Глава 2.
Мне не нравилось, что этот хрыщ по имени Грег зашёл в квартиру с таким видом, словно он король грёбанного мира и хозяин всего на свете. Я пытался прикрыть Кети, так как на ней всё еще было только полотенце. Грег заметил это и усмехнулся.
— Да чего я там не видели. — Засмеялся он, а я двинулся вперед, чтобы врезать ему. Но нежные руки Кети с аккуратным маникюром схватили меня за руку, останавливая.
— Оливер, не нужно. Прошу тебя. — Тихо попросила она и я поддался. С ней я не хотел становиться уродом. Мне хотелось быть лучше для неё.
— Кети, ты всегда любила экспериментировать в жизни. Но с чего это тебя на всякий мусор потянуло? Так скучно стало?
— Грег, хватит! — Зло сказала Кети. — Катись под крыло к своему папочки. Как ты вообще меня нашёл?
— После того, как твой папа сказал, что ты стала часто оставаться у подруг, я удивился. Твои подруги... курицы, которых ты ненавидишь. Ты не выдерживаешь много времени с ними, поэтому ты бы не стала оставаться у них. Тогда я решил проследить за тобой и узнать, где ты пропадаешь столько времени.
— Ты следил за мной?! — Шокировано спросила Кети. Я почувствовал, как её аккуратные ноготки впились в мою руку, и понял, как она взбешена и зла. Я бы тоже разозлился, если бы кто-то посмел следить за мной, а потом еще предъявлять что-то, он бы уже давно лежал на полу с разбитым лицом и умолял не трогать его. Ну, если бы это была девушка, я бы не стал её бить.
— Я волновался за тебя, Кети! — Крикнул этот хрыщ в костюме. А потом взял себя в руки и пригладил волосы. Словно его небольшая вспышка могла испортить его пидорскую причёску.
— Я не маленькая девочка. Мне уже двадцать два. И я сама могу за себя решать.
— Посмотрим, что скажет твой отец.
— Хватит прикрываться им! Ты взрослый мужик, а ничего не можешь решить сам, не прикрываясь своим папочкой и моим.
— А сама-то?! Устроила небольшой бунт, трахаешься с каким-то уголовником. Но чуть у тебя возникнут проблемы, закончатся денюжки, ты же сама к папе побежишь, поджав хвостик.
— Перестань!
— Кети... — этот урод попытался сделать шаг к Кети, но я оттолкнул его. Он не ожидал от меня такой силы, поэтому немного пошатнулся, а потом начал поправлять пиджак и волосы.
— Кто ты, блять, вообще такой, чтобы заявляться сюда и что-то предъявлять ей? — Прорычал я, наступая на него. Он был моего роста, но в массе уступал, поэтому чувствовал от меня угрозу и начал пятиться. Должен отдать ему должное, его лицо почти не дрогнуло и почти не выдавало того, что он готов описаться от страза.
— Я кто? — Сказал он. И пусть Грег пытался, чтобы его голос звучал ровно и спокойно, я услышал, как он дрогнул от испуга. — Я её парень, идиот!
— Не лги мне, мрязь! — Прорычал я и схватил его за пиджак, притянув к себе. Тут спокойствие полностью дало трещины, и на лице проступил страх.
— А зачем мне лгать? Кети, скажи своему любовнику. — Он бросил взгляд в её сторону, а я ждал, что сейчас она закричит, что это ложь, что он говорит неправду, что она моя девушка и только моя.
Но Кети молчала.
Тогда я отпустил этого хрыща и повернулся к ней. Кети стояла, опустив голову в пол и теребила край полотенца.
— Кети? — Позвал я её, надеясь, что она хоть что-то скажет. Но Кети лишь поджала губы и промолчала. — Скажи что-нибудь! — Умолял я, а Кети решила попробовать что-то сказать, но Грег перебил её.
— Стыд и вина проявляются, да Кети?
