Глава 3
Вечер в кругу близких людей прошел прекрасно: игры сменяли чаепитием за большим длинным столом, чаепитие – разговорами, которые плавно перешли в рассказы страшных историй, после чего и решили посмотреть фильм ужасов «Проклятие 2004», чтобы проверить, действительно ли слова большинства из присутствующих о бесстрашии совпадут с действительностью.
При первых же страшных эпизодах девушки начали кричать и прижались друг к другу, закрывая лицо одеялом, а парни же смеялись над ними. Ирса не любила такой жанр фильмов, но держалась до конца, а когда уже не выдержала, сославшись на голод, вышла и пошла на кухню. Как только она налила себе чай, к ней присоединилась и двоюродная сестра, а крики из зала доходили до кухни.
- Что, тоже не любишь такое? – спрашивает Ирса сестру.
- Я до жути боюсь, слишком всерьез воспринимаю все и ночью снятся кошмары, а про оставаться после этих фильмов одной и говорить, наверное, не стоит. – отвечает та, тоже наливая себе чай.
После того, как вышла Ирса, Хамзат потерял интерес к фильму и хотел, чтобы он поскорее закончился. Не дождавшись этого, сделав вид, будто ему звонят, он вышел из зала и направился на кухню, якобы за водой, зная, что девочки сидят там.
- Ой, вы тут, трусишки. – заходит он к ним, копаясь в телефоне – Где тут можно взять кружку для воды? – поднимает он взгляд к той, ради которой и пришел сюда.
- Сейчас налью. – встает, окрыленная, она. – А ты чего вышел? Духу не хватило досмотреть?
- Да нет, я просто уже видел этот фильм, не очень, если честно. – отвечает он, беря кружку с ее рук.
Пока эти двое не могут оторвать друг от друга взгляда, сестра Мадина, которая была старше их, внимательно наблюдает за ними и, поняв, что происходит, говорит:
- Хочешь чаю? Раз уж видел все и так, выпей с нами. – улыбается она, смотря на Ирсу, мол, смотри, что я ради тебя делаю.
- Что вы тут обсуждаете? Кто кого бесстрашнее? – заходит брат, изучая обстановку.
- Именно так. – отвечает Мадина своему родному брату. – Будешь чай?
- Давай. Хамзату тоже налей.
К концу такого приятного дня, Ирса долго лежала в постели, не засыпая.
- Чувствую я, скоро у нас будет новая красивая пара. – говорит Мадина, поворачиваясь к Ирсе.
- С чего ты взяла?
- Он взял у меня твой номер, красотка. Я сразу же отдала, так как видела, как вы друг на друга смотрите.
- Не смотрела я на него. – смущенно отворачивается Ирса, делая вид, что засыпает.
- Говори мне тут. Только смотри, он очень серьезный и просто так никогда не станет что-то начинать. Если и тебе он нравится, придется тебе оставить всех остальных парней, которые ждут твоего согласия. Он такого не потерпит.
- Я уже оставила. – сказала про себя Ирса, и с счастливой улыбкой уснула.
Утром ее разбудил звонок от тети Малики. Та просила приехать ее на три дня, чтобы помочь закатать банки на зиму.
Быстро позавтракав с родными, она собралась и поехала к тете, которая жила относительно недалеко от них.
- Ирса! – позвал ее знакомый голосс. Поняв, чей он, она сделала вид, что не слышит и ускорила шаг. – Ирса! Собар де, хьай Делан дуьхьа! (Подожди, ради Бога!)
Она остановилась.
- Куда ты бежишь, ради Бога? Я же не убить тебя собираюсь. – говорит, запыхавшийся Ахмед. – Как ты? К Малике идешь?
- Да, попросила помочь.
- Как давно я тебя не видел. Как я соскучился.
- Не говори так. У тебя через считанные дни свадьба. Прибереги эти слова для жены.
- Она знает, что я не люблю ее.
- Тогда зачем ты портишь жизнь невинной девушке, женясь на ней?
- Я не хотел жениться ни на ком, кроме тебя, ты это знаешь. Но ты отказываешься.
- Но у тебя все же свадьба. Мог бы хотя бы подождать, отойти от чувств, полюбил бы другую и женился бы на ней. И себе, и другой не портил бы жизни.
- Я уехать хочу отсюда. Да и не одного меня там вина, она сама тоже согласилась, зная все это.
Он был прав. Ей нечего было ответить в ее защиту, потому что она действительно не понимала таких девушек, которые соглашались и выходили замуж, зная, что мужчина любит другую.
- Ирса, я люблю тебя. Я не смогу без... - не дав ему докончить, Ирса вскрикнула:
- Молчи! Больше не смей говорить мне такое, тебя это не красит. Ты женишься, черт возьми! Неси ответственность, которую берешь на себя!
