Заслуженное наказание

Как выяснилось позже, когда я заявилась вместе с Кэри в участок и увидела выражение лица дяди Билла, никто не собирался рассказывать мне о случившемся. О том, что Билл схватил Тома еще вчера, когда я попала в больницу. Когда я вцепилась мертвой хваткой в дядиного помощника, тот признался, что директор Гордон вызвал для сына адвоката, но тот по-прежнему хранит молчание.

Еще утром, когда я переступила порог палаты Джессики и поговорила с ней, мой мозг превратился в какой-то механическую штуковину со сбоем, которая не желала исправно работать, а зависла на одной точке. Как старый проигрыватель, который съел пленку кассеты.

И вот по кругу бегут одни и те же вопросы: что, если Том убил Еву? Я оттолкнула ее, я позволила ей уйти к этому психопату, а теперь ее нет. Это моя вина, только моя. Что теперь станет с ее матерью? А со всеми нами?

Я мерила шагами коридор участка, тускло освещенный лампами, переваривая одни и те же мысли. Внутри они сковали, отравляя внутренности и кровь. Снаружи я не могла прекратить движение.

Кэри сидел в кресле в коридоре, закинув ногу на ногу, и сначала наблюдал за мной, а затем погрузился в глубокомысленное молчание. Потом дядя сдался и сделал то, что я просила: позволил мне поговорить с ним.

- Пожалуйста, мы же были лучшими друзьями. С вами он не говорит, но со мной точно станет разговаривать! – умоляла я, но дядя Билл все качал головой, и мне казалось, это движение никогда не закончится. Но потом он все-таки сдался, но добавил, что будет сидеть рядом и, если мне только что-нибудь не понравится («что-нибудь» он выделил твердым, многозначительным тоном) он тутже выведет меня.

Я вошла.

Том сидел за столом; плечи опущены вперед, он ссутулился, уткнувшись взглядом в стол. Видно было только макушку. Черные волосы в противном тусклом свете отливали синевой.

Когда я поздоровалась охрипшим голосом, Том вдруг отмер и выпрямился. Каждое его движение было угрожающим, медленным, - так змея осторожно выглядывает из высокой травы, чтобы затем одним резким движением наброситься.

- Привет, - ответил он бесстрастным голосом.

Я почувствовала ком в горле, - странное ощущение, которое уже давно, очень давно не возникало из-за Тома Гордона. Я ведь его не знаю. Я не знаю этого широкоплечего стройного парня, сидящего за черным металлическим столом напротив. Я не узнаю его взгляд, не узнаю устрые скулы.

Том выглядел бледным, словно ошивший мертвец. Сухие губы приоткрылись, будто он хотел что-то сказать, но, передумав, решил выжать подходящего момента. Когда я присела на стул, сглотнув, мне показалось, он и за мной следит с неменьшим интересом, чем я за ним. Но я не изменилась, а Том изменился до неузнаваемости. И смотреть в его бескровное лицо с черными провалами вместо глазниц и не видеть там ни одной любимой черточки было невыносимо.

- Том, - начала я, - что ты делаешь?

Он не ответи, изучая мое лицо. Дядя рядом со мной напрягся, и, пока он не поерзал, я забыла о его существовании. Казалось, будто в тусклоосвещенной комнатке были только мы с Томом, с его пронизывающим взглядом. Этот взгляд мой прочесть мои мысли, но сам был пустым.

- Том, - вновь позвала я шепотом, - скажи, где Ева?

Я не ожидала, что Том вдруг заговорит. Он не пошевелился, не вздохнул, не моргнул, - просто вдруг выдал, глядя мне прямо в глаза:

- Я скажу, когда ты умрешь.

Я даже не сразу поняла, что именно Томас произнес, - не было никакой реакции. Это потом на меня нахлынула обида; горячая, глубокая, густая как кисель; и разочарование темно красного, почти бордового цвета. В ту же секунду я вообще ничег не почувствовала и не услышала.

