Созидающая

Вздрогнув, я открыла глаза и не поняла, где нахожусь. Передо мной стояла мутная пелена, которая постепенно исчезала. Воспоминания возвращались ко мне неохотно, да и толка от них никакого не было. Я ничего практически не помнила после того, как в меня попали дротики элитных Теней. Кстати, об этом. Осторожно шевельнув плечом, с удивлением обнаружила, что боли не чувствую. Ни следа, словно и не стреляли. Проделала тоже самое с ногой и, убедившись в своем чудесном исцелении, решила сфокусироваться на обстановке. Пожалуй, стоило сделать это сразу же, как пришла в сознание. Я обнаружила, что на меня нацелили ружья. Не тыкали ими, конечно, в лицо, но весьма показательно и напряжённо держали в руках, будто боялись чего-то. А сидела я в машине с затемненными стёклами и открытым верхом. В сидящих напротив признала солдат Полиции. Да, эту темно-синяю форму с золотыми наплечниками и фуражки с серебряным знаком крыльев не трудно узнать. Всё таки меня спасли. Я открыла рот, собираясь спросить, но молодой парень полицейский одновременно с ужасом и благоговением в глазах выкрикнул:

— Не двигайся! Сиди на месте!

Его руки задрожали, поднимая ружьё на меня. Я удивлёно уставилась на него.

"Что с ним такое? Что происходит?", – подумала я.

— Успокойся, – произнесла его напарница. — Опусти. Видишь же, что она боится.

Конечно боюсь! Я очнулась в машине Полиции и понятия не имею, что происходит и почему на меня наставили оружие.

— Она... она же, – пробормотал он, не в силах закончить предложение.

— Всего лишь напуганная девушка, – подытожила полицейская, бросив на меня заинтересованный взгляд, за которым скрывалось что-то ещё, чего я не могла понять.

— Ты видела, что она?..

— Видела, – слегка резко качнула она головой, словно бы молчаливо приказывая ему замолчать, чтобы тот не сболтнул лишнего.

Я же старалась осмыслить о чём они говорят. Но они замолкли и тогда я подняла голову, силясь увидеть, куда мы едем. Быть может, везут в штаб, чтобы допросить о том, что случилось. Кроме светло-серого неба я ничего не могла разглядеть. Если бы я встала с места, то увидела больше, однако полицейский какой-то дерганный и настроен ко мне крайне непонятно, нежели его напарница женщина, вдруг выстрелит с перепугу.

— Куда вы меня везёте? – решила спросить прямо, чтобы не мучать себя догадками.

Парень странно сглотнул, видимо, не собираясь отвечать на мой вопрос.

— Ты что-нибудь помнишь? – неожиданно интересуется женщина,
чуть наклонившись ко мне.

— За мной гнались, я всего лишь хотела жить, – сказала я, вздохнув.

Она нахмурилась.

— Кто гнался?

Стоит ли рассказать честно или умолчать? Расскрывать карты Владельца всё ещё опасно.

— Не отвечай, если тебе до сих пор страшно. Нам бы не хотелось сейчас... – она запнулась, кажется, от волнения побелев. — Впрочем, забудь. Ничего. Ехать осталось немного, потерпи.

— Вы не ответили на мой вопрос, – напомнила я, начиная испытывать раздражение.

В её глазах читалась борьба, но затем, сжав тонкие губы, она ответила:

— Цитадель.

Одного этого слова хватило, чтобы меня внутренне сжало от потрясения и неверия в происходящее. С нарастающим страхом я поднялась с сиденья, а полицейские вскочили, держа пальцы на курке. Они что, действительно собрались стрелять, думая, что я сбегу? Да если бы я захотела, то не смогла! Я только избежала смерти и нарываться второй раз у меня не было никакого желания.

— Пожалуйста, сядь, – настойчиво просит женщина.

Её напарник выглядел менее спокойным. Весь его лоб покрылся испариной, будто тот пробежал марафон. В машине не было жарко, даже прохладно. Или меня просто бросало от одного к другому, из-за нахлынувших эмоций?

— Почему мы едем в Цитадель?

— Я понимаю, что ты в растерянности и...

— Нет, вы не понимаете! – я не узнала собственного голоса, искаженного гневом. — Я не сделала ничего такого, за что бы меня лично отправили к Совету! Здесь какая-то ошибка...