- Я могу отменить эту свадьбу. Я могу все оставить, если ты согласишься.
- Никогда! Слышишь? Никогда! Эта девушка выходит за тебя, полная надежд! Она верит, что ты сделаешь все для нее, раз берешь ее в жены. Она от всего отказывается, лишь бы быть с тобой, а ты на стороне в любви признаешься. – ускорила она шаг.
- Мы не подходим с ней. Я это почувствовал в первый же день. Она не та, которую я себе всю жизнь представлял рядом.
- Зачем ты мне это говоришь? Что я могу сделать? Ты сам должен был решить все. Тебя никто не может заставить. И твои слова с твоими действиями совсем не совпадают. Пока! – закрывает она за собой ворота и слышит, как тот орет во весь голос на всю улицу:
- Я люблю только тебя! И жениться хочу только на тебе! Слышишь? Люблю! Хьоьгахь ду сан дог а, ирс а! (У тебя мое сердце и счастье!)
Ирсе стало не по себе от ситуации. Ей было его искренне жаль, ведь он был ее другом и ей было больно оттого, что не может ему ничем помочь, а полюбить насильно кого-то невозможно. О, Аллах, пусть он обретет счастье с ней, взмолилась она и зашла в дом.
- Пусть у моих ворот не стоит, скажи ему. – сказала Малика при виде племянницы – Что люди скажут? Некрасиво это с его стороны.
- Он уйдет сейчас, деца (тетя). – ответила она, снимая с себя верхнюю одежду и вешая ее на крючок у двери.
- Ирса, ты слышала, что соседку украли на днях? – спросила тетя, провожая ее в зал - Она тоже противилась, как ты, и ее забрали. Смотри, чтоб такого не было и с тобой.
- Мали, он не осмелится. Я сделаю все, чтобы этого не произошло, но если меня украдут, будь это даже бомж, я останусь, чтобы люди не указывали на меня пальцем...
- Ладно. Пока дети спят, давай быстро выпьем чаю и начнем.
- Давай.
Утро выдалось солнечное. Ирса любила у тети по утрам гулять в саду, дыша свежим воздухом и слушая пение ранних птиц. Покой нарушила Хадижа, пришедшая к ним.
- Ты чего прохлаждаешься? Собирайся давай. – говорит она, целуя подругу в щеку.
- Куда? Что случилось? – еще больше укутываясь в свое одеяло и садясь в старое кресло, отвечает она.
- Ахмед меня за тобой прислал. Раз выйти за меня не хочет, пусть хотя бы на моей свадьбе побывает, сказал.
- Ни за что! Он с ума что ли там совсем сошел? Еще не хватало, чтоб его жена меня проклинала.
- Да оставь ты ее, она тебя даже в лицо не знает.
- Думаешь, люди молчать будут и не скажут ей? Тем более после того, что он наговорил два дня назад у ворот.
- М-да, это было лишним. Ну, вставай. Каждый имеет право на последнее желание, пойдем.
- Нет, спасибо. Я, правда, не хочу.
После долгих уговоров, Хадижа не смогла добиться желания своего кузина. Несколько минут спустя, Малике позвонили и пригласи их на свадьбу, сказав, что иначе обидятся и сочтут это за неуважение. Ирсе пришлось явиться на свадьбу. На протяжении всего дня Ахмед очень аккуратно оказывал ей знаки внимания: то кого-то подсылал, то видеографа просил побольше ее снимать, а после свадьбы вообще собрался было проводить ее, если бы его братья не остановили, сказав, что кто-то из взрослых его может увидеть (по чеченским обычаям жених в первое время после свадьбы должен скрываться от мужчин своего рода) и что они сами ее проводят. Переночевав у тети, Ирса поехала к себе домой на следующий день.
Завтра уже выходить на учебу, надо подготовиться, подумав про себя, Ирса быстро сделала дома уборку, приготовила поесть и пошла в душ, параллельно закинув вещи в стиральную машину.
- Ирса! – постучалась в дверь Нура – Тебе тут звонит один номер, возьмешь?
- Нет, ба, поставь на беззвучный, я скоро. – отвечает она, моя голову. Кто это может быть? Неужели Хамзат? Блин! Хамзат! – проговорила она про себя шепотом и быстро стала смывать бальзам с волос. Укутав голову полотенцем и надев банный халат, она быстро выскочила из ванной и взяла телефон. Три пропущенных и сообщения от незнакомого номера: «Де дика хуьлда! (Добрый день)», затем еще одно: «Это я, Хамзат.», минут пять спустя пропущенные и опять смс: «Не помнишь уже меня? Или решила помучать?», затем последнее: «Наверное, спишь. Напиши, когда прочтешь.»