Дядя Билл взбешенно выругался, поднялся на ноги и вытащил меня из комнаты, приказав своему помощнику отвезти меня и Кэри Хейла домой. Я в недоумении смотрела, как он быстрым шагом возвращается назад по коридору и тонет в желтом свете, похожим на яичный желток.

- Идем, - сказал Кэри, приобняв меня за плечи. Он повел меня следом за дядиным помощником, которого я заваливала вопросами. Сейчас парень молчал, а Кэри выразительно поглыдвал на меня, явно желая завалить вопросами. Я на него не смотрела, - боялась, что если посмотрю куда-нибудь, то сразу же увижу мертвеннобледное лицо Томаса Гордона.

Я скажу, когда ты умрешь.

Хотелось разозлиться и что-нибудь треснуть. Хотелось заорать на Тома, схватить его за шкирку и хорошенько встряхнуть. Но не чувствовать того, что я чувствовала – боль от предательства, непонимание, а еще страх. Ведь если я не умру, Том так и не скажет, где Ева.

Папа крепко обнял меня и поцеловал в висок, затем похлопал Кэри Хейла по плечу, поблагодарив, что он позаботился обо мне. Затем настала очередь мамы, и она пообещала, что ни за что не позволит ничему со мной случиться, и, если им придется, они переведут меня на домашнее обучение.

Тетя Энн оставалсь в стороне, но я увидела, как ее лицо перекосилось от беспокойства. Ведь ее дочь все еще была верна себе: во всей этой суматохе Эшли тайком ускользнула из дома и до сих пор не дала о себе знать.

После панической атаки моей чудной семейки, во время которой я, что странно почувствовала себя лучше, меня отправили наверх, приказав шагу не ступать из комнаты. Кэри каким-то образом проскользнул следом. В особняке Хардманов сделать это было несложно, тем более что все семейство сгрудилось в гостиной у горящего камина. Я сказала Кэри Хейлу, чтобы ушел, ведь с минуту на минуту могла вернуться двоюродная сестричка и вновь попытаться вытрясти из меня душу, но Кэри Хейл демонстративно плюхнулся в кресло у моего письменного стола и посоветовал мне немного поспать. Ты слишком обеспокоена, - добавил он. Я пришлила его взбешенным взглядом, острым, как игла, которым коллекционеры пришпиливают бабочек к бархату, чтобы затем отправть в рамочку.

- Я и должна быть обеспокоена. Мою подругу похитили. Из-за меня.

- Не из-за тебя, - возразил Кэри Хейл и посмотрел на меня таким взглядом, что спорить тут же расхотелось. Если мой взгляд был острым и мог кольнуть, то его – тяжелым, как могильная плита. – Это произошло потому, что Том наркоман. Он болен, и всю агрессию выплеснул на тебя и Еву.

Слышать такие слова, тем более сказанные таким тоном, о Томе было неприятно, но Кэри был прав. Я накрыла лицо ладонями и надавила на глаза.

- Я не знаю... просто... просто все слишком странно и нелогично...

- Пожалуйста, Энджел, прекрати, - устало попросил Кэри Хейл, откинувшись на спинку кресла и наблюдая за мной из-под полуопущенных век. Увидев на его красивом лице явные признаки усталости, я вспомнила, что всю эту ночь он провел со мной в больнице и совсем не спал.

Его пронизывающий взгляд вытаскивал из меня правду, и я не смогла сдержаться и призналась:

- Я сказала ей, что буду подозревать Тома несмотря ни на что. И она ушла. А знаешь, что сказала Дженни после этого? – Я судорожно вздохнула, сморгнув слезы. - А я лишь ответила, что теперь Ева увидит Тома настоящим и поверит мне. Я просто... я не должна была на нее давить, не должна была! Я должна была извиниться!

Кэри Хейл поднялся с кресла и направился к кровати. Он присел рядом, опустив руки по обеим сторонам от моего тела.

