бывшей подруги, поэтому просто в нашем тихом кругу указала пальцем.
- Все в том же синем платьице. - Засмеялись девушки.
Моё сознание было занято другим.
Я отошла в сторону и заметила как по ступенькам в помещение входят Айгуль и Марат, так же под ручку.
Правда вид у обоих был очень помученный.
Марат был избитый, а Айгуль словно немного отстраненная.
Марат находился в явно неважном состоянии, но старался не подавать виду.
Рядом с ним, Айгуль стояла сбоку, её взгляд был исполненном отрешенности, будто она мысленно была в совершенно ином месте.
Её состояние казалось бросающимся в глаза на фоне общего веселья.
- Айгуль! Иди к нам! - Крикнули мы с девочками и как только она подошла, я крепко обняла ее.
Немедленно, как бы подтверждая начало торжества, разлилась музыка, давая старт дружеским танцам.
Мы все выстроились в огромный круг, позволяя каждому с легкостью вливаться в ритм и движение, отрываясь всецело и без забот.
Валера был рядом, но казалось, что события вокруг него словно ускользали от восприятия - взгляд его беспрестанно бродил, останавливаясь на разных лицах, в частности на Марате, Айгуль, а также на нескольких других парнях, Адидасе и Зиме.
Его нервное поведение добавляло непонятности к уже загадочной обстановке.
Это равномерно превращающееся состояние атмосферы вечеринки усугублялось в моих глазах еще больше, когда Айгуль, была рядом со мной, а потом вдруг незаметно пропала в тенях, будто кто-то или что-то заманило ее туда.
Однако спустя несколько томительных секунд она снова появилась на виду, и рядом с ней снова следовал Марат.
Все это казалось мне странным, а больше всего я терпеть не могла ощущения, будто ты один ничего не понимаешь.
К моему облегчению, начала играть мелодия более медленного темпа, знаменуя начало медленных танцев.
Валера, казалось, немного освободился от недавних забот и притянул меня к себе за талию.
Мы стали шагать в такт музыке, счастливые за этот момент передышки, когда можно было обменяться словами и почувствовать теплоту близкого человека.
- Ты сегодня отстраненный какой-то. Что-то случилось? - Я разговаривала с Валерой, пока он не отвернулся, устремляя все свое внимание на Марата и Айгуль, которые танцевали в обнимку.
Мой вопрос остался висеть в воздухе, когда Валера, уклончиво избегал прямого взгляда.
Ему, очевидно, что-то не давало покоя, и я ощутила неприятное предчувствие.
Наконец, будто внезапно приняв решение, он ответил мне:
- Тебе показалось. Потом может расскажу. - Безэмоционально ответил парень и как только последние ноты медленной песни смолкли, он разорвал со мной танец, проходя к Марату и толкая его к стене, начиная что-то выяснять.
Я тем временем подошла к Айгуль и улыбнувшись, потянула к девочкам, которые уже танцевали.
- Ты сегодня какая-то грустная, все хорошо? Если что говори мне. - Я улыбнулась, говоря на ухо Айгуль, стараясь перебить музыку.
- Я... Нет. Все хорошо. - Девушка выдавила из себя улыбку, и мы продолжили танцевать.
Я обернулась, тщетно пытаясь разглядеть в толпе лицо Валеры. Казалось, будто он испарился в воздухе среди вихря движущихся тел и музыки. И не найдя его, я окончательно перешла к следующему танцу девушек, который превращался в "паровозик".
Смех и шалости заполнили пространство вокруг, и казалось, что все беды отступили.
Но неожиданно я заметила, как группы начинают отходить друг от друга, шепчась на ушко, размениваясь невеселыми новостями и сплетнями. Я держалась недалеко за Айгуль.
Так наш "паровозик" очень быстро развеялся, как пузыри мыльного раствора, и я оказалась одна у стены, оценивая возможность использовать случившуюся паузу, чтобы подправить макияж.
Кое-как следуя процедуре восстановления макияжа в женской туалете, я вскоре вышла, однако лицом к лицу столкнулась с ощущением, что атмосфера вечеринки изменилась.
Все вели себя странно, а их взгляды казались наполненными отвращением.
И именно в этот момент я услышала, как кто-то произнес поток колких слов в адрес Айгуль.
Выражение лица девушки было печальным и растерянным, словно истинное происхождение этих насмешек было ей хорошо известно.
Едва успела я сделать шаг в её направлении, как Валера, неожиданно возникший рядом, схватил меня за локоть, отгораживая от того, что происходило, и уводя меня прочь от толпы, его лицо было непривычно серьезным и решительным.
- Нет, - произнес он твердо. - Айгуль грязная . Ты не пойдешь за ней. - его голос звучал явно с отвращением, что не было в его обычае.
- О чем ты говоришь?! Валера, что за бред?! - Я почти переходила на крик, пытаясь вырваться из его хватки.
Но он встретил мой взгляд внимательно и осмотрелся вокруг, проверяя, есть ли рядом помехи, прежде чем продолжить, склонив голову к моему уху и шепнув как можно тише:
- Айгуль изнасиловали. Слышишь меня?! Ты не подойдёшь к этой шлюхе, я не хочу чтобы над тобой издевались, только потому что ты ее левая подружка. - Парень сделал паузу. - Ты моя девушка, не смей даже приближаться к ней.