20
Грейс почувствовала глубокое разочарование, когда Уильям убрал руки и отошел в глубь каюты, унеся с собой запах кокоса, тепло своего тела. Боже, что это с ней? Неужели она считает себя обделенной?!
Мужчина вдруг повернулся, и Девушка увидела в его глазах гнев, причину которого не могла понять.
– С каких это пор леди ползают на коленях и скребут пол? Чего ты добиваешься?
Он подскочил к ней и схватил ее покрасневшую от воды руку. Уильям почему-то ужасно волновало, что руки Грейс не такие нежные, как все остальное, к чему он уже успел прикоснуться.
– Ты собираешься пожаловаться на плохое обращение? Якобы тебя заставляли работать, да? Покажешь всем свои бедные натруженные ручки, чтобы вызывать сочувственные взгляды?
– Нет, я... я просто хотела чем-нибудь заняться. Я не привыкла сидеть без дела, – выдавила девушка , пораженная внезапной сменой его настроения. – Мне было необходимо постирать кое-что из вещей, и я захотела укрыться от посторонних глаз. – Она указала на окно. – А это не так-то просто на твоем корабле, Уильям Кидд .
Имя, невольно сорвавшееся с ее губ, поразило их обоих. У Уильяма сладко заныло в груди, а Девушка вся сжалась, словно допустила непростительный промах. В том, что она назвала Мужчину по имени в его присутствии, заключалась какая-то интимность. У – Проклятье!
Уильям отступил на шаг, пожирая Грейс глазами. Что, черт возьми, происходит?! Вот она стоит перед ним, едва прикрытая каким-то нелепым платьем, и больше напоминает служанку, чем избалованную роскошью даму из высшего общества. Да ни одна знатная Леди не будет сама стирать свою одежду! Уильям метнул быстрый взгляд на незамысловатое нижнее белье и. чулки Девушки . «Леди даже никогда сами не моются, – подумал он, потом обратил внимание на грубые руки девушки. – Ни одна дама из высшего общества не поднимет ничего тяжелее иглы. Господи, что же у Грейс за отец, если позволяет ей работать и заниматься делами в конторе?»
– Мне нужно во что-то переодеться, – прервала Грейс его мысли, покраснев при этом до корней волос.
Мужчину вдруг захотелось во что бы то ни стало избавить ее от неловкости. Шагнув к сундуку, он откинул крышку и великодушно разрешил:
– Вот, найди что-нибудь подходящее.
– Я не могу это носить. Все такое необычное и... неудобное. Я даже не знаю, как это надевается. Кроме того, мне будет не по себе, что я надену вещи, которые... – она не договорила и опустила глаза, вспомнив его слова о сотнях, тысячах женщин.
– Ах, какие мы чопорные! – воскликнул Уильям , догадавшись, что Грейс имела в виду. – Тогда может твои пальчики умеют держать иголку?
– Конечно, но...
Мужчина полез на дно сундука и достал обтянутую шелком коробочку.
– Ты найдешь здесь все необходимое. Сшей себе что-нибудь подходящее. Можешь брать любую ткань.
Он поставил коробочку на стол, затем подошел к одной из полок, снял с нее небольшую, инкрустированную слоновой костью шкатулку и извлек оттуда синий флакончик с притертой крышкой.
– Возьми. Смажь свои ужасные руки, а то они похожи на вареных раков.
Потупившись, Грейс залилась краской.
– Проклятье! – воскликнул Уильям . – И больше никакого мытья полов! Я не хочу, чтобы меня считали мучителем. – Направляясь к двери, он едва не задел веревку с бельем. – И убери эти проклятые вещи с моего носорога!
Когда за ним с шумом захлопнулась дверь, Грейс почувствовала подступающие к глазам слезы. У нее даже заныло в груди. Да, Уильям прекрасно знает, как больнее унизить человека. А с каким отвращением он смотрел на ее руки! Судя по всему, Уильям ненавидит так называемых респектабельных женщин за их жадность, вероломство, бессердечие. Но не ее вина в том, что она из порядочной семьи! Девушка взглянула на свои красные руки. Наверняка Мужчина ненавидит и ее. Как бы ей хотелось отплатить ему тем же! Но он такой интересный, такой сильный, такой красивый и загадочный.
