Глава 6
– Синь Синь, что случилось позавчера ночью? Что произошло? – Нина долго колебалась, но всё же спросила, волнуясь за подругу,.
Она расспрашивала Синь Синь той ночью, но та так ничего и не ответила. Эдвард даже обошёл округу, посчитав, что на девушку напал маньяк.
Нина взволновано задала Синь Син вопрос, не столкнулась ли та с каким-либо плохим человеком, но девушка только покачала головой и промолчала. Они ничего не могли поделать, видя, что Синь Синь сейчас в неустойчивом состоянии, поэтому просто вернулись домой и стали ждать, когда девушка успокоится, чтобы вернуться к тому вопросу.
Эти несколько дней Синь Синь была крайне молчалива, даже улыбалась через силу и казалась какой-то заторможенной. Она казалась такой подавленной, что Эдвард и Нина, видя всё это, были очень встревожены.
Был как раз обед, и Нина в конце концов не сдержалась и решила непременно узнать, что случилось с Синь Синь.
Тао Синь Я подняла голову и увидела беспокойство и упрямство на лице Нины. Тогда как Эдвард тепло улыбнулся девушке:
– Синь Синь, расскажи, в чём дело. Может, мы с Ниной сможем помочь.
Тао Синь Я понимала, что они беспокоятся о ней, и улыбнулась им
– Ничего особенного...
– Что за вздор! – сурово уставилась на неё Нина. – Синь Синь, ты что, не считаешь нас с Эдвардом своими друзьями?
Девушка понимала, что Нина злится, но Тао Синь Я не знала, как об этом рассказать – если бы она сама не прошла через «перерождение», то никому бы и ни за что не поверила бы.
Но за эти несколько дней девушка чувствовала потерянность, места себе не находила. Она не знала, как ей поступить. Может, стоит жить спокойно, как и прежде, словно ничего не случилось?
Однако... Тао Синь Я думала о страданиях Юань Юй Жаня, причиной которых стала именно она – как можно заставить себя закрыть на это глаза?
Сердце Тао Синь Я при мыслях о Юань Юй Жане невольно отозвалось болью, и улыбка на лице снова сменилась мрачным выражением.
Нина и Эдвард переглянулись. В их взглядах отразилось беспокойство:
– Синь Синь...
– Честно говоря... – вдруг тихо проговорила Тао Синь Я. – Я прочитала одну новеллу.
– Что? – удивились друзья.
– Новеллу? - нахмурилась Нина. - О чём она?
Тао Синь Я прикусила губу, помедлила, а потом проговорила:
– Наверное, её можно считать историей о любви?
– Так ты из-за какого-то романчика такая грустная все эти дни? – от удивления на лбу Нины проступило несколько чётких морщинок.
Эдвард тоже сморщил лоб, но он придерживался правил истинного джентльмена, поэтому всё так же мягко спросил у Тао Синь Я:
– И о чём эта новелла? Она ведь отчего-то тебя расстроила.
Тао Синь Я заломила пальцы. Она сама понимала, что её объяснение было крайне несуразным, но девушке и в самом деле было необходимо мнение со стороны.
– М-м-м... У главного героя была подруга детства, он очень дорожил этой младшей сестрёнкой. Ей тоже очень нравился этот старший брат-сосед, а когда она повзрослела, то естественно влюбилась в него. Однако у главного героя появилась возлюбленная, и всё у них было хорошо. Младшая сестрёнка сильно ревновала, ей очень не нравилась эта главная героиня, и она всеми правдами и неправдами вредила героине и даже заставила главного героя жениться на себе.
– Как заставила? – спросила Нина.
Тао Синь Я печально повесила голову:
– Подсыпала снотворное.
– Твою мать, она использовала самый бесчестный способ! – выругалась Нина. – Неужели младшая сестренка не понимала, каковы будут последствия? Её гнусный поступок мог пробудить в человеке только дурные чувства!
Тао Синь Я уронила голову ещё ниже.
– Что было потом? Главный герой женился на этой младшей сестрёнке?
– Да... Младшая сестра вынудила родителей главного героя подумать, что тот переспал с ней. Его матушка была слаба здоровьем, и главный герой ради её благополучия женился на девушке.
Эдвард нахмурился:
– Ни один мужчина такого не стерпит.
– А потом? – спросила Нина.
– Младшая сестра несколько лет терпела безразличие мужа. Кроме того она постоянно ссорилась с главным героем, потому что у него по-прежнему были хорошие отношения с возлюбленной. Младшая сестра даже приходила к ней, дралась и скандалила с героиней...
Пока Тао Синь Я всё это рассказывала, то чувствовала себя всё хуже и хуже. Почему она раньше была такой наивной? Заставила всех страдать.
Нина с Эдвардом слушали, качая головами – эта младшая сестрёнка по-настоящему отвратительна.
– Затем младшая сестра решила развестись, оставила подписанное соглашение о разводе и уехала. Никому не ведомо, почему самолёт разбился, а она погибла. В итоге девушка очнулась и обнаружила, что её душа очутилась в другом теле.
– Пфф, – выплюнула Нина воду, которую только что глотнула. – Что за история? В ней так много чепухи!
Если бы Тао Синь Я не была участником событий, то ей бы тоже казалось, что этот рассказ – полная ерунда.
