Глава двадцатая. Чему смеетесь?
Проснулась.
***
Тишина. Только противное тиканье часов, словно лезвие, рубило темноту на кусочки.
Крик Ани все еще эхом прокатывался по комнате. Стены будто отражали звук, и он циклично повторялся в голове девушки.
Неподдельный страх, сковавший грудь Ани, медленно рассеивался, превращаясь в некоторое спокойствие.
Три часа утра. Все спят. Никто не поднялся, чтобы узнать, все ли хорошо. Никто не прибежал. Табун мурашек пробежал по спине девушки, пока до нее доходило осознание незащищенности и уязвимости без Вани.
Секундная заминка, решительное движение руки, и телефон уже у Ани в руках. Звонок.
– Ань, что-то случилось? – раздалось из динамика спустя пару секунд. Быстро.
Сонный голос Вани смутил девушку.
– Я... даже не до конца понимаю, зачем звоню. Прости. Ты лучше иди спать, наверное...
– Ань, стой! Что такое? Ты в порядке?
Ваня мигом проснулся, испугавшись за девушку. Ни тени сна уже не было в его голосе.
– Мне приснился кошмар. И все. Как я иду, совершенно одна, по коридорам больницы. Я даже не ощущала, что нахожусь во сне. Все было так реалистично, так по-настоящему и... – звук оборвался. Тихие слезы скатились по щекам и звонко разбились о пол.
– Анют, не плачь, пожалуйста. У меня сердце болит за тебя каждый раз, когда тебе плохо.
– Прости, я...
– Не извиняйся, я просто хотел сказать, что... Анечка, не переживай. Ты находишься в больнице, вокруг тебя много людей, и если с тобой что-то случится, то врачи будут рядом. Анют... Слышишь?
Аня кивнула и чуть слышно сказала: «Да». Ваня выдохнул.
– Ань, повторяй за мной. Куда ночь, туда и сон, – к такому она точно не могла быть готова.
– Что? Бред полный.
– Да повторяй, чего тебе? И легче станет. Давай вместе со мной: куда ночь, туда и сон...
– Куда ночь, туда и сон.
– И повтори так три раза.
Аня повиновалась. На душе действительно стало легче, словно все сомнения и переживания ушли, оставив на своем месте тихую радость и кроткое счастье.
– Спасибо... Ты меня все время спасаешь.
– А ты вдохновляешь проживать каждый новый день. Потому что я с тобой. Я рядом.
И в эту ночь Аня окончательно поняла, что у нее есть опора, поддержка, на которую можно понадеяться в трудную минуту. Пусть будет ночь, пусть день. Но он все равно ответит. И не из-за того, что Аня красивая, успешная или еще что-то. А просто потому что это она.
***
Следующий день был слишком суматошным. Вернуться домой – все, что было нужно Ане. Когда она, наконец, перешагнула порог родной квартиры, на душе стало спокойно. Она дома.
Наведя порядок в комнате и закончив с уроками, Аня вспомнила, что хотела написать Ване. Секунда – и первое сообщение уже отправлено.
– Привет... Совсем забылась в суете, как ты?
Ответ пришел практически сразу. Аня улыбнулась. «Он ждал,» – пронеслось в голове. И так действительно было: Ваня не находил себе места, надеясь, что с девушкой все хорошо, и что она просто не заходила в сеть. К счастью, так и было.
– Анютка, я нормально. У тебя у самой как дела?
– Живу потихоньку. Завтра в школу...
– Сегодня без тебя было скучно и пусто.
– И скучно, и грустно, и некому руку подать*?
– Именно, – и рассмеялись.
Однако, Аня не знала и не могла знать, что на самом деле происходило в этот день. Пока девушка в суете дня пыталась успеть все сделать вовремя, Ваня далеко не дурью маялся. Он спасал ее. Как мог.
***
Конечно же, всем вам интересно, что же произошло в тот день. А дело было вот в чем...
Проснувшись утром, Ваня понял – пора что-то менять. И если не в этом мире, то хотя бы в школе. И дело нужно брать в свои руки.
