Глава 10. Рыбалка на Щалозере (1 часть)
-Интересно, а какой язык мира самый живой?
Настя задала этот вопрос, когда мы сидели вечерком на скамеечке возле переезда. Был будний день, на улице было тихо и только мурлыкающая рядом кошка нарушала тишину.
-Ясно, какой, - Артем догрызал уже третье яблоко. – На котором больше всего людей говорит. А это китайский.
-Не правильно. Я считаю, что живой язык – это язык Гете, Маркса, Энгельса, Бисмарка и даже Екатерины Второй – немецкий.
-Почему немецкий? Китайцы ваших немцев быстренько защелкают. Завалят иероглифами. Миллиард человек – это вам не шутки.
-Ну и что. Зато сочинения Маркса даже в Китае – вечны.
-Да что же вы прицепились к этому Марксу-то несчастному? - спросил я. – Самый живой язык для нас – это наш родной язык. Язык наших предков. Язык, на котором мы сейчас общаемся. Ведь без общения – какой это живой язык? Для нас китайский и немецкий – мертвы. А русский – жив. Мы ежеминутно, ежечасно оживляем этот язык своими разговорами. Так же и с китайским, с немецким. С английским. Для каждой нации живым является тот язык, на котором она говорит.
Я немного промолчал и закончил монолог фразой:
-Ведь как говорят на Кавказе – забывший свой родной язык уже не является частью нашего народа. Так что давайте, закончим наш спор и пойдем по домам.
Настя погрузилась в свои мысли, а Артем начал что-то играть на гитаре.
-Летят утки, утки, - тихо пропел он.
-И два гу-уся, - подпел я.
Вот вам и живой язык. А попробуйте спеть что-нибудь на китайском – язык сломаете.
Утром я заметил, что до сих пор не поменял треснутое еще две недели назад стекло – оно как-то резко вылетело у меня из головы. Поэтому весь сегодняшний день я бегал по Верховью в поисках хорошего стекольного магазина, а под вечер подкатил даже в Осташков, где и купил нужное мне стекло. Между прочим, тоже немецкого производства. По приезду домой, я не стал его вставлять сразу, а решил отложить это дело до понедельника, то есть через день. В воскресение менять стекло мне не хотелось совершенно. Поставив стекло к стене, я довольно потер свои руки, потянулся и отправился мыть полы в пристройке и пылесосить ковры.
А ночью я не мог уснуть. Я ворочался с бока на бок, мечтал, вспоминал прекрасные моменты в моей жизни, но так и не смог уснуть. Я вспомнил, что Настя говорила, что не хочет ночью смотреть на Волчий лес.
«Интересно, что в нем такого страшного» - подумал я. – «Лес как лес. Немного мрачноватый, конечно. Но все равно это лес».
Я оделся и вышел из дома. Было полнолуние, луна ярко освещала окрестности, поэтому я даже не стал брать с собой фонарик. Хотя отец всегда говорил, что выходя ночью из дома необходимо брать с собой яркий источник света.
За несколько минут я вбежал на тот пригорок недалеко от деревни, с которого был виден этот лес. Остановившись, я посмотрел на него. Он был такой же мрачный, как и днем, но между его деревьев то и дело мелькали какие-то белые призрачные огоньки...
Ночью разразилась сильная буря. Северный ветер, полный ярости, ломал деревья и срывал провода. К середине ночи треснутое стекло не выдержало напора стихии и разбилось. Дождь начал капать в дом и к утру на полу возле окна образовалась большая лужа.
Я проснулся около половины шестого из-за того, что замерз.
-Это всемирный потоп? – удивился я, глядя на растекшуюся по полу воду.
Подойдя к окну, я увидел, что старое стекло треснуло основательно, а прилетевшая в него ветка разбила его середину, через которую и капала вода. Ветка лежала на подоконнике с внешней стороны.
-Вот тебе и ночка, - произнес я. А затем посмотрел на мокрый пол, на окно, махнул на все рукой, достал из шкафа старый плед и пошел досыпать.
-Я пришел к тебе с приветом! Рассказать что солнце встало!
Меня разбудил стук в окно. На улице стоял Артем, пел стихи и барабанил в разбитое стекло.
-Прекрати добивать мое многострадальное стекло, - сонно попросил я.
-Просыпайся лучше! Сегодня такой день!
-Я не знаю, какой там день, но я сегодня по уши в работе.
-Вот и вставай, раз в работе.
Я встал.
-Тебе чего, - спросил я, подойдя к окну. – Оля на серенады не реагирует?
-Нет. Она уехала, - сказал Артем.
-Куда? – удивился я.
-Куда-куда. На море. На две недели.
-Понятно. Тебе-то что нужно?
-Да я на аэродром хотел позвать.
Я вспомнил ночной поход к лесу.
-Что-то у меня нет никакого желания идти на этот аэродром, - сказал я.
-С чего это?
-Не нравится мне этот лес. Какой-то он пугающий, мрачный и холодный.