– Младшая сестра, получившая второй шанс, решила начать жить заново и забыть о прошлом. Она считала, что после её смерти всем будет лучше, и главный герой обретёт счастье вместе со своей возлюбленной. Ей было невдомёк, что позже она встретит его и узнает, что главный герой так и не женился на героине, и носит их обручальное кольцо, потому что ему стыдно, и герой наказывает себя за смерть младшей сестрёнки.
– Ах! – Нина прижала ладони к щекам, и в её глазах вспыхнули сердечки: – Такие хорошие парни – настоящая редкость.
Действительно, такие герои только в книжках и встречаются!
Да-а, он и в самом деле очень хороший, но из-за неё живётся ему несладко.
Тао Синь Я почувствовала горечь, но девушка продолжила свой рассказ:
– Младшая сестра не знает, как ей поступить. Она не хочет сталкиваться с прошлым, но не может выкинуть из сердца такого главного героя.
– Погоди, – прервала её Нина, чуть скривив лицо. – Синь Синь, неужели ты поставила себя на место младше сестры и поэтому была такой странной в последние дни?
Она на самом деле и есть та самая младшая сестрёнка, но если расскажет, то никто не поверит. Тао Синь Я улыбнулась через силу и тихонько кивнула.
Нина молча вздохнула полной грудью, а Эдвард был в полном недоумении. Однако они оба подумали, что китайцы очень сентиментальны. К тому же Синь Синь так юна, поэтому это нормально, что мелодраматичный любовный роман произвёл на неё такое впечатление.
В этот момент друзья совершенно забыли, что Тао Синь Я их ровесница.
– Если начистоту, то эта младшая сестрёнка – эгоистка! – начала рассуждать Нина, сделав глоток чая: – Она думала только о себе, когда собралась заполучить главного героя, и совершенно не думала о нём. После смерти она посчитала, что с её уходом главный герой будет жить счастливо. Да я тебя умоляю. Неужели она такая сволочь, у которой не было ни крови не слёз? Они ведь были друзьями в детстве! Даже когда умерла прожившая 8 лет в моей семье собака, я горевала целых полгода.
Тао Синь Я подавлено слушала слова Нины. Как можно было этого не понять? Старший брат когда-то постоянно просил девушку не быть такой упрямой, не быть такой эгоисткой, Желать кому-то счастья – это тоже своего рода любовь. Однако в то время Тао Синь Я совершенно не воспринимала чужое мнение. Она знала все эти истины, но в душу девушки въелось упрямство, заставляя её, как одержимую, желать заполучить мужчину.
Тао Синь Я сама испортила жизнь и себе, и другим за компанию.
Родившись заново, она осталась такой же эгоисткой. Девушка решила порвать с прошлым, не видеть и не слышать его. Она убедила себя в том, что всем без неё будет лучше. На самом же деле Тао Синь Я просто не осмеливалась столкнуться лицом к лицу со своими ошибками.
Могут ли они жить нормально? Её названные родители любили девушку как родную дочь, относились также как и к родному сыну. А ещё...Брат Юань любил её как никто другой.
Родные так любили девушку, и как они могут быть счастливы от того, что она умерла?
– Если она на самом деле чувствует вину перед семьёй, то ей следует компенсировать...
– Компенсировать? – спросила Тао Синь Я, подняв взгляд на Нину.
– Верно! Она ведь испортила отношения других людей. Почему бы не помочь исправить их? Эта возлюбленная всё ещё любит главного героя, если по-прежнему осталась рядом с ним... Да, Синь Синь, что там в продолжении истории? Забудь. Просто дай мне книжку, а я сама прочту.
Такая мелодраматичная новелла взбудоражила сердце чувствительной барышни.
Где бы раздобыть такую книгу? Тао Синь Я в нерешительности опустила глаза:
– Эмм, эта новелла на китайском, ты не сможешь её прочесть, Нина.
Нина расстроилась, но не стала заморачиваться:
– Так что было потом? Расскажи мне, Синь Синь.
Потом...Тао Синь Я не знала, потому что неизвестно, что случиться в конце. Однако слова Нины дали ей понять, что не стоит больше сбегать.
Нужно отдать долги, ведь девушка так много задолжала.
– Нина, спасибо тебе, – Тао Синь Я сама понимала, что ей нужно сделать.
– За что? - Нина не поняла, за что её так внезапно поблагодарили.
Тао Синь Я улыбнулась, на её щеках появились очаровательные и притягательные ямочки:
– Я ещё не дочитала новеллу до конца. Когда прочту, то расскажу тебе.
Когда-то она разрушила счастье брата Юй, а теперь должна вернуть ему счастье.
Тао Синь Я вышла из автобуса и осмотрелась по сторонам. Ошибочно было думать, что здесь несколько частных владений – на самом деле здесь живут только две семьи, владения которых занимают по сотне гектаров. Джонсам принадлежит прекрасный белый замок, а семье Юань – великолепное, красивое как мечта здание в готическом стиле.
Тао Синь Я решила, что не стоит сюда возвращаться, но если точнее, она никогда бы не осмелилась приблизиться, трусливо прячась ото всех.
Даже теперь, стоя прямо здесь, девушка сразу почувствовала страх и тяжесть на душе – пальцы мелко задрожали, а ладони вспотели.
Эта дорога была известна ей как никому другому. Когда-то она бегала по ней, смеясь от счастья и думая, что весь мир вращается вокруг неё. Тогда она жила, и творила, что хотела.
В конце концов, это многих ранило...
Тао Синь Я тихонько вздохнула, изгоняя тоску из своего сердца. Когда она собралась подняться вверх по склону, