Хэй, сестрёнка! ||D&J

Прозвенел звонок, объявивший начало урока. Гул в классе стих, все уставились на влетевшую в класс Юлю, вслед за которой неспешно вошел Даня. Девушка поспешно выгружала на парту книги и тетради, в то время как парень преспокойно уселся на свое место и уставился в телефон.

— Итак, раз все в сборе, полагаю, можно начать? – улыбнулся Дмитрий Алексеевич, раскрывая свой ежедневник. – Во-первых, хочу поздравить вас с концом первой учебной недели, - в глазах учителя были смешинки, - и напомнить, что в выходные вам предстоит прочитать “Мастера и Маргариту”, - над классом разнесся вздох уныния, на который молодой учитель только головой покачал.

– Ну, что же, вы? Где восторг? Это очаровательное произведение, вам понравится, обещаю, - он коротко хохотнул, а потом опустился за преподавательский стол и открыл журнал, тут же становясь серьезным. – Так, а теперь приступим к проверке домашнего задания. Что у нас было? – пробормотал он, листая ежедневник.

Милена, уже привычно сидевшая на первой парте, неотрывно смотрела, как тонкие, длинные пальцы перелистывают страницы. – А вот оно, я задавал выучить стихотворение на свободную тему. Интересно послушать, что вы выбрали, - задумчиво протянул он. – Ну, что, Гаврилина, прошу вас к доске.

— «Восстань, пророк, и виждь, и внемли,

Исполнись волею моей,
И, обходя моря и земли,
Глаголом жги сердца людей», - закончила девушка под одобрительным взглядом учителя.

— “Пророк”…хороший выбор, - улыбнулся Дмитрий Алексеевич. – Громко, выразительно, молодец не Гаврилина. Бесспорно, пять, - он поставил оценку и кивнул, отпуская Юлю.

Один за одним ученики выходили к доске, читая самые разнообразные произведения. Пара человек была не готова, и учитель безжалостно выставил им двойки. Даня  вышел к доске одним из последних.

— У меня тоже Пушкин. “Узник”, - парень говорил неторопливо, на одному ему понятный лад. Но не сбивался, как многие, было видно, что произведение он знал хорошо.

— Интересное исполнение, - кивнул Дмитрий Алексеевич, - пять, садись. Кто еще не отвечал? – серые глаза скользнули по странице журнала. – Сушкова, к доске.

Блондинка кивнула, перехватив внимательный взгляд учителя, и поднялась с места. Остановившись на “лобном” месте, она встала в пол оборота, встречаясь глазами с преподавателем, который смотрел на нее.

— Сжаты руки под темной вуалью...
"Отчего ты сегодня бледна?"
Оттого, что я терпкой печалью
Напоила его допьяна.

Девушка говорила медленно, словно с усилием, сжимая пальцами подол короткой юбки. Синие глаза смотрели на учителя и, в то же время, сквозь него. Она словно вспоминала что-то, что-то понятное только ей.

— Как забуду? Он вышел, шатаясь,
Искривился мучительно рот... –
Я сбежала, перил не касаясь,
Я бежала за ним до ворот.

Голос ее взлетел, словно испуганная птица, но практически никто не обратил на это внимания. Только Юля внимательно слушала подругу, а Дмитрий Алексеевич, отвел взгляд, зная, что будет дальше.

— Задыхаясь, я крикнула: "Шутка
Все что было. Уйдешь, я умру".
Улыбнулся спокойно и жутко
И сказал мне: "Не стой на ветру", - последние строки Милена практически прошептала, не сводя пристального взгляда с учителя, который теперь смотрел на нее во все глаза, не зная, что сказать на столь живое выступление. Девушка молчала, ожидая реакции. Прозвенел звонок, оповещая о конце урока.

Ученики стали собирать сумки, мечтая поскорее отправится по своим делам – литература была последним уроком. Поняв, что остановить их не получится, Дмитрий Алексеевич напомнил им о “Мастере и Маргарите” и отпустил. Милена так и стояла, ожидая оценки. Юля хотела было подойти к ней, но Даня буквально выволок ее из класса.

— Пойдем, у нас дела есть, потом потрещите, - отрезал он, закрывая дверь в класс.

Милена напряженно стояла, ожидая, когда учитель заговорит. Он выглядел не менее растерянным, чем сама школьница. Несколько секунд прошло в молчании.

— Красивое стихотворение, - начал он. – Любишь Ахматову?

— Вы прекрасно знаете, что люблю, - холодно ответила девушка, намекая на то, что не желает продолжать разговор.