- Я же сказал, - шепнул он, - ты ни в чем не виновата.

Я перевела взгляд в потолок, но Кэри Хейл, казалось, был повсюду. Теперь он пытался придавить меня не только взглядом и словами, но и своей внушительной фигурой, занявшей все пространство. Я перевела взгляд в потолок. Лежу здесь, на своей чертовой кровати, болтаю с Кэри Хейлом, а Ева...

А что, если...

Прекрати, Скай, - зарычала я на себя. – И что ты собираешься сейчас делать, а? Может быть жалеть себя? Может заплачешь, чтобы Кэри тебя утешил, вытер слезы, поцеловал?

Я с трудом села, проигнорировав трепет в теле, когда Кэри Хейл помог мне подняться и немного отодвинулся назад, и достала мобильный телефон из джинсов.

- Кому ты будешь звонить?

- Эшли. Хочу, чтобы она пришла и прогнала тебя. – Я нервно фыркнула от собственных слов, но парень даже не улыбнулся. Через секунду и моя улыбка развеялась. Я пробормотала: - У нее выключен мобильный телефон...

Растерянно опустив руку, я на мгновение закрыла глаза. В моей груди что-то происходило, но я не могла понять что. Сначала Ева пропала, а теперь Эшли. С ней точно что-то случилось, - она все время нарывалась на неприятности.

Надо позвонить Иэну Грейсону...

Но если он поднимет трубку, а Эшли там нет...

Я не позволила этой мысли проникнуть слишком глубоко в сознание и пустить корни страха и сомнений. Набрав номер, дождалась, когда Иэн ответил. Голос был спокойным, немного удивленным:

- Привет, Скай.

- Привет. Эшли не у тебя? – выпалила я с ходу. - В городе происходит что-то странное, а ее нет дома. Я тревожусь.

Иэн Грейсон целую секунду мучил меня молчанием, а затем медленно произнес:

- Мы с ней немного... э-э... не сошлись во мнениях, и она ушла.

Кэри Хейл, услышав голос Иэна в трубке, посмотрел на меня и нахмурился. Я быстро попрощалась с другом и бросила трубку. Руки метнулись ко лбу. Кожа была горячей, воспаленной. Ладони – ледяными, будто я только что зашла с улицы.

- А вдруг с Эшли что-то случилось?

- У тебя паранойя, - сказал Кэри, но я по лицу видела, что он специально так ответил, а сам встревожился. Его взгляд потемнел, скулы обострились.

- Нет, что-то точно случилось, - возразила я, пытаясь унять рвущееся вперед воображение. – Она ушла от Иэна и все еще не вернулась домой. Так. Так... - пробормотала я, сбросив с себя оцепенение. – Мне надо позвонить Лайле. Эшли наверняка у нее! Черт, я не знаю ее номера.

Кэри мягко, но настойчиво отобрал у меня мобильный телефон и спокойно произнес:

- Позволь мне.

- Хорошо.

Хорошо, что ты рядом, Кэри, - подумала я растеряно, потому что сейчас мне нужен кто-то рассудительный и хладнокровный, не такой импульсивный, как я.

Скрестив руки на груди, я стала ждать, изучая взглядом узор на покрывале. Золотисто-зеленая ткань смялась под нашими телами, показывая новые рисунки.

Ева, Эшли...

Может быть Томас и Эшли тоже похитил?.. Сказал бы он об этом на допросе?

Мысленно я вернулась в участок, вспомнила Тома, сидящего за столом, острую, влажную от пота челку, упавшую на глаза, впавшие щеки, синяки под глазами. И затем я вспомнила дядю Билла. Тогда я не обратила внимания, но сейчас его слова вспыхнули в мозгу как едва потухший факел. Дядя Билл сказал, что не позволит, чтобы еще и со мной что-то случилось. Вдруг он имел в виду вовсе не Еву?

Вдруг Том признался на допросе, а дядя решил скрыть информацию, чтобы мы не беспокоились? Что и говорить – тетя Энн сразу же сойдет с ума.

