Верующий Сатана

— Ты уезжаешь? — удивился мужчина словам юноши о том, что он завтра едет во Францию на пару дней.

— Это всего на день или два. Я бы взял вас с собой, но нельзя, — соврал Шон, на деле боясь вновь выпускать своего любимого из дома.

— Вот, как. Что ж, раз надо, так надо. Учёба – это очень важно, — проговорил Рональд, скрывая своё ликование внутри.

Из-за уж слишком пристального надзора подростка, мужчине пришлось запомнить номер наизусть, а после смыть его в унитаз, дабы Шон ничего не нашёл. Но вот взять телефон и позвонить незнакомцу за целую неделю Рональд не сумел, покуда телефон имелся лишь у подростка, а тот держал его всегда при себе.

— Вы не выглядите расстроенным, — заметил юноша, убрав руки под стол, дабы мужчина не увидел его волнения и злость.

— Это же всего на день или два. Я не успею соскучиться. — проговорил Рональд, уже устав от юноши, который словно вампир выкачал силы своим вечным присутствием и вниманием.

— А я успею, поэтому... — Шон встал, после чего прошёл к Роналду, достав из кармана свой подарок в виде сотового телефона. — Я решил, что нам нужно созваниваться, чтоб не утратить нашу связь, — улыбнулся юноша, портя все планы мужчины на два дня свободы.

Зная Шона, тот будет говорить с Рональдом по 24 часа в сутки, ещё прося включить камеру. Из-за этого становилось проблематично выбраться из дома и попросить у кого-нибудь позвонить, чтобы связаться с незнакомцем. О том, что будет делать Шон, если позвонит мужчине, а у того будет занято, Рональду даже представить было страшно.

— О, спасибо. А тут есть игры? — делая вид, что телефон ему не очень-то и нужен, Рональд не мог не заметить, как Шон смотрит на него, анализируя реакцию.

— В нём нет интернета, — кратко ответил подросток, обнимая мужчину со спины. — Вам они не нужны. Игры портят мозг, а если вам станет скучно, вы всегда можете позвонить мне, — проговорил Шон, начиная проявлять ласки к Рональду, и тот ответил на них взаимностью, дабы предросток ослабил свою бдительность, не зная, что этим лишь сильнее напряг и без того натянутые нервы юноши, уже представляющий, что скоро случится...

***

Шон уехал всего пару часов назад, но Рональд не предпринимал никаких попыток позвонить кому-то или уйти. Он ждал, пока юноша не позвонит ему и не скажет, что он во Франции. Тогда мужчина начнёт действовать, а пока слишком большой риск того, что самолёт отменят или Шон передумает ехать.

Слишком рискованно.

Спустя почти пять часов на телефон Рональда раздался звонок от подростка, сказавшего, что он успешно приземлился во Франции. Поговорил с юношей около двух часов до часу ночи, в итоге мужчина сказал, что устал и хочет спасть, намекая Шону на то, что пора бы завязывать с разговором.

— Учитель, я так привык засыпать под звуки вашего дыхания. Можете ли вы лечь спать с телефоном? — попросил юноша, явно на деле что-то задумав.

— Но это же будет совсем неудобно. Знаешь же как я ворочусь, — выдал аргумент Рональд, на что в телефоне повисла пауза.

«Шон явно что-то скрывает. Стал бы он в ином случае так контролировать меня, если бы был чист?» — злился мужчина, желая скорее положить телефон и поехать в город, но всё ещё переживая за последствия.

— Вы правы. Не хочу беспокоить ваш сон, — вдруг не стал настаивать на своём подросток, и стоило Роналду лишь выдохнуть, как юноша продолжил: — Просто включите камеру. — «Вот же зараза!» — сжался мужчина, сам не понимая почему так боится просто отключить сотовый, будто зная, что это может стоить ему очень дорого. — Мне будет спокойнее в чужой стране, если я буду видеть вас, и представлять, что вы рядом.

И снова пауза, вот только на этот раз ожидавший ответ получил-таки своё. Рональд включил камеру, положив телефон на тумбочку, после чего лёг в постель пожелав юноше сладких снов.

Мужчина понимал, что переубедить Шона просто невозможно, и следующим предложением может стать поездка во Францию первым же рейсом. Рональд верил, что у него будет пару часов для побега, главное не сдавать себя сейчас.