У Ирсы появилась улыбка до ушей. Снимая полотенце с головы, она набирает текст: «Привет. Я в такое время не сплю». Ответ не заставляет себя ждать:
- Что делала тогда?
- Готовилась на завтра.
- А что завтра?
- На учебу уже.
- Ах, учеба. Я уже и не помню, когда бывают у школьников каникулы. Старый уже. Ну как успехи?
- Хорошо, не жалуюсь. А почему старый? Сколько тебе?
- Мне целых 21, тебе?
- Мне только летом исполнилось 16. Учишься или работаешь?
- И то, и другое. Учусь в ЧГУ на юридическом, подрабатываю в магазине телефонной связи. В планах открыть свой. Ты, получается, в каком классе?
- Восьмой оканчиваю.
- Какой ты ребенок. Я думал, ты взрослее. По поведению и разговору так не скажешь. Завтра встретимся? До скольки у тебя уроки?
Договорившись о встречи, узнав друг о друге и о семьях, они пожелали друг другу спокойной ночи и уснули, в предвкушении завтрашнего дня.
На первой же перемене, Ирса все рассказала подруге Седе. Теперь не только Ирса, но и ее лучшая подруга не могла дождаться их встречи, чтобы увидеть, каков он - человек, который так сильно впал в душу серьезной девушки.
- А какая у него семья? Большая? Он старший или младший из сыновей?
- У него один старший брат был женат на русской, сейчас они в разводе, есть средний брат и Хамзат - самый младший. Ну, и родители его.
- Ого! Дай Бог, чтобы мама нормальная была, не то жизни не даст...
- Надеюсь, будет. Но не думаю, что такого сына растила бы какая-то ненормальная женщина. – улыбнулась Ирса.
После уроков, Ирса с Седой остались в классе и прихорашивали первую.
- Блин, впервые иду на свидание. Что там говорят вообще? Как мне себя вести? – спрашивает Ирса, расчесывая волосы.
- Как ты вела себя в гостях, когда он увидел тебя, так и веди. Будь собой, так легче: заодно посмотришь, выдержит ли он такое испытание, – улыбается Седа.
- Ох, надеюсь, не облажаюсь.
Выйдя за школу, она увидела его силуэт: высокий с широкими плечами, что невозможно было не заметить, темные волосы и эти синие глаза с черными, как уголь, ресницами.
- Де дика хуьлда хьан, Ирса (Добрый день, Ирса), - сказал он, осмотрев ее с ног до головы и остановив свой взгляд на высоком хвосте, в который она завязала волосы.
- Дална везийла (Пусть будешь любим Аллахом), -отвечает она, смущенно опуская глаза, - Как добрался? Долго искал школу?
- Нет конечно, я же в Грозном работаю и учусь, как никак, знаю хоть что-то, - улыбнулся он, все еще рассматривая ее.
- Ну-ну. У тебя пар не было?
- Нет, нас пораньше отпустили. Давай прогуляемся по парку?
- Ну, пойдем.
Рядом с ним часы пролетали, как секунды. Каждое его слово и взгляд влюбляли Ирсу все сильнее. Еще никогда она не испытывала такое, но и не хотелось, чтобы это кончалось когда-либо. Уж слишком счастлива она была, о чем могла бы сказать и про него по тому, как и с его лица не сходила эта улыбка, что выдавала его. Проходя мимо цветов, он сорвал чуть ли не весь куст белых роз, пытаясь отломить одну для нее:
- Возьми, к твоим светлым волосам подойдет, - сказал он и вручил ей розу, на что другая от смущения не знала, куда себя деть, ведь еще никто ей не дарил их и как вести себя в такие моменты она тоже не знала, потому вымолвила лишь короткое «Спасибо, мне очень приятно» и прицепила розу к резинке на волосах. Разговоры будто сократили дорогу домой и недалеко от него они долго стояли, не прощаясь. Зазвучал телефон Ирсы и на экране высветилось «Бабуля».
- А, ба?, - ответила она, чуть погодя.
- Ирса, ты где? Я переживаю, - прозвучал на том конце провода голос Нуры.
- Я уже недалеко от дома, скоро буду. Не переживай.
- Жду тогда...
- Ну, придется попрощаться, - говорит она, кладя телефон в сумку, - Баба переживает.
- Да, конечно. Свяжемся еще. Давай, Ирса. Был очень рад увидеть тебя, - смотрит он ей в глаза.
- Взаимно. Пока. Некъ дика хуьлда! (Хорошей дороги!) – разворачивается она и идет к воротам.
Боже, какой он красивый, подумала про себя Ирса.
По ходу, я влип, сказал себе Хамзат, направляясь к своей машине.