— Они во всём разберутся, – обещает она, взглядом указывая мне присесть.

— Совет? – вздрагиваю я.

Если меня действительно везут лично к Совету, то это плохо. Очень плохо.

— Ниаманты, – тихо выдыхает полицейская.

— Причём здесь они? – непонимающе моргаю.

Она не успела мне ответить, так как машину качнуло вбок из-за неровности на дороге и тогда то я увидела башни, которые становились всё ближе и ближе. Мы подъезжали. Неспособная сдвинуться из-за оцепенения, глядела на Цитадель, которую видела разве что мельком по монитору. Но даже технологии не могли передать всего великолепия этого здания вживую, которое старше половины жителей Кауфа. Так о нём было написано в книгах. Вокруг основной и самой высокой башни из белого камня, располагались ещё три такие, но чуть пониже, близко стоя к друг другу. От Цитадели простиралась дорога, от которой расходились четыре направления, по четырём районам. Людям разрешалось подходить к ней не больше, чем на несколько метров, чтобы оставить свои дары, а заходить и вовсе запрещалось без крайней надобности, если не вызовет сам Совет.

Машина с ревом остановилась у огромных железных ворот. Полицейские отодвинули дверь в сторону, давая мне выйти первой. Спустившись по двум шатким ржавым ступенькам, я не могла избавиться от плохого предчувствия.

— Идём, – обратилась ко мне женщина.

Она и её напарник встали по обе стороны от меня. Не вплотную, но и не слишком далеко, чтобы контролировать каждый мой шаг. Спасибо хоть, что не толкали в спину ружьями. Я и так прекрасно понимала своё чудовищное положение.

Ворота перед нами открылись довольно быстро, видимо, о нашем приходе уже знали. Я пошла вперёд, вздрагивая ни сколько от холода, сколько от страха. Интересно, сколько я была без сознания? Наверное долго, раз наступило утро. Значит, меня сначала вылечили и только потом доставили сюда, чтобы, не дай Матерь, не скончалась по дороге. Но разве Совет занимается такими делами, как моё? Почему при этом должны присутствовать Ниаманты? Страшно представить, что мог подумать Ахиро, когда вернулся. Он наверняка ищет меня и очень беспокоится. И это мягко сказано. Перевернёт весь город, но на Цитадель подумает в самую последнюю очередь. Его сестренка не может влипнуть в такие неприятности, которые и неприятностями то с натяжкой назвать можно, скорее катастрофой. "Ох, Ахиро, оказывается, могу", –  подумала я, закусив губу. Глупо надеяться, что меня отпустят даже узнав обо всём. Мне уже положено наказание за поставку Радуги. Повезёт, если отправят работать на поля в Рамор. Возделывать землю не так унизительно. Лучше, чем гнить в подземной тюрьме.

За воротами начинался длинный зал, заканчивающийся большой мраморной лестницей. Везде было так чисто и сияюще, что я не знала, растеряться мне или восхищаться. Пол под ногами был тоже из мрамора, выложенного черно-белой плиткой. Где-то по углам каменных стен стояли вазы с цветами. Настоящими цветами! У нас на Рынке продавали лишь искусственные. Мои шаги отдавались эхом в пространстве. Странно, что здесь никого нет. Мы просто беспрепятственно поднялись по лестнице, затем повернули направо. В конце коридора ждала ещё дверь. Я поняла, что именно за ней всё и случится. Коленки задрожали, а в горле запершило. Полицейские не сильно подтолкнули меня.

"Что ж, по крайней мере, я жива", – усмехнулась я мысленно, преодолевая последнее расстояние. По ту сторону двери открылся большой зал. Нет, не так. Большой с большой буквы. Была схожесть с ареной, разве что сейчас места на нижних и высоких балконах пустовали. Чуть дальше был небольшой, но видимый постамент, на котором стоял человек. "Не человек... Ниамант", – осознала я с трепетом. Позади постамента развивался флаг нашего города – золотая птица на белом фоне. Всё здесь дышало роскошью и величием. Кроме него, в зале собрались и другие, выстроившись рядом с ним в стройные две линии. Их взгляды были прикованы ко мне. Я забыла как дышать, иначе почему воздуха стало не хватать?

Полицейские ушли так внезапно, что я даже готова была слезно просить их вернуться обратно и не бросать меня тут одну. Наедине с ними...

— Не бойся, – голос Первого разносится по залу достаточно громко, чтобы его можно было услышать и с того места, где я стояла, — подойди.

Я в нерешительности ступила на длинную ковровую дорожку алого цвета. К тому моменту, как практически дошла до возвышения, постаралась не обращать внимания, что на меня смотрят. В такой ситуации это было очень нелегко. Я всегда могла, если захочу, скрывать свои истинные эмоции, и отрешиться от реальности. Однако, скрыть свой страх сейчас у меня не получилось. Я была полностью выбита из колеи. Выглядела я, наверное, также. Помятая, уставшая, напуганная. Мне впервые захотелось помолиться Матери. В один миг попасть в Цитадель и предстать перед Ниамантами сродни бредовому сну. Такое не могло произойти со мной. Я же... никто, обыкновенная саорка.

— Как твоё имя? – его голос не был грозным или холодным, скорее мягким и тягучим, но в тоже время в стоящем передо мной мужчине чувствовалась сила и аура власти, ведь передо мной был Юлиан Кендр собственной персоной – первый Ниамант. Что-то мне подсказывало, что лучше отвечать ему, нежели молчать.

— Юна, – ответила я, стараясь прогнать ощущение, словно по мне проходят сканерами. Взгляды Ниамантов были жадными и изучающими. Как у голодных зверей, смотрящих на мясо.

— Юна, – произнёс он, словно пробовал моё имя на вкус. — Ты устроила весьма показательное шоу, всполошив людей в центре Саора. Многие называют тебя Спасительницей. Не скажешь, почему?

— Я ничего не сделала, – повторила упрямо, как и несколько минут назад схватившим меня солдатам. — Отпустите меня.

Кто-то из Ниамантов тихо засмеялся. Наверное, считали меня глупой. Кто в здравом уме откажется от всего, что могут теперь предложить мне, если окажусь одной из них? Юлиан усмехнулся, но его голубые глаза остались такими же внимательными и серьёзными.

— Никто не держит тебя здесь, – он развел руками, демонстрируя это. — Я всего лишь хочу помочь тебе.

— Мне не нужна помощь. Я не такая как вы, – произнесла с плохо скрываемой дрожью в голосе.

Я плохо помнила, что случилось. Всё было расплывчато и непонятно. Мне просто не хотелось верить, что у меня могут быть способности. Прожив девятнадцать лет, разве я бы не знала о них? Мне было проще восхищаться Ниамантами издалека, также, как и делали остальные.

— Ты боишься, верно? – спрашивает Юлиан, медленно спускаясь по ступенькам невысокого помоста, где стоял. Он приблизился ко мне. Мои ноги будто приросли к полу. Я боролась с желанием попятиться от него назад. — Боишься той силы, что в тебе.

Теперь мы были с ним лицом к лицу.

— У меня нет сил, — выдавливаю с трудом. — Это просто случайность.

Да, именно так. Случайность. Я могла случайно оказаться рядом с новым Ниамантом. Он сбежал, а подумали на меня! Всё должно быть только так...

— Не думаю, – качает он головой, наклонившись совсем близко. Глаза в глаза. Мои испуганные и упрямые, его – цепкие и... с какой-то затаившейся надеждой? Нет, это же Юлиан Кендр. Значит, уже размышляет какая польза будет от меня обществу.

— Я. Не. Ниамант, – произношу чётко и по слогам.

— Все мы когда-то так считали, – безразлично сказал Юлиан, выпрямившись, и заложив руки за спину. — Даже я.

— Мне нравится моя жизнь и я не хочу её менять, – ответила искренне.

— Ты эгоистка, раз этого желаешь. Ты подумала о людях, которые так долго ждали кого-то, кто поможет им?

— Я не в силах помочь им.

Это была чистая правда. Я не чувствовала в себе сил. Ничего. Просто пустота.

— Твои способности могут возродить природу на планете, – у Юлиана горели глаза, когда он это говорил. — Снова сделать её плодорной и живой. Ты спасешь людей от голода. Всех нас спасешь. Ресурсы нашего города не безграничны и придёт время, когда они закончатся. И это время скоро наступит.

