Испытание верностью

И никакими разговорами на свете нельзя было этого изменить.
Чонгук долго смотрел на Гаиль, понимая, что было уже поздно. Ее лицо побледнело, в  глазах читалась неуверенность.
Он отрывисто кивнул.
– Тогда увидимся позже.
– Да, – хрипло произнесла она, по-прежнему не глядя на него.
А ему хотелось, чтобы она смотрела на него, лаская взглядом. Хотелось прикоснуться к ее обнаженному телу и увидеть ответный огонь желания в ее глазах.
Приподняв ее голову за подбородок, он заглянул ей в глаза и хрипло произнес:

– Нам нужно поговорить, Гаиль.
Ее взгляд стал настороженным, голос взволнованным.
– О чем?
Он невесело улыбнулся.
– Во-первых, об этом.

Под этим он, должно быть, имел в виду их неконтролируемое влечение друг к другу. Ей не хотелось с ним об этом говорить по причине его враждебного отношения к ней.
Отстранившись, она гордо вскинула подбородок.
– О животной похоти, Чонгук?
Его глаза опасно сузились, губы сжались в твердую линию.
– Я должен идти, Гаиль, – хрипло произнес он, – но мы обязательно поговорим, – предостерегающе добавил он, направляясь к выходу.
Когда он исчез за ширмой, отгораживающей ресторан от книжного отдела, Гаиль дала волю слезам.
Она вдруг осознала, что все еще любит его.
Она влюбилась в него пять лет назад и любила его до сих пор. Почему и как это получилось, не имело значения.
Ее чувству не суждено было стать взаимным.
– Значит, ты действительно вышла за него замуж.
Услышав насмешливый голос, Гаиль резко обернулась и снова чуть было не упала со стремянки.
– Здравствуй, У Бин, – язвительно произнесла она, глядя на незваного гостя.
На нем были потертые джинсы, черная футболка и коричневый замшевый пиджак. Высокий темноволосый парень был очень красив, но она всегда оставалась к нему полностью равнодушной.
– Чего ты хочешь? – холодно спросила oна, спустившись вниз.
– Во-первых, поздравить тебя, – насмешливо протянул он. – Во-вторых, спросить, как тебе нравится быть женой моего дорогого кузена.

Ее губы дернулись.
– А с чего ты взял, что я захочу тебе об этом рассказать?

Он беспечно пожал плечами.
– А почему бы и нет?
– И ты еще смеешь спрашивать? – отрезала она. – После того, что ты со мной сделал...
– Пытался с тобой сделать, – поправил он. – Разве я был виноват в том, что ты решила, будто я тебя не интересую?

Ее глаза расширились.
– Ты никогда не интересовал меня как мужчина, – заверила его она.
– Что ж, тогда это не моя вина. – Он снова пожал плечами. – Ты не можешь винить меня за попытку...
– Еще как могу, – неистово возразила она.
– Почему бы нам не забыть прошлые обиды, Гаиль? – настаивал он. – Уверяю тебя, я уже обо всем забыл.

Ее глаза недоверчиво расширились. Он забыл о том, как пришел к ней в спальню три месяца назад, когда она приехала навестить Бома на выходные? Забыл о том, как целовал ее, бросал на кровать, срывал с нее одежду, шептал ей на ухо непристойности?
Слава богу, Бом пришел вовремя и помешал ему ее изнасиловать. Он запретил ему переступать порог «JK house ».
– Убирайся отсюда – приказала она. – Уходи!
– Ты не хочешь узнать, как можно прямо сейчас положить конец вашему браку с Чоном и прибрать к рукам двадцать пять миллионов? – Выдвинув стул, он уселся на него.
Гаиль покачала головой.
– То, что ты хочешь мне сказать, меня не интересует.
– Но ты еще ничего не слышала...
– И не хочу! – категорически заявила она, зная, что от этого мерзавца нельзя было ждать ничего хорошего. – Как ты узнал, что мы с ним поженились?

У Бин пожал плечами.
– Для этого мне понадобилось просто позвонить Шин Хо. Он был безумно рад сообщить мне, что вы собрались выполнить условия моего покойного дядюшки и пожениться. – Он поморщился. – У меня создалось такое впечатление, что этот уважаемый джентльмен терпеть меня не может.
– Нетрудно догадаться почему, – съязвила Гаиль. – Полагаю, это ты приложил руку к тому, чтобы у загса нас окружила толпа репортеров?
– Скажем, это была всего лишь невинная шутка с моей стороны. – У Бин беззаботно пожал плечами. – Зная, как вы с ним  друг к другу относитесь, я подумал, что было бы забавно увидеть вас двоих на фотографии в газете.