Делая вид, что уснул, мужчина провёл с закрытыми глазами почти три часа, прежде чем случайно неудачно обернулся, уронить телефон на твёрдый кафель. Сотовый оказался крепче, чем думал Рональд, от чего ему пришлось ещё так же случайно наступить на сотовый. Рискованно, но иного решения мужчина не нашёл.

Мужчина сделал свой ход, и теперь, быстро одевшись и выйдя за пределы большого дома, Рональд ощущал тревогу и страх. Страх того, что если он сегодня не узнает всё, то уже не узнает никогда.

***

Подкупить таксиста дорогими украшениями вместо денег не составило труда, и вот уже в семь утра Рональд стоял в городе, прося у прохожих сделать один звонок. Мужчина был слегка потрёпан из-за страха и бессонной ночи, от чего многие сторонились его, но один старичок всё же смиловался.

Дозвониться до Чарльза оказалось очень проблематично, покуда мужчина явно побеспокоил сладкий сон толстяка. После почти десятиминутного разговора Рональду всё же удалось назначить с мужчиной встречу через час у того самого кафе, где они встретились.

Мужчине было страшно, но он не понимал почему. Что ему может сделать какой-то подросток? Вот только в юноше Рональд видел уже вполне себе взрослую личность, которая может всё. Шон казался опасным, и хоть он был с мужчиной всегда добр, но тот не мог не заметить странности в поведении мальчишки, выходящие за рамки разумного.

Спустя почти два часа Чарльз всё же явился и выглядел недовольным, несмотря на то, что это он опоздал, а Рональд ждал его на улице, не имея даже телефона.

Устроившись в парке, мужчины завели разговор, и каждое слово толстяка вводило Рональда в шок. «У меня была жена? Я был учителем? Я имел свою квартиру?» —поражался полученной информацией мужчина, ведь Шон говорил ему совсем об ином. Хотя парень не скрывал то, что Рональд учитель, но то что его уволили за избиение подростка... Это было странно.

— Мне нужны доказательства! — потребовал молодой человек, на что толстяк повёл его в учебное заведение, в котором Рональда встретили весьма грубо.

Охрана долго не желала пускать посторонних, но проходившая по коридору женщина вдруг узнала бывшего коллегу, попросив пропустить его, а вот толстяка оставив за порогом.

— Спасибо вам, — идя за женщиной, проговорил мужчина, больше расстроившись тому, что возможно слова Чарльза верны, и поэтому на него все смотрят как на монстра.

— Ничего, мы же не чужие люди друг другу, — проговорила женщина, ведя постороннего к директору.

— Извините, я потерял память, поэтому совершенно вас не помню, — выдал Рональд, от чего женщина остановилась, с удивлением посмотрев на бывшего коллегу.

— Как это случилось? — спросила учительница музыки, с некой жалостью смотря на мужчину.

— Не помню, но кажется я упал... — проговорил Рональд, от чего-то стыдясь своей потери памяти.

— Какой кошмар... — прикрыла рукой рот дама, положив ладонь на плечо бывшему коллеги. — И как вы сейчас жи...

— Что вы тут делаете? — неожиданно прервал разговор двух молодых людей мужчина, смотря на Рональда очень злобно. — Вы больше здесь не работаете, поэтому я попрошу вас выйти вон.

— Мистер Грэй, почему вы так грубы? — вступилась за бывшего коллегу женщина.

— Странно, что вы милы, мисс Мэри. — бросил историк, пожирая ненавистного человека недобрым взглядом.

— Извините, — вступил в перепалку Рональд, понимая, что дела плохи, — похоже я вас чем-то обидел. Мне жаль, если так, но сейчас мне очень нужна помощь директора, чтобы узнать некоторые факты о своей жизни, — выдал мужчина, на что Грэй с непониманием уставился на него, а Мэри пояснила.

— У мистера Бейкера амнезия. — услышав ответ, историк широко раскрыл глаза от удивления.

— Ничего себе. Как должно быть удобно забыть всё и жить чистеньким, да? — выдал Грэй, пронзая бывшего математика взглядом.