Я не стал говорить этому ублюдку заткнуться. Просто развернулся и со всей силы врезал ему по лицу. Рука сразу заболела, а из носа этого козла полилась кровь, заливая его лицо и идеально белую рубашку. Я схватил его за воротник и поволок за дверь, а потом просто выкинул на площадку и захлопнул дверь.
— Зачем было его бить? — Возмутилась Кети.
— Тебя только это волнует? Тебя волнует, что я ударил его? А то, что он сказал, а ты не отрицала? Вот это тебя вообще не волнует?!
— Я могу всё объяснить, — запинаясь сказала Кети. — Всё так сложно!
— Нет, Кети. В твоём мире, мире, где не нужно бороться за выживание, постоянно оглядываться, бояться, что сегодня тебя пристрелят, всё просто. В твоём мире всё не сложно, Кети.
— Ты ошибаешься! — Закричала она. И это был первый раз, когда она кричала на меня. Один раз я видел её в гневе, когда она кричала на своего стилиста за то, что тот так и не подобрал ей платье на благотворительный вечер. Но одно дело, когда она кричит на кого-то, кто работает на неё, а другое, когда её гнев направлен на тебя. — В этом мире, где правят деньги и власть всё не так просто и легко, как ты думаешь. Ты привык, что если я езжу на дорогой тачки и могу себе всё позволить, а мне даже не нужно работать, у меня всё круто и весело. Но это не так.
— Что-то ты ни разу не показывала, что это не так.
— Отец слишком много всегда от меня требует. Бизнес, бизнес — это его главное детище. Он ничего не знает, кроме этого. И часто я становлюсь его разменной монетой. «Кети, подружись с той девушкой, мне нужно получить скидку от его отца», — начала она передразнивать отца. — «Кети, ты должна понравиться вон той женщине, её муж должен стать моим новым спонсором», «Кети, пофлиртуй немного вон с тем стариком, он должен стать моим новым партнёром». Он делает меня разменной монетой в любой ситуации. И никогда не спрашивает моего мнения.
Она остановилась, чтобы перевести дыхание, а потом просто пошла обратно в кухню. Я же пошёл следом, потому что мы не закончили. Я должен был знать, какого чёрта происходит и что есть между Кети и этим упырём. Она подошла к столу и взяла бокал с вином, а потом быстро осушила его.
— Грег сын его лучшего друга и главного делового партнёра, — продолжила Кети, налив себе еще бокал, но в бутылки было только на половину бокала. — Он уже давно решил, что я и Грег должны быть парой и пожениться когда-нибудь. Потому что по-другому просто не выгодно. Ни отцу, ни его другу. В противном случае, каждый из них может потерять акции компании, которые я и Грег наследуем. Мы с ним встречаемся уже года три...
— И трахались, естественно. — Бросил я, вспоминая слова Грега о том, что она уже видел голую Кети. Она не ответила, но по её взгляду я всё понял.
— Мы... у нас сложные отношения, — тихо сказала она. — Когда нужно пойти на какой-то ужин, приём или встречу, мы играем влюблённых. Но это не мешает ему отдыхать на Гавайях с какими-то моделями, а мне отрываться в клубе с пар... — Кети резко замолчала, когда видела, как я сжал кулаки. Я знал, что у неё были до меня парни. Ладно, я тоже не святой, поэтому опустим.
— И когда ты последний раз трахалась с Грегом?
— Это сложно! — Устало сказала Кети. — Если я долго говорю ему «Нет! Отвали!», он сразу бежит к папочке жаловаться на то, что я стала какой-то холодной в отношениях. Тот идёт к моему отцу, а моей уже орёт на меня, напоминая, что мне скоро выходить за Грега и рожать им наследника, поэтому я должна быть более мягкой.
— Это не ответ на вопрос, — прорычал я. — А вопрос был: когда ты последний раз трахалась с Грегом?
— Два месяца назад, после аукциона в Даунтауне.
Я не выдержал и опрокинул все тарелки со стола, а потом перевернул его и еще пнул ногой.
— Два месяца! — Заорал я на Кети, а потом подошёл к ней и схватил за плечи, приблизив к себе. — Мы встречаемся больше трёх, Кети! Больше трёх!
— Мне жаль! — В её глазах были слёзы. Но я не мог сейчас находиться рядом с ней.
Я просто отпустил Кети и подошёл к дивану, чтобы натянуть свою футболку, а потом пошёл в коридор.
— Оливер! — Крикнула Кети и пошла следом за мной. Но я не слушал. Просто схватил свою куртку и пошёл к выходу. — Оливер, прошу тебя!
Я быстро спустился на улицу и сел в свою машину. Я попытался завести машину, но она не поддалась, тогда я начал пить кулаком по рулю.
— Чёрт! — Прокричал я, когда увидел, что из костяшки на пальце пошла кровь. — Дерьмо! Дерьмо! Дерьмо!
Я услышал вой сирен, потом увидел, как у подъезда припарковалась полицейская машина. Это не наш район, где полиция боится выезжать на вызовы. Эти работают быстро и исправно. Я предпринял еще несколько попыток завести машину, и когда она поддалась, копы как раз заходили в подъезд.
Я ехал по улицам города и пытался переварить всё.
Я помнил тот аукцион. Помнил, что хотел провести время с Кети, но она сказала, что у неё дела. Поэтому я сидел у Гейба и смотрел футбол. Он предложил остаться у него. И когда я лежал на диване и слушал, как по второму этажу ходит Алиса, собираясь лечь спать, я сам не мог уснуть. Было уже двенадцать ночи, поэтому я решил написать Кети, чтобы узнать, как у неё дела. Она сказала, что вечер был смертельно скучным и она уже дома.
Теперь я уверен, что она как раз готовилась раздвинуть ножки перед своим другом.
От этой мысли я еще раз ударил по рулю и сжал руки в кулаки. Чёрт, ведь тогда я уже чувствовал, что это девушка особенная для меня. Я знал, что должен сделать всё на свете, чтобы добиться её. Я думал, что она принцесса, которую я должен завоевать любым способом. Мне постоянно было страшно, что я не достоин её, что, что бы я не делал, она никогда не достанется мне.
А сейчас я даже не знаю, кто она такая.
Я ехал по своему знакомому району. Смотрел на давно закрывшуюся прачечную, на единственное нормальное кафе, на переулок, где мы с Гейбом когда-то продавали травку. Сейчас там тоже проходила какая-то сделка. Как только я увидел знакомую девушку, я резко остановился.
Те же шорты и ботинки. А на глаза натянута всё та же чёрная толстовка. Она сидела на коленях на тротуаре и кормила какую-то собаку колбасой, а потом гладила её по голове. Я открыл окно и громко её окликнул. Алиса испуганно вздрогнула, а потом посмотрела на меня. Она схватила пакет с земли и побежала ко мне в машину. Когда она села, повернулась к окну, чтобы помахать собаке на прощание.
— Ты с ума сошла? — Сразу накинулся я на неё, продолжая движение. Теперь уже к её дому.
— Что такого?
— Ты время видела? И ты в такое время выходишь на улицу одна! Чтобы какую-то дворняжку подкормить. У тебя голова работать после избиения перестала?
— Я хотела купить себе что-нибудь на ужин. На твои деньги многого не закажешь. — Она развернула пакет. Я увидел сэндвич в плёнке, пару яблок, бутылку воды и шоколадку. Это заставило меня улыбнуться.
— Алиса, ты же уже не маленькая...
— Вы наконец-то это поняли! — Быстро вставила она, а потом начала есть свой сэндвич. Я продолжил, не обращая внимания на её вспышку.
— ... и должна осознавать, что тебе небезопасно гулять в такое время здесь одной.
— Эрик подарил мне нож. И даже показал, где именно надо делать надрез на шеи, чтобы человек захлебнулся собственной кровью.
— И ты бы смогла это сделать? — Я знал Алису. Она была той, кто наплевав на безопасность и тот факт, что у неё самой-то еды не так много, останавливалась, чтобы покормить бездомную собаку. Она и жизнь животного не смогла отнять.
