Тень и Шиповник

Лилит пришла в сознание с ощущением, будто её череп раскололи топором. Каждая клеточка тела кричала от боли, когда она попыталась пошевелиться. Её веки слиплись от засохшей крови, и потребовалось несколько мучительных попыток, чтобы открыть глаза.

Первое, что она увидела - небо. Но не голубое, не знакомое лондонское небо с серыми облаками, а пугающее фиолетовое полотно, усеянное мерцающими чёрными звёздами. Они располагались странными узорами, образуя зловещие созвездия, которые словно наблюдали за ней.

"Где я...?" - её голос звучал хрипло и непривычно.

Она медленно поднялась на локти, ощущая, как острые камешки впиваются в обнажённую кожу. Тело пронзила острая боль - осматривая себя, Лилит обнаружила:
глубокую царапину от ключицы до середины грудной клетки, будто оставленная гигантским когтем.

Воздух был густым и влажным, наполненным странной смесью запахов: медный привкус крови, сладковатый запах гниющей плоти, солёный морской бриз, что-то ещё... что-то древнее и зловещее, напоминающее запах старых книг и плесени.
Лилит повернула голову и увидела море - но не голубое, а кроваво-красное, с пенящимися волнами, которые с рёвом разбивались о розоватый песок. Вода оставляла на берегу странные чёрные водоросли, которые извивались, словно живые.

"Что за проклятое место..." - прошептала она.

Она попыталась встать, но что-то схватило её за лодыжку.
Из воды, словно тени, всплыли девушки с мертвенно-бледной кожей и глазами, как у акул - пустыми, блестящими, без души. Их волосы были спутаны водорослями, а улыбки - слишком широкими, неестественными.

- "Новая игрушка?" - прошипела одна, проводя острым ногтем по щеке Лилит.

Вторая, с чешуей, покрытой ржавыми пятнами, засмеялась - звук был похож на бьющееся стекло.

- "Давай утопим её. Питер любит, когда они борются."

Их пальцы впились в её кожу, таща вглубь. Вода обожгла лёгкие, а в ушах зазвучал звон колокольчиков - или это смеялись русалки?

Когда сознание уже начало меркнуть, что-то резко выдернуло её на поверхность.
Лилит рухнула на песок - но он не был мягким. Он был чёрным, липким, будто смешанным с пеплом. Она закашлялась, извергая воду, и в этот момент услышала:

- "Ну и неряха."

Голос был детским, но в нём не было ни капли невинности.

Перед ней стоял мальчик.

Зелёные глаза. Бесшабашная улыбка. И что-то не так с его тенью.

- "Добро пожаловать в Нетландию, Лилит."

Питер повернулся к русалкам, которые зашипели, как кошки.

- "Моя." - сказал он просто.

Одна из них неосторожно протянула руку - и в следующий момент её кисть лежала на песке.
Кровь, тёмно-синяя, почти чёрная, хлынула из раны. Русалка завизжала, но Питер лишь рассмеялся.

- "Уплывайте, а то отрублю ещё что-нибудь."

Они исчезли, оставив после себя лишь рябь на воде.

Когда русалки исчезли, Питер повернулся к Лилит.

Лилит попыталась отползти, но Питер придавил её ногу ботинком.

"Ты думаешь, я тебя спас?" - он присел на корточки, и его дыхание пахло гнилыми конфетами.
- "Я просто первый нашёл. Здесь всё - моё. Море. Остров. Ты."

Его пальцы схватили её за подбородок, ногти впились в кожу.

"Хочешь увидеть, что бывает с теми, кто мне не нравится?"*

Он повернул её голову к воде.

Среди красных волн что-то белело.

Это были кости.

Детские.

Девушка с ужасом отвела вгляд и заметила где-то на скалах, за спиной Питера, человека.

Капитан Крюк.

Но это был не тот Крюк, о котором рассказывали в сказках. Его плащ шевелился, будто живой, а глаза...
Они встретились с Лилит. И в них не было ни злобы, ни ненависти.
Только усталое понимание. Он не спускал глаз с Лилит, его лицо было непроницаемым. Но когда их взгляды встретились на секунду, он медленно покачал головой.

"Беги."

Но бежать было некуда.

Питер схватил Лилит за руку и потянул за собой.

- "Пойдём, покажу тебе твою новую комнату!" - он улыбался, как ребёнок, идущий на день рождения.

А позади, на песке, отрубленная рука русалки шевельнула пальцами.