Парень на лето, девушка навсегда|| D&J

И зачем я только распускала свои уши, стоя за углом? Теперь мысли о Милохине и его тайном занятии, о котором, судя по разговору, и не подозревал его отец, не покидали мою несчастную голову. Мало того, что обстановка дома оставляла желать лучшего, так еще и эта проблема нарисовалась, хотя она вообще по сути не моя!

Просто стало очень интересно, что же скрывает популярный мальчик, и какие секретики затаились в его темном шкафу.
Еще больше подливало масла в огонь отсутствие Дани на занятиях практически неделю с того самого дня, как я случайно услышала их беседу с отцом. Он просто не посещал подготовительные курсы, наплевав на то, что от них зависело поступления. Но, наверное, таким персонам, как Милохин даже в рай дорожка усыпана хрустящими купюрами.

За это время я успела сдружиться с Денисом и Никой. Первого видела лишь в тот момент, когда подруга звала к себе в гости. Мы втроем разговаривали, смеялись, ели пиццу или еще какую-то вредную еду. Ника в эти мгновения была запредельно счастлива.

Кроме некоторых плюсов недели, были огромные такие минусы, и как бы я ни старалась их не замечать, мне порой хотелось улететь на Луну и не находиться в одном периметре с Атакшиевой. Мало того, что эта дьяволица сама открыто, громко и язвительно меня оскорбляла, старалась задеть, проходя мимо, и вообще вела себя, как настоящая обиженная стерва, так еще и ее подружки принимали в этой травле активное участие.

Везло мне только в одном случае, если Ника находилась рядом. Вдвоем легче держать оборону, чем в одиночку. Конечно, мне было не по душе подобное отношение девочек, только я не представляла, что должна была сделать, чтобы прекратить идиотский троллинг.

— Юль, в чате опять фотка появилась. — Тяжело вздохнула Ника и повернула мне телефон, на экране которого была я.

Отфотошопленная я. Причем похабно и гадко. Меня уже начинало тошнить от этих шуток, которые я не понимала. Зачем вот так публично меня унижать? За что?

— У меня появилась мысль о том, чтобы поступить в университет попроще. — Честно призналась я.

Пару дней назад я просматривала список ВУЗов, где могла бы учиться. Только какова вероятность, что там не найдется очередной Киры?

— Не глупи. — Алебьева показала фак одной из подружек Киры и вернула внимание мне. — Я тебе уже говорила, что нужно сделать.

— Это глупо, Ник. Очень глупо. Я не хочу тешить чье-то самолюбие таким способом.

— Ты не только тешишь его самолюбие в таком случае, но еще получаешь себе парня-красавчика, спокойствие и некоторое время запредельного счастья. Уж ухаживать Даня наверняка умеет.

— Сомневаюсь, — фыркнула ей в ответ, вспоминая наглое поведение Милохина и выражение о том, что мне прикрывать нечего, да уж, сама любезность, — я не собираюсь унижаться.

— Ладно, если не Даня, то… — Ника приложила палец к губам и прищурилась, пока я выжидающе смотрела на нее. — Даже не знаю. О! Точно! Тогда Демид. Он отшибленный на всю голову, но за свою девочку точно на куски порвет.

Мои глаза готовы были выпасть на стол, а потом и на пол столовой.

— Вот совсем не смешно.

— Юль, с этим нужно что-то делать. Демид — тоже так себе вариант для любви, но договориться с ним можно.

— Не поняла. Ты вот сейчас серьезно, Ника?

— Предельно. Я за тебя беспокоюсь. Нет, я в любом случае за тебя, просто… Ну, сколько ты так еще выдержишь? А тебе еще здесь учиться. — Алебьева посмотрела в сторону столика, за которым собралась компания змеюк и тяжело вздохнула. — Мы будем в разных группах. В твоей большинство этих… — Она кивнула на девчонок, не найдя для них должного определения. — Заметь, Кира ведет себя так гадко, пока Дани нет.

— Не думаю. Она и при нем не особо церемонилась.

