Волшебный шкаф

На этот раз они прибыли в какую-ту гавань. Было утро, стоял туман.

– Как ты думаешь, – сказала Лавелина, разглядывая одежду всех этих людей. – Из каких они веков? Я думаю, это средние века. У нас были такие примерно одежды еще во времена королей. Такие глупые наряды.

– Я думаю, что земля вместо батута – это глупо, – отозвался на это кот.

Внезапно он увидел в толпе маленького мальчика лет пяти, который плакал, и подлетел к нему. Лавли этого даже не заметила, она все думала, как отреагируют люди на ее внешний вид и на волшебного кота и шкаф. Но, кажется, в этом мире магия была не в новинку. Если к ней и подходили люди, они спрашивали, кто она – купец или просто турист из другого мира.

А вот кот подлетел к мальчику, стал мельтешить перед ним и смешить его. Мальчик даже на время перестал плакать. Потом Пуффи с мальчиком подошли к Лавелине. Она вопросительно посмотрела на кота.

– Это мой друг, Ханс, – ответил кот.

Мальчик, маленький, худенький, с карими, еще заплаканными глазами и черными с синеватым оттенком волосами обнимал кота, ему нравился этот большой пушистик. Кстати говоря, для Ханса он, действительно, был большой, про вес мы уже и не говорим, но в длину кот был по плечу мальчику.

– Здорово, – сказала Лавелина, ей явно не хотелось заводить новые знакомства.

– Вы поможете отыскать мне мою маму? – спросил Ханс. – Вильям, мне сказал, что поможете.

– Что за Вильям? – переспросила Лавли.

– Я Вильям, – ответил кот.

– Ты же Пуффи?

– Я Пуффи Вильям Пуговка, – ответил кот. – Все всегда забывают... Но вернемся к маме. Ты герой этой сказки и должна совершать подвиги. Вот первый. Найти его маму.

– Я, конечно, помогу найти ему маму. Но знаешь, кот, я не герой и подвиги совершать не обязана, – а потом обратилась к Хансу. – Где ты видел свою маму в последний раз?

– Вон там, – он показал на причал. – Она уехала на корабле месяц назад в экспедицию в другие страны, и должна была приехать три дня назад, но ее до сих пор нет.

– Так вот в чем дело, – сказала Лавелина. – Ты не волнуйся, она, наверное, просто задерживается. В дороге такое бывает.

– Нет, – сказал мальчик. – Обычно, если такое случалось, она посылала почтовых голубей. Я знаю, с ней что-то случилось, я чувствую это.

Лавелина отошла в сторонку. Что за мать, оставила такого малютку одного, то есть она, наверное, оставила каких-нибудь соседей за ним следить, но все же, как она могла оставить свое дитя, чтобы оно волновалось. Ей было жалко мальчика с одной стороны, но с другой, наверное, с матерью ничего такого не случилось. Нужно было решать, что делать: просто отвезти парнишку домой, или помочь ему разыскать мать. Она еще раз взглянула на мальчугана. У него был печальный взгляд.

– Хорошо, – сказала она. – Ханс, мы с котом поможем тебе отыскать твою маму. Кто-нибудь из взрослых знает, куда она отправилась? Кстати, я – Лавелина.

– Да, – расплылся мальчик в своей детской искренней улыбке. Лавли вздрогнула. – У меня две тетки. Они злые. Мама их со мной всегда оставляет.

И они все вместе отправились к злым теткам мальчика. И тетки, действительно, оказались злыми и к тому же уродливыми. Они злились, что мать Ханса до сих пор не приехала. Оказывается, она платила им за то, чтобы они сидели с собственным племянником. И они сказали название той страны, в которую отправилась его мать.

«Не волнуйтесь, – сказала Лавелина этим дамам напоследок. – Теперь я буду следить за ним, пока не найдется его мать». И они отправились в путь на волшебном шкафу.

Ханс был просто в восторге от полета. Шкаф на этот раз летел прямо над морем, при этом перевернулся он на заднюю стенку, так что было похоже, будто бы они плывут на лодке. Мальчик сидел впереди всех, подняв руки вверх и едва сдерживая рвущийся наружу крик радости. Глаза его блестели, душа пела. Коту явно не нравилось это путешествие, потому что все это время он сидел, прижавшись ко дну шкафа, не высовывая головы и наигрывая какие-то неприятные песенки. Были слышны сердитые постукивания его хвоста.

Лавелина была в растерянности. Она смотрела на этого ребенка, такого полного жизни. Он так напоминал ей Аврору. Дочурка была в том же возрасте, когда уснула навсегда. От этого у Лавли было тревожно на душе, но потом она понемногу успокоилась. Детский голос, боязнь за ребенка – для нее это было так привычно. Ей этого так не хватало. Появилось даже какое-то спокойствие на душе. Внезапно она взглянула налево и увидела рядом летящую с ней звезду – ту юную звезду в сияющих искорках, с которой она уже разговаривала, и которая обещала исполнить желание.