— Животные гораздо лучше людей. — Тихо сказала Алиса, словно прочитав мои мысли. — И хватит меня ругать. Лучше скажи, почему ты так быстро вернулся от своей разукрашенной фифы и почему у тебя сбиты костяшки.
— Оказалось, что у Кети есть парень. — Выдохнул я. Алиса бы не отстала. Она не любила, когда от неё хранят секреты.
— Вообще-то, это ты, дурак! — Сказала она с набитым ртом, а потом открыла бутылку с водой. Мы уже подъехали у её дому, поэтому я остановился, но не стал глушить мотор. Хрен же его потом заведёшь.
— Где Гейб? — Спросил я, увидев, что свет везде погашен.
— Обхаживает Стейси. — Скривилась Алиса и снова вгрызлась в своё сэндвич.
Я знал Стейси. Она училась со мной и Гейбом. И он всегда был влюблён в неё. Стейси была хорошей девушкой, но ей не повезло родиться именно здесь и именно в такой семье. Она могла бы учиться в колледже, но не получила стипендию, поэтому застряла здесь. Если у Гейба что-то намечалось с ней, я был рад за него. Но я был зол, что он просто так оставляет пятнадцатилетнюю сестра одну дома.
— И ты всё еще не ответил мне, — продолжила Алиса с полным ртом. — Не переводи тему.
— Ладно, — выдохнул я. — Оказывается у Кети есть богатенький дружок. Их отцы давно их сватают. Она объяснила, что они то вместе, то не вместе. Что это в основном чисто формально.
— Так в чём проблема?
— Но трахаться это не мешает.
— Ауч! — Сказала Алиса и полезла за яблоком, когда прожевала последний кусок сэндвича. — И что она вас чередовала?
— Не совсем, — выдохнул я. Было трудно говорить об этом с Алисой. Для меня она всё еще маленький ребёнок. — Последний раз она спала с ним где-то два месяца назад. А потом посылала.
Алиса ничего не ответила, а просто смотрела в окно и ела яблоко. С этой стороны я мог отчётливо видеть её синяк. Я сделал для себя мысленную пометку поговорить с Гейбом и сделать что-то с хулиганками в школе Алисы. Она не часто рассказывала о своих проблемах, но я знал, что её уже не первый раз доставали. Знал, что однажды её вещи украли из раздевалки, пока она была в душе. Знал, что на неё однажды опрокинули ведро с грязной водой. Что её пару раз закрывали в мужском туалете. Когда я с Гейбом учился в школе, мы были теми, кто всех ставил на месте. Я думал, наша репутация отразиться и на Алисе, поэтому никто и пальцем её не тронет. Но она просто была Алисой...
— Теперь ты еще больше ненавидишь Кети? — Спросил я, а Алиса покачала головой. — Почему?
— Потому что ты судишь её, но ты должен понимать, что сам далеко не без грешен, — сказал она, повернув ко мне голову. — Ты сидишь здесь и сокрушаешься на то, что она трахалась с каким-то козлом, потому что у неё не было выбора. Но вспомни, почему вы вообще познакомились.
С этими словами Алиса просто открыла дверь и вышла, оставив мне второе яблоко. Она быстро побежала к входной двери и зашла в дом. В коридоре еще горел свет и я знаю, что она закрывала все замки, что я там установил. Потом свет погас и через какое-то время появился в её комнате. Через задёрнутые шторы я мог видеть, как Алиса сняла толстовку, а потом села на кровать и сняла ботинки и шорты. Она взяла какую-то огромную кофту или майку, трудно понять, и надела её, а потом свет погас. Когда я убедился, что она легла спать и она в безопасности, я направился к своему дому.
Уже дома, лёжа на маленькой, неудобной кровати и смотря на медленно крутящийся вентилятор, я думал о том, что она была права.
Дело в том, что пять месяцев назад мы с Кети познакомились не случайно. Это было тщательно спланировано. В общем, как и всё, что я делал.
Мы грабили магазины её отца.
