Кошмар
Мудзан стоял неподвижно, словно изваяние из тьмы, но в его глазах бушевала ярость, едва сдерживаемая непроницаемой маской самоконтроля. Он оказался в ловушке.
Рука Тамаё, словно когтистая ветвь, пронзила его плоть, намертво закрепившись внутри. Её мягкий, но решительный лик, освещенный отблеском фонариков, выражал не триумф, а трагическое спокойствие. Из зияющих ран в теле Мудзана торчали багровые шипы, словно насмешка над его бессмертием. Каждый из них был пропитан ядом, выверенным до последней капли, чтобы сковать его силы и предать его слабости человека.
—Вы и правда решили, что загнали меня в угол?–прошипел Мудзан, его голос, обычно властный и холодный, теперь дрожал от сдерживаемой ярости. В его взгляде читалось презрение к тем, кто осмелился противопоставить себя его воле. Он был – воплощенная власть, источник всех демонов, и теперь, казалось, горстка смертных надеялась его остановить. Это было немыслимо, абсурдно.
Тамаё не дрогнула под его пристальным взглядом. В её глазах, отражающих вековую мудрость и боль утраты, мерцала решимость. Она стояла непоколебимо.
—В тебе сейчас находится лекарство, приготовленное одной из охотниц.–ответила Тамаё, её голос был тихим, но в каждом слове звучала уверенность–Лекарство, которое сможет обратить тебя обратно в человека. С твоей жизнью наконец будет покончено.
В словах Тамаё сквозил горький намек на иронию судьбы. Мудзан, одержимый созданием идеального лекарства бессмертия, сам стал жертвой лекарства, дарующего смертность.
Мудзан замер, словно пораженный молнией воспоминаний. Он и забыл, что Кейтлин создала не только лекарство, позволяющее ему выходить на солнце. Теперь его мозг лихорадочно заработал, пытаясь вычислить, когда эта отрава начнет действовать. Лекарство от солнца потребовало двух инъекций, чтобы ускорить эффект, и даже тогда понадобилось несколько дней. Сколько же дозировки могли они добавить? И как долго эта дрянь дожидалась своего часа у них в руках? Ведь они не могли приготовить её накануне, не зная, когда именно он появится.
Несмотря на сковывающий яд и шипы, Мудзан ощутил, как в глубине его существа вспыхнул ледяной ужас. Обращение в человека – это не просто лишение силы, это полная и окончательная смерть. Исчезновение в небытие после веков могущества. Эта перспектива была невыносима. Он готов был бороться до последнего за каждый миг своего существования, пусть даже и в уязвимой человеческой форме.
Первое, о чём он подумал, — это как можно скорее выбраться из этой ловушки. Он был уверен, что красные шипы содержат яд.
Он должен был действовать, и действовать немедленно, пока лекарство не начало необратимый процесс. Ярость Мудзана достигла своего пика, и он выплеснул её во вне, разрывая все вокруг. Шипы, удерживающие его, ломались с треском, а его тело наливалось тьмой, словно готовясь к взрыву. Он плевал на стратегию, на осторожность. Сейчас в нем говорил лишь первобытный инстинкт выживания.
Тамаё отшатнулась от взрывной волны, её лицо исказила гримаса боли. Шипы, высвобожденные из тела Мудзана с такой силой, оставили глубокие раны, а яд, который они несли, начал расползаться по её венам. Она знала, что это конец. Но её жертва не была напрасной. Она дала время своим союзникам, шанс остановить Мудзана.
Каждая секунда была на вес золота. Тамаё собрала остатки сил, чтобы удержать Мудзана на месте. Она знала, что яд, созданный Кейтлин, не подействует мгновенно, особенно с учетом что в ней течёт кровь Мудзана. Эта связь, когда-то проклятие, теперь стала её единственным преимуществом, мизерным, но дающим ей шанс задержать его хоть на мгновение.
Мудзан, ослепленный яростью, не мог понять, почему эта слабая женщина упорно стоит у него на пути. Он попытался отбросить её, но Тамаё, словно приросшая к его телу, продолжала удерживать. Время работало против него, и он чувствовал, как что-то меняется внутри, как его силы постепенно убывают. Паника начала подкрадываться холодной змеей к его сердцу.
Внезапно, Мудзан почувствовал вспышку. Он вспомнил, что Тамаё – мастер иллюзий и под воздействием гипноза, созданный ей для него мир, начал рушиться.
В тот момент, когда иллюзия Тамаё рассыпалась в прах, Мудзана словно окатили ведром ледяной воды. Он вновь оказался в знакомом хаосе Бесконечного Замка, окруженный воющими демонами и охотниками. Но теперь все ощущалось иначе. Звуки были приглушенными, зрение – затуманенным. Лекарство Кейтлин начинало свое коварное действие несильно, но оно давало о себе знать.
Превозмогая слабость, он сконцентрировал свою волю, направляя остатки сил на ускорение регенерации. Раны на его теле затягивались, хоть и медленнее, чем обычно, но силы покидали его с каждой секундой. Он понимал, что необходимо вырваться из этого хаоса и найти место, где он сможет зализать раны и подумать, как остановить действие проклятого лекарства.
Превратив руки в острые как бритва когти, он прорвался сквозь толпу охотников, словно нож сквозь масло. Его шаги были неуверенными, его зрение временами меркло, но он продолжал двигаться вперед, ведомый инстинктом самосохранения.
С каждым шагом Замок менялся, коридоры перестраивались, уводя его все дальше от эпицентра битвы. Куда он точно шёл он не знал, но интуиция подсказывала, что в этом направлении есть шанс на спасение.
Он завернул за угол и столкнулся с Кейтлин.
Увидев её, Мудзан на мгновение забыл о боли, о лекарстве, о войне. Его охватило недоумение. Что она здесь делает? Он ведь специально оставил её дома, в безопасности. Зачем она подвергает себя опасности?
Она поняла на него свои янтарные глаза. Он не мог удержаться и обнял её его руки зарылись в её волосы прижимая её к своей груди.
—Что ты тут делаешь?–спросил он уткнувшись носом в её макушку
Он почувствовал как она обняла его.
—Беспокоилась и видимо не зря.–тихо ответила она
Он бы с радостью наслаждался этим мгновением вечно, но ему нужно срочно отвести её к Накиме, чтобы она как можно быстрее отправила Кейтлин в безопасное место.
Мудзан отстранился от Кейтлин, его взгляд был полон противоречивых эмоций – и нежности, и отчаяния. Схватив её за руку, он повёл её по извилистым коридорам замка, игнорируя удивлённые взгляды демонов и настороженные – охотников. Ему нужно было действовать быстро, пока лекарство не взяло верх.
Добравшись до комнаты, где обычно располагалась Накиме, Мудзан грубо оттолкнул демонов, преграждавших ему путь.
—Накиме, немедленно перемести Кейтлин домой!–прорычал Мудзан, его голос был полон властной требовательности, не терпящей возражений.–Сейчас же!
Накиме издала приглушенный звук струн своего бивы, и рядом с Кейтлин открылась седзи. Кейтлин казалась растерянной, но в её глазах читалась тревога за Мудзана.
—Му…–начала Кейтлин, но Мудзан прервал её, не давая договорить.
Он притянул её к себе, нежно коснулся её губ коротким, полным горечи поцелуем.
—Дождись меня, котёнок.–прошептал он ей на ухо, его голос дрожал от плохо сдерживаемого страха.–Я постараюсь вернуться.
В следующее мгновение Кейтлин исчезла, поглощённая разломом пространства. Мудзан отпустил её, чувствуя, как вместе с ней уходит частичка его угасающей силы. Закрыв глаза, он попытался собраться с мыслями, прогнать подступающую панику.
—💭Я должен выжить. Ради нее.💭
С этой мыслью Мудзан развернулся и, оставив Накиме в замешательстве, вновь растворился в лабиринтах Бесконечного Замка, преследуемый ядом и призраком человеческой погибели. Он знал, что впереди его ждет борьба за выживание, битва не только с охотниками, но и с самим собой. Исход которой решит – увидит ли он когда-нибудь вновь свою Кейтлин.
*****
Кейтлин проснулась посреди ночи, словно выброшенная из пучины кошмара. Тяжелое дыхание обжигало горло, а тело покрывал липкий, леденящий пот. Она резко села, пытаясь отдышаться, как будто только что вынырнула из темной, удушающей воды.
—Котёнок.–позвал её Мудзан. Она обернулась, и в его голосе прозвучала забота.–Всё хорошо?
—Да.–выдохнула она.–Просто кошмар.
—Посиди немного, сейчас воды принесу.–сказал Мудзан поднявшись с постели. В полумраке комнаты его силуэт казался особенно высоким и надёжным.
Кейтлин провела рукой по лбу, пытаясь унять дрожь. В голове все еще пульсировали обрывки видений: Мудзан, окруженный демонами и охотниками, шипы яда, пронзающие его тело, отчаянный поцелуй на прощание. Сердце сдавила острая боль. Все это ощущалось слишком реально, чтобы быть просто сном.
Мудзан вернулся со стаканом холодной воды, он протянул ей его. Кейтлин жадно выпила, чувствуя, как живительная влага успокаивает её пересохшее горло. Но кошмар не отпускал, тревога пульсировала где-то глубоко внутри. Она видела его лицо, искажённое болью и яростью, слышала его отчаянный шепот. Что-то случилось, она чувствовала это всем сердцем.
Они легли в постель, и Мудзан, как всегда, обнял её со спины.
Несмотря на все разногласия и бурные споры с Мудзаном, Кейтлин всем сердцем не желала его гибели. Именно поэтому она отправилась к Убуяшики, просила его пощадить Мудзана, если тот согласится принять человеческий облик. Она успела глубоко привязаться к нему, чувства овладели её существом.
Кейтлин развернулась к Мудзану и, словно ища спасения, обвила его руками, уткнувшись носом в его шею. Мудзан нежно коснулся губами её макушки, запустил пальцы в её волосы и медленно, бережно начал поглаживать, стараясь успокоить смятение её души.
Продолжение следует........…ᘛ⁐̤ᕐᐷ.....