— Отнюдь, это ужасно, — бросил Рональд, сжав кулаки, — я не помню ничего от 16 лет. Такое чувство, что больше десяти лет моей жизни у меня украли! — чуть было не кричал бывший математик, ощущая до боли знакомые стены, но не помня их. — Вы даже не представляете, как тяжело ничего не ведать о том, что творилось со мной столько лет, и как я оказался в такой...

— Западне. — на всякий случай дополнила бывшего коллегу Мэри, понимая, что вокруг дети.

— Да, именно так. — вздохнул мужчина, потирая виски.

— А как именно вы потеряли память? — уже с большим интересом, нежели злостью спросил историк.

— Он не помнит, — ответила за бывшего коллегу музыкантка.

В коридоре воцарилась тишина. Мэри хотела как-то забрать бывшего коллегу и отвести его в кабинет директора, но на пути стоял Грэй, и он всё ещё был против нахождения бывшего математика в учебном заведении.

— Шон... — вдруг выдал Рональд, подняв глаза с полу. — Вам что-то говорит это имя?

Учителя переглянулись, но в их взгляде было что-то странное, что мужчина сразу заметил. Женщина замялась, а мужчина отвёл взгляд, но после отвернулся, пойдя прямо по коридору.

— Идите за мной Бейкер, — в приказном тоне выдал историк, на что учительница не могла никак повлиять.

«Всё же выгонит меня? Да что же такое», — злился Рональд на то, что школа была его единственным шансом на правду, но открывать ему её никто не хочет. Вот только, вопреки мыслям мужчины, историк повёл его не на выход, а в свой кабинет, разрешив сесть на стул.

— Итак, вы утверждаете, что потеряли память, — начал говорить мужчина, сидя напротив бывшего коллеги, — но Шона вы помните? — спросил Грэй, от чего Рональд сжался.

«Что мне ему сказать? Я помню его только потому, что мы с ним встречаемся? Это настолько абсурдно и мерзко, что меня самого тошнит», — занервничал мужчина, не зная как узнать всё о себе, не раскрыв правды о том, что сейчас он живёт с подростком у того дома, не имея своего мнения.

— Что, память вернулась? — не услышав ответа, бросил историк, как змей смотря на бывшего коллегу.

— Я его не помнил, но... — начал перебирать пальцами мужчина, — он был первым, кто встретил меня в больнице. И единственным... — Рональд опустил голову, сидя перед Грэй, как ученик перед злым учителем, сдавая ему сложный экзаме. — Я не помню ничего связанное с Шоном, но он мне сам рассказал о... — последнее слова мужчина не смог произнести.

«Нас... Как я могу сказать такое постороннему человеку? Не хочу чтобы вообще кто-то знал о нас... И сам не хочу знать», — вновь примолк Рональд, не в силах признать их с Шоном порочную связь

— Так значит, когда вы очнулись, с вами был Шон? — уточнил мужчина, о чём-то задумавшись.

— Да. — кивнул бывший математик, вновь заставив историка нахмуриться.

— Знаете, а ведь вас выгнали отсюда как раз после того, как вы ударили Шона на глазах у всех, — проворил Грэй. — На причину такого поведения вы не смогли дать нормального ответа...

— Ударил? — удивился Рональд, даже не зная как должен был вывести его Шон, дабы он ударил его, так ещё и при всех.

— Примерно два или три месяца назад мы с вами завели беседу о Шоне. Вы говорили, что он преследует вас, и не даёт покоя, — от услышанных слов мужчина широко раскрыл глаза, а после следующих раскрылся и рот, — но я опроверг вашу теорию, поняв, что вы лжёте.

— Лгу... — задумался Рональд, даже не зная как себя защитить.

Всё же он не мог точно сказать, что у них было с Шоном, покуда ничего не помнит, но по словам подростка всё было взаимно, так зачем же тогда Рональд говорил коллеге о том, что юноша преследует его и не даёт покоя? Всё было очень странно.

— Да, я считаю, что вы лгали о Шоне, наговаривая на него, покуда он знал о том, что вы изменили жене, — продолжил сыпать ужасную правду на мужчину Грэй, вгоняя его в ступор.

— Я изменил жене? — совсем запутался во всём Рональд, осознавая, что если мужчина не врёт, то он просто ужасный человек, который вообще не достоин жизни.

— Я же говорю. Удобно вот так всё забыть и стать чистеньким, ничего толком не исправив. Верно? — явно испытывая к мужчине напротив неприязнь, бросил историк, отворачиваясь к окну.