Поэтому она нужна была мне для информации. Я должен был узнать про сеть его магазинов, про то, сколько там охраны, установлена ли там сигнализация и камеры.
При первой нашей встречи я такого не мог спросить. Я подкатил к ней в клубе. Угостил коктейлем (за бешенный бабки), пофлиртовал, потом мы поехали в отель. Предложил встретиться еще. Я должен был втереться в доверие, чтобы она была от меня без ума и отвечала на каждый мой вопрос. Я должен был сделать так, чтобы она влюбилась в меня. И она влюбилась. Она рассказывала всё про магазины своего отца. Когда там пересменка, в какие дни администраторы отвозят деньги в банк, чтобы положить на счёт. Это упрощало всё. Я смог создать идеальный план первого ограбления. Мы получили не так много с продуктового магазина. Но это был старт, ведь также её отец владел несколькими магазинами автомобилей и ювелирных.
Проблема была в том, что я ошибся и сам влюбился в Кети.
Я понимал, как это глупо, но ничего не мог поделать со своими чувствами к ней. Она казалась мне особенной. Она и сейчас является для самой особенной и прекрасной девушкой на всём белом свете.
И она так и не знает, что вначале она была для меня лишь средство для достижения цели.
Как бы она себя чувствовала, если бы узнала, что я просто пользовал её первое время? Если бы сейчас узнала, что первые месяцы наших отношений были ложью? Также как я узнал сейчас. И хоть сейчас для меня Кети значила гораздо больше, чем просто ключ к деньгам, вначале так и было. Точно также, как в начале я был для неё маленьким бунтом.
Всё же Алиса всегда права.
С утра я проснулась из-за того, что кто-то стучал в дверь. Я посмотрел на время и нахмурился. И кто мог припереться ко мне в половине десятого утра? Недовольный и всё еще заспанный я направился к двери и открыл. И безумно удивился, увидев на пороге Кети. На ней было лёгкое белое платье, идеально подчёркивающее её ноги. Босоножки на высокой шпильке. А её причёска и макияж как всегда были такими, словно она только из салона. Конечно, в таком районе она безумно выделялась.
— Привет, — тихо сказала она. — Я... не знаю, наверное, нужно было позвонить. Но из-за того, как мы вчера расстались... мне так нужно было тебя увидеть и извиниться перед тобой...
— Не нужно.
— Это значит, что всё? Между нами всё кончено? — Спросила она и я увидел, как в её глазах собрались слёзы. Она выглядела такой ранимой. Большие карие глаза, наполненный слезами, которые теперь стекали по её лицу ровными дорожками и не задевали макияж. Она во всём была такой идеальной.
— Это значит, что это я должен перед тобой извиниться.
— Я не...
— Кети, я... — начал я. Но как можно сказать девушке, в которую ты по уши влюблён, что ты грабишь магазины её отца? Как с пластыре? Быстро, а потом просто потерпеть боль. — Ты же читала в газетах про ограбления магазинов?
— Да, но я не придаю тому значения. У папы миллиарды на счетах, какие-то несколько тысяч убытков он даже не заметит, — это успокаивало меня. Значит, Большому Боссу плевать. А вот полиции может и не так плевать. — Но причём тут это?
— Это я, Кети, — сказал я, а она нахмурилась. — Это я граблю магазины твоего отца. Я и несколько моих приятелей, — лучше опустить имена. — Вначале ты была нужна, чтобы просто вытащить из тебя информацию. О магазинах, охране и прочем.
— Ты...
— Кети, умоляю, — когда она начала отступать, я притянул её к себе, а потом взял лицо в свои ладони. — Да, вначале это было так. Но я влюбился в тебя. Быстро и сильно. И даже сам не заметил этого. Мне очень жаль, — прошептал я. — Мы оба сделали ошибки. Мы разные, поэтому много сомневались и не могли выбросать, по какому пути идти. Но сейчас я знаю, что я готов сделать всё ради тебя.
— Я люблю тебя, Оливер. — Прошептал она, а потом подалась вперёд и просто поцеловала меня.