Гаиль напряглась.
– И как мы друг к другу относимся?
– Чонгук, очевидно, тебя глубоко презирает, – весело произнес он, – а ты ему не доверяешь.

Насчет отношения Чона к ней он был абсолютно прав, но насчет ее чувств к парню ошибался.
Впрочем, она сама лишь недавно все осознала...
– Это не твое дело– ответила Гаиль – Кажется, я просила тебя уйти.
– А я, кажется, хотел сделать тебе деловое предложение, – нетерпеливо произнес тот.
– Оно меня нисколько не интересует!
– Не говори так, пока не выслушаешь меня.
– Я не собираюсь тебя слушать! – воскликнула она. – Любое предложение, исходящее от тебя, вызывает подозрения.
– Очень смешно! – он нетерпеливо вздохнул. – Послушай, Гаиль, все, что от тебя требуется, это расторгнуть брак с Гуком в течение шести месяцев и таким образом не выполнить условия, указанные в завещании. Тогда я унаследую все состояние и разделю его пополам с тобой.

Он действительно хорошо все продумал.
– После этого мы с тобой можем пожениться, если захочешь, – хрипло произнес он. – Я всегда тебя хотел, Гаиль.
– Я бы предпочла остаться женой Чона, который меня презирает, чем выйти замуж за такого мерзавца, как ты, – отрезала она.
– Не смей меня оскорблять, Гаиль, – пробормотал он, вставая и направляясь к ней.
– Не приближайся ко мне, – предупредила его она.
– Или что?
– Я предупреждаю тебя! – Она с яростью посмотрела на него, не зная, что делать, если он не остановится.
Если она начнет звать на помощь, то все это закончится громким скандалом посреди магазина, чего ни в коем случае нельзя было допускать. С другой стороны, она не может позволить ему подойти к ней. Этот человек, для которого попытка изнасилования была всего лишь шуткой, вызывал у нее отвращение.

– Что ты собираешься делать, Гаиль? – цинично протянул он. – На этот раз здесь нет дядюшки, чтобы защитить тебя. – Его лицо посуровело. – И учитывая то, что по твоей вине он лишил меня наследства, думаю, ты могла бы быть со мной поласковее.

Гаиль знала, что он имел в виду под словом «поласковее». Одна мысль о близости с этим мужчиной вызывала у нее тошноту.
– Боюсь, что не получится, У Бин, – заверила его она. – Теперь ты должен уйти. Если Чонгук обнаружит тебя здесь, у всех нас будут неприятности.
– Но я хочу, чтобы мы с тобой снова стали друзьями, Гаиль, – настойчиво произнес тот .
Они никогда не были друзьями, лишь членами одной семьи. Разговаривали друг с другом во время семейных торжеств, пока он не показал свое истинное лицо.
– Чонгук может прийти в любой момент и застать тебя здесь, – убеждала она его. – Ты должен уйти.
Тот самодовольно улыбнулся.
– Я не боюсь его.
– Правда? – произнес Чонгук ледяным тоном, поднимая ширму.

Войдя в ресторан, он окинул безжалостным взглядом Гаиль и У Бина. Его лицо было непроницаемым, и Гаиль могла только догадываться, какую часть их разговора он подслушал.
Он и сам терялся в догадках. Гаиль просила парня уйти, но делала ли она это из-за того, что ей было противно его присутствие, или просто опасалась, что их могут застать вместе?
То, что она вызывала у него желание, вовсе не означало, что он должен был изменить свое мнение о ней.
У Бин улыбнулся.
– Спокойно, кузен . Мы с Гаиль были друзьями задолго до вашего фиктивного брака. Три месяца назад мы повздорили. Гаиль на меня разозлилась. Довольно сильно, раз вышла за тебя замуж, – язвительно добавил он.
– Это наглая ложь! – возмутилась Гаиль. – Чонгук, ты ведь не веришь тому, что он говорит? – Она нетерпеливо вздохнула.
Чон не знал, чему верить. Желание, которое он испытывал к Гаиль, лишило его способности трезво оценивать происходящее. Его приводило в ярость то, что тот стоял рядом с Гаиль и утверждал, будто в прошлом они были любовниками.
Он бросил на кузена ледяной взгляд.
– Думаю, будет лучше, если ты последуешь совету  Гаиль и уйдешь. И если ты захочешь снова увидеться с моей женой, тебе придется подождать полгода, – отрезал он. – К тому времени она станет богаче на двадцать пять миллионов.
– Чонгук, неужели ты и вправду думаешь, что мы с У Бином были любовниками? – спросила Гаиль.
Его холодный взгляд был красноречивее всяких слов. Похоже, ему доставляло удовольствие думать о ней самое худшее.
Какую часть их разговора с У Бином  успел он подслушать?
Достаточно было услышать, как она умоляла того уйти, чтобы поверить словам этого негодяя.
Но она просила его уйти не потому, что волновалась за него. Он сам мог о себе позаботиться. Она боялась нарушить хрупкое перемирие, которого они с Чоном достигли сегодня.
И, судя по обвиняющему взгляду Чонаа, оно было нарушено.
Гаиль отчаянно тряхнула головой.
– Чонгук, я бы никогда...
– Не трать попусту слова, Гаиль, – с притворным сочувствием протянул У Бин. – Разве ты не видишь, что он не верит ни единому твоему слову?

