10 глава
Весь следующий день Максим провел за работой. Держать всё под контролем уже стало привычно, и в выполнении какой-то рядовой работы он не видел ничего постыдного, в отличие от его друзей-бизнесменов, предпочитающих наемных рабочих себе. Светлана утром вела себя как ни в чем не бывало - спокойно и привычно улыбчиво. Словно ничего не произошло, и как будто она не сделала кучу выводов вчера.
Ещё немного, и Максим может ехать домой. Он как школьник, мечтающий сбежать с последнего урока, рвался домой. Много часов напряженной работы, с микроперерывами на кофе и сигареты, не вызывали радости жизни. Максим сосредоточенно глядел на разложенные перед ним бумаги, все сходилось, почти. Как ни старался он сфокусировать внимание исключительно на работе, сознание играло с ним, как красный лазер с котёнком. В памяти то и дело всплывали строчки стихотворения, которое, как он уже догадался, было посвящено ему. Ева могла легко отшутиться, но факт оставался фактом.
Глянув на часы, Максим разложил листы по файлам - работать в ручную было интереснее. Он устало потер глаза и откинулся на спинку кожаного кресла. Между ним и кроватью была длинная дорога и ужин. Телефон оповестил о входящем СМС-сообщении, и мужчина глянул на экран. Ну что там ещё...
«Нужна твоя помощь»
Это Ева. Что же она придумала на этот раз. Максим мысленно представил, как они вместе закапывают труп какого-нибудь бедолаги в том заброшенном парке, или как снова проникают на территорию закрытых заведений. Это всё заманчиво, но... Нет, без «но».
Во втором сообщении был адрес, почему-то знакомый, и Максим, на ходу надевая пиджак, вышел из кабинета. Работа в любом случае была закончена. И почему он несется к ней по первому сообщению? Ради интереса? Да, исключительно из любопытства. Скучать с Евой он точно не будет. Это единственное, что было гарантировано. А вот список возможных рисков был бесконечен, как и фантазия «просто знакомой».
Оставив машину на парковке, Максим подошел к зданию музыкального колледжа. Величественно... Высокое здание с колоннами и широкой лестницей, построенной, так сказать, при Царе. Он поправил галстук при входе в просторное фойе и украдкой осмотрелся. Запах чернил, благоговейная тишина, характерная подобному месту, и красиво оформленное... всё, заставляло присутствующих говорить шепотом.
- Вы на репетицию? - спросила Максима пожилая женщина. Она величественно восседала в широком кресле и смотрела на всех поверх очков. У таких людей брови в принципе не опускаются - издержки профессии.
- Да, - сконфужено ответил Максим. На репетицию ли ему? Нет.
- Проходите, пожалуйста.
Женщина указала на деревянные двери. Максим с трудом отворил массивные створки и вошел в большой, нет, в огромный зал. Множество красно-бордовых мест спускались к сцене, по бокам красовались балкончики, но всё это было в полумраке. Свет горел только на широкой сцене. На таких сценах либо находишь себя, либо теряешь безвозвратно. Лаковая крышка фортепиано отражала купол потолка с изящно исполненными узорами из золота. За обнаженными кулисами грамоздились то ли недоделанные, то ли уже разобранные декорации.
У самой сцены, на первом ряду, сидела Ева и что-то писала в тетради. Максим, ступая по мягким ступеням и всё ещё разглядывая купол над головой, спустился вниз. Увидев его, девушка отложила в сторону дневник и указала на место рядом. Её расстроенный и заплаканный взгляд словно просил спасти от мучительной смерти.
- Что случилось? - настороженно спросил Максим. Такой он Еву еще не видел, даже тогда в больнице.
- Мой концертмейстер в больнице, а у меня конкурс на носу. Учитель сказал, что если не найду пианиста, то участвовать не смогу, а я к этому больше года готовилась! - горестно высказалась Ева и смахнула вновь навернувшиеся слёзы. - Кого я теперь найду? Просто... Катя уехала, и мне даже поплакаться некому. Ты единственный человек, которому я могу написать. Даже Иржи игнорирует меня! Сейчас здесь было пять пианистов, которых я пригласила, но все они отказались.
Всё, что Ева сейчас чувствовала - это пустоту и беспросветную безысходность. Она опустила голову, пряча слёзы, которые только недавно перестали течь. Максим молча подошел к сцене, на краю которой были разложены партии, и изучающе пробежал по ним взглядом. Еле заметная улыбка пробежала по его лицу.
- Минорные тяготы?
Ева удивленно вскинула брови и буквально подпрыгнула с места. Требуя чего-то большего, чем выяснения музыкальной окраски, она запрыгала на месте. В ответ Максим загадочно улыбнулся, двигая партию ближе к краю.
- Когда-то я закончил музыкальную школу по фортепиано, - пояснил он, подробнее изучая ноты. - Партии несложные.
- Ты шутишь? - воскликнула Ева, раскрыв от удивления рот. - Так ты не всегда был таким занудой? С ума сойти!
- Давай без оскорблений, пожалуйста. Хочешь попробовать? Бери скрипку. Поднимайся.
Пока Ева доставала инструмент, Максим по-хозяйски выставил ноты и, хмурясь, принялся разбирать произведение. Девушка совершенно изменилась в лице. В груди её словно порхала молодая ласточка, подгоняя Еву подняться на сцену. Она наспех наконифолила смычок и взлетела вверх по ступенькам.
- Когда я просила тебя о помощи, я имела в виду духовную поддержку, но ты полон сюрпризов!
Максим сам удивился, что вообще рассказал ей об этом. Ещё час назад он сидел в душном офисе, за бумагами, а теперь вот сидит за фортепиано и сосредоточено разбирает ноты. Она переворачивает его жизнь вверх дном.
Нетерпеливо слоняясь вокруг, пока мужчина хоть как-то пытался разглядеть общую картину, Ева то и дело заглядывала через его плечо, в сотый раз благодарила, еще не зная, выйдет ли что из этого, и ходила по сцене взад-вперед.
Когда Максим более-менее разобрал свою партию, девушка настроила скрипку, и они с нуля начали собирать произведение. Потихоньку притираясь друг к другу, выстраивая удобный обоим темп и счёт, они были полностью поглощены работой.
По просторному пустому залу раздавалась нежная мелодия скрипки, отдаваясь в каждом уголке, прячась в темных уголках, застывая у купола. Этот купол Ева невольно сравнила с куполом на той карусели. И невольно в памяти всплывали все прикосновения того вечера.
Останавливаясь, Максим делал пометки в нотах, и они двигались дальше. Шаг за шагом, такт за тактом, они продвигались вперед. Медленно, но уверенно. Произведение в их исполнении было далеко от идеала, но то, чего они добились за этот вечер - стоило похвалы. Максим снова окунулся в ученические годы, так же пленённый флешбеками. И то, что происходило с ним сейчас, вызывало в груди неподдельную радость.
Они совершенно не следили за временем, и только когда их попросили удалиться, так как колледж закрывается, Ева ахнула.
- Ух... Мы тут уже больше четырёх часов, - удивлённо сообщила девушка. - Не удивительно, что я так устала. Пора собираться домой.
Пока она складывала скрипку в футляр и собирала тетради и партии в сумочку, Максим опустил крышку фортепиано. Его волосы были взъерошены и мокрые на лбу. Поработали они хорошо.
- Что ты там писала? - спросил мужчина, кивая на ежедневник Евы и по-хозяйски скручивая ноты в трубочку.
- Там мои стихи, черновые варианты. Да и просто мысли, рассуждения.
Максиму позвонили, и он поднял вверх указательный палец, по привычке требуя тишины, словно он был в офисе. Совсем заработался.
- Где ты? - в трубке послышался грубый голос Светы, и Ева съежилась, как будто её сейчас будут бить.
- Я был на концерте симфонического оркестра, - не своим голосом произнес Максим, чуть ли не красной стрелочкой указывая на ложь. - Не хотел тебе говорить, думал, что расстроишься.
- Не расстроилась, - равнодушно ответила Света. - Ты, я смотрю, в последнее время совершенно не хочешь меня расстраивать. Настолько сильно, что даже не ночуешь дома, на концерты ходишь, - не давая Максиму возможности возразить или оправдаться, она продолжила. - Мы с девчонками собрались обсудить девичник сегодня. Меня не жди. Целую.
Мужчина даже не успел раскрыть рот - Светлана сбросила трубку. Он с силой сжал скулы и медленно вернул телефон в карман, изо всех сил сдерживая ругательства.
Ева громко рассмеялась и, поймав на себе взгляд перерождённого пианиста, широко развела руками.
- Я даже комментировать это не буду, - весело хихикая, сказала она.
Максим взял футляр и сумку (истинный джентльмен) и повёл Еву наверх, сжимая в горячей ладони её уставшие от игры пальцы.
- Почему ты постоянно держишь меня за руку?
- Постоянно? - удивился Максим. - Чувствую ответственность за ребёнка, наверное.
- Это я-то ребёнок? - обиженно уточнила Ева. - Не смей так говорить!
Девушка недовольно надула губы и, высвободив свою ладонь, уверенно пошла вперед. На верхней части лестницы совершенно не было освещения, и, споткнувшись о край ступеньки, она больно упала на колени, благополучно доказывая свою неуклюжесть.
- Ай... - сдержанно простонала Ева и зажмурилась. Резкая боль в ногах отдалась во всём теле.
- Убедилась? - с довольной улыбкой спросил мужчина, помогая подняться. - Давай руку.
Они вышли из здания колледжа в прохладную ночь, и Ева потянула носом. Где-то рядом готовили еду,и живот предательски забурчал.
- Голодная? - догадался Максим. - Поехали.
Как только они оказались в машине, Ева поёжилась. Как-то быстро она начала пренебрегать правилом «не садиться в машину к чужим людям». Девушка мяла уставшие пальцы и одним лёгким движением скинула босоножки. После дня на каблуках болели ноги. Глаза блаженно закрылись, растворяясь в свободе.
- Сильно ушиблась?
- Терпимо, - Ева осмотрела ногу и потёрла больное место. - Ты пойдешь со мной на конкурс?
Не смотря на четыре часа совместной сыгровки, стоило уточнить. Может, Максиму это вовсе не нужно. Сложив пальцы в крестики, Ева ждала ответа.
- Точной даты еще нет?
- Нет.
- В любом случае интересно, что из этого получится.
- Правда? - взвизгнула девочка. - Ты сыграешь со мной?
- Да, - мужчина расплылся в улыбке, и Ева одарила его благодарственными объятиями.
- Спасибо, спасибо, спасибо! Ты спас мою вселенную! - она говорила это искренне, без тени лукавства. Ведь дело такого длительного времени чуть не укатилось коту под хвост.
- Посиди здесь, погрейся. Я скоро вернусь, - Максим припарковался у какого-то ресторана и вышел наружу.
Ева вытянула ноги, уложив их на панель, и принялась написывать Катерине, которая уже была в курсе вселенского горя лучшей подруги. Полная эмоций, она, не стесняясь, расплескивала их, рассказывая о произошедшем.
Максим вернулся быстро, запуская с собой прохладный воздух и запах чего-то вкусного. Он протянул девушке картонный пакет, неодобрительно глянув на закинутые на панель ноги.
- Ты принёс мне еду? - сводя брови на переносиц, отметила Ева. - Я тебя люблю.
- М? - Максим застыл с пачкой картошки фри в руках и излишне серьезно посмотрел на нее.
- Ну, то есть... Я не это имею в виду. Я просто... Я хотела сказать спасибо, - нервно оправдывалась девушка, съежившись. Сердце пропустило несколько ударов, прежде чем пожелать своей владелице провалиться сквозь землю. Просто можно следить за словами, а можно быть Евой.
- Приятного аппетита, - пожелал Максим, довольно улыбаясь. Как она занервничала!
- Ты постоянно вгоняешь меня в неловкие ситуации! - возмутилась Ева. - Хватит! - лучшая защита - нападение.
- Я не заставлял тебя этого говорить, - засмеялся мужчина.
- Заставлял, - возразила девушка. - Приходишь ко мне, приносишь мне покушать, прекрасно зная, что я голодная, а потом говоришь, что не заставлял!
- Так, ты давай вместо возмущений опусти ноги.
- Мне так удобно, - девушка непринужденно поедала ужин, разглядывая прохожих, и не собиралась повиноваться.
- Ева!
Девушка сначала испуганно вздрогнула, потом нахмурилась и вызывающе пошевелила пальчиками ног. Максим считает этот жест неуважительным по отношению к машине или к нему самому? В любом случае, Ева уже вошла во вкус и отступать не собиралась. Он добровольно впустил её, пусть терпит.
- Что ты за человек? То серьезная, то ведешь себя, как пятилетний ребенок. С тобой невозможно!
- Это ты мне говоришь? - пошла в наступление Ева. - О, меня ждёт моя невеста. Я должен бежать к ней, а потом звонишь и просишь прочитать тебе стих. Не такие уж мы с тобой и разные.
Максим насупился, осознавая всю правдивость сказанного ей, но сказать что-то едкое в ответ нужно было. Ох как нужно было.
- Сейчас же опусти ноги, иначе...
- Смотри, - весело произнесла Ева, показывая свободной рукой вперед, - мосты разводят.
- Черт!
Максим моментально отложил еду и бросился заводить машину. Второй раз на этой стороне он с ней не застрянет, только не снова. Последствия могут быть чудовищными. Но звонкий смех Евы говорил о том, что уже поздно что-либо предпринимать - они останутся здесь.
- Тебе смешно? - мужчина оставил машину в покое и устало посмотрел на девушку.
- Угу.
Ева смотрела на него смеющимся взглядом, обхватив обеими руками стакан с газировкой. Мужчина тяжело вздохнул и откинулся назад. Что, черт возьми, она творит с его жизнью? Что ему делать здесь всю ночь? Что им делать? Девушка включила радио и, покачиваясь в такт музыке, продолжила, кушать.
- Убери уже ноги, - обреченно попросил Максим, когда девушка снова пошевелила пальчиками.
- Мы сновааа застрялииии тут однииии. И ничего не изменииить, - пела Ева под мотив иностранной песни, подливая масла в огонь.