15
С того момента, как я оказалась под их крылом после того кошмара, прошёл месяц. Месяц относительного затишья, похожий на затянувшееся затишье перед бурей. Я жила в золотой клетке особняка, пытаясь восстановить хоть какие-то силы, но стены давили всё сильнее. Я задыхалась. Мне нужно было хоть намек на нормальность, на прежнюю жизнь. И я выбрала для этого самую доступную ниточку — университет.
Кабинет Бан Чана
Я вошла, не дожидаясь разрешения, моё терпение было на исходе.
—Чан. Я не могу больше. Прошу тебя в последний раз. Отправь меня обратно на учёбу. Я не животное в вольере. Мне нужно выйти из этих стен, мне нужно… дышать.
Чан, сидевший за столом с отчётами, поднял на меня усталый взгляд. Шрам от пули на его животе уже затянулся, но тень той ночи висела над всеми нами.
—Рина, — его голос звучал не как приказ, а как предупреждение. — Мы обсуждали это. Это небезопасно. BTS объявили войну. Каждое твоё появление на публике — риск.
—Но со мной будут Хёнджин, Феликс и Джисон! — настаивала я, зная, что это единственный козырь. — Они не отпустят меня ни на шаг. Ты сам это знаешь.
Он задумался, проводя рукой по лицу. Он был лидером, привыкшим считать риски. И риск оставить меня сходящей с ума в четырёх стенах, возможно, начинал перевешивать риск выхода наружу.
—Ладно, — он наконец выдохнул. — Так уж и быть. Но ни на сантиметр от них. Никаких самостоятельных решений. И при первом же намёке на опасность — немедленное возвращение. Ясно?
Облегчение, острое и сладкое, ударило в голову.
—Спасибо, Чан! — импульсивно я обняла его за плечи и вылетела из кабинета, не дожидаясь, пока он передумает.
Рина
Ворвавшись в гостиную, где троица моих «телохранителей» смотрела что-то по телевизору, я не смогла сдержать улыбки. Это была первая искренняя улыбка за последний месяц.
—Мне можно! Чан разрешил! Я возвращаюсь в университет!
Феликс оторвался от экрана, удивлённо подняв бровь.
—Ри, ты ударилась головой? Или это побочный эффект от антидепрессантов, которые Сон Хён прописал?
—Нет! Серьёзно! Я выхожу на улицу! В люди!
Хёнджин медленно повернул голову. Его реакция была сдержанной.
—Вау… — он протянул с явной неискренностью. — Вот это радость-то. Прям не могу… — Он замолчал, переваривая информацию, и на его лице отразилась настоящая, неподдельная растерянность. — Стоп. Это же значит, что нам снова придётся изображать из себя студентов и таскаться на эти скучные пары? О нет… Я на это не подписывался.
С этими словами он вскочил и маршем направился в кабинет Чана, видимо, пытаясь оспорить приказ.
Я перевела взгляд на Джисона. Тот только усмехнулся.
—Ну всё, теперь он нам тут драму разведёт на полчаса. Присаживайся, цирк будет долгим.
Феликс,тем временем, вспомнил что-то:
—Кстати, мне Чон Су из нашей группы писал. Говорит, неделю назад к нам на курс нового зачислили. С переводом.
—Правда? — во мне проснулось обычное человеческое любопытство. — Интересно, какой он?
Джисон тут же надулся с преувеличенной обидой:
—Эй! А мы что, уже не «какие» для тебя? Нас, трёх красавцев, мало?
Я засмеялась.
—Да вы-то самые что ни на есть! Просто интересно же, новый человек, новые лица…
Хёнджин вернулся через пять минут. Он молча прошёл к дивану и упал на него с видом мученика.
—Промолчу. Просто промолчу, — буркнул он и схватил геймпад. — Давай, раз уж я обречён, хоть перед казнью во что-нибудь сыграем.
Два дня спустя. 7:50
Утро встретило меня противоречивыми чувствами. Эйфория от предстоящей свободы боролась с глубоко въевшимся страхом выходить за ворота.
—М-м-м… А ведь я уже и не очень-то хочу, — пробормотала я себе под нос, потягиваясь. — Но это воздух. Это небо. Это — кусочек жизни.
Быстро собравшись, я спустилась на кухню. Моя «охрана» уже была в сборе.
—Доброе утро!
Ответом было нестройное,сонное «Ага».
—Не очень-то оно и доброе, — мрачно констатировал Хёнджин, уткнувшись в чашку кофе.
—Так, Ри, садись, ешь, — взял на себя командование Феликс. — У нас десять минут. Ровно через десять — стоишь у машины. Без опозданий.
Позавтракав в нервной тишине, мы выдвинулись.
---
Войдя в университетский корпус и направившись к своей аудитории, я почувствовала на себе десятки взглядов. Шёпот, скользящие взоры. Я пропала почти на два месяца. Для всех это было странно.
Мин Джи, одна из самых язвительных девушек на курсе, тут же нашла меня.
—Ого, посмотрите, кто вернулся из небытия! Ким Рина! А мы уж думали, ты на дне Хангана отдыхаешь.
Я заставила губы растянуться в подобие улыбки.
—И я рада тебя видеть, Мин Джи. Очень.
Я прошла к своей привычной парте на третьем ряду,предпоследней у окна. Но место рядом с моим было занято. Парень сидел, положив голову на сложенные руки, лицом к стене. Я села, стараясь не шуметь.
Прозвенел звонок. Вошёл преподаватель по истории экономики. И в этот момент парень рядом поднял голову, чтобы открыть конспект.
Ледяная волна прокатилась по всему моему телу. В глазах потемнело.
Нет. Не может быть. Это невозможно.
Чон Чонгук. Он сидел здесь, в университете, на моём курсе, и смотрел на меня с холодной, насмешливой улыбкой.
— Привет, кроха, — прошептал он так, чтобы слышала только я. — Соскучилась по нам? По мне, например?
Я стиснула зубы, чтобы не выдать панику.
—У меня была прекрасная жизнь. Без вас.
—Ой, — он оглядел аудиторию преувеличенно-театральным взглядом. — А где же твои верные псы? Кинули одну? Непорядок.
— Они сейчас придут, — резко ответила я, но сердце бешено колотилось.
Он удовлетворённо хмыкнул и стал делать вид, что слушает лекцию. Прошло минут десять. В аудиторию, извиняясь за опоздание, вошли Хёнджин, Джисон и Феликс. Их взгляды мгновенно нашли меня, а затем — Чонгука. На их лицах мелькнуло шок, а затем мгновенная, жёсткая настороженность. Они сели сзади.
Скука и напряжение парализовали меня. Я положила голову на руки, закрыв глаза, пытаясь абстрагироваться. И вот тогда я почувствовала это. Сначала — лёгкое, едва уловимое прикосновение к моей спине, скользящее по позвоночнику. Я замерла. Рука медленно, нагло поползла вниз, к моему бедру, и начала медленно, похотливо поглаживать его через ткань юбки.
Я окаменела от ужаса и отвращения. Я попыталась незаметно отодвинуться, но его рука, сильная и настойчивая, последовала за мной. А затем его пальцы нашли край моей юбки и начали задирать его, пытаясь проникнуть под ткань.
Я резко выпрямилась и впилась в него взглядом, полным немой ненависти и мольбы. Он смотрел на меня в упор, его лицо было абсолютно спокойным, будто он просто слушает лекцию.
Этого было достаточно для Хёнджина. Он, наблюдавший за происходящим, вскочил со стула так резко, что тот с грохотом упал назад. В два шага он преодолел расстояние и, не говоря ни слова, со всей силы врезал Чонгуку в челюсть.
Аудитория взорвалась. Крики, звонок преподавателя, который пытался их растащить. Чонгук, отплевываясь, уже рванулся в ответ. Джисон и Феликс бросились разнимать. Хаос длился несколько минут, пока парням не удалось оттащить Хёнджина, а Чонгук, ухмыляясь, вытирал кровь с губы.
---
Через двадцать минут мы стояли в безлюдном углу за университетским корпусом. Две группы, разделённые несколькими метрами напряжённого пространства. Хёнджин, ещё дышащий гневом, и Чонгук, холодный и провоцирующий.
—Какого хрена ты полез к ней?! — прошипел Хёнджин.
—А что, нельзя? — Чонгук пожал плечами. — Тэхёну можно, Джину можно, да и вам, восьмерым, наверняка перепало. А мне что, я хуже?
—Заткни свою пасть! — Хёнджин рванулся вперёд, но Феликс удержал его. — Она тебе не шлюха!
—Хах, — Чонгук откровенно усмехнулся и указал на меня пальцем. — Не забывай, что она — всего лишь игрушка. Та самая, которую мы выбрали для развлечения год назад. И мы можем делать с ней всё, что захотим. Тем более, что она бывшая Тэхёна… а он её, мягко говоря, недолюбливает. У нас на неё особые планы.
Его слова повисли в воздухе, отдаваясь в ушах оглушительным звоном.
—Ч… что? — выдохнула я, чувствуя, как земля уходит из-под ног. — Что всё это значит?
Джисон, побледнев, шагнул ко мне.
—Ри… Мы не хотели тебе этого говорить. Не сейчас. Не так. Но… но мы не желаем тебе зла! Клянусь!
—ОБЪЯСНИТЕ! — крикнула я, и в моём голосе прозвучала настоящая истерика.
Чонгук с наслаждением продолжил,видя наш страх:
—Всё просто. Нам стало скучно. Обычные дела: наркотики, оружие, бабы. На одной из встреч твой милый Чан предложил «разнообразить досуг» — выбрать девушку для… игры. С первой мы переборщили. Она не выдержала и прыгнула с крыши. — Он говорил это так спокойно, что мурашки побежали по коже. — Потом, через пару месяцев, выбрали новую. Точнее, Тэхён тебя выбрал. Оказалось, ты его бывшая невеста. Идеальная мишень для мести и развлечения. Всё это время ты была пешкой в нашей игре против твоего отца и… в наших личных разборках.
Мир перевернулся. Всё, что происходило со мной последний год: слежка, похищение, угрозы, насилие… Всё это была не череда несчастных случайностей. Это был спланированный, циничный, жестокий спектакль. И они — и Stray Kids, и BTS — были в нём режиссёрами и актёрами. А я — реквизитом.
— Весело вам было?! — мой голос сорвался на надрывный шёпот.
Хёнджин попытался подойти,его лицо было искажено болью и виной.
—Ри, прошу, успокойся… Мы… мы всё объясним… Мы правда…
Но я уже ничего не слышала.Гул в ушах нарастал. Вся боль, все унижения, вся ложь обрушились на меня разом. Я развернулась и побежала. Куда глаза глядят. Прочь от них. Прочь от этого места, от этих людей, от этой ужасной правды.
— РИНА! СТОЙ! — кричали они мне в спину, но их голоса тонули в рёве крови в моих ушах.
Я выбежала за ворота университета, на оживлённую улицу. Слёзы заливали глаза, я ничего не видела. Я видела только их лица — Чана, Тэхёна, Чонгука — которые спокойно обсуждали мою судьбу как обузу или развлечение.
Я рванула через дорогу, не глядя по сторонам. Резкий, оглушительный визг тормозов разрезал воздух. Я обернулась и увидела слепящий свет фар, надвигающийся на меня с невозможной скоростью.
Удар.
Острая,разрывающая всё тело боль.
Далекие,искажённые крики.
И потом— только наступающая, чёрная, беззвучная пустота.
Это конец?
Или это просто ещё один болезненный переход в следующую часть их бесконечной,жестокой игры?