— Она тебя в воду толкнула лишь потому, что боялась вашего поцелуя. Кстати, я кое-что услышала, но не знала, стоит тебе рассказывать или нет. — Ника прикусила губу и наклонилась ко мне, начиная шептать. — На вечеринке я так танцевала, что… Боже, в общем, устала и пошла в туалет, а по дороге подслушала разговор Киры и Демида.

— Вот это мне уже не нравится…

— Мне тоже не особо, но, — Алебьева втянула себя воздух и затараторила, — это Демид попросил Киру втянуть тебя в игру, и самое главное, что он поставил условие, чтобы в твоем случае бутылочка указала на него.

Я замерла и внимательно смотрела на подругу, пытаясь понять, сейчас смеяться или все же…

— Нет, зачем ему это? Ник, нет.

— Зачем? Да, черт его знает. Демид, знаешь ли, тот еще фрукт. Я с ним стараюсь не общаться, да и Денис не советует.

— Наверное, она хотела меня унизить. Чем дольше я здесь, тем сильнее хочется обратно в наш маленький городок. Там все понятно. Кто, зачем и почему, а эти мажорские закидоны меня уже конкретно так парят, Ника…

— Ох, Юля, ты — новенькая, всем интересна. Я тебе все-таки советую выбрать между двух огней — Даня или Демид. — Алебьева вытянула одну руку, а потом и вторую. — Хотя хрен редьки не слаще. Тебе вот, кто из них больше нравится?

Я открыла рот, но тут же закрыла и нахмурилась. Кто?
Не знаю, чем провинился Демид, но со мной он был предельно любезен и даже помог, а вот Даниил… От него меня триггерило.

— Никто, Ник. Оба варианта не подходят.

— Ну, тогда могу предложить своего брата.

— Ни-ка-а-а…

— Все. Молчу. Нет, так нет. Больше об этом не заикнусь.

После этих слов Алебьева действительно не затрагивала тему о Милохине или Демиде. Жаловалась на маму, которая не давала ей спуска, и мечтала хоть немного побыть вдалеке от родительской опеки.

Я же зависла на ее словах. Бредовых словах. Должен быть другой вариант и выход. В одном Ника права, так больше продолжаться не может. С Атакшиевой нужно что-то делать, только пока я не знаю, что именно.

В таких думах я пришла к тёте в кафе и принялась за работу. Через новое стекло открывался все тот же вид, да и внутри царило явное недружелюбие. Я старалась не замечать взглядов девчонок и просто выполняла простые действия, пока мы не остались в кафе втроем.

— Девочки, у меня прекрасная новость. — Тёть Соня впервые за эти дни широко улыбалась. — Из-за всех этих кирпичных дел мне пришлось потратиться. Я уже думала, что в этом месяце мы не выйдем в плюс, но — она всплеснула руками, садясь за стол, где мы с мамой расположились, — в выходные состоится очередная гулянка в ВИП-зоне, и я предложила ее затейнику нашу, так скажем помощь, за приличную плату.

Почему-то эта новость не вызвала у меня восторга в отличие от матери, которая улыбнулась и закивала.

— Это ведь хорошо.

— Да, мы возьмем несколько домиков. Девчонки будут свои обязанности выполнять. Ты, Манюня, отвечаешь за готовку, а я контролирую весь процесс, чтобы никто ни-ни. — Тётушка потерла руки и посмотрела на меня. — Ты чего, Юлька? Приуныла… Не рада?

— Я просто устала сегодня. А что за праздник?

— Ой, — тёть Соня махнула рукой, — день рождения у кого-то из богатых деток. Не уточняла. Нам главное…

Тётя принялась расписывать меню и плюсы, а я подперла голову руками, думая только о том, чтобы день рождения был не у кого-то из знакомых мне мажоров..

Выходные приближаются настолько быстро, что я не замечаю, как пролетает время, и вот, стою перед шикарными домиками и хлопаю глазками. Вокруг снуют люди, но мое внимание приковано к той зоне, которую выделили нам. Это не простое пространство, где мне нужно будет бегать туда-сюда с подносом в руках, нет. Все намного хуже. Нам выделили территорию, на которой сегодня тусит сама Кира, в чью честь или ее отсутствие устроили праздник.