Она торопливо сняла с веревки белье и перевесила его на спинку плетеного стула. По крайней мере, теперь ей известно, что этот ужасный зверь – носорог.
Девушка взяла флакончик и, открыв крышку, сразу же узнала этот запах – кокос, его кокос. Уильям Кидд всегда пахнет так, что его хочется съесть. Она налила на ладонь немного кокосового масла и принялась втирать его в огрубевшую кожу рук. Слезы градом катились по ее щекам.
* * *
Бастиан не спеша прохаживался по опустевшей палубе, наслаждаясь теплым солнечным днем. Он видел, как на берегу идет заготовка лесоматериалов, слышал, как поют старую морскую песню матросы, которые остались на корабле и теперь драили его корпус. «Как хорошо, что все идет так гладко», – невольно подумалось ему. Удрученный вид Капитана еще больше поднял настроение Бастиана. Он с трудом скрыл ликование, когда капитан потер руками лицо и устало произнес:
– Она повесила занавески. Представляешь, она постирала свое проклятое белье и повесила занавески...
Уильям дождался, пока солнце начнет клониться к закату, и только тогда решился еще раз зайти в каюту. На этот раз он с облегчением обнаружил, что Грейс полностью одета и ее можно вывести на прогулку.
Оставив Грейс на палубе, он подошел к длинной очереди стоящих за грогом моряков. Не удержавшись, Деву поинтересовалась у проходившего мимо Ричарда о назначении этой очереди. Тот охотно объяснил, что капитан , придерживаясь старинной традиции военных моряков, выдает грог в порядке очереди.
Грейс видела, как Уильям что-то сказал распределявшему напиток седому матросу. Среди членов команды раздался восторженный крик:
– Миндаль!
– Здорово, разрази меня гром! – тоже воскликнул Уильям и, тут же забыв про Девушку , побежал пристраиваться в очередь.
Заметив недоумение девушки, к ней подошел Бастиан.
– Мы отобрали миндаль у английских купцов, несколько мешков. Парни его обожают. Кажется, Уильям сегодня расщедрился. С чего бы это, а? Кто это на него так благотворно влияет? – Он царапнул Грейс недвусмысленным взглядом.
– Уж конечно не вы, мистер Кейн. Из-за вас люди только попадают в беду, – вспыхнула она и ушла на другую сторону палубы.
Вскоре на палубу, действительно, втащили мешок с орехам. Каждый член команды получил полную кружку орехов. Все принялись тут же щелкать их, выбрасывая скорлупу прямо в море. К несчастью, в очереди возникла давка, и двое парней сцепились из-за порции лакомств.
Уильям , словно нож, рассек толпу, моментально наведя порядок с помощью своего громового голоса. Лишь эти двое никак не могли успокоиться.
– Он взял мои... лживый червяк, – сыпались взаимные обвинения.
И вот уже высокий худой Стенли и вертлявый Клайв оказались лицом друг против друга с ножами наготове. Преимущество было явно на стороне Клайва, поскольку он считался самым искусным в обращении с холодным оружием. Уильям что-то негромко сказал забиякам, но они словно не слышали его.
– Разрази меня гром! – раздался над ухом Грейс голос Бастиана; повернувшись, она заметила его горящий возбужденные взгляд. – Он собирается разрешить спор ножом.
– Как это? – нахмурилась Грейс .
– Суд по-капитански, – объяснил Бастиан и, схватив ее за руку, потащил поближе к собравшимся. – Уильям научился этому от меня!
Между тем Капитан уже вскочил на кабестан, приказав подать себе грог. Ему принесли полную кружку. Он осушил ее залпом и крикнул:
– Руки!
Бастиан подвел Грейс как можно ближе. Капитан стоял к ним спиной, но она прекрасно видела, как те двое, Стенли и Клайв, безропотно положили руки на кабестан и растопырили пальцы. Выпив еще одну кружку грога, Уильям взялся за рукоятку ножа и, к ужасу Грейс , принялся втыкать лезвие между пальцами парней, переходя от одной руки к другой, двигаясь взад-вперед.
– Боже всемилостивый! – побледнела Грейс , хватая Бастиана за рукав. – Что он делает?
Вокруг стоял невообразимый рев голосов, и она с трудом разбирала слова Бастиана.