18 глава
Утро заветного дня выдалось на удивление солнечным. Октябрь радовал солнцем, но не теплом. Ева стояла напротив высокого зеркала и терпеливо ждала, пока подруга собирает её волосы в высокую прическу. До начала конкурса еще несколько часов, и есть время не спеша собраться и порепетировать. Иржи крутится рядом, на его шее повязан маленький синий бантик. В комнате крутятся несколько девушек, они будут поддерживать её во время выступления и пообещали громче всех кричать во время выступления подруги, на что Ева только громко рассмеялась.
А Максим уже ехал в лимузине и задумчиво смотрел в окно. Регистрация брака будет после банкета, и сердце трепещет от надвигающихся перемен. Света сидит рядом со свадебным букетом цветов в руках и о чем-то болтает с лучшей подругой. Мужчина не знает, во сколько должен состояться конкурс, и думает о том, что, возможно, Ева уже выходит на сцену. Максим мысленно желает ей удачного выступления, отстукивая пальцами на бедре ту самую мелодию.
Гости еще собирались, и Максим со своей будущей супругой, держась за руки, стояли немного поодаль от всех. Зал украшен со вкусом, в свете переливаются напитки, отблески приятно колют глаза. Из кухни пахнет различными блюдами, и живот невольно начинает урчать, как довольный кот. Большой, нет, огромный торт еще прячется вне зала и ждет своей очереди.
Гости и друзья подходят к молодой паре, зачитывают им свои пожелания. Мама Светы суетится больше всех, для неё это не менее волнительное событие, чем для дочери. Максим придирчиво окидывает зал зорким взглядом, чтобы удостовериться, все ли так, как они заказывали.
— Я схожу за шампанским, — чуть наклонившись к Свете, сказал Максим, отходя к столу.
Проходя сквозь толпу, он одобрительно кивал и улыбнулся, не отвечая на поздравления и пожелания, которые сыпались со всех сторон. Сердце волнительно билось, как перед экзаменом. Этакое приятное волнение перед праздником, как в детстве. Максим улыбнулся собственному умению приказывать сердцу и гордо вскинул голову. Скоро всё начнется и нечего будет останавливать. Все идет так, как надо. Он обещал забыть её…
— Сынок! — Максим резко обернулся на голос матери и расплылся в улыбке. Родители стояли неподалёку и выискивали его глазами. Как всегда одетые со вкусом они выделялись из толпы. Изысканные наряды и украшения мамы, подаренные отцом, всегда занимали особое место. Уже мудрые и утонченные они нежно держались за руки. Не каждая пара способна с годами сохранить такие чувства.
— Как доехали? — Максим пожал руку отцу, невесомо поцеловал маму и без лести заметил: — Красиво выглядите. Прекрасное платье.
— Доехали хорошо, Ева проспала всю дорогу, — улыбнулся Михаил Михайлович, с гордостью смотря на сына. — Твой помощник сказал, что ты оформил нам номер в гостинице?
— Мы думали, что у тебя поживем какое-то время. А он наши вещи туда отвез, — Евангелина Дмитриевна с надеждой посмотрела на сына. Они так давно не виделись, что уж точно не хотели отсиживаться в отеле.
Родители никогда не одобряли выбор сына в лице Светы, и их приезд особенно обрадовал Максим. Хоть они здесь не из-за свадьбы, а из-за него, это хорошо в любом случае. Вне зависимости от всех трудностей, которые прошла их семья, они сохранили уважение между собой. Умение расставлять приоритеты, правда, пошатнулось на генном уровне.
— Мы обязательно найдем для этого время, мама, — заверил жених. — Я рад что вы приехали, не смотря ни на что. Располагайтесь. Я боялся, что вы не приедите, поэтому не успел подготовить квартиру.
— Как мы могли не приехать? Мы рады за тебя! — голос Михаила Михайловича звучал низко и спокойно. — Ты ведь всё решил?
— Снова ты? — шепотом возмутилась Евангелина Дмитриевна. — Прекрати. Максим взрослый человек.
— Ничего страшного, — рассмеялся сын, но в отцовских словах явно уловил нотки некого неодобрения. Мнение не поменялось. — Я должен отнести невесте шампанского. Она у меня нервничает перед церемонией. Пусть немного расслабится. Я скоро подойду к вам.
— Хорошо, — мама сильно сжала ладонь Максима, молча выказывая, что она в любом случае на его стороне. И это было важно сейчас, потому что он сам сомневался с своих действиях.
Он поправил цветочек на пиджаке и, легко подхватив два стаканчика, вернулся к месту, где оставил Свету. Но её там не оказалось. Он огляделся, ища её взглядом, но никого в пышном кремовом платье поблизости не было. Может она не дождалась и прошла на кухню за шампанским, предположил Максим и направился к двери, за которой должен был красоваться свадебный торт.
Максим протянул руку, чтобы открыть легкие створки, по пальцы застыли в воздухе, когда он услышал знакомые голоса сквозь щель. Он невольно прислушался к приглушенному разговору тех, кто прятался за дверью. Почему-то он решил, что там именно кто-то прячется.
— Ты молодец, — это Сергей, понял Максим, но что он там делает. — Наш план сработал. Я ведь говорил тебе. Мы на финишной прямой.
Да, это был голос его лучшего друга.
— Я до сих пор удивляюсь, как он мог поверить в беременность? — а это Света, она чему-то рада, но очень озадачена. — И прости, что сомневалась в тебе.
— Все в порядке. Еще чуть-чуть, и все его деньги будут у нас. Ты не представляешь, как я горжусь тобой, — Сергей улыбался, предвкушая победу. Он всю жизнь прислуживал лучшему другу. Быть на побегушках у него, как они дошли до такого? Такая жизнь точне не устраивала его.
Максим, с трудом переваривая услышанное, сильно нахмурился. Нет, он не мог перепутать голоса, неужели его решили разыграть? Но многие ранее непонятные моменты вставали на свои места. Если это правда, и они вместе затеяли подобную игру, то теперь понятно, почему Света закрывала глаза на многие отрицательные вещи.
Ведь она прекрасно видела, что происходит с Максимом. Понимала причины, по которым он мог так отдалиться, но все терпела. Терпела и ждала, так много говорила о свадьбе. Она ведь читала все его сообщения с этой девчонкой, слышала их разговор, когда она читала ему стих.
Но кто она такая, чтобы увести у неё Максима? Обычная малолетка, которая влюбилась во взрослого мужчину. Ей ничего не светит. И Света терпеливо ждала его, когда Максим не ночевал дома и срывался, убегал, уезжал. Ведь он не глупый, он не променяет её на какого-то ребенка. Он давно распланировал свою жизнь, и одной из главных критериев была Света, и она это знала. Ему было удобно с ней, он не станет лишний раз заморачиваться в вопросах личной жизни. Для него это никогда не стояло на первом месте.
— Сереж, ты любишь меня? — в голосе Светы чувствовалось беспокойство.
— Люблю! Люблю конечно! — не громко, но твердо ответил он. Сергей притянул ее к себе и, обняв, крепко поцеловал.
Звук поцелуя, как странный сигнал, заставил Максима резко толкнуть дверь ногой. Этот разговор озадачил его не на шутку, но в это же время словно сорвал груз с сердца. Теперь он точно знал, что делать. И сомнения отца по этому поводу оправданно торжествовали. Он, словно случайно, выпустил из рук оба бокала с шампанским и широко улыбнулся. Стекло со звоном разбилось, разлетаясь по полу и пачкая обувь липким напитком. Звон привлек внимание всех стоящих позади Максима.
Свет из зала теперь освещал маленькую комнатку, и всем открылась картина: целующаяся невеста с шафером, на фоне свадебного торта. Поистине освобождение жениха.
Света быстро отпрянула от Сергея, схватила свадебный букет, стараясь на ходу вытереть размазанную помаду. Но подходящих слов она подобрать не могла, а они и не требовались. Всё было сказано и услышано.
— Помешал? — вмиг став серьёзным, поинтересовался Максим. — Твоя беременность не была важна, если вдруг вам интересно. Мне просто стало тебя жалко. Такая бедненькая, жаждущая хорошей жизни, которой у тебя никогда не было, да и не будет уже. А ты, — он обратился к Сергею. — Ты паршивый друг. Я взял тебя в компанию, потому что ты нигде не найдешь работы с таким ограничением ума. Что ж, но теперь ты уволен. Желаю вам весело провести время, ведь вы созданы друг для друга.
Высказывать, так всё. Злости в Максиме не было ни грамма. Он был рад, что ситуация разрешилась именно так, не оставляя его злодеем в сказке. Ведь в этой сказке золушкой была другая.
Стоявшие позади с замиранием сердца ждали скандала, не проронив ни слова. Но скандала не последовало. Максим улыбнулся напоследок и выпорхнул на улицу, желая забыть о этой невыносимой духоте, которая сдерживала его. Родители не видели неожиданной смены событий, так как тоже вышли на крыльцо ресторана. До начала еще было время, и они хотели побыть отдельно от толпы гостей. И хорошо, что не видели.
— Вы были правы, папа, — радостно заявил Максим, только завидев их. Родители стояли чуть поодаль и что-то обсуждали вполголоса. — Я всё решил.
— Что ты имеешь в виду? — удивился Михаил Михайлович, подходя к сияющему сыну.
— Я уезжаю. Мне нужно на конкурс.
— Конкурс? — переспросила мама. — Какой конкурс? У тебя свадьба.
— Я ведь говорю, вы были правы. Можно ключи от твоей машины?
— Куда ты поедешь? — отец, ничего не понимая, протянул ему ключи, но взгляд требовал объяснений.
— К кому ты поедешь? — догадалась Евангелина Дмитриевна, и на её лице появилась легкая улыбка.
— Её зовут Ева, как Вас, мама. И я люблю её, — выдохнул Максим, и эта фраза окончательно освободила его. — Помощник отвезёт вас в отель. Отдохните.
Он пробежал к отцовской машине и юркнул внутрь. Теперь можно было не сдерживаться. Сердце, готовое выпрыгнуть наружу, билось о грудную клетку. Дыхание перехватывало, а пальцы нервно постукивали по рулю. Он уже опоздал, наверное, но это было не важно.
Невидимая сила подгоняла Максима, заставляла ехать быстрее и быстрее, сигналить машинам впереди, обгонять, ехать на красный. Он торопился исправить то, чему позволил случиться. Но когда его автомобиль остановился за километровой пробкой, жать на клаксон стало бесполезно, и мужчина выбежал наружу.
Солнце спряталось, и мир затих настолько, насколько это было возможно в большом городе. Максим захлопнул дверь, оставляя ключи внутри, написал короткое сообщению рыжему Алексею с просьбой забрать машину, и побежал. Побежал, огибая машины и людей, бежал через весь город, словно его преследовали.
На ступеньках музыкального колледжа он чуть не упал, силы были на исходе, из горла вместо дыхания вырывалось хрипение. Но он прибежал, он здесь, он совсем рядом.
Бросив при входе быстрое «я на конкурс, я участник», он вбежал в дверь с надписью «комната ожидания выхода на сцену» и застыл, остановившись по середине. На него смотрело несколько пар удивлённых музыкантов.
— Где Ева, — хрипло спросил он, уверенный в том, что её все здесь знают. Кто-то молча указал на еще одну дверь, и Максим вбежал туда. Нет времени на раздумья.
Девушка стояла спиной к нему, обнимая скрипку и с волнением выглядывая из-за кулис в зал. Уверенность, гнавшая Максима всю дорогу, вдруг куда-то улетучилась. А стоило ли приезжать после разговора, который должен был остаться последним? Что если он сделает ей больно своим приходом. Он метнулся обратно, словно испуганный зверек. Стоило еще раз всё обдумать, подумать о ней, а не о себе. Но только он собрался выйти наружу, как Ева обернулась, будто почувствовав, и её брови удивленно свелись на переносице.
— Максим? — тихо спросила она, делая аккуратный шаг ближе, пытаясь понять, не галлюцинация ли он. — Что ты здесь делаешь?
— Я пришел… — еле выдавил мужчина. Горло и легкие горели от бега, говорить и дышать было сложно. Он невольно сощурился, рада ли она ему?
— А свадьба? — стоящие рядом пары, ожидающие своей очереди, замолкли. Всем было интересно, что же таится за этими словами.
— Я не должен был отпускать тебя. Последнего разговора быть не должно было. Я слишком поздно это понял. И если ты скажешь, чтобы я ушел, я…
— Нет. Останься, — это прозвучало резко, но Максим облегченно вздохнул. — Ты выйдешь со мной на сцену?
Ева сдерживала в себе всю радость и восторг от того, что он вернулся, так же как и срывала волнение перед выходом. Понимать, что происходит, она, по привычке, будет позже, когда всё закончится. Если это правда, и он сорвал свадьбу ради того, чтобы приехать к ней, то значит на хорошее продолжение истории шансы возросли в разы. А что со Светой? Он просто оставил её, снова на время, как делал раньше, или порвал окончательно?
Мысли закружились в голове роем беспокойных пчёл, и Ева окончательно потерялась в пространстве. Что же он делает перед самым выступлением… Если они сейчас налажают вместе, то это будет фиаско. Но такое фиаско, когда рядом будет Максим, она готова была даже праздновать.
— Не боишься, что я ошибусь? — насторожился мужчина. О такой просьбе он уже и мечтать забыл. — Мы долго не репетировали.
— Если ты ошибёшься, то назовешь на себя беду в моём лице. И на этот раз поблажек не будет, — Ева взяла со стола его партию и прижала её к груди Максима. — Пианино там, иди повторяй. Я поговорю с Мишей.
— Ты серьёзно? — выдохнул Максим, по его телу пробежали мурашки. Мандраж начался сильнее, чем перед свадебной церемонией.
— А похоже, что я шучу? — она была крайне серьёзна и собрана. Не задавала лишних вопросов. Обида от того, что ей пришлось пережить, все переживания и слёзы, еще теплелась в груди. Гордость поднимала подбородок выше, преимущество её в сложившейся ситуации позволяло командовать.
Максим невесомо коснулся щеки девочки, она вся пылала, и улыбнулся. Если она простит его, то у этой истории точно не будет счастливого конца. Она продлиться на века, не прерывая следа, не имея окончания.