Пока я думала об этом, Кэри обзвонил всех знакомых Эшли, но ее нигде не было. Тогда мне стало по-настоящему страшно. Вдруг она напилась и попала под машину? Или уснула где-нибудь и замерзла? Или Том действительно похитил ее.

Раньше они встречались, может, он решил отомстить ей?.. Или отомстить? Или пытает ее? Насилует?..

Я сию секунду вернулась к реальности, когда услышала голос Кэри Хейла. Встрепенувшись, я решила, что он обращается ко мне, но увидев тени у него под глазами, и мобильник у уха, поняла, что он все еще говорит не со мной.

- Я не хотел тебя пугать, но Эшли не вернулась домой. Билл, мы со Скай обзвонили всех знакомых. Эшли никто не видел.

Я даже не заметила, что Кэри Хейл назвал меня по имени. Не заметила, что говоря с моим дядей по телефону, он положил ладонь на мое плечо и немного сжал. Не в силах прекратить думать, я накрыла его руку своей.

Я дура, какая же я дура.

С Эшли что-то творилось. Я должна была сказать кому-нибудь, а не сидеть, сложа руки. Тогда ничего бы не произошло.

Знаки, повсюду были знаки. Эшли стала пить. Не похожа на себя. Набросилась на меня среди ночи с ножом. Я должна была кому-нибудь сказать. Должна. Должна. Идиотка.

Мысли оборвались, бухнувшись в пропасть, только когда Кэри Хейл взял мое лицо в свои ладони. Большие пальцы его рук оказались за моими ушами, и я вздрогнула.

- Ты ни в чем не виновата.

Затем Кэри медленно наклонился, обдав меня дыханием, в котором чувствовался аромат апельсинов, и прислонился своим лбом к моему. Со стороны могло показаться, будто он пытается меня поцеловать, но мне показалось, что он делится со мной спокойствием.

Я почувствовала себя спокойнее, даже в мыслях прояснилось.

- Спасибо, - сказала я тихо, с трудом открыв глаза. Веки вдруг потяжелели.

- Не за что, - слабо улыбнулся Кэри. Его лицо было так близко к моему, что я заметила небольшие морщинки в уголках его рта. – Чтобы тебе стало еще лучше, я могу тебя п...

- Я иду искать Эшли, - перебила я, выбираясь из кровати. Кэри опешил, развернувшись за моей спиной. Но, получив от него заряд спокойствия и решимости, я поняла, что не могу просто так валяться на кровати, пока моя подруга и двоюродная сестра где-то там, в ночи, совсем одни.

- Где ты собираешься искать их? – спросил Кэри, поднимаясь следом за мной на ноги. Я на автомате направилась к шкафу, выудила из его недр пуховик и шапку, быстро оделась. Я знала, что если Кэри Хейл решит меня остановить, у меня против него мало шансов, но я знала, что он не станет. Он поможет.

Обернувшись к нему, я наткнулась на хмурый взгляд. Хладнокровность его лица ударила меня по нервам, как вода по оголенным проводам. Я растерянно дернула молнию на куртке вверх, засомневавшись.

А может он и не станет помогать. Но я так легко не сдамся.

- Я знаю Эшли лучше, чем она думает. У нее есть несколько любимых мест, которые она обожает. Я буду искать ее там.

Еще до того, как я договорила, Кэри Хейл вернулся к креслу у письменного стола, сдернул со спинки пальто и сказал:

- Я иду с тобой.

- Правда? – выдохнула я. Облегчение могло в любую секунду оторвать меня от пола и перенести к Кэри Хейлу. Мне стало стыдно, что я усомнилась в нем. И пусть, как мне показалось, он идет только чтобы не выпускать меня из виду, помощь мне не помешает.

Неважно, ради чего идет Кэри Хейл.

Я не хотела оставаться одна.

Ведь прямо в эту секунду кто-то и меня ищет тоже.