levirate marriage

 Через несколько дней Чоны устроили званый ужин, чтобы неофициально представить невестку узкому кругу столичной знати. Барон и баронесса Эдвер тоже были приглашены в гости, несмотря на ворчание лорда Оскара, который не желал видеть «этого игрока и повесу» за своим столом. Леди Элен напомнила, что жена Марлока Эдвера является родной сестрой их невестки, а значит, барон вхож в их дом. Тогда раздосадованный маркиз предложил пригласить на ужин герцога Мин, поскольку тот тоже был им не чужым человеком. Это ничуть не смутило и не расстроило Элен, она не стала возражать, а совершенно неожиданно для мужа отправила герцогу приглашение. Хотел — получи.

Назначенный день выдался промозглым и дождливым. Каждый из прибывающих в особняк Чонов гостей жаловался на дурную погоду и с удовольствием угощался горячим глинтвейном, который приготовила Лиса. Девушка под присмотром мажордома и горничной Шены накануне посетила столичный рынок, где отыскала лавку со специями и пряностями. Обычно в глинтвейн добавляли только фрукты. Лалиса решила поэкспериментировать со вкусом согревающего алкогольного напитка. Получилось необычно, но довольно пикантно. И тут же нашлась общая тема для беседы. Мужчины принялись обсуждать трудности, связанные с поставками специй, женщины — в какие блюда ещё эти специи можно добавить.

Лиса нервничала в ожидании встречи с сестрой. Вдруг, Чоны догадаются о подмене? Лиса итак было ужасно стыдно обманывать родителей Чонгука, и девушка утешала себя тем, что делает это вынужденно, а не по собственной воле. Отвлекая себя разговорами с гостями, Лалиса постоянно посматривала на двери гостиной. Наконец, увидев в них Пранприю, она так изменилась в лице, что стоящая напротив графиня Летиция Морр, подняла лорнет и посмотрела в ту же сторону.

— Бог мой, как они похожи!

Прия была одета в ярко-красное платье, расшитое золотыми нитями, с глубоким декольте. В ушах, на шее и на руках баронессы сверкали брильянты в золотой оправе. Лалиса не удержалась, подбежала к сестре и крепко обняла её. В нос ударил сильный запах духов.

— Ну, Прия, ты у меня получишь, — шепнула она.

— Не Прия, а Лалиса. Не забывай, — вместо приветствия прошипела та. — Отпусти меня, ты мне всё платье помнёшь.

— Мне надо поговорить с тобой наедине, — прежде чем освободить сестру из объятий, тихо добавила Лиса.

— Ваше сиятельство, — перед маркизой в учтивом поклоне склонился Марлок.

Это был красивый, даже смазливый зеленоглазый блондин с чарующей улыбкой. Как и супруга, он был ярко и дорого одет. Общий внешний вид четы производил впечатление весьма респектабельных людей. Похоже, барон и баронесса с аппетитом расходуют наследство Лиса, оставшееся ей от родителей.

Лалиса ответила барону вежливой улыбкой и подала руку для поцелуя. Эдвер многозначительно поглядел на девушку, напоминая, что и он тоже является участником их тайны с сестрой. От подобного поведения зятя Лиса стало не по себе. Появления Мин Юнги помогло окончательно не испортиться приподнятому с утра настроению. Девушка тепло улыбнулась подошёдшему к ней герцогу.

— Наконец-то вы здесь, — тихо произнёс Мин.

Лорд Оскар, пожелавший было представить герцога и невестку друг другу, с удивлением обнаружил, что они знакомы. Лиса не стала скрывать от свёкра обстоятельства их первой встречи с Мин.

Перед ужином было решено устроить танцы. Пранприя не пропустила ни одного, с удовольствием кружась с каждым приглашающим её кавалером. Элен знакомила Лалису с гостями, не отпуская от себя ни на шаг. Даже на последний танец она не позволила герцогу Мин пригласить Лису. Услышав звуки вальса, девушка почувствовала нестерпимое желание танцевать. Видимо, в её взгляде было столько тоски, что Элен смилостивилась и попросила мужа пригласить невестку на танец. Все остальные пары уже кружились в вальсе, когда Лалиса и лорд Оскар вступили в круг танцующих. Мимо стремительно провальсировали Пранприя с мужем. Лиса проводила взглядом сестру и сама отдалась головокружительному полёту. Маркиз прекрасно танцевал, и девушка почувствовала себя в его руках пушинкой. Она благодарно улыбнулась лорду Оскару, перевела взгляд в зал и чуть не сбилась с ритма. В дверях, опершись плечом о косяк, стоял Чонгук и с улыбкой смотрел на неё.

— Что с вами, Пранприя? Вы побледнели? — заметил состояние девушки маркиз.

— Или мне показалось, или...

