ЗАСНЕЖЕННЫЕ ЗЕМЛИ.ГЛАВА 5.
"Зло всегда в чести, страдает же невинный. И тот, кто жертвует собою для других, лишь неприязнь и злость в ответ находит в них"
- Ж. Расина.
Альвхейм
В зале было темно и тихо. Эльфы молились в полумраке, оставив подношения на алтарях в честь праздника Альфаблот. Когда они поднялись с колен, зазвучала первая мелодия. Завывания скальда нарушили торжественную тишину. Столы ломились от явств, и придворные, чьи мысли уже затуманились от хмеля, жадно налегали на еду.
Кюна Ребекка, держа в руках окровавленную тушу животного, вся залитая кровью, вышла из медового зала. Сага хотела пойти за ней, но резкий порыв ветра пронзил её тело холодом, заставив зажмуриться. Когда она открыла глаза, мать уже исчезла из виду.
Близился закат. Небо, усталое, стремилось укрыть землю мраком, но вдруг его разорвал оглушительный гром. Это было первое предупреждение о грядущей беде.
Кто-то чужой вторгся в их земли. Сама природа чувствовала приближение тьмы. Гром пугал, холодный ветер пробирал до костей. Казалось, что за спокойные дни скоро придется расплачиваться, ведь природа не хотела разрушения, но могла лишь покорно ждать, подавая знаки.
В родовом саду, в сгущающихся сумерках, блестели серые глаза, похожие на кристаллы. Сага, улучив момент, сбежала с пира. Ей очень хотелось посмотреть на чужой праздник - соединение душ изгнанных на окраины. Она знала, что именно отсюда ведут тайные ходы из дворца.
Тонкие руки Ребекки испачкались в земле. Она вытерла кровь с лица перед небольшим алтарем, который стоял в саду. Подошла к фонтану, смыла кровь с лица и, опустив рукава, обнажила окровавленную грудь.
На её губах расцвела слабая улыбка. Она не успела обернуться на шорох - ей зажал рот её пасынок, Вилмар. Он грубо повалил её в грязь лицом, заставляя задыхаться, и заглушал крики.
- Это тебе за изгнание моей матери! Паршивая тварь! - прошипел он, хватая её за рыжие волосы. Он жестоко надругался над ней, и по её ногам потекла кровь. Послышались приглушенный визг кюны.
Сага вышла из-за деревьев, наступив на сухую ветку. Тело её матери уже не подавало признаков жизни. В остекленевших глазах альвы застыл ужас, изо рта вываливалась земля, пачкая алебастровую кожу.
- Вилмар? - ощутив головокружение, Сага схватилась за голову. - М-мама? - закричала она, глядя на разъяренного брата, и бросилась бежать петляя между берсо обросшими лозами.
- Ты вечно первая всё узнаешь! - заорал Вилмар ей вслед.
Его глаза бегали по саду в поисках сестры. Он вытер грязное, расцарапанное из-за отчаянных сопротивлений Ребекки лицо и, достав кинжал, бросился от одного берсо к другому.
Сердце Саги бешено колотилось. Убегая от брата, она путалась в собственных волосах, которые цеплялись за ветки. Ей удалось выбежать из сада и покинуть дворей через потайной ход. Ноги несли её куда-то в темноту, пока она не упала на колени, испуганно оглядываясь.
Возможно, то было игрой её разума и богатой фантазии? Она впервые попробовала хмель в тронном зале несмотря на запрет.
Кажется, её рассудок помутнел. Но, у нее появился шанс посмотреть на обряд обьединения избранных союзом.
Наступив на хворост, Сага видит как перед её глазами разлетаются стаи птиц меняя мелодии на остервенелые крики. Пернатые бросались по разные стороны покидая гнезда и ветки нагретые пухом и перьями.
Услышав писк, тигнарман Сага оглянулась. В ее глазах тут же промелькнула жалость. Мокрый, наполовину лысый птенец, чупахтаясь в слякоти, наматывал на пух грязь. Каждый раз, силясь подняться, дрыгался, взывая к матери.
Вина и стыд засели внутри, точно опарыши на гнилье пожирали хрупкое нутро. Марая руки, тигнарман Сага Вилори подхватила птенца из объятий помятых цветов.
Возможно, где-то рядом еще пару птенцов свалились из своих гнезд. Быть может именно она оторвала их от матери? В глазах все двоится, а походка выдается шаткой пока она идет через лес в неизвестность.
Темные силуэты преследовали её. Они цепляли её волосы длинными культями, проносились перед самым ликом и уносились в неизвестность.
Слабое сердце трепыхалось от малейшего шороха, а тело дрожало от страха.
С каждым шагом ветхие крыши виделись четче, а страх темноты, отступал.
Огни, игриво подмигивая в тумане, шептали о безопасности. Но одарят ли её гостеприимством жители окраины? Грешники, сосланные за свои деяния, вынуждены прозябать в бедности по выговору конунгской верхушки и верховного суда.
Дадут ли они ей убежище? Ведь она из ненавистной им династии. Но страх темноты и того, кто мог прятаться в лесу, был сильнее. Выбора у неё не было. К тому же, голод давал о себе знать, стягивая желудок тугим узлом.
- Успокойся! - прошептала она своему сердцу, чуть не плача. - Не бейся же так сильно!
Ей казалось, что смерть стоит у неё за спиной. Она упала на колени от слабости. Перед ней открылось ужасающее зрелище: среди ветхих землянок, пьяные эльфы занимаясь прелюбодеяниями, каталисьв грязи. От потрясения слова застряли в горле.
Туман, словно яд расползался по окраинам, отравляя празднество. Разноцветные огни померкли на факелах. Тьма захватила окраину, но скальды, не видя струн арф, продолжали наяривать и завороженно трубить на флейтах.
Разверзлось поднебесье раскатами молний. Просочилось чудовищное гарканье с небес, а следом, показались прозрачные серпы рассекающие небеса. Ржание призрачных всадников на конях костянных застигло округу врасплох.
- Ч-что ты такое? - проорал эльф, отходя от гипноза струн.
Перед его лицом промелькнул лошадиный, костяной зад.
Сквозь веселье толпы послышался молебный вопль о пощаде. Всадники налетели на толпу улыбаясь. Они безжалостно пронзали людей рогами и копытами, заковывали их души в эфемерные цепи и увозили прочь в огромных клетках.
Прикованным к клеткам не давали отлететь слишком далеко, потому их тянули за шеи на цепях.
Дикая охота прокатывала клетки орущих душ по колеснице ночи, пока их смех затмевал крики умирающих.
Леденящий ужас сковал тело Саги. Все происходило перед её глазами слишком быстро. Души грешных эльфов сопротивлялись, но их призрачные тела намертво прирастали к прутьям клетки.
- Это сон, просто иллюзия навеянная хмелем.- шептала она, щипая себя.- Дикой Охоты не существует, я лишь ударилась головой, когда ушла с пира...потому-что нас вссегда пугали сказками о призрачных всадниках, и то рассказывали, что это случается при нарушении священны писаний. Может, брат был прав, запрещая нам выходить сегодня? Он точно предчувствовал...
Дикое ржание раздалось прямо над головой. Всадник в доспехах ринулся на неё, ломая кроны деревьев. Сага бросилась бежать.
Прозрачные серпы проходили сквозь ветки, цепляли стволы деревьев, застревая, выигрывали Саге Вилори время для бега. Не глядя под ноги, она споткнулась и упала с обрыва, выронив птенца. Послышался лишь прощальный писк пернатого.
По лицу стекала кровь от веток задевающих её лицо, текла по одеяниям. Плащ из флоки сорвался с тела и рубаха пропиталась грязью, цепляя опавшие листья.
Она повалилась в ледяную воду. Сбитое дыхание угасало и прекращая чувствовать собственное тело, эльфийка продолжала отчаянно барахтаться.
Сага очнулась на берегу отплевываясь ледяной водой. Мелодия ветра набирала обороты становясь все громче и громче. Заворачивая в танце листья, ветер срывал их обнажая деревья.
Водопады застывали на месте и обращались в громадные, ледяные глыбы. Ледники торчащие хаотично, выползали далеко за берег прикрывая стволы деревьев.
Бесформенные огоньки оказавшиеся у её лица, приобретали точеные очертания. Женские фигуры, казались богоподобными валькириями спустившимися с самой Вальхаллы.
Тусклое свечение духов из леса разогнало мрак в округе. Сага выдохнула в облегчении, по телу расползалось тепло. Около неё появлялись разломы в земле. Заворачивались столпы пыли, а громадные льдины с грохотом отсекались поднимая уровень вод.
- Норны? - прошептала Сага.
Земля содрогнулась от воя. Призрачные женщины кружились и пели вокруг неё. Их свет становился всё ярче, ослепляя её. Сердца духов искрились светом сквозь еле осязаемые силуэты.
- Кровь от крови Одина вершит суд, - прокричала одна из них. - Ты не умрешь, ведь он так долго тебя ждал, дитя. Тебя давно ждет истинное воплощение света. Ты его судьба. - оскаливаясь, прокричала норна.
- Кто это? Какой свет? При чем тут Один? - спросила Сага, оборачиваясь на крики. Где-то убивают эльфов.
Размытые лица норн приобретали очертания, с их подбородков стекали призрачные слезы. Ведомые трепетным порывом, духи протягивали руки к Саге стараясь подступиться с разных сторон, растерянно переглядываясь. Вслед за друг другом, норны не понимая происходящего, пропадали.
Густой мрак отступил. Звезды играюче подмигивали на небосводе, взывая присоединиться к себе. Слабое дыхание кануло в небытие. Без шанса увидеть мир, в глазах незамедлительно потемнело затягивая все черным маревом, чуялся запах жженой плоти, пепелище.
Запах горелой плоти пробудил сознание. Разлагающиеся тела валялись по всем закоулкам Альвхейма, пока луна освещала трущобы ставшие обломками.
Кровь разливалась под ногаии, а пепел в воздухе портил видимость.
Сквозь уцелевшие обломки проглядывались чужие тазобедренные кости.
Прикрывая наготу обрывками красной ткани, тигнарман Сага Вилори втянула воздух.
Легкие туго стягивало невидимым жгутом, заставляя задыхаться с каждым вздохом, а глаза слезились от стоящего дыма.
Пепелище и обломки, - это все, что осталось от окраин.
Ступая босыми ногами, Сага остановилась. Порывы ветра приносили за собой снежные крупицы, что в миг таяли соприкасаясь с телом вызывая дрожь. Недоуменно разглядывая снег, она смотрела вдаль. В Альвхейме всегда было тепло.
А теперь же, дороги были устланы телами, хотя еще вчера ночью жизнь кипела, а смердящий эль лился чепез край столов. Лишь вой ветра давал о себе знать призывая все что живо, стать таким же упокоенным и тихим.
С тошнотворным ужасом эльфийка перевернула тело мужчины, в глазах которого застыл ужас. Содрогаясь от омерзения, она стащила с мертвого грязный плащ, чтобы прикрыться. Сладостный запах поношенной тряпки вызывал рвотные позывы, ненавязчиво ластился к телу.
Лязганье кольчуги и лат резало слух. Она, приходя в замешательство, не придумала ничего лучше, как спрятаться за обгоревшей стеной. Едкий дым проник в легкие, от того кашель её, прозвучал столь громко, что приходилось закрывать рот.
Увидев отряд воинов, она хотела было сказать, что она здесь и никуда не потерялась, но отданный ярлом приказ, остановил её.
- Осмотреть всё! - скомандовал он. - Найти тигнарман Сагу Вилори и убить.
Ярл обнажил меч из тигельной стали, втыкая в заснеженную землю, стал озираться в округе пытаясь разглядеть хоть что - то сквозь скопище дыма.
Подчиняясь, воины разошлись по сторонам принимаясь выламывать обугленные двери и осматривать закоулки.
- Ярл, мальчишка живой - прокричал воин, прокатывая по земле светловолосого мальца.
- Что это тут у нас...? Дитя? Как тебя зовут? - глаза ребенка заслезились когда его кинули под ноги ярлу. - Как тебя зовут? Ты видел здесь еще кого-то живого поблизости?
- Помогите моей маме! - прокричал мальчишка в страхе отползая.
Он наткнулся на ноги воина и недоверчиво заозирался.
- Кого-нибудь живого обнаружили рядом с ним? Нужно найти Тигнарман Сагу.
- Ярл, все мертвы. Эльфийки из династии здесь нет.
- Вилмар Вилори говорил, что она ринулась на окраины, но то ж поделать, выдвигаемся в ближайший город! - гаркнул ярл занося клинок над ребенком.
Сага Вилори хотела предотвратить неизбежное, но не давая шанса, её прижали стене.
- Если жизнь своя дорога эльфийка, то проваливай отсюда, да побыстрее, Тигнарман Сага, и радуйся, что я отпускаю тебя и не мщу твоему отцу.- рваный капюшон скрывал лик мужчины, а в ночи цвет плаща сливался с обугленной землянкой.
Меч из тигельной стали сталкиваясь с плотью, оставил рваный след на брюшной поверхности ребенка. Мальчишка взвизгнул запоздало. Из его плоти сочилась кровь окрашивая землю.
Вырвавшись из крепкой хватки, Сага хотела закричать вслед уходящим в туман варангам, да только голос застрял внутри нее и вырывался лишь шепот над изувеченном телом.
- Вы ведь нарушаете священные писания...Вилмар, разве в тебе выращивали такое зло? Это ведь клевета. Ты не мог этого сделать, не мог...- пытаясь разбудить мальчика от вечного сна, она потрясла его маленькое тельце.
Крупицами огоньков, его душа уносилась в туманы. Он покинул тело в скитаниях, не то в царство мертвых отошел, не то к Иггдрасилю для перерождения.
Укрыв глаза ребенка, Сага вошла в темный лес. Она молилась всем богам пока смок едкого дыма щипал глаза. В отдалении виднелись серые шпили дворца переливающиеся в свете луны.
Пока в босые ступни вбивались щепки, камни, тигнарман все отчетливее и отчетливее слышала тоскливую мелодию духов Хельхейма - царство мертвых с распростертыми объятиями встречало каждую жертву происходящего.
Новые умершие, не успевали осознавать свои смерти, - их тени отпечатывались на земле, пока души крупицами разлетались в небеса.
В нос ударил запах смрада. Эльфы заживо сгорали, а землянки обваливались из - за охватившего столицу пламени, хотелось убраться подальше.
Вдалеке были видны шпили которые к низу переходили в аркбутаны далее в замысловатые контрфорсы в виде щитов. Часть пинаклей обвалились утягивая за собой конструкцию от чего дворец вписывался во всеобщую атмосферу происходящего за вратами.
Ворота были распахнуты настежь, изнутри несся промозглый ветер.
Мощенные каменные дороги во внутренних дворах были пусты для обычных дней дворца.
Не было снующих слуг, прогуливающихся придворных по центральному саду - все это, побуждало развиваться бескрайнюю панику.
Запнувшись о труп, Сага сглотнула ком в горле. За рядами деревьев скрывались закостенелые трупы обитателей дворца, и над ними нависали неизвестные в плащах.
Поодаль послышалось карканье ворон. Птицы выпорхнувшие из крон деревьев наводили суету заполняя ночное небо, разбивались друг об друга насмерть.
- За что Один карает эльфов? Прошла ведь всего одна ночь, я не понимаю...- ответ не послеловал, лишь мелодия мертвых слышалась на весь Альвхейм.
Обвалившиеся камни арочного свода царапали кожу. Сага проникла во дворец, сковав тело, её встретила угнетающая тишина.
В родной обители затаилось зло. Низкий гул ветра проникал через битые витражи дворца, уходил из одного помещения в другое оставляя за собой эхо и свист.
Пересилив себя, Сага шла вдоль стен коридора. Её не покидала призрачная надежда того, что близкие ей альвы остались в живых. Ведь то, что было ей родным, казалось до боли незнакомым.
Хаос поселился в пристанище, темные стены были забрызганы кровью, а куски тел придворных валявшиеся на полу медленно разлагались. Стоял дикий смрад. Рвотные позывы накатывали к горлу, побуждая Сагу сгибаться в три погибели.
Сага бросилась на колени не веря своим глазам. В расчлененном теле едва ли можно было узнать отца - правителя Альвхейма.
Истерзаное лицо разлагалось в холоде, опарыши кишили поедая глазницы, вываливались из-за рта. На уцелевших руках красовались родовые перстни эльфийской династии. Это точно Вальтер.
- Отец! - захлебываясь в слеза, Сага пыталась прикрыть тело отца. - Я знаю ты жив. Конунг Вальтер, ты же сильнейший вовсе времена! Ты не можешь умереть!
Эльф в оборванных, бирюзовых одеяниях потянулся грязными руками к плечам сестры. На его посеревшем, осунувшемся лице читалась растерянность. Испугавшись, Сага вильнула в сторону.
- Что ты здесь делаешь? Здесь было так пусто... - проронил он склонив голову на бок.
Немигающий взор вызывал отторжение, но обрадовавшись брату, Сага бросилась его обнимать.
- Мне не было одиноко. Ты пришла, зачем? Ты могла сдохнуть давно, когда празднество началось еще неделю тому назад...Почему ты жива?
- Ви-лмар, что случилось с отцом? И почему ты так разговариваешь? - заикаясь, альва отстранилась от брата. Холод его голоса обжигая, отталкивал. - Не могла пройти неделя с Альфаблота...
- Я же спрашиваю. Сага, зачем пришла? Сходила в лес? Почему же не осталась там, сестрица?
Пелена граничащая с безумием укутала взор старшего брата и хватая сестру за волосы, он отшвырнул ее в угол.
- Мне не было одиноко... - повторял он раз за разом настигая отползающую Сагу. - Ответишь мне? Почему же ты меня сторонишься, Сага? Ты решила меня бросить. А, вот оно что...Ты такая же бесполезная, как и Вальтер.
- Вилмар! Остановись! - кричала тигнарман отбрыкиваясь ногами от брата. - Что ты делаешь?!
- Бесполезная... - все твердил он. - Я думал ты сдохла...Сдохла вместе с нашим отцо! Вот скажи а, тебе было так сложно сдохнуть в том лесу? Как вы мне все надоели... Столько лет скитаний и не принятия от других. Я хотел, чтобы ты ушла из жизни не от моей руки. Ты такая живучая, аж тошно...
- Вилмар, как мне понимать тебя?
- Этот трон всегда по - праву был моим. Вы с Тэярой не достойны этого. Женщины глупы, наивны и не способны управлять властью. Бесполезные куски мяса, плететесь у ног истинного правителя Альвхейма, но я почти исправил это. То, что ты дышишь, я тоже исправлю. Вне всяких сомнений, дорогая... - безэмоциональный Вилмар распахнув расшитые золотой нитью одения, подхватил кинжал.
- Приди в себя! Это не ты! Нет!
Сил не хватало на то, чтобы убрать кинжал от своего лица и поэтому, пнув брата, Сага откатилась.
- Я же сказал, что женщины наивны. Я сильнее, чем ты, глупая-глупая Сага. На что ты надеешься? На спасение? - рассмеялся он, таская ее по полу за ноги.
Крик и рыдания пронзили медовый зал, от чего ледяные глыбы попадали с высоких потолков. Вилмар безостановочно втыкая кинжал в ноги, проворачивал его.
- Теперь ты понимаешь всю мою боль? А я годами ее копил... - ударяя сестру голой об стену, он заметил, что та потеряла сознание. - Я завершу то, чего желал.
Златовласый мужчина, облачённый в богатое одеяние, вошёл в медовый зал. Незвестный, словно весеннее солнце пробивающееся сквозь заснеженные облака осветил пространство своим появлением. Шаг за шагом, он продвигался к центру зала, ощущая под ногами холодный пол.
Кровь напоминала ему последнее эхо забытых праздников. Стены, когда-то блестящие и радостные, теперь несли на себе налёт ужаса. Трупы, причудливо разбросанные по углам, лежали забыто.
- Оставьте вашу сестру в покое. Я же сказал вам. - перехватив нож, гаркнул ярл Бальдр.
- Она не должна жить! - вдруг заорал Вилмар и черные вены на его лбу вздулись.
- Я сразу вам сказал, тигнарман Вилмар, что она должна жить на благо темного бога Хёда, я слишком долго шел к этому. Она источник сил светлых. Однако вы решили нарушить планы ведя игру по своим правилам. Что же, воля ваша, но....
Ляцганье кольчуги прервало Бальдра, и прислушиваясь к приближению, он отошел подальше от Вилмара.
- Ее нужно быстрее добить!
- Решайте же, будущий конунг вы, или же предатель династии, что породила вас, Вилмар? Вы не успеете избавиться от следов своих греховных деяний, как тут же войдет толпа хранителей покоя Альвхейма. - зажигая огонь на руке, Бальдр осветил свое лицо. - Лишь часть воинов приняли веру тьмой одаренных, и эта часть, сейчас находится на окраинах. Вспомните об этом пока не поздно.
Альвхейм - один из девяти миров - находится между Мидгардом и Асгардом. Стоит подчеркнуть, что там живут светлые эльфы.
Дикая охота -в скандинавской мифологии группа призрачных всадников-охотников со сворой собак. Дикая охота является фольклорным мотивом, который исторически происходит из европейской мифологии. Дикая охоты обычно вовлекают призрачную или сверхъестественную группу охотников, задействованных в дикой погоне
Валькирии - девы-воительницы, которые реют на крылатых конях над полем битвы и решают, кому из воинов, павших в бою, попасть в небесный чертог - Вальхаллу.
Вальхалла - небесный чертог в Асгарде, куда попадают после смерти павшие в битве воины, и где они продолжают прежнюю героическую жизнь.
Тигнарман - самые почётные и знатные люди, родственники конунга.
Хель - богиня царства мертвых ( Хельхейм), покровительница смерти, старения, разложения. Её олицетворяют с неизбежностью, концом, отчаяньем.
Норны- существа женского пола, управляющие судьбой богов и людей.
Кюна - королева.
Конунг. - король.