Глава 14
- Я могу узнать, с кем говорю? – спросила недовольным голосом Ирса.
- Можешь и должна. Я мать Муслима. Больше не пиши и не разговаривай с моим сыном, понятно? Ты ему не пара! Мой сын женится на достойной девушке, а не на разведенной с ребенком.
Ирса сидела рядом с дочерью, не в силах поверить в такое, но все же добавила:
- У меня с вашим сыном ничего серьезного нет, можете не переживать по этому поводу!
- Я узнаю, есть или нет. Этот разгово... - не дав ей докончить, Ирса отключила звонок.
-Поверить не могу! – протирает она свой лоб, снимая платок с головы – Как же надоели эти ненормальные мамаши!
- Что случилось? – спрашивает соседка по палате.
- Представляешь, звонила мама Муслима и угрожала мне! – встает она с кровати, - Я же понимаю, что мы не пара, я и его родителей понимаю, поэтому и не подпускаю его близко, но это чересчур! – расхаживает она по палате.
- А ты скажи ему, что его мама звонила и сказала тебе такое. Он должен знать.
- Да как я смогу? Нет, не хочу их ссорить. Я и так знала, что все когда-то кончится, просто начну отдаляться от него, - садится она обратно на кровать.
- Так нечестно, Ирса. Он должен знать причину твоего ухода, иначе будет тебя ненавидеть.
- Пусть! Я – то что теряю с этого? Он единственный сын и я не хочу их ссорить... Но как бы все сделать?..
- Я бы рассказала на твоем месте и так рассталась. И тебе легче, и он будет знать в следующий раз, что не все сам будет решать в своей жизни, а его мама. Лично я, когда подрастет мой сын, не стану вмешиваться в его жизнь, уж тем более в личную. Какое дело мне, с кем он будет жить и кого любить? Если его все устраивает, и она будет делать моего сына счастливым, я ее тоже буду любить!
На второй день после звонка, когда Муслим опять приехал с гостиницами, Ирса не вышла, сказав, что дочке стало плохо и она не может выйти. Тогда он поднялся до палаты и оставил пакет у двери и ушел, оставив записку «Самым красивым двум девушкам 17 палаты». Увидев это, соседка вновь начала упрашивать Ирсу все рассказать ему и поделиться, раз он так сильно их любит, то не откажется просто так и исчезнуть из его жизни им будет непросто, но Ирса проигнорировала все и написала ему смс: «Спасибо! Не стоило. У нас всего некуда девать, больше не привози зря, я их и так раздаю по больнице медсестрам».
На звонки Ирса отвечала реже, а когда и брала трубку, всегда находила повод закончить срочно разговор «Укол делают», «Сафи плачет», «Устала», «Посетители, неудобно разговаривать».
Ей с одной стороны нравилось, что Муслим всегда с пониманием относился ко всему и не злился на ситуацию, а лишь мягко отвечал «Было приятно с тобой поговорить. Поцелуй от меня Сафи», а с другой стороны ее злило, что на все это ей потребуется много времени и понимала, что чувства к нему все крепли, которые она подавляла, вспоминая, как ей жилось со свекровью в браке.
Недели два спустя, когда они были уже дома и она ходила на учебу, избегать встреч с ним не получалось, он всегда поджидал ее у входа. И вот в третий раз, снова увидев ее грустное лицо, он все таки спросил, что происходит и не обидел ли ее чем-то. Ирса долго отнекивалась, но, когда он попросил ради Всевышнего рассказать причину ее поведения, она ему все, как есть, рассказала.
- Да не, не может такого быть, - смотрит он на нее, смеясь, - Мама такого никогда не сделает.
- А зачем мне врать насчет этого, Муслим? Я не хотела тебе это говорить, ты знаешь, но ты сам меня вынудил.
- Разве такое возможно? Откуда она могла узнать про тебя? Да еще сказать такое. Я не верю просто... - натягивает он улыбку, не зная, как реагировать на это в шоке.
- Вот номер. Я специально не очищала звонки, чтоб показать тебе в таком случае, - отдает она ему в руки свой телефон, после чего его лицо меняется.
- Это папин номер... Она звонила с него.
Он долго молчал и смотрел в одну точку, не зная, что сказать, и произнес:
- Прости. Извини, что тебе такое сказали. Больше тебе не позвонят. Я все исправлю. Извини еще раз за нее, пожалуйста, - отдает он ей телефон.
После такого откровения, они становились все ближе друг к другу и он чувствовал, как она тоже меняется по отношению к нему: стала мягкой, приветливой, доверяла и открывалась больше, чем раньше.
- Завтра свадьба моего родственника, я иду туда. У тебя какие планы? – спрашивает он ее по телефону в 11 ночи.
- Ой, у нас тоже свадьба. Родственница выходит, меня заставили быть подругой невесты. Так что, я тоже иду на свадьбу.
- А как родственницу зовут и где будет свадьба?
Позже они узнали, что идут на одну и ту же свадьбу: он со стороны жениха, а она со стороны невесты.
- Будешь петь на свадьбе? – улыбается она.
- Да, попросили исполнить. Но петь буду тебе, не сводя с тебя глаз.
- Ой, не надо. Там же твоя семья будет, сразу поймут, а может и узнают... Не хочу недопониманий.
- Откуда они могут тебя знать? Успокойся и веди себя, как обычно. И вот тогда ты им понравишься, как и мне.
На следующий день Ирса накрасилась, сделала красивую укладку волнами и заколола волосы сбоку, надела платье в пол голубого цвета с бежевой косынкой и того же цвета каблуками.
- Выглядишь, как настоящая принцесса! – сделала ей комплемент тетя, которая тоже шла с ней.
- Ты тоже красотка, Малика!
- Хоть бы тебя не украли такую. Тьфу-тьфу!
Свадьба началась. Ирса, как и полагается по обычаям, не отходила от невесты, поправляя ей то волосы, то фату, то платье. Чаще всех ее приглашали на танец и она каждый раз ловила на себе ревностный взгляд Муслима, но ей хотелось сегодня показать себя всем, особенно, его маме и сестрам, которые не сводили с нее глаз.
Когда Муслим поднимался на сцену и пел, он то и делал, что смотрел на нее и в перерывах между песнями приглашал ее на танец. Казалось, будто все собрались в их честь и все внимание, весь танцпол их и ничей больше.
После танцев, ведущая свадьбы пригасила всех ко столу, и тут подошли к Ирсе сестры Муслима, которые время танцев успели с ней познакомиться и много о чем поболтать. Младшая из сестер попросила телефон, чтобы перекинуть себе сделанные фотографии и «чисто случайно» наткнулась на фото своего брата:
- А что делает у тебя в телефоне фото моего брата? – смотрит она на Ирсу, другая берет телефон и рассматривает фото:
- А, это твой брат? – отвечает она спокойно, - Не знала. Мне просто нравятся его песни, он ведь певец и известный, может, поэтому у меня его фотка? – улыбается она, - Я просто его фанатка! – смеясь, поправляет она свою косынку.
- Ааа, яясно. Ну спасибо за фотки, мы побежали кушать, - уходят сестры к маме ко столу.
- Бегите. – вздыхает она облегченно, что смогла выйти из ситуации.
Свадьба закончилась, невесту забрали домой, а Ирса приехала к себе. Уложив дочь, она лежала и разговаривала с Муслимом:
- Ты была очень красивая сегодня! Я все не мог наглядеться!
- Спасибо. Приятно. Представляешь, что сегодня было? – и она рассказала ситуацию с фотографией.
- Представить только. Но все нормально, ты хорошо выкрутилась. Они поверили, наверное, ведь не знают тебя в лицо.
- Надеюсь на это очень, а то даже страшно, - смеется она, вспомнив угрозу матери.
- Не издевайся! Забудь про этот случай и не вспоминай больше, хорошо? А то мне неудобно бывает за нее.
- Хорошо, - тут телефон начинает вибрировать и Ирса смотрит на экран, - Мне звонят с незнакомого номера, Муслим.
- Кто звонит тебе в это время? Продиктуй мне номер.
Она продиктовала и Муслим замолк. На вопросы, в чем дело и почему он молчит, он еле ответил: «Заблокируй этот номер. Это номер мамы...»
- Я после звонка заблокирую. Значит, они все-таки знали меня в лицо.
- Видимо. Но не переживай. Я завтра опять подниму этот вопрос! – и тут приходит Ирсе смс от незнакомого номера: «Чтоб тебя и твоего ребенка ублюдка Аллах забрал на тот свет!» и тут Ирса кладет телефон.
Как будто земля ушла из-под ног, она начала дышать чаще от сильно бьющегося сердца. Она словно ослепла и оглохла от шока. Я все понимаю, пусть меня накроет трехэтажным матом, но моего ребенка так обозвать! Да каким человеком нужно быть, чтобы иметь такое сердце? Где таких озлобленных женщин выращивают? Почему все достаются мне каждый раз? О, Аллах, дай мне терпения! О, Алаах, дай мне сил и терпения, чтобы я не натворила чего...
Минуту спустя Муслим позвонил опять и спросил, что случилось, Ирса прочла ему это сообщение.
- Я буду виновата, если сейчас позвоню ей и нагрублю? Скажи, буду? – кричит она.
- Ирса, пожалуйста, не надо. Оставь. Ради меня, прости ее и оставь на суд Всевышнего. Я тебя очень прошу, не опускайся до ее уровня.
- Я не опущусь, Муслим. Я выше этого и у меня не такое сердце! Но и ты знай. Что между нами все кончено! Нет никакой дружбы, а будущего уж тем более! Я по горло сыта этим! Еще одного такого испытания я не выдержу и не хочу! Я не заслуживаю.
- Постой, не торопись.
- Не перебивай меня! Я знаю, что говорю и чего следует ожидать, если выйду за тебя. Мне того не надо. Прости, но я так больше не хочу. Всего хорошего и тебе, и твоей маме. Спасибо, что был со мной добр, дело не в тебе, а в том, что я не выберу больше такую жизнь. Прощай! Будь счастлив!
После этого разговора Муслим пытался добиться ее прощения и второго шанса, но Ирса была тверда в своем решении и перекрыла ему все дороги, что вели к ней.
Несколько месяцев спустя, она узнала, что его женили.