– Что ты здесь делаешь? – спросила Лавелина.

– Я твоя путеводная звезда, – ответила она. – Я веду тебя. Тем более, ты еще можешь загадать любое желание. Можешь потратить его на этого мальчика.

От этой мысль Лавли всю передернуло внутри.

– Зачем же? – сказала она. – Я и без всякого желания помогу разыскать его маму. Тем более ты же нам поможешь. Ты же поведешь нас?

– Да, – подтвердила звезда. – Только поторопись, иначе будет поздно.

Наконец, они прилетели в нужную им далекую страну. Звезда временно спряталась, но предупредила, что в таверне находится человек, который знает, что случилось с матерью Ханса.

Они зашли в таверну. «Идите к стойке», – прошептала звезда. Единственный, кто там был – бармен.

Ханс тут же стал расспрашивать у него про корабль, на котором плыла его мама, об экспедиции, о своей матери. Но то, что они узнали, их не порадовало.

– Да, это было около пяти дней назад. Мы услышали новость о том, что какой-то корабль с чужеземцами захватили пираты.

Они вышли из таверны очень огорченные.

Все, особенно мальчик, знали, что пираты никогда не щадили своих пленников. Но маленькая звездочка все же твердила: «Я знаю, она жива. Это точно. Я в этом уверена». Но если мама Ханса была жива, то как можно было разузнать, где ее держат пираты? Лавли решила вернуться в таверну и еще раз расспросить этого человека. Она сказала бармену, что это единственный шанс мальчика. Если бармен не расскажет всего, что знает, то ребенок останется сиротой.

И бармен решил рассказать кое-что.

– Несколько лет назад, – начал он, – пошел слух о необычном человеке. Кто-то поговаривал, что он колдун, который знает все на свете. Только за свою помощь он всегда требует что-то очень важное для вас. Вам не нужно туда идти, это сделка с дьяволом!

– Спасибо, – сказала Лавли. – Я сама буду выбирать, с каким дьяволом мне сотрудничать, а с каким нет. Кто этот человек? Как его зовут?

– Стоун, – прошептал бармен.

– Это же камень, – нахмурила брови она.

Но делать нечего. Все они пошли к колдуну по имени Стоун. Звездочка все шептала: «Не ходи туда. Там слишком опасно и страшно». Но Лавли ей сказала, что лучше бы она замолчала и опять спряталась.

И вот они подошли к замку. Темный замок темного мага. Ничего удивительного. Они открыли скрипучую калитку и пошли дальше. Вдруг раздалась гнетущая мелодия.

– Кот, прекрати! – сказала Лавли. – И так на душе тошно.

– Раз тошно, не нужно было идти, – прошипел в ответ кот.

Они принялись подниматься по лестнице к колдуну. Вошли в замок. При этом невидимый хозяин силой магии предупредительно открывал перед ними каждую дверь. И вот они вошли в самый большой зал замка. Он был темным, и эхо их шагов гулко отдавалось по всему помещению. У Лавли сердце билось ужасно громко, ей казалось, что ее уже на Юпитере услышали.

В конце этого зала возвышался трон, спинка которого почти упиралась в потолок. А на этом троне кто-то сидел. Лавли показалось, что это была каменная статуя мужчины. Ему на вид был не больше тридцати трех – тридцати пяти лет. Но он не выглядел молодо. Да, его лицо выглядело каменным. Бывали статуи, изображающие детей, или юношей, и в них было столько задора, столько жизни. В этой статуе не было ничего подобного. От одного взгляда ее на коже появлялись мурашки. Несмотря на это, лицо мужчины было высечено идеально. Плавные красивые линии, будто бы лицо этого человека нарочно делали эталоном стиля. Глаза были тоже красивой, идеальной формы. Но они были такими неподвижными (и как у статуи вообще могут быть подвижные глаза?), холодного серого цвета, этот взгляд был таким надменным, словно хозяин считал себя выше всех. Кожа была цвета бледного камня. Волосы почти пепельно-серые, выглядели как-то неестественно, точно и впрямь у статуи. Но это был живой человек. Хотя сомнения в этом не раз появлялись у наших путешественников.

«Действительно, камень», – подумала Лавли.

Пустые серые глаза хозяина замка вдруг сфокусировались на людях, вошедших в зал. От этого у всех мурашки по кожи пошли. «Все-таки живой», – подумали незваные гости.

Резко, так, что все подпрыгнули от неожиданности, он подскочил к своим гостям и за пару мгновений уже оказался перед ними. У Пуффи шерсть дыбом встала, и он нервно стал тренькать что-то на своей гитаре. Ханс спрятался за Лавли. «По идее, нужно было оставить и кота, и Ханса на улице», – подумала Лавли, но теперь было поздно.

