Аукцион

   Эндрю несколько секунд смотрел на этого кота, и почему-то в глубине души он почувствовал чувство тревоги. Миньярд отличался от других людей не только молчаливостью и жестоким характером, но и умением смотреть на все без розовых очков. Он придерживался фразы, которую ему когда-то давно сказали: " Из всех возможных исходов, готовься к самому худшему". Это выражение часто крутилось у блондина в голове и многократно помогало ему принимать любые исходы событий. Но сейчас он не знал, что чувствует и правдивы ли его эмоции. Может, он сам запутался? Эндрю помотал головой, отгоняя мысли подальше, перестал смотреть на безжизненное тело кота на проезжей части и сел в машину.
  
   Парни сидели в тишине - никто не знал, о чем можно начать разговор и как обращаться друг к другу. Нил просто принял решение лишний раз ничего не говорить, чтобы хоть как-то доказать самому себе, что у него есть чувство самосохранения. Эндрю молчал, потому что ему было комфортно в тишине. Хотя мысленно он понимал, что, возможно, рыжий не такой как он, и ему не нравиться глухая тишина.

    Рыжий хоть и был немного дерзким, но все равно не позволял себе лишнего, потому что понимал, что не имеет права слишком много двигаться или говорить. Он не знал, что может быть после того, как он скажет что-нибудь такое, что не понравится его новому владельцу. Неизвестность всегда нервировала Нила:  пугала до спутанности в голове; до невозможности говорить; до трясущихся рук; до кома в груди, из-за которого становилось тяжело дышать.
   
   Эндрю тоже не начинал разговор - ему было комфортно и в тишине. Она была верной подругой в его жизни. Тишина никогда не спрашивала лишнего, не предавала,  не обманывала. Она была чем-то неотъемлемым в его существовании - будто родилась в один день с Миньярдом и всегда была рядом, готовая поддержать простым молчаливым присутствием, потому что Эндрю никогда не был разговорчивым или жизнерадостным - не в этой жизни. Тишина была его союзницей, подругой и тем, что ему было так необходимо.
  
   Джостен сидел, положив сцепленные в замок руки между коленей, и смотрел куда-то в ноги, наверное, там происходило что-то настолько интересно, от чего нельзя было оторвать взгляд. Спина Нила была сгорблена, будто он принял защитную позу и готовился либо атаковать, либо обороняться. Парень всем видом показывал недоверие и недружелюбный настрой по отношению к Эндрю. Блондин это понимал, поэтому не лез к Нилу, чтобы тот не нервничал и не думал, что Миньярд нарушает его личные границы. 
  
   Изношенная толстовка рыжего грозилась развалиться по швам прямо сейчас, а про обувь лучше не упоминать. Эндрю, наконец-то, смог разглядеть несколько шрамов на лице Джостена, которые явно не появились просто так - кто-то постарался изуродовать лицо юноши. Хотя "уродовать" было неправильно говорить по отношению к Нилу со стороны Эндрю: хоть блондин и не знал этого парня, но внешне он был очень привлекателен, не смотря на шрамы и явные недосып с худобой. Сейчас Миньярд убедился, что волосы Нила были не рыжими, а больше медными; холодные голубые глаза,которые, как показалось Эндрю, смотрели прямо в душу и читали там все о человеке, на которого смотрели; несколько веснушек украшали нос и щеки - это показалось блондину дополняющей деталью ко всему образу парня; розовые, немного пухлые губы были на вид очень мягкими и ухоженными, не смотря на те условия, в которых жил Нил.
  
   Эндрю некоторое время зачарованно рассматривал Нила, но потом пришёл в себя и начал соображать, что ему делать дальше. Блондин будто попадал в какое-то неописуемое состояние, когда смотрел на Джостена: голубые глаза словно заколдовывали мозг и прекращали всю его работу, переключая внимание только на себя. Эндрю вдруг пришёл в голову вопрос: "А знает ли сам Нил, что умеет делать с людьми одним своим внешним видом? " Эндрю тряхнул головой, чтобы мозг когда-нибудь начал думать. В голове была каша, что несвойственно Эндрю, но одна мысль была четкой и яркой: тот рыжий кот на дороге, на которого никто не обращал внимания. Не к добру это...