9
Уильям присел рядом и взял девушкой за руку. Она казалась совершенно безжизненной.
Не на шутку встревожившись, он решил отнести девушку на кровать и расшнуровать корсет. Однако, подняв Грейс , Мужчина понял, что на ней нет корсета, который обычно становится причиной обмороков женщин.
В чем же тогда дело?
Уильям зажег фонарь и поднес его поближе к лицу девушки.
Заметив запавшие щеки и заострившийся нос, он, нахмурившись, отвернулся.
Ему хотелось уйти и тут же забыть о Грейс , а еще лучше немедленно выпроводить ее из каюты.
Но какая-то сила заставляла его снова и снова вглядываться в ее бледное личико, смотреть на эти полуоткрытые потрескавшиеся губы.
Внутри мужчины шла мучительная борьба.
В конце концов джентльмен все-таки победил в нем.
Уильям встал, подошел к сундуку и, достав оттуда маленькую баночку, вернулся к лежащей на койке Грейс .
Пальцем он осторожно нанес мазь на ее сухие губы.
Она словно имела над ним какую-то власть. Может, эта девушка действительно ведьма?!
Уильям тяжело вздохнул и вдруг почувствовал ужасную жажду. Допив оставшуюся в графине воду, он тщательно умылся, затем переоделся.
Это немного взбодрило его.
Однако жажда не отступала.
Тогда Капитан крикнул старому Вилли, чтобы тот принес еще воды.
Вилли тут же притащил огромный кувшин, и Уильям пил до тех пор, пока не понял: больше в него уже не влезет.
О господи! Проклятая ведьма! Ему придётся спать на этой чертовой палубе и, скорее всего, не один день!
* * *
В прибрежной части Филадельфии этой ночью было особенно оживленно.
Наконец-то прибыли долгожданные французские корабли, и весь прилегающий к гавани район наводнили подвыпившие моряки и солдаты. Выпивка и женщины шли нарасхват.
В особенности веселились два дружка, Раньон и Спарс.
Накануне они отхватили большие деньги за сущую безделицу: похитили одну девицу для какого-то моряка.
А кроме того, получили дополнительное вознаграждение за согласие доставить записку в магазин, находившийся недалеко от доков. Правда, записка все еще находилась при них, поскольку ее следовало отнести только на следующее утро.
Ближе к полуночи Раньон и Спарс забрели в дешевые номера, где к ним сразу же привязались две довольно неряшливые девицы. Обещая массу удовольствий, они потащили изрядно подвыпивших мужчин по полусгнившим ступенькам наверх, в одну из комнат.
Как только все четверо оказались в пропахшей сыростью комнатушке, одна из женщин достала бутылку дешевого Пойла и настояла на том, чтобы каждый выпил хотя бы по рюмке.
За этой бутылкой последовала другая, и вскоре оба дружка уже валялись на полу с вывернутыми карманами.
В маленькой металлической жаровне обугливались клочки записки, найденной шлюхой в кармане Раньона.
Женщина не умела читать, но по виду бумажки догадалась, что это отнюдь не ценный вексель...
* * *
Солнце стояло уже довольно высоко, когда Грейс проснулась от тихого позвякивания и шуршания. Открыв глаза, она обнаружила прямо перед собой заросшее щетиной мужское лицо и внутренне сжалась, но быстро совладав со страхом, сердито нахмурила брови.
Лицо отодвинулось, однако темные, подвижные, как у хорька, глаза продолжали внимательно разглядывать ее.
Ее Надежда была что это был Уильям, но это было не так
– Прошто профефял шифа ли ты, – прошамкал старик беззубым ртом, затем повернулся и, постукивая по полу деревяшкой, захромал к двери.
С минуту Грейс лежала неподвижно, чувствуя ужасную слабость, но вроде бы все было цело. Кажется, она потеряла сознание... А что, если?..
Девушка вскочила как ошпаренная и с бешено бьющимся сердцем осмотрела свою одежду.
К счастью, все было на месте, ее даже не пытались раздеть.
Она облегченно вздохнула.
Внезапно рот ее наполнился слюной, ноздри затрепетали: по каюте разливался дурманящий запах еды... аромат свежеиспеченных булочек... дразнящий воображение запах шоколада, свежезаваренного чая и острого сыра...
Грейс дважды сглотнула и огляделась, обнаружив, к огромному удивлению, на круглом черном столе серебряный поднос, заставленный всевозможными яствами.
Она поспешно подбежала к столу.
Господи, чего тут только не было! И все такое аппетитное, изысканное... Вот омлет с ветчиной, сверху посыпанный кусочками острого сыра, горячие булочки с изюмом, изумительно свежее масло и густой горячий шоколад, смесь нарезанных ломтиками фруктов... Грейс едва не лишилась чувств. Еда... и какая!..
Охваченная поистине первобытным чувством голода, она набросилась на все эти яства, словно не ела несколько дней.
Впрочем, так оно и было!
Подогнув под себя ноги, Девушка удобно устроилась в кресле и принялась поглощать все подряд.
Омлет с ветчиной и расплавленный янтарный сыр исчезли в первую очередь, затем она насладилась горячим шоколадом, попутно поедая горячие булочки, не забывая при этом намазывать их маслом и апельсиновым джемом.
Постанывая от удовольствия, Грейс взялась за фрукты и, отбросив условности хорошего тона, влезла в большое сервировочное блюдо своей ложкой.
Насытившись до предела, она налила себе ароматного чая и выпила подряд целые две чашки, наслаждаясь каждым глотком.
Только после этого Грейс откинулась наконец на спинку кресла и принялась не спеша слизывать с пальцев остатки джема.
Как раз в эту минуту открылась дверь.
В каюту вошел Джон , пронзив девушку холодным оценивающим взглядом.
Девушка хотела было вскочить, но приятная тяжесть в желудке удержала ее на месте. Она высвободила из-под себя ноги и, держась за край стола, медленно поднялась, не сводя с мужчины настороженного взгляда.
Наслаждаясь превосходным завтраком, Грейс совсем забыла, где находится.
Теперь настало
– Проснулась, – констатировал очевидное Джон также осматривая девушку с головы до ног.
Как ни странно, но сегодня она выглядела такой румяной и свежей, одним словом, очень аппетитной, а ее округлые формы...
– Не жди от меня благодарности, – заявила девушка, вызывающе скрестив на груди руки.
– Я хочу , поговорить с капитаном.