Глава 8.
Прошло два дня после того как Тор перенес Джейн в Мидгард. Все это время громовержец не выходил никуда из своих покоев, кроме как на тренировочное поле. Еду ему приносили прямо в комнату, но бог к ней почти не притрагивался, а вот вино он пил с большим удовольствием. Но долго пить ему не позволила его мать. Вечером второго дня пребывания Одинсона в «домашнем заточении», царица зашла проведать сына.
- Тор, я могу с тобой поговорить?
- Мам, извини, но у меня сейчас нет настроения, – устало проговорил Тор.
- И все же мы поговорим, – серьезным тоном сказала царица, присаживаясь на кресло. – Сынок, что тебя беспокоит?
- Я и сам не знаю. Я так запутался в своих чувствах.
- Тор, я понимаю, что тебе нелегко смириться с тем, что Джейн предпочла вернуться домой, однако жизнь на этом не кончается. Ты сейчас нужен Локи. Твоему брату необходима забота.
- Мама, в заботе нуждается мой ребенок. И все, что я делаю, - это ради него, а не ради Локи.
- А разве это не одно и то же? – возмущенно поинтересовалась царица. – Запомни Тор, любое живое создание, которое носит под сердцем ребенка, и сам ребёнок - это одно целое. Локи считает, что ты не рад тому, что у вас будет сын.
- Нет, мама, что ты. – Тор поднялся с кресла и начал расхаживать по комнате. – Я очень рад этому, правда.
- Ну, раз рад, то иди и скажи об этом Локи. – Богиня подошла к сыну и погладила того по щеке. – Он очень переживает, Тор, а этого нельзя допускать.
- Хорошо. Ты права, я должен с ним поговорить.
- Да, но только завтра утром. Сегодня тебе надо проспаться, да и вином от тебя разит, – усмехнулась Фригг.
Утром после завтрака громовержец сразу же отправился к брату. Зайдя в его комнату, Тор увидел Локи перед зеркалом, тот медленно расчесывал свои черные как смоль локоны.
- Здравствуй, Локи, – тихо сказал наследник. – Я могу зайти к тебе?
- Ты уже зашел. – От холодного тона брата Одинсона слегка передернуло.
- Я пришел пожелать тебе доброго утра.
- Ясно. И тебе того же. – Безучастно ответил Лафейсон.
- Как ты себя чувствуешь? – Тор подошел ближе. – Голова не болит?
- Нет, все в порядке.
- А питаешься как, нормально?
- Да, хорошо. – Наконец Локи развернулся лицом к брату. – Ты не беспокойся, производитель следит за своим детенышем, – сыронизировал маг.
- Локи, не надо так. Я ведь о тебе беспокоюсь, – заверил Тор.
- Тогда где ты был последние два дня? Почему не заходил ко мне? Я даже не знаю, рад ли ты тому, что у нас будет сын, – раздраженно спросил маг.
- Рад, Локи, конечно же, я рад.
- Что-то не видно. – Лафейсон прошел мимо Тора и направился в гардеробную. Громовержец тут же последовал за ним.
- Локи, я понимаю, тебе трудно, но и мне сейчас нелегко, – Одинсон умоляюще посмотрел на мага. – От меня ушла Джейн, и я переживаю.
- Неужели эта мидгардка тебе дороже собственного ребенка?
- Брат, я прошу тебя! – начал заводиться Тор. – Я тебя умоляю, не надо ставить меня перед выбором. – Наследник тяжело вздохнул.
- Хорошо, не буду.
- Тогда, может, прогуляемся по саду? – предложил Бог Грома. - Тебе надо больше бывать на свежем воздухе, да и мне не мешало бы отвлечься от тяжелых мыслей. – Тор подошел к Локи и взял его за руку.
- Хорошо, – согласился маг.
Громовержец улыбнулся и уже было направился к выходу, как услышал голос Локи.
- Кстати, с нами еще Сигюн пойдет.
- Что? – переспросил Тор, надеясь, что ослышался. – Опять она.
- Да, – спокойно ответил маг. – А что здесь такого?
- Что здесь такого? – переспросил Одинсон. – Да она мне уже надоела! Вечно трется около тебя. Что ей надо?
- Она не трется! Она меня поддерживает, и она моя подруга, – твердо заявил Лафейсон.
Тор замолчал и виновато опустил голову.
- Чего ты к ней все время цепляешься? – недоумевающее спросил маг.
- Я не цепляюсь, – пробурчал громовержец.
- Подожди, – ухмыльнулся маг.- Кажется, до меня начинает доходить. Неужели ты меня ревнуешь?
Наследник взглянул на брата, но так и не сказал ни слова. Он просто не знал, что ответить. А Локи тут же расплылся в улыбке, его очень забавляла такая ситуация.
- Да ну, не может быть! – продолжал веселиться маг. – С чего ты так?
- Локи, перестань! – не выдержал его насмешек Тор.
- Ладно, - сказал тот, продолжая улыбаться. – Ну что, пойдем? Сигюн наверняка уже в саду.
- Пойдем, – буркнул громовержец и поплелся вслед за братом.
Сигюн действительно уже ждала в саду, когда братья туда явились. Поприветствовав друг друга, троица направилась в глубь сада. Локи и Сигюн оживленно беседовали, в то время как громовержец плелся позади них с угрюмой миной. Дойдя до ближайшей лавки, маг и девушка решили присесть. Тор же просто встал рядом, продолжая изображать из себя статую.
- Тор, – позвала Сигюн наследника.
- Чего? – буркнул принц.
- Может, ты нарвешь нам слив? – попросила богиня.
- Я…
- Ну да. Я ведь девушка и не могу лазить по деревьям, а Локи сейчас не в том положении.
- Ну, хорошо. – Тор направился в сторону огромного сливового дерева.
- Чего это с ним опять? – Спросила Локи девушка.
- Тор переживает из-за своей мидгардки, – ответил принц. – Ну, а еще он ревнует меня к тебе, – как бы невзначай произнес маг.
- Да ну! – воскликнула от удивления Сигюн.
- Ну да, – заулыбался Лафейсон.
- Локииии…он тебя любит.
- Да ну, – усмехнулся принц.
- Ну да.
- Да не любит он меня.
- Ой, да прекрати, – покачала головой богиня. – У тебя же появился шанс быть с ним, неужели не воспользуешься?
- Я не хочу, – серьезно заявил Лафейсон.
- Ну мне-то ты не рассказывай. Ты так говоришь потому, что не можешь простить Тору его проступки.
- И не прощу, – заявил маг.
- Какой же ты упрямый, Локи, – вздохнула Сигюн.
В это время к ним подошел Тор, неся в плаще ароматные сливы. Боги прогулялись ещё немного, а потом громовержец решил пойти на тренировочную площадку, Сигюн нужно было выполнить некоторые поручения Фригг, но перед этим она попросила стражей, чтобы те нашли Вольштага и прислали его в библиотеку, куда собирался пойти Локи.
На тренировке Тор встал в пару с Фандралом, в этот раз они решили потренироваться с боевыми шестами.
- Я смотрю, ты немного успокоился после ухода Джейн, – заметил Фандрал, уклоняясь от удара.
- Если честно, то да, – ответил громовержец. – Я сегодня даже в сад ходил прогуляться вместе с Локи и Сигюн.
- Сигюн? – переспросил воин. – Как думаешь, она еще сохнет по твоему брату?
- Думаю, что да, – сказал Тор, ставя блок от удара. – А чего это ты вдруг интересуешься?
- Да так, просто, – замялся Фандрал.
Увидев его подозрительное лицо, Одинсон вдруг остановил поединок и спросил:
- Так, а ну стой, подожди. – Тор ухмыльнулся. – Тебе что, Сигюн приглянулась?
- Нууу…
- А ну-ка признавайся! – не унимался принц.
- Ну да, она мне нравится, – признался воин.
- Интересно, и давно ты мечтаешь ее закадрить?
- Нет, нет, нет, Тор. Тут дело не совсем в «закадрить», – стал объясняться Фандрал. – Эта девушка уже давно мне очень нравится. Это совсем не то, что у меня было с другими, понимаешь?
- Ничего себе! – начал посмеиваться Тор. – Наш дамский угодник решил влюбиться.
- Ну а если и так, что такого-то?
- Да ничего. Просто непривычно.
- Ну, так значит Сигюн все еще без ума от Локи?
- Да, – твердо ответил Тор. – Это видно невооруженным глазом. Она постоянно крутится возле него.
- И у меня нет никаких шансов? – спросил друг.
- Не знаю. Но если тебе удастся завоевать ее сердце, я буду тебе очень благодарен.
Вечером Одинсон решил проведать брата. Когда Тор зашел в покои Локи, то увидел мага стоящего в дверях купальни и держащего в руках стакан с водой, при этом лицо Лафейсона было слегка искривлено.
- Локи, что с тобой? – громовержец испугался.
- У меня изжога, – простонал маг, подойдя к кровати.
- Может, Гаюса позвать?
- Не надо, – заверил принц. – Он уже был у меня сегодня и сказал, что такое может быть. Просто не надо нервничать.
Тор готов был ударить себя головой об стенку. Ведь он понимал, что причиной переживания брата стало его, Тора, поведение во время того осмотра, когда стал известен пол ребенка.
- Может, мне остаться? – предложил громовержец.
- Не надо.
- Но вдруг тебе станет плохо? Я могу поспать на софе.
- Нет, не стоит, – вздохнул маг. – Я хочу спать.
- Можно, я пожелаю тебе приятных снов и поцелую?
- Пожелать можешь, а поцеловать нет, – ответил Лафейсон.
- Почему? Сигюн ведь тебя целует.
- О боги, ты опять! – раздраженно заскулил Локи.
- Прости. – Тор подошел и попытался погладить брата по скуле, но тот дернулся в сторону. – Ладно, я пойду. Спокойной ночи.
- И тебе,- тихо сказал обманщик.
Одинсон вышел из комнаты и прямиком направился к себе. Однако долго сидеть в покоях громовержец не смог. Где-то минут через двадцать он опять отправился к брату. Подойдя к двери, Тор как можно тише приоткрыл её и заглянул внутрь. В помещении уже был потушен свет. Освещение создавал только лунный свет и небольшая свеча, что стояла на тумбе возле кровати. Локи лежал в постели на боку и спал. Одинсон на цыпочках подошел к ложу и аккуратно сел возле мага. В лунном свете кожа Лафейсона была еще бледнее, словно фарфоровая, черные волосы рассыпались по подушке, несколько прядей лежали на плече. Тор так долго не любовался братом! Раньше это было его любимое занятие. Казалось, все это было так давно, как будто в прошлой жизни. Одинсон просидел несколько минут, просто рассматривая мага, а потом осторожно взялся за одеяло, что сползло с хрупких плеч Локи, и укрыл брата по шею. Посидев еще какое-то время и все же не удержавшись, Тор наклонился к лицу Лафейсона и нежно поцеловал его в висок. А потом поднялся и так же тихо вышел из комнаты. Едва дверь за громовержцем закрылась, Локи медленно открыл глаза и мягко улыбнулся.
С того вечера прошел почти месяц. За это время Тор старался как можно чаще проводить время с братом. Постепенно прошли переживания из-за ухода Джейн. Громовержец с каждым днем чувствовал, как его все больше тянет к Локи. Однако когда рядом с магом появлялась Сигюн, Одинсона сжигала ревность. На этой почве братья часто ссорились. Тор не знал, куда себя деть. Он часто разговаривал с Фандралом, чтобы тот шевелился в отношении Сигюн, но друг все никак не мог решиться открыть богине свои чувства. В один прекрасный день, а точнее сказать, вечер, громовержец в очередной раз пришел проведать брата.
- Привет, Локи, – поздоровался наследник.
- Привет. Ты что-то хотел?
- Я подумал, может, завтра сходим на озеро? – предложил Тор.
- Не знаю. Мне лучше сейчас не ездить верхом.
- Ничего, можно будет запрячь колесницу.
- Посмотрим, как я буду себя чувствовать. – Локи прошел мимо брата, намереваясь взять книгу с полки, но вдруг резко остановился, положив руки на живот.
- Локи, – обеспокоенно позвал его Тор. – Локи, с тобой все в порядке?
- Неужели, – прошептал маг и с улыбкой повернулся к брату.
- Что такое?
- Ребенок шевелится, – тихо ответил Лафейсон.
- Что? – переспросил наследник. – Можно мне потрогать?
- Конечно, – кивнул маг, а громовержец тут же положил руку ему на живот.
- Где? Здесь? – уточнил Тор. – И правда, шевелится.
Оба бога сейчас стояли посреди покоев и широко улыбались, глядя друг другу в глаза.
Вечером Один пребывал в покоях и вел серьезный разговор со своей женой. Он поделился с ней своим решением в отношении Локи и Тора.
- Один, ты уверен, что это верное решение? Может, не стоит вмешиваться?
- Нет, Фригг. Я принял решение и не отступлюсь.
Тут дверь в их покои отворилась, и в комнату забежал улыбающийся Тор.
- Мама, отец. У Локи ребенок зашевелился! – Радость громовержца сейчас валила через край.
Услышав такое радостное известие, царица прямиком направилась к младшему сыну.
- Ты не пойдешь, отец? – спросил Одина громовержец.
- Обязательно, сын, но сначала нам нужно поговорить, – сообщил царь. – Иди сюда, присядь.
- Что-то случилось?
- Ничего страшного. Просто мне нужно тебе кое-что сообщить. Это касается вас с Локи.
- Тогда я тебя слушаю. – Тор присел рядом отцом.
- Я начал подумывать об этом сразу после того как Джейн Фостер предпочла покинуть наш мир. Локи ждет ребенка, и этот ребенок твой сын и мой внук. Почему бы малышу не родиться в браке? – Всеотец выразительно посмотрел на сына.
- Ты хочешь сказать, что нам с Локи стоит пожениться, – констатировал факт Тор.
- А почему нет? Во дворце много злых языков, которые ненавидят Локи, и поэтому мне бы не хотелось, чтобы моего внука называли ублюдком.
- Да, наверное, ты прав, – сказал наследник, ликуя в душе. – Я завтра скажу об этом брату.
- Раз ты со мной согласен, свадебная церемония состоится через две недели.
Воистину говорят, утро добрым не бывает. Сейчас Тор в этом убедился окончательно, так как напротив него стоял разъяренный Локи и шипел словно змея.
- Не бывать этому!
- Локи, успокойся, я прошу тебя, – пытался угомонить мага Одинсон.
- Я ни за что на это не соглашусь! – не унимался Бог Обмана. – Никто не смеет решать за меня!
- Локи, не надо так нервничать, сделаешь хуже ребенку. – Тор сделал несколько шагов к брату.
- А ну стой там, где стоишь!
- Перестань, не все так страшно, – Громовержец выставил перед собой ладони. – Локи, все хорошо. Прошу успокойся.
- Я не хочу этого, – уже тихо сказал маг и сел на постель. Тор подошел и опустился с ним рядом.
- Но почему, Локи? Разве не этого ты хотел?
- Я бы хотел, чтобы ты был рядом со мной потому, что любишь, а не только потому, что я беременный.
- Я люблю тебя.
- Ты сам-то хоть в это веришь? – усмехнулся маг. – Пожалуйста, уйди, я хочу побыть один.
- Хорошо.
Тор вышел из покоев, а Локи улегся на кровать и стал поглаживать живот. Глядя в окно, маг начал размышлять: «И чего мне надо, скажите на милость хоть кто-нибудь? У меня будет ребенок от любимого человека, этот же любимый человек будет рядом, что еще нужно?». Локи понимал, в чем проблема: дело совсем не в том, что Тор не любит его, а в том, что Всеотец все решил за них. Маг просто из принципа не хотел уступать. Из раздумий его вырвал стук в дверь.
- Открыто, – сказал принц.
Дверь открылась, и в комнату зашел Один.
- Здравствуй, сын. Я пришел поговорить.
- Я даже догадываюсь, о чем, – съязвил маг, поднимаясь с кровати.
- Локи, давай без сарказма, – попросил царь. – Я в первую очередь забочусь о тебе и ребенке.
- Куда бы мне деться от такой заботы?
- Локи, малышу нужна полноценная семья. Неужели ты не понимаешь? – Один посмотрел на приемыша.
- Я знаю одно, ты не должен был решать за меня. Почему никто, никогда не считается с моим мнением? – начал заводиться Лафейсон. – Почему вы просто не можете оставить меня в покое?
- Сын, сейчас ты рассержен, но пройдет время, и ты поймешь, что все было сделано во благо.
- Во благо чего, Асгарда?
- Все, хватит! – твердо заявил Всеотец. – Свадьба состоится через две недели, это решено.
- Как же мне все надоело…- продолжить Локи не успел, почувствовав, как в низу живота резко закололо.
- Сынок! – Один тут же придержал мага за плечи, чтобы он не упал. – Что такое?
- Колики, – простонал принц. – Гаюс сказал, что мне не надо нервничать, но у меня это не получается.
Царь усадил сына на постель и метнулся к столу за водой.
- Локи, ну нельзя так зацикливаться на своих принципах, – говорил Один, передовая стакан магу в руки. – Я же вижу, что ты хочешь быть рядом с Тором.
- Хорошо, я сделаю все, как ты мне велишь, Всеотец, – сказал Локи, отпивая воду из стакана.
- Знаешь, – Один присел рядом с сыном и приобнял его за плечи, – я все же надеюсь на то, что когда-нибудь придет день, и ты снова начнешь называть меня отцом.