Парень  был прав. Чонгук действительно ей не верил. Его красивое лицо было непроницаемым, когда она встретилась с ним взглядом.

Как ей переубедить его?
Это было невозможно, потому что Чонгук не хотел ей верить.
– Думаю, тебе лучше уйти, У Бин, – холодно сказал Чонгук молодому человеку.
Беспечно пожав плечами, тот с вызовом посмотрел на обоих.
– Позвони мне, Гаиль, когда тебе надоест наказывать меня за нашу нелепую ссору. Подумай только, что мы с тобой могли бы сделать с состоянием в пятьдесят миллионов евро, если бы поженились! – заманчиво добавил он. – Да, Чонгук. Я предложил Гаиль выйти за меня замуж.
– Ей будет трудновато это сделать, потому что она уже замужем за мной, – процедил сквозь зубы Чонгук.
– Брак легко расторгнуть, – самоуверенно произнес У Бин. – Когда вы разведетесь, Гаиль станет моей женой. – Он улыбнулся. – Видишь, Чон, Гаиль в обоих случаях останется в выигрыше, не так ли? – язвительно добавил он.
– Убирайся отсюда! – прорычал Чонгук, с трудом удерживаясь от того, чтобы не задушить своего кузена.
И Гаиль.

У Бин насмешливо посмотрел на него.
– Я подумал, что задержусь еще ненадолго, чтобы посмотреть, как ты будешь колотить свою жену.
Губы Чонгука сжались в твердую линию, на щеке задергался мускул.

– Возможно, ты привык все решать с помощью кулаков, У Бин, – с отвращением произнес он, – но лично я не сторонник физического насилия.
– Жаль. – тот беззаботно улыбнулся. – Гаиль, позвони мне, когда поймешь, что больше не можешь терпеть этого самодовольного ублюдка. Обещаю, что буду ждать. – С этими словами он вальяжной походкой направился к выходу.

Глядя кузену вслед, Чон сжал руки в кулаки. Несмотря на свое заявление, он был готов размазать этого негодяя по стенке.
– Чонгук...
– Я не намерен больше это с тобой обсуждать, Гаиль, – отрезал он, повернувшись к ней спиной. Ее красота влекла его, но он решил для себя, что больше никогда не поддастся искушению. – Я пришел сюда лишь для того, чтобы сказать тебе, что мне нужно срочно уехать на несколько дней в Нью-Йорк по делам. – Он с отвращением тряхнул головой. – Наверное, нам будет лучше некоторое время не видеться.

Возможно, печально подумала Гаиль, но она будет по нему скучать. Ей не хотелось себе в этом признаваться, как и в том, что он совсем ей не верил.
Теперь, когда она поняла, что все еще любит его, переубедить его было больше, нежели вопросом гордости.
– Ты надолго уезжаешь? – спросила она.
Чонгук холодно посмотрел на нее.
– Женское любопытство, Гаиль? Или ты просто хочешь знать, сколько времени будет в распоряжении У Бина , чтобы... чтобы убедить тебя принять его предложение?

– Это невозможно. – Она вздохнула. – Даже если бы он был последним мужчиной на земле, я бы не стала выходить за него замуж, – добавила она, содрогнувшись от отвращения.
Чонгук прищурился. Похоже, она не лгала.
– Что произошло три месяца назад, Гаиль? – спросил он.
Резко побледнев, она взволнованно посмотрела на него.
– Произошло...