-Ты просто не привык к нему. Да и вообще, я тебя не в лес зову, а на аэродром. Там ничего страшного.
-Артем, мы за свою жизнь еще в такие передряги попадем, что похлеще какого-то аэродрома будет. Все, иди отсюда, мне еще стекло вставлять. До двух бы управится, чтобы вечер был свободен.
-Ну хорошо, - сказал Артем. – Может вечером на озеро?
-Не против.
Как уже известно, в хозяйственных делах я умею почти что все. В теории. На практике это еще попытаться надо сделать. Но теоретически – я мастер на все руки.
С ним пришлось провозиться долго – найти в шкафу книжку «Все для дома», найти нужные инструменты, тщательно вытереть пол – на мокром работать не слишком удобно. Вытащить разбитое стекло, вставить новое, полчаса искать в сарае замазку, чтобы хоть как-то закрепить его в раме.
После работы я быстренько перекусил бутербродами и посмотрел на часы – три часа. Я вышел на улицу. Было жарко, безветренно, тихо и душно. Я сел на стул рядом с входной дверью. Со стороны дороги тихий доносился звук проезжающих автомобилей, а из деревни доносился тихий говор.
Я едва не задремал, но меня разбудил телефонный звонок. Звонил Макс.
-Привет, - начал он. – Слушай, ты по рыбалке как?
-Привет. Да нормально, а с чего такой вопрос?
-Порыбачить на днях собирался, а все знакомые в учебе по уши, так вот думаю, может тебя взять. Заодно и пообщаемся.
-Не против. А можно еще и Артема с собой взять? Он тоже по рыбалке норм.
-Бери. И Настю с Олей бери. Пикничок забабахаем.
-Оля на море, а Настю я спрошу, не против ли она.
-Давай. Может как раз завтра и махнуть? Я завтра свободен.
-Не против. Позвоню вечером, когда узнаю, кто едет.
-Звони.
-Ты это куда отправился? – спросил Артем, заметив меня с лопатой и ведром.
-Червей копать.
-И куда?
-Не знаю. Найду где-нибудь. В лесу, например.
-У тебя свои что ли кончились?
-Нет, но их мало.
-Так идем, я тебе своих дам.
-Но я хотел накопать, - проныл я.
-Накопаешь в другой раз. Да и никто не знает, где их копать нужно. Не копали уже лет десять.
Он щедро отсыпал в маленькую баночку из-под кофе где-то половину своих червяков.
-А ведро-то ты нафига тащил? – спросил Артем. Я пожал плечами.
-Ты на рыбалку собираешься?
-Да. Позвонил Макс, предложил завтра на рыбалку сгонять.
-Хммм... А куда?
-Вот этого он мне не сказал.
-Ну ладно. Ни хвоста, ни чешуи.
-Подожди ты, хвост, чешуя. Ты с нами поедешь?
-А ты приглашаешь?
-Конечно. Какая рыбалка без главного рыбака? – ответил я.
-Вот это правильно. Во сколько едем?
-Еще не знаю. Вечером узнаю.
-Узнавай, узнавай. Только мне сказать не забудь. А то еще уедете без меня.
-Не уедем, - усмехнулся я. – Я еще Настю хочу пригласить.
-Настю? Ну давай. Покажешь, какой ты крепкий рыбак. Она таких любит, - он улыбнулся.
-Посмотрим. Я у нее еще спрошу.
Настя тоже согласилась поехать на рыбалку и даже обрадовалась такой новости. Поэтому, в полдень следующего дня мы втроем, нагруженные удочками, ведрами и туристическими рюкзаками стояли возле переезда. Макс уже был здесь.
-Ну вы и нагрузились, - усмехнулся он. – Как будто в поход на месяц идете, а не на рыбалку с ночевкой.
-Наш девиз четыре слова, нужно быть к всему готовым, - сказал Артем. – Я даже компас взял. Вдруг заблудимся.
-Не заблудимся, - сказал Макс. – На Щалозере рыбачить будем.
-А может на Долгое сгоняем, - спросил Артем. – Я там давно не был.
-Зато я был две недели назад. Рыбы нет, берег загажен. Никакой эстетики не осталось. Делать там нечего.
-Ну понятно, - ответил Артем. – Щалозеро так Щалозеро. Хотя, я там все равно никогда не был.
Артем с Настей сели на заднее сиденье, а я сел вперед.
-Скучный ты, Рома, - сказал Артем. – Я бы сел рядом с Джульеттой.
-Ты и так сидишь рядом с Джульеттой, ТАК ЧТО МОЛЧИ! – я погрозил кулаком на заднее сиденье.
-Что, достал уже? – спросил Макс. Я кивнул.
-Меня так же троллили, когда я на одногруппницу глаз положил. Правда, недолго это продолжалось, ее через полгода отчислили и дышать сразу стало проще. А то, что не шаг, так сразу «ой, а где твоя подружка?»
-Вот. И здесь тоже самое. Почти два месяца одно и тоже.