Девушка снова повернулась в сторону дверей. Нет, не показалось. Муж продолжал стоять на том же месте. По направлению к нему спешила леди Элен. Тут ряды танцующих скрыли от Лалисы и свекровь, и Чонгука.

— Вернулся ваш сын.

— Чонгук? — удивился лорд Оскар, но продолжил всё так же безупречно вальсировать. — Прекрасно. Как раз вовремя.

Лалису ничуть не обрадовал, а сильно взволновал неожиданный приезд мужа. Она перестала получать удовольствие от танца, с тревогой ожидая, что будет дальше. Когда звуки музыки стихли и кавалеры повели своих дам к столу, Чонгук подошёл к отцу и попросил уступить Лалису ему. Оскар приветственно похлопал сына по плечу, одобряя столь скорое возвращение. Танцевальный зал пустел, а маркиз продолжал стоять на месте, глядя на Лалису. Девушка отметила про себя, что Чонгук переоделся к балу. На нём был элегантный костюм глубокого тёмно-синего цвета, который удивительно гармонировал с голубым платьем Лиса с отделкой из синего бархата.

— Вы с сестрой очень похожи, — заметил муж, беря девушку под руку.

Она вздрогнула от его прикосновения. Чонгук удивлённо приподнял брови.

— Замёрзли?

— Нет. Отвыкла, — как всегда прямо ответила его жена. — А вы успели пообщаться с моей сестрой? Или просто перепутали нас?

— Разве мог я перепутать с кем-то свою жену? — усмехнулся Гук. — Как бы ни были вы похожи, для меня вы слишком разные. Странно, что я не замечал этого раньше...

— Что вы имеете в виду? — чувствуя, как от дурного предчувствия сердце сжимается в крохотный комочек, и стараясь при этом сохранять внешнее спокойствие, поинтересовалась девушка.

— Если хотите, мы поговорим об этом позже, а сейчас идёмте к гостям. Нас должно быть заждались.

Действительно, в танцевальном зале, кроме них, никого не осталось. Голоса доносились из боковой гостиной, где за небольшими столиками ужинали гости. Чонгук подвёл жену к столу, за которым сидели его родители, герцог Мин с графиней Морр и супружеская чета Эдвер. Пранприя с нескрываемым интересом окинула взглядом младшего Чона с ног до головы. Чонгук хорошо загорел за время поездки, от чего тёмно-серые глаза стали казаться светлее. Чёрные волосы немного отросли, выгорели на солнце и приобрели коньячный оттенок. От маркиза так и веяло летним зноем и морскими просторами. Даже его движения отличались от манеры других мужчин держать себя в свете. Он вёл себя так свободно и непринуждённо, словно до сих пор находился на корабле, а не на званом приёме.

Чонгук посадил жену рядом с сестрой, сам сел напротив. Завязавшийся за ужином разговор в основном вращался вокруг выставки и поездки маркиза за границу. Каждый выразил своё восхищение его очередным триумфом. Молчала лишь Лалиса. Леди Элен даже забеспокоилась, здорова ли невестка, всегда такая общительная и улыбчивая.

— Я переполнена эмоциями, — спокойно ответила на её замечание Лиса. — Долгожданная встреча с сестрой. Долгожданное возвращение мужа.

При её последних словах, Чонгук внимательно посмотрел Лалисе в лицо так, что она не смогла выдержать его прямой взгляд и опустила глаза.

— Расскажите про Нейтланд, — вступил в беседу Мин. — Многие сидящие за этим столом там не были.

— О да, милорд, расскажите! Это должно быть очень интересно. Другая страна, другие нравы, — подхватила Пранприя.

Чонгук согласился и оказался прекрасным рассказчиком. Он говорил просто, не используя сложных и вычурных словесных конструкций ради «красоты слога» и в тоже время отлично живописал, помогая слушателям представить себе то, о чём говорил. Лиса не столько слушала, сколько смотрела и сравнивала между собой сидящих за столом мужчин. Её муж взял многое от внешности своего отца, но его глаза удивительным образом походили на глаза герцога Мин. Тот же разрез, цвет. Такой же тёмный, чётко-выраженный ободок вокруг серой радужки...

После ужина Лалиса наконец-то смогла отвести сестру в сторону, чтобы хоть немного пообщаться с ней наедине.

— Мало тебя пороли в детстве!

— Тише ты, не устраивай скандал, — поморщилась Пранприя. — Тебе плохо, что ли, замужем за маркизом? Он богат, судя по всему не скуп и очень красив. Чего тебе ещё надо?

у Лисы было много чего сказать сестре, но она сдержалась и сухо спросила:

— Ты знала, что Чонгук считает тебя виновной в смерти Сонхуна?

— Глупости. Я не заставляла Сонхуна лезть на лошадь.

— Но это правда, что перед этим вы сильно поссорились?

— Милые бранятся, только тешатся. Произошла нелепая случайность, — раздражённо ответила девушка.

— Тем не менее, Чонгук ненавидит тебя, он задумал через год развестись по причине бесплодия супруги. Только подумай, какая у меня будет репутация после развода!

— Лилочка, я ничего об этом не знала. Я думала, ты будешь счастлива с маркизом, а я — с Фрэдом. Я желала нам счастья, я хотела как лучше, — внезапно сменила тактику Пранприя, запричитав в голос.

— Ладно, иди, — решительно закруглила разговор Лиса. — Здесь не место для выяснения отношений. Я приеду к тебе в гости, и мы всё подробно обсудим.

— Вот так бы сразу. Конечно, приезжай. Я покажу тебе наш с Марлоком новый дом.

С этими словами Пранприя поспешила прочь, а к Лалисе тут же подошёл герцог Мин.

— Не откажите мне в танце, миледи.

Девушка с удовольствием согласилась. Герцог отлично танцевал и не приставал с глупыми вопросами или вежливыми разговорами, давая возможность помолчать и подумать. Слишком много всего произошло в этот вечер: встреча с сестрой, возвращение мужа. Лалиса чувствовала, что больше не сердится на Пранприю. Что толку сердиться на легкомысленность и эгоизм? От этого они никуда не исчезнут. Вполне возможно, её сестра действительно хотела счастья им обеим, по крайней мере, оправдывала этим свои безрассудные действия. Лисе оставалось только смириться и продумать, как она будет жить после развода. Ещё и Чонгук ведёт себя загадочно... Его слова: «...для меня вы слишком разные. Странно, что я не замечал этого раньше», — никак не выходили у девушки из головы. Что он имел в виду? Одновременно двух сестёр он мог видеть только на похоронах Сонхуна, но тогда ему было не до разглядывания их сходств и различий.

— Спасибо маркиза за чудесный танец, — проводив свою даму на место, с поклоном поблагодарил Лалису герцог.

— Простите, должно быть, я сегодня слишком задумчивая, молчаливая и скучная, — повинилась девушка.

— Нет, вы такая, какая есть, — возразил Мин. — Я очень ценю вашу искренность. Она отличает вас от всех остальных светских дам.

— Это хорошо или плохо? — с улыбкой поинтересовалась Лиса.

— Это прекрасно.

— Как вам в столице?

— Король принял меня очень радушно. Я получил приглашения на все королевские балы и охоты. А вот общество пока ко мне присматривается и принюхивается. Хорошо, что Чонгук вернулся до вашего представления ко двору.

— Почему?

— Будет кому защищать вас от придворных сплетников.

— А что потребуется такая защита?

— Для такого чистого и искреннего создания как вы — обязательно.

— Вы не жалуете королевский двор?

— Скажем так: я отношусь к нему весьма настороженно.

— Ах, милорд! У меня совсем вылетело из головы! Мистер Кэрри до сих пор здесь?

— Счастливый и довольный вчера отправился в обратный путь. Учебник напечатали тиражом в сто экземпляров, к тому же он закупил всё необходимое для школы, с трудом утрамбовав покупки в дорожный экипаж, — отчитался герцог.

— Вы так добры. Значит, скоро в Коэнской школе начнутся занятия, — с мечтательным видом произнесла Лиса. — Хотела бы я увидеть, как дети сядут за новые парты, возьмут в руки новые учебники...

— И всё это благодаря вам, — напомнил Мин.

— И вам, — неожиданно подмигнула герцогу Лалиса.

Чонгук со стороны внимательно наблюдал за своей женой и дядей. Похоже, этим двоим очень нравится общаться друг с другом. Пак предупредил друга о повышенном интересе, который Мин проявляет к Пранприи, но маркиз не придал этому большого значения. Его жена была способна очаровать кого угодно, однако Юнги был слишком благороден, чтобы скомпрометировать даму. Пранприя... Ему пора отвыкать называть жену этим именем, хотя бы наедине с самим с собой. Маленькая врушка. Она думала — он не догадается? Каким глупцом и слепцом надо быть, чтобы не разгадать их с сестрой тайну? Несмотря на то, что близняшки внешне походили друг на друга как две капли воды, внутри они оказались совершенно разными. Чонгуку достаточно было один раз пригласить баронессу Эдвер на танец, чтобы узнать в ней настоящую Пранприю. Последние сомнения окончательно развеялись. Результаты проведенного им в отъезде расследования подтвердились. Осталось решить, что с ними делать. Сказать жене прямо, что он знает, кто она такая, и потребовать объясниться. Или заставить Лалису, чтобы она сама призналась?

Задумавшись, Чонгук не заметил, как подошла Элен и положила руку ему на плечо.

— Прия — прелесть. Мы с папой были против левиратного брака, но теперь я вижу — зря. Жаль, мы раньше не познакомились с Пранприей поближе. Меня утешает мысль, что Сонхуни хоть и недолго, но был счастлив. Если бы не эта нелепая случайность...

Чонгук с нежностью и желанием утешить накрыл тонкие женские пальцы своей ладонью.

— Теперь я хочу, чтобы ты был счастлив с этой женщиной за вас двоих.

— Разве такое возможно?

— Ну, хорошо. Я просто хочу, чтобы ты был счастлив с Пранприей. Чтобы этот брак из левиратного превратился в настоящий.

— Как у вас с отцом?

— Нет. Мы с Оскаром — плохой пример. Мы слишком долго брели к совместному счастью и наделали столько глупостей, что и не перечесть.

— Оскар хотел, чтобы я женился на Изабелле.

— Терпеть не могу, когда ты называешь отца по имени! В отличие от меня Оскар ещё не подпал под очарование твоей жены, однако позиции свои сдаёт, не сомневайся.

— А если у нас с Пранприей не будет общих детей? Что тогда? Чонам нужен наследник.

— А вы постарайтесь, — возмутилась Элен. — И начните прямо сегодня. Вместо того чтобы просиживать за карточным столом и играть в бильярд, удели внимание жене.

— Ну, матушка, — усмехнулся Чонгук.

— А что матушка? Будто я не знаю, откуда дети берутся, — фыркнула в ответ маркиза. — Кстати, не слишком ли долго твой дядька крутится возле Прия? Иди, забери у него свою жену.

С этими словами леди Элен подтолкнула пасынка в сторону Лалисы и герцога Мин. Впрочем, Чонгук и сам собирался подойти к жене и поинтересоваться, о чём же так увлечённо она беседует с герцогом. При его приближении оба замолчали, а с лица девушки тут же сбежала тёплая улыбка, с какой она смотрела на Юнги.

— Извините, что прерываю ваш интересный разговор. Дорогая, подарите мне танец, если, конечно, он никому не отдан.

— Не отдан, — девушка вложила в руку мужа свою маленькую ладошку. — Ещё раз спасибо, Ваша светлость.

Зазвучала музыка, объявили начало фигурного вальса, в котором все пары выстраивались по кругу и поочередно исполняли танцевальные фигуры. Этот танец был медленнее обычного вальса, и во время его исполнения было неудобно разговаривать. Чему Лиса несказанно обрадовалась. Однако, оказалось, её муж нисколько не боится запутаться в очерёдности фигур, отвлёкшись на разговор.

— У вас поразительная способность заводить новые знакомства.

— Не вижу в этом ничего особенного. Обыкновенная общительность. Некоторые считают это качество у женщины неприличным.

— Интересно кто?

— Вы как-то выказали недовольство живостью моего характера.

— Это когда вы чуть не сломали себе шею ради сломанной ноги?

— Именно так.

— Мы опять ссоримся, — усмехнулся Чонгук.

— Просто мы с этого начали нашу совместную жизнь, — легко кружась под рукой мужа, заметила Лиса. — И этим же планируем закончить.

— Навсегда остаться врагами?

— Вы желаете мне отомстить. Я с покорностью жду расплаты...

— Вы сегодня сами на себя не похожи.

— О да. Эту причёску я сделала в первый раз, и платье тоже новое.

— Вы понимаете, о чём я....Лиса.

Девушка споткнулась, лицо сначала побледнело, потом вспыхнуло, а глаза испуганно расширились. Чонгук помог жене удержать равновесие и добавил:

— Похоже, нам предстоит долгий разговор.

Они замолчали. Лалиса не решалась смотреть мужу в лицо. Маркиз чувствовал, что жена то и дело вздрагивает. В конце танца он не удержался, приобнял девушку за талию и шепнул ей на ушко:

— Ничего не рассказывайте вашей сестре. И ничего не бойтесь. Не такой уж я зверь, каким мог показаться в начале нашего знакомства.

Элен заметила взволнованное состояние Лиса и отправила её отдыхать:

— Милая, ты устала. Ещё бы! Встаёшь ни свет, ни заря. Пора привыкать к столичной жизни, где раньше обеда с постели не поднимаются. С гостями я тебя перезнакомила, можешь идти в свою комнату. Думаю, муж скоро к тебе присоединится. Он тоже очень устал с дороги.

Лалиса поспешила воспользоваться милостивым предложением Элен и покинуть зал. Что же будет? Откуда Чонгук всё знает? Теперь в его власти погубить обеих сестёр, навсегда опозорив обманщиц в глазах общества. Впрочем, риск разоблачения с самого начала был очень велик. Так чему же она удивляется?