– Что вам здесь надо? – произнес он совершенно спокойным, без тени эмоций голосом.

Зал сам начал перестраиваться, сначала большой трон стал втягиваться в пол, пока совсем не исчез, потом стенки приблизились к центру, пока зал не превратился в небольшую комнатку. Тут же позади Лавли, Ханса и кота появились кресла. А впереди – рабочий стол, на нем какие-то книги, за ним – карта на стене.

Все так были удивлены и напуганы, что даже не заметили еще одно создание в этой комнатке – маленького человечка, ростом, наверное, с Ханса, с большими ушами, как у слона, и с лицом, которое отличалось от человеческого другими пропорциями между глазами, носом, который напоминал картошку, и ртом. Человечек стоял у входа в другую дверь, испуганный и подавленный.

– Мы пришли просить у вас помощи, – набравшись смелости, заявила Лавли. – Нам нужно найти одного человека, и нам сказали, что вы можете помочь в этом деле.

Звезда испуганно забилась под плащом Лавли, который она купила специально, чтобы скрывать ее. А кот тем временем уже совсем свыкся с новым местом и с этим страшным человеком. Он летал и с любопытством рассматривал все вещи, в особенности его очень заинтересовал человечек с большими ушами, он находился прямо напротив Пуффи, но Стоун шуганул кота от этого человечка, на что кот сильно обиделся, нервно забил хвостом, но все равно продолжал наблюдать за человечком.

– Я могу помочь вам найти любого человека, – сказал Стоун. – Только вот взамен я хочу у вас что-то попросить.

– Что же это? – спросила Лавли.

– Желание, которое ты загадаешь у этой звезды, – ответил Стоун.

– Нет! – тут же закричала Лавли. – Я не отдам тебе свою звезду, это мой единственный шанс...

Тут она замолкла, поняв, что сказала лишнее. Стоун все понял.

– Ты забываешь, что я могу найти все, что угодно, – сказал он. – Я могу вернуть мальчику его маму, а могу призвать того, кто поможет вернуть тебе твою дочь.

Лавли вздрогнула и вопросительно глянула на кота. Но ответа от Пуффи нельзя было дождаться, он никогда не показывал своим видом, о чем думает. А Лавелина думала, что же ответить колдуну. А Звездочка своим тоненьким голоском все твердила: «Не отдавай меня ему. Не отдавай меня ему».

– Ну, что ты решила? – сказал, наконец, Стоун.

– Спасибо, – сказала Лавелина. – Но я не могу заплатить вам такую цену. Мы сами найдем и маму Хан... мальчика и... В общем, нам не нужна ваша помощь.

– Ты уверена? – переспросил Стоун.

– Да, – ответила на этот раз еще уверенней Лавелина, чтобы только не передумать. – Мы уходим. Спасибо за то, что выслушали.

Лавелина, Пуффи и Ханс вышли из замка. А холодный взгляд Стоуна не сходил с них.

– Это точно она? – сухо спросил Стоун у маленького человечка. Тот мотнул головой в знак согласия. – Говоришь, без этой звезды ее можно не бояться. Ничего, этот маленький огонек потухнет рано или поздно.

А Лавелина, Пуффи, Ханс уже со всех ног бежали от этого места. Уж очень неприятным показался им этот Стоун. Только убежав далеко от замка, они остановились, чтобы отдышаться.

– Я так и знала, что ты меня ему не отдашь, – сказала звездочка, вылетев из-под плаща.

– А вот я в этом не уверена, – сказала Лавли. – Он же колдун, и мог обмануть нас. Но я так хочу вернуть Аврору, что иногда просто не соображаю.

А кот молчал. Кажется, он о чем-то задумался.

– Ну и как теперь мы сможем найти маму Ханса? – спросила Лавелина. Все уставились на нее круглыми глазами.

– Думаю, звезды подскажут, – сказал кот и посмотрел на звездочку.

– Я не могу сказать, где она, без желания. Я только указываю нужное направление. Но сказать точно, где она, я не могу. Я не могу видеть судьбу каждого.

– Но ты ведь знаешь звезды, – мурлыча и задумчиво произнес Пуффи. – Которые пишут судьбу этой... – кот задумался, как лучше назвать маму Ханса. Он бы назвал ее Алисой, но она казалась ему слишком взрослой для Алисы, тогда он сказал проще. – Этой женщины.

– Знаю, – сказала Звезда. – Но нужно время, чтобы я слетала на небо и обратно, я боюсь, что...

– Постарайся. Я молю тебя, – сказала Лавли.

– Я постараюсь, – пообещала Звезда и тут же взметнулась вверх.