По дороге в школу парень перебрал тысячи вариантов, как его встретят «любимые» одноклассники.
К сожалению или к счастью, он не угадал их первой фразы. Чуть только Ваня появился у класса, на него сразу все обратили внимание.
– Какие люди! И где мы были? Анька в реанимацию отправила? Наверное, актерская игра у нее была отвратительная, – все противно засмеялись, как стая гиен, нашедшая свою жертву.
– Ребят, ну мы ведь все равны. Перед законом, перед учителем, даже перед друг другом. К чему эти конфликты?
– Ты еще не понял? – самый крупный из группы подошел к Ване почти вплотную. – Я тут главный. И тут не все равны. Захочу – поколочу. Захочу – нос до крови разобью. Сила решает все, хлюпик, – и с этими словами развернулся и ушел.
Нужен план Б.
Неожиданно и вполне приятно судьба сама подкинула идею. И не просто подкинула – она ее осуществила.
Ваня с детства время от времени выступал в местном театре: участвовал в постановках, пьесах, учил слова и, словом, познавал актерское мастерство. В течение последнего года у Вани была только одна роль в одной комедии – «Ревизор». И он был городничим.
Когда Ваня ее получил, он чуть не плакал от счастья. Для парня не составляло трудности выучить текст или правильно отыграть. Ему было важно, что главный посыл исходит от его героя. И это радовало.
Возвращаясь к настоящему, скажу, что внезапно на телефон Вани пришло уведомление: «Играем сегодня. Ваня, быть на площадке. В 14.00».
Разговор с одноклассником словно испарился. Исчез из памяти.
– Ура, – только и мог сказать Ваня.
Полдень наступил довольно быстро. Отпросившись с последних уроков, Ваня что было сил рванул в театр. Снова родные кулисы, костюмы, сценарии. Мечта.
– Я готов. Давайте прогоним конец, – и работа закипела.
Настало время спектакля. Третий звонок. «Ну, с Богом,» – и пошел.
Свет прожекторов на мгновение ослепил Ваню, но только на одно. Он был стреляный воробей и знал, что отыгрывать нужно до конца.
Шло второе действие. Третье. Четвертое. Моральная подготовка к пятому.
Последнее действие являлось роковым. В душе закрадывался страх – а вдруг мы не передадим главную мысль комедии зрителям?
Момент икс. Монолог.
Ваня знал эти слова наизусть. Сотни раз повторял их перед зеркалом, стараясь сохранить нужное выражение лица. Глаза забегали по залу. И остановились.
Там сидели они. Его одноклассники. Все. Смеялись над действиями, словами, ситуацией. Все шло так, как должно было идти.
– ...Чина, звания не пощадит, и будут все скалить зубы и бить в ладоши.*
Рассеяв взгляд, он все равно возвращался к своим одноклассникам, которые продолжали тихо посмеиваться. Ему нужно было сказать это им. В лицо.
– Чему смеетесь? – Над собою смеетесь!.. Эх, вы!..*
Выражение лица одноклассников изменилось. Словно они поняли, чем занимались все это время. «Им следовало прочитать "Шинель", мозгов бы прибавилось намного раньше,» – мелькнуло в мыслях у Вани.
Явление последнее. Немая сцена. Тишина.
Спустя чуть больше, чем 50 секунд, посыпались аплодисменты. Все повскакивали с мест, поражаясь игре актеров и замыслу комедии.
Кто-то выкрикивал хвалебные слова, но их не было слышно в общем шуме. Ваня, выходя со всеми на поклон, бросил мелкий взгляд на одноклассников. Дикий ужас на их лицах изобразился вполне ясно. Ваня лишь искренне улыбнулся.
– Может теперь все встанет на свои места. Ура, – подумал он. И это действительно было счастье.
*Строка взята из стихотворения М. Ю. Лермонтова «И скучно, и грустно, и некому руку подать...»
Последующие строки взяты из комедии Н. В. Гоголя «Ревизор», пятое действие, явление VIII.