Девятнадцатилетие самой Атакшиевой! Не представляю, как вынести этот вечер, но тёте поздно объяснять, кто такая Кира, и почему я так упорно не хочу работать. Бред. Не могу я из-за модельки Милохина взять и подвести родственницу, на хвосте у которой мы мило умостились, и мама по какой-то неведомой причине перестала заводить разговор о собственной квартире, пусть маленькой, но…

Из-за недовольного возгласа рядом со мной отмираю и иду к тётушке, которая ответственно выполняет свою работу. Минут десять в подробностях описывает задачу каждого и в завершении крестит всех со смехом. Кажется, в восторге все. Кроме меня…

Пока мажориков не видно, но и до начала торжества еще полчаса. Я одергиваю короткую юбку и стараюсь забыть, что декольте на жилетке слишком откровенное, но липкий и неприятный холодок то и дело пробегает вдоль позвоночника, напоминая о волнении. Здесь не будет Ники и Дениса. Их семью намеренно не пригласили, а все из-за последней выходки Алебьева, который прилично пострадал от кулаков Данила. У последнего тоже хватало ссадин, но у меня создалось впечатление, что Милохину все ни по чем.

Может, он получает наслаждение, избивая людей? Ника ведь говорила, что он любитель почесать кулаки о чье-то лицо.

Сколько не думай о пристрастиях Дани, вывод один — я одна. Девчонки с работы и Влад наверняка будут стоять в стороне и гадко улыбаться, если Атакшиева захочет вновь меня опустить ниже плинтуса. Есть в душе небольшая надежда на то, что модель не станет чрезмерно обращать на мою скромную персону внимание, но она настолько мала, что в тот миг, когда в сторону домиков идет Милохин, а за ним плетется и его, вроде как, девушка, мои внутренности с тихим писком падают на песок и зарываются в него.

Даня бросает на меня безразличный взгляд и тут же отводит его в сторону, чего не скажешь о виновнице торжества. Кира буквально сжигает меня своими красиво подчеркнутыми косметикой глазами. Хорошо, что тёть Соня возвращает меня в реальность, помещая тёплую ладонь на плечо.

Так как гости начали прибывать, мы приступили к выполнению прямых обязанностей. Вот тут-то мне чуть-чуть повезло. Девочки обслуживали столики, за которыми расположились Даня и Кира. Среди гостей заметила знакомую фигуру с обескураживающей улыбкой на лице.

Демид.

Он стоял в стороне и салютовал мне бокалом с шампанским. Пришлось выдавить из себя ответную улыбку, ведь парень мне по сути ничего плохого не сделал, и я очень надеялась на то, что не сделает.

Миша Чернов тоже присутствовал. Что-то рассказывал блондинке в коротком провокационном платье. По его виду сразу становилось ясно, зачем он к ней так усердно подбивает клинья, и это меня немного смутило. Мне казалось, что он не ровно дышит к Нике.

Переживания понемногу отступали. Наверное, по той причине, что праздник набирал обороты, и именинница увлеклась своими гостями, не обращая на меня внимания. Конечно без ее свиты здесь не обошлось. Девчонки из группы и некоторые ребята, которых я видела в университете и на вечеринках, веселились, играя в какие-то игры и отлучаясь в домики.

Обстановка напоминала пародию на американские фильмы. Куча подростков пыталась вести себя, как взрослые, но отрывалась подобно несмышленым детям. Я максимально сконцентрировалась на работе, и у меня долго получалось быть незамеченной, пока тёть Соня не отправила меня прямо в ад с тортом в руках. Я катила вперед огромный десерт и молила Бога, чтобы Атакшиева промолчала.

Казалось, что сердце от волнения выпрыгнет, а ощущения… Про них стоит промолчать. Мне было неловко. Милохин пристально смотрел куда-то вдаль. Его равнодушное выражение лица навевало на странные мысли, связанные с подслушанной перепалкой между ним и отцом. Я вовремя себя отдернула и оставила торт прямо перед Кирой. которая посмотрела на меня свысока.

— Спасибо, мышка! — Скривилась она, изображая что-то вроде благодарной улыбки на чрезмерно накрашенном лице. — Теперь беги в свою норку, пока я добрая.

Я прикрыла глаза на мгновение и, сжав кулаки, развернулась, чтобы уйти.

— Дуй на свечи, — послышался насмешливый голос Демида, который мне подмигнул, — только это, Атакшиева, используй весь ветер, который в твоей голове гуляет.

— Ой, молчал бы, Багров! У самого-то извилины еле держатся.

— Ты не путай, Кира, — снова оголил зубы Демид, — мне не вдувают через трубку. — Он повернулся к Милохину и поиграл бровями. — Да, Даня? Стараешься ведь?

— Козел…

Слышала шипение Атакшиевой и спешила уйти, пока она не сорвалась на мне. Веселье продолжалось уже с разборками. Несколько раз разнимали и девчонок, и парней, которые перебрали с напитками, которые притащили в ВИП-домики, потому что тётя включила в меню лишь игристое.

Пара часов пролетела незаметно, и я чертовски вымоталась. Хотела немного освежиться и подошла к одному из домиков, где можно было сходить в уборную. Вот тут-то я и застыла, когда открыла дверь. В комнате Кира била Даню в к грудную клетку и верещала, как ненормальная.

— Не посмеешь! Я все отцу расскажу!

— Ты меня достала, Кира. Мы давно все решили. В чем, твою мать, проблема?

Хоть внешне Милохин спокоен, но по голосу слышно, что он очень зол. Сначала меня заметил Даниил, а потом и его бешенная подружка.

— Пошла вон!

Заорала Атакшиева, стирая с лица слезы. Я пробубнела извинения и шагнула назад, прикрывая дверь. Черт! Надо же было так попасть…

Я успела отойти на пару шагов прежде, чем из домика вышел Милохин, а за ним и фурия.

— Катись к черту! Еще посмотрим, как тебе будет без меня! Приползешь на коленях!
Даня никак не отреагировал на ее слова и направился в сторону пирса размеренным шагом. Я же быстрее ретировалась к нашим. После этого Кире снесло крышу. Она громко кричала, призывая к веселью, поднимала один бокал за другим, а потом…

Потом произошло то, чего я так боялась.

Ее компашка выловила меня в тот момент, когда тёть Соня отпустила домой. Они кольцом обступили меня, а Атакшиева с дурной улыбкой вертела в руках, какую-то бутылку. Никогда не была в такой ситуации, и страх своими черными коготками водил по стеклу, заставляя ежиться.

— Вот скажи, мышка, какого черта ты приперлась к нам в город, а?! Ну чего тебе в твоем селе не сиделось?!

— Дай пройти.

Попыталась проскользнуть мимо негативно настроенных девиц, но мне не дали. Сжала кулаки, понимая, что я против семерых не выстою. Несмотря на жуткое ощущение того, что сейчас случится что-то не хорошее, подняла голову и смотрела в глаза неадекватной Атакшиевой.

— Мил, готовь камеру. — Кира улыбнулась, пока две незнакомые мне девчонки схватили меня за руки и крепко держали.

— Отпустите меня. — Прошипела, пытаясь выдернуть руки, но они так спились в мои запястья, что я невольно подумала, что это не девочки, а киборги. — Кира…что тебе нужно от меня? Я тебя не трогала. Зачем вот это все?

— Не строй из себя дурочку. Знаем мы таких. Милые и пушистые, а как дело касается денег, так вы тут, как тут. — Атакшиева максимально приблизилась ко мне, откручивая крышку на бутылке. — Снимай, Мил. Да начнется шоу!

***
Никогда не чувствовала себя глупее, чем сейчас. Раздрай в эмоциях и чувствах, вызванный издевательствами мажористых деток, не проходил, хотя расстояние от ВИП-домиков до пирса было довольно-таки приличным.