Возродить планету? Немыслимо! Я не способна на это. Таких сил нет ни у кого. Но если предположить, что Матерь наградила меня этим, то почему я должна стать спасением целой планеты и человечества? Я всего лишь простая девчонка с района Саор. Мы с братом жили бедно, почти не позволяя себе такой роскоши, как хорошая вкусная еда. Никто из людей не сделал мне ничего доброго, так почему я должна? За мыслями не заметила, как Юлиан снова наклонился, опаляя своим тёплым дыханием моё ухо, заставляя непроизвольно дрожать всё моё тело. Он тихо, чтобы слышала только я, прошептал:

— Считаешь, люди не достойны спасения? Я вижу это в твоих глазах, как бы ты не старалась спрятать свои греховные мысли подальше. Но помоги не людям, а планете. Она умирает.

— Если я помогу, люди снова начнут её убивать, – ответила также тихо.

С моим мнением могут быть многие не согласны, но на то оно и моё, потому что я действительно так думала. Тот же вирус, из-за которого началось время Чёрной чумы, тоже мог быть создан людьми, которые всего лишь гнались за новыми научными достижениями. И к чему это привело? Человеческая жадность просто не знает границ.

— Ты готова жить с таким грузом на душе, Юна? Жить, осознавая, что косвенно виновна в гибели всего?

Каждое его слово било в цель.

— У тебя же есть брат, верно? Ты позволишь ему умереть?

Ахиро... Он не должен умереть. Только не он и не Тина. Юлиан прекрасно знал, на что давить.

— Я... не уверена, что смогу, – опустила голову, сдаваясь.

— Покажи мне, – прошелестел его голос сладкой волной. Голос искусителя.

— Как?

— Эванна, – окликнул Юлиан одну из Ниамантов.

Невысокая девушка в блестящем платье и прямыми светлыми волосами подошла к нам, бросив на меня презрительный взгляд зеленых глаз. На Юлиана же она смотрела предано и влюблено, готовая исполнить любой его приказ. Такой безграничной преданности можно позавидовать.

— Да? – спрашивает она тоненьким голосом, надув губы.

— Протяни руку помощи нашей сестре, – произнёс он, не сводя с меня задумчивого взгляда.

"Сестре?", – недоуменно нахмурилась я.

— Конечно, – натянуто улыбается девушка, протянув ко мне руку. Из её ладони полился свет. Как яркое маленькое солнышко. Значит, она Ниамант света.

Я неуверенно посмотрела на её руку. И тогда Эванна, закатив глаза, резко схватила мою ладонь. Я закричала от боли и земля под ногами задрожала! Словно вот-вот расколится, образовав разлом в Большом зале. Юлиан зачарованно, как и все остальные, уставился на меня, будто я была богиней, не иначе. Дрожь по всему телу не была похожа ни на что, что я ранее испытывала. Это чувство ни с чем не сравнимо. Отпустив меня, Эванна отошла, сморщив носик. Даже она была потрясена увиденным. Я же покачнулась, ощущая безумную слабость, но Юлиан поддержал за талию. Его руки в перчатках словно жгли мою спину, подобно раскаленному железу. Я чувствовала себя обессиленно, а дрожь, наконец, начала стихать.

— Думаю, мы все убедились в твоих способностях, – слышу голос Юлиана как сквозь воду.

Ответом ему была тишина, которая тут же взорвалась аплодисментами. Ниаманты приветствовали одну из них. Меня... Ту, что ещё вчера была никем, ту что везли сюда под стражей Полиции. Но они не боялись, в их глазах был восторг и надежда. Надежда, что каким-то образом земля будет восстановлена и очищена от последствий Чумы, причиной которой были люди. В голове было удивительно пусто, в ушах шумело, поэтому, когда я почувствовала, как руки, удерживающие меня, исчезают, а Юлиан кому-то что-то говорит, невольно запаниковала. Вместо него, меня под руку подхватил кто-то другой. Шум в ушах вовремя пропал и я услышала:

— Проводи её.

— Нет, стойте! – выкрикнула я. Юлиан, который собрался уходить, обернулся. — Я буду здесь?

— Да, – кивнул он. — Только тут ты будешь в безопасности. Отныне, Цитадель – это твой новый дом, Юна.

Новый дом... Что, если я не хочу, чтобы Цитадель становилась мне домом? Мой дом там, где мой брат!

"Я вернусь к тебе, Ахиро. Обещаю, что вернусь!".