— И подача весьма…эмоциональная, - тщательно подбирал слова учитель.

— Спасибо, а теперь, может, вы скажете мою оценку? – поинтересовалась школьница, стараясь не смотреть на то, как молодой человек ерошит волосы. Она знала, что он всегда так делает, когда задумывается. И много раз во время урока замечала, как он сам себя одергивает, чтобы не сделать это перед всем классом. На ее лице проступила грустная улыбка, когда она об этом подумала.

— Да, конечно, - смутился Дмитрий Алексеевич. – Я поставлю тебе пять. Мне очень понравилось твое исполнение. Только вот мне показалось, что ты восприняла его слишком близко к сердцу, - улыбнулся он. – Это всего лишь стихотворение, хотя и очень красивое.

— Знаете, а вы правы. Это всего лишь стихотворение, - кивнула Мила, закидывая тетрадь в сумку. – А я, наверное, действительно, чересчур эмоциональная, - добавила она, не поднимая взгляда, пытаясь дрожащими пальцами застегнуть молнию, которую, как назло заело. Она дернула несколько раз, но та не поддавалась.

— Позволь, я помогу, - голос Дмитрия Алексеевича раздался прямо над ее плечом, а потом его пальцы мягко коснулись ее рук. Она вздрогнула от этого неожиданного прикосновения и наткнулась спиной на учителя. Замерев от неловкости, она глубоко вдохнула, не зная, что сказать

— Не стоит, я сама могу, - тихо сказала она, пытаясь убрать его руки.

— Милена, я просто поправлю молнию, - голос учителя был неожиданно теплым и ласковым, как раньше. Школьница убрала руки, позволяя ему делать, что хочет. Он ловко вытащил кусочек зажеванной ткани и застегнул сумку. – Вот и все, - сказал он, отступая назад.

— Спасибо, Дим…Дмитрий Алексеевич, - девушка слабо улыбнулась молодому человеку, который стоял близко к ней. Так близко, что она чувствовала головокружительный запах его духов. – До свидания, - нервно поправив прядь светлых волос, она направилась в сторону двери.

— Мил, знаешь, - девушка остановилась, ожидая его следующих слов. Внутри все сжалось от привычного "Мил". – Мне жаль, что так получилось, - негромко добавил он.

— Мне тоже, - еле слышно ответила школьница, выходя из класса. В глазах стояли слезы, а ноги сами понесли ее в сторону Юлино дома. Подруга жила в соседнем со школой дворе, так что через пять минут зареванная Милена уже вовсю звонила в знакомую дверь.

— Какие люди, - усмехнулся Даня, но увидев красные, влажные глаза девушки, отошел в сторону пропуская ее. – Юль, чеши сюда, тут твоя бешеная блонда рыдает! – крикнул он в глубь квартиры. Через пять секунд в прихожей возникла Юля одетая в короткие домашние шортики и безразмерную футболку. Волосы были забраны в пучок, а в руке она сжимала карандаш.

— Мил, ты чего? – всполошилась она, отпихивая брата в сторону, - свали отсюда.

— Ты как…а ладно, - махнул рукой Даня, выходя из прихожей.

— Милен, что случилось? - спросила Юля, едва девушки закрылись в ее комнате с двумя огромными банками мороженого и кучей шоколада. – Выкладывай.

— Ну, помнишь, когда ты в Италии летом была, я тебе писала про репетитора? – почти спокойно заговорила Мила. Юля кивнула. – Так вот, он теперь у нас в школе преподает.

— Да ладно?! – вскинула брови Юля, - серьезно?

— А я-то думал, что вы глазами друг друга все сверлите, - задумчиво протянул Даня, заходя в комнату и плюхаясь на Юлину кровать. – Дмитрий Алексеевич значит?

— Ты чего тут забыл? – возмутилась девушка.

— Скорая психологическая помощь, - усмехнулся парень. – В отличие от тебя, я могу помочь.

— С чего это вдруг?! – оторопела Юля.

— С того, что я сразу врубился что к чему, тупица, - фыркнул парень, закуривая. Заметив гневный взгляд Юле, он только отмахнулся, обращаясь к Миле. – Короче, у тебя были мутки с репетитором, который теперь наш учитель, я правильно понял? – уточнил Даня. Милена кивнула.

— Стоп, ничего не понимаю, - помотала головой Юля. – Объясни нормально, что произошло.

— Ну, я тебе говорила, что мать мне препода нашла. Ну, и что он очень классный, - затараторила Мила. Оля кивнула, соглашаясь с ее словами. – Короче занимались мы, общались, ну, знаешь, неформально так – он же молодой совсем. Ну, и как-то так вышло, что он сказал, что если я прочитаю все по его списку, то мы пойдем на свидание.

— Дмитрий Алексеевич?! – вытаращила глаза Юля.

— Нет, блин, папа Римский! – закатил глаза Стас. – Не перебивай, тут человек драму рассказывает. Жги, блондиночка, - он кивнул в сторону подруги сестры.

— Ну, я, конечно, все прочитала и пошли мы на свидание. Все просто отлично было, мы много разговаривали и…

— Это можешь не рассказывать, а то я усну, - отмахнулся Даня. – Ближе к телу…он тебе вдул и кинул?

— Чего?! Ты что несешь вообще? – напустилась на него Юля. – Ты же не спала с ним?! – поинтересовалась она у Милы.

— Да мы даже не поцеловались, - покачала головой Милена. – Мы дошли до школы, я ему сказала, что учусь тут…и он, ну, как-то странно стал себя вести, а потом просто наплел про какие-то дела и слился.

— Бред какой-то, - задумчиво протянула Юля, не понимая.

— Вот и я не понимаю, - кивнула Милена. – А сейчас говорит, что ему жаль, что так вышло.

— Идиот. И вы две курицы, - резюмировал Даня, - он просто узнал, что учить тебя будет и очканул. Это уже совсем другая статья будет, - криво улыбнулся он.

— Думаешь? – недоверчиво переспросили девушки.

— Знаю, - самоуверенно сказал
Даня. – По нему сразу видно, что он хиленький. Такой сам никогда не созреет.

— И что мне делать? – расстроенно спросила девушка.

— Ну, во-первых, хватит мороженое жрать – растолстеешь, вообще никто не подойдет, - едко сказал парень, отбирая у нее банку. – Ты должна провоцировать его на действия или действовать сама. Все просто.

— И как это? – заинтересовалась Милена.

— Мил, ты серьезно? Ты будешь этого придурка слушать?! – возмутилась Юля.

— Ну, он, вроде, толковые вещи говорит, - пожала плечами блондинка.

— Да он отмороженный дебил!

— Полегче, сестренка! – перебил ее парень. – Мыла давно не пробовала? – многозначительно добавил он. – И, вообще, я тут твоей бестолковой подружке помогаю, хоть бы спасибо сказала.

— Я сама ей прекрасно помогу.

— Я вижу, - фыркнул Даня. – Раскормить ее так, чтобы учитель точно слился – это твой план? – едко спросил он, потрясая банкой с мороженым и обводя рукой гору шоколада.

— А у тебя какие идеи? – скрестила руки на груди Юля.

Даня задумался. Окинув девушку взглядом он помотал головой.

— Во-первых, никаких сладостей, и вообще, лучше не жрать тебе, дорогая. Пару кило сбросишь – вообще другой вид будет. Юбки покороче, каблуки повыше – это всем мужикам нравится.

— Ты…ты что, шлюху из нее сделать хочешь? – недовольно спросила Юля.

— Нет, блин, монашку! Она должна учителя совратить! – закатил глаза Даня.

— Прям совратить? – сомневающимся голосом протянула Мила.

— Пф, как же с вами, женщинами, сложно. А что ты будешь второго пришествия ждать?! Этот сам ни фига не сделает. Он тормознутый, по нему видно.

— А можно как-то без совращения?

— Только если на живца ловить? – предложил Даня.

— Это еще как? – подозрительно спросила Юля.

— Просто: заставим его ревновать, - ехидно улыбнулся парень.

— Годится…только вот, - Милена замолчала. – Как заставить его ревновать?

— А говорят еще, что это шутки, только, что блондинки тупые! Не расстраивай меня, блондиночка, - Даня похлопал девушку по плечу. – Я все устрою, ты только не тупи, ладно? – парень улыбнулся и встал с кровати, направляясь к двери.

— Слушай, а может ты тогда и мне с Костей из параллельного устроишь? – невинно спросила Юля.

— Обалдела?! Я тебе сейчас устрою Костю из параллельного!

— Ей можно, а мне нет?!

— Ты моя, - отрезал Даня, хлопая дверью.

Милена задумчиво смотрела ему в след, пытаясь понять, ей одной последняя фраза
Дани показалась крайне двусмысленной.

— Какой же он придурок! – Юля пнула подушку, и схватила очередную шоколадку.

“Видимо, только мне,” – покачала головой Мила, но тут Юля стала рассказывать про свой отдых в Италии, и девушка быстро забыла об инциденте.