Несколько раз останавливаюсь и кусаю губы от нервов. Принятое решение кажется самым разумных. Других вариантов избавления от травли я просто не видела.

Чтобы окончательно убедить себя, смотрю на испорченную одежду и волосы, слипшиеся из-за густого сиропа.

Выгляжу словно убожество, да и чувствую себя аналогично.
Полнейший краш, как бы сказала Маринка.

Делаю шаг и высматриваю темную фигуру на краю пирса. Огонек мелькает в темноте.
Курит.

Нет, Юля, нет!

Глупее идеи не найти.

Разворачиваюсь, делаю два шага в обратном направлении от причала и останавливаюсь.
Снова в обзор попадает веселая компания около ВИП-зоны. Меня начинает потряхивать от злости и обиды.

Я ведь ничего не могу сделать одна. Ничего!

Но может он.

Поворачиваюсь, качаю головой, гася в себе желание завыть волком на луну, и смело иду к причалу.

Стоит попробовать, Юля!

Услышит только он. Никто больше не узнает о том, что ты собралась ему предложить.
Смелость появляется ниоткуда, и я мысленно готова свернуть горы, вот только когда нога ступает на пирс, и раздается скрип досок, приходится проглотить страх вместе с вязкой слюной.

Вот и сдуло твою смелость, Юленька…

Даня не поворачивается на шум. Стоит спиной ко мне и не двигается, как камень, которому поклонялись.

Хорошее сравнение, если учитывать просьбу, с которой я хотела обратиться к нему.
С чего я взяла, что Даня согласится?

Из-за нескольких столкновений?

Смотрел он на меня жутко, как будто убить хотел. Если вспомнить ту драку с Алебьевым, то нужно вовсе развернуться и бежать от него, но я сжимаю кулаки и направляюсь к парню.

Останавливаюсь в паре шагов и громко сглатываю.

Наверное, слишком громко, потому что он оборачивается и дарит мне оценивающий взгляд.
Теряюсь, не зная, что сказать, а он вопросительно поднимает брови.

— Чего тебе, Юленька?

— Я…

Юленька из его уст звучит так приторно, что я расплываюсь еще больше.

— Судя по виду, ты точно не соблазнять меня пришла.

Наглая усмешка подобна ведру помоев, которые вылили на меня.

Вздергиваю голову и складываю руки на груди, чтобы выглядеть воином, а не серой мышью, которая пробежала по канализации.

— Не дождешься. У меня к тебе дело.

Даниил усмехается и наклоняет голову, поглядывая на меня с интересом. Конечно! Что может ему предложить девочка-официантка, кроме меню в забегаловке, где она работает?!

— Какое? Давай, Юленька, удиви меня.

Собираюсь с духом, чтобы сказать, но слова костью застревают в горле. Язык не поворачивается, а остатки смелости развеиваются пеплом по ветру.

— Я хочу, чтобы ты стал моим парнем на лето.

Выдаю чуть хриплым голосом, а брови Дани на лоб лезут от удивления.

— Я не ослышался?

— Нет, Милохин, ты не ослышался. Я знаю, что тебе нужна помощь в одном деле, а мне нужен защитник. Взаимовыгодное сотрудничество.

— Почему я должен выбрать тебя?

Звучит нагло и отталкивающе. Пересиливаю себя, чтобы остаться на месте и уйти. Гордость в этот момент верещит, но я давлю ее.

— Потому что я твоих секретов не выдам и не буду бегать по пятам, признаваясь в любви. Полнейшая свобода, ложь во благо в обмен на защиту.

— Три месяца, Юленька. Ты уверена? В меня нельзя не влюбиться.

Снова усмехается, рассматривая меня с ног до головы. Обида внутри плавит внутренности. Должна утереть им нос. Всем разом.

— Мне не грозит, Милохин. Ты не в моем вкусе.

— Спрашиваю последний раз, ты хорошо подумала? Назад дороги не будет.

— Да, будь моим героем… — Произношу пафосно, копируя его, но уточняю привычным тоном. — Будь моим парнем на лето. Больше не потребуется.