— Но... — сжался бывший математик, пытаясь сообразить, что к чему, — что-то не сходится...

— О чём вы? — повернулся к бывшему коллеге Грэй.

— Вы говорите, что я наговариваю на Шона, поскольку он знал о моей измене жене, — повторил сказанное мужчиной Рональд, продолжив, — но, Шон сказал, что мы с ним встречаемся уже 2 года и живём вместе. Как у меня могла быть жена и любовница, если всё это время я...

Мужчина не смог договорить, ощущая неладное. В мыслях появилось странная теория. А что если Рональд вёл тройную жизнь, имея жену, любовницу и любовника... Тогда все истории про него правдивы, и, возможно, заревновав, Шон желал разрушить этот треугольник, дабы мужчина достался только ему. Поэтому Рональд и вспылил, ударив юношу при всех. А когда мужчина проснулся после потери памяти, подросток решил не говорить о прошлом, поскольку знал, что за плечами у негодяя куча порочных связей. Тогда это бы объясняло и то, почему теперь Шон так пристально следит за своим любовником. Он снова боится, что тот начнёт ходить налево.

— Два года? — приподнял бровь Грэй, явно удивившись такой новости.

— О, Боже... Я ужасен, — закрыл лицо руками Рональд, понимая, что его теория очень даже логична, и от того ему становилось противно от самого себя. — Извините, что побеспокоил. Я пойду, — не желая больше ничего знать о себе прошлом, пытался уйти прочь мужчина, но историк вдруг остановил его.

— Постойте, теперь не сходится у меня, — выдал Грэй, держа бывшего коллегу за локоть, — Шон перешёл в нашу школу три месяца назад, проучился полтора года и забрал документы, когда и вы ушли, — проговорил мужчина, попутно думая про себя мысль, крутившуюся в его голове. — Тогда директор и учителя решили, что тому просто стало неприятно из-за случившегося и он боялся сплетен и взглядов...

— О чём вы? — совсем запутался Рональд, смотря на озадаченные глаза мужчины.

— Мистер Бейкер, вы не могли жить с Шоном 2 года, поскольку он переехал к нам только три месяца назад, и до этого даже не посещал этот город.

От данных слов Рональд широко округлил глаза, смотря на историка, так же выглядящего поражённым. «Так что, чёрт возьми, произошло? Как я оказался в таком положении и почему Шон так настойчив в наших отношениях, если мы знакомы так мало?» — потирал виски бывший математик, пытаясь совладать с мыслями и собрать их в одну кучу, но у него ничего не получалось.

— Мистер Бейкер, где вы сейчас живёте? — видя состояния мужчины, спросил историк, уже не казавшись бывшему коллеге злым, а скорее запутанным.

— В доме Шона... На окраине города... Шон сказал, что мы живём там уже 2 года... — с остановками в речи ответил Рональд, всё ещё находясь словно в бреду, покуда на голову давили мысли создавая невыносимые спазмы.

От услышанных слов Грэй дернулся, смотря на мужчину и о чём-то размышляя. Рональд же не мог уже ни о чём думать, покуда новый поток информации словно блокировался в его голове, не давая ничего вспомнить.

— Мистер Бейкер, если вы согласитесь поехать со мной в больницу для подтверждения вашей амнезии, то я помогу вам, — вдруг бросил историк, взяв бывшего коллегу за плечо. — До того, как я начал думать о том, что вы лжёте, у нас с вами образовалась теория о синдроме «де Клерамбо», но позже я опроверг его, посчитав вас плохим и лживым человеком, но сейчас... — мужчина выглядел сурово, словно осознав, что из-за него случилось нечто ужасное, — я начинаю думать, что мог ошибиться с выводами, и на самом деле лжец вовсе не вы.

«Синдроме «де Клерамбо»?» — задумался Рональд, и это название очень сильно надавило на его голову, словно он долго думал об этом, но сейчас забыл. Поняв, что всё очень плохо, Рональд не думая поднял голову на историка.

— Поехали. — бросил мужчина, не сомневаясь в своём решении узнать всё и до конца, даже если это будет очень печальная и больная правда. Главное, наконец, понять что же с ним случилось и кто на самом деле тот, кто называет Рональда своим любимым...