Ее не было с ними некоторое время. За это время на Лавли опять напала тоска, сердце ее сжималось, когда она думала, что не сдержит обещание и не сможет помочь бедному мальчику. Но вот они все увидели маленький, быстро летящий белый шарик света. Звезда сильно разогналась, и даже боялась, что не сможет остановиться. Но Лавли поймала ее в ладошки. Какая же она была прекрасная, эта звезда. Она сияла разноцветными огоньками, смотря своими блестящими, как у ребенка, глазами на Лавли. Сама девушка не чувствовала обжигающего жара, она лишь ощущала тепло, греющее душу. Это был словно маленький ребеночек, такой чистый и такой добрый.

– Ты узнала? – спросила Лавли у Звезды.

– Да, – ответила она. – Следуйте за мной.

Они тут же сели в шкаф и взмыли в воздух. Звезда летела так быстро, что у Лавли просто дух захватывало от набранной скорости. Было утро, когда они прилетели. Не известно, прошли ли уже целые сутки, или просто там так рано светало. Звезда завела их на какой-то остров.

– Скорее, скорее, – кричала она, летя вперед.

Лавли и Ханс кое-как за ней поспевали. Но вот они услышали какой-то шум, и крики, и у них появилось второе дыхание. Они прибежали на пляж. Но то, что они увидели там, их просто поразило. Тринадцать каменных статуй разъяренных пиратов стояли на берегу. Рядом с ними был Стоун. Он склонился над телом еле живой девушки. Ханс тотчас же подбежал к ней: «Мама! Что с тобой?». Она истекала кровью.

– Помогли вы ей? – спросил Стоун. – В следующий раз слушайте меня, если хотите спасти своего друга.

И исчез. А Лавли подбежала к девушке. Она была, наверное, ее ровесницей, не намного старше.

– Прошу вас, – сказала женщина. – Я умираю. Позаботьтесь о моем сыне.

– Вы не умрете, – сказала Лавли. – Звездочка!.. Звездочка. Ты можешь исполнить мое желание? Чтобы она не умерла?

Звезда тут же подлетела к ней, она уже хотела исцелить маму Ханса, но вдруг остановилась, она взглянула на Лавли глазами, полные ужаса и сожаления.

– Прости меня, – сказала Звезда. – Я не могу исцелять мертвых.

Весь остров наполнился гробовым молчанием. Были только слышны слезы маленького мальчика, только что потерявшего маму. Они сидели на месте, не смея сказать ни слова. Ее похоронили там, на острове, под деревом с красивыми розовыми лепестками. Лавли еще долго не могла сказать ни слова Хансу. Она просто не знала, как дальше быть.

– Ты должна с ним поговорить, – вдруг обратился к ней кот. На этот раз его пальцы лишь слегка прикасались к струнам гитары, музыки почти не было слышно, а то, что доносилось, было очень грустным.

– Я не могу, – дрожащим голосом ответила она. – Я должна его утешить, но я сама неутешна. Мне придется забрать его к себе, а я не могу, не могу снова впустить в свою жизнь маленького ребенка, после того, как потеряла своего. Я не могу. Понимаешь, просто не могу.

– Если ты не сможешь, – сказал Пуффи, – ты обречешь этого ребенка на жизнь без семьи, жизнь впроголодь, жизнь на улице, в воровстве. Он или погибнет с голоду, или в конечном итоге отправится в колонию. Теперь подумай, можешь ли ты обречь его на это?

– Нет, – сказала девушка после минуты раздумья. – Я должна его взять с собой.

Она медленными шажочками направилась к Хансу. Рядом с ней летела звезда: «Я буду с тобой, чтобы тебе не было так страшно», – сказала она. Мальчик сидел на пляже, обняв колени, не глядя ни на кого. Лавли присела рядом с ним.

– Знаешь, – сказала она, смотря вдаль. – Прости меня. Я не должна была обещать того, что не исполню. Я должна была попросить звезду, но... не смогла. Слишком страшно потерять последнюю надежду. Всегда тяжело терять близких, и я не могу себе даже представить, что ты чувствуешь. Но нужно жить дальше, – она даже и не поняла, что сейчас сказала то, чему всегда противоречила. – А знаешь, звезда мне поведала, что в каждом мире свои правила, и что, возможно, есть тот мир, где можно воскресить того, кого потерял.

Мальчик поднял на нее свои красные глаза.

– Я не обещаю тебе, что я смогу найти этот мир, и что твоя мама снова будет жить. Я этого не могу обещать. Но я обещаю, что сделаю все, чтобы исполнить это желание, – сказала Лавли.

– Честно? – промолвил впервые за это время Ханс.

– Да, честно, – сказала Лавли. – А теперь нужно идти.

– Куда?

– Ко мне домой. Ты не спал всю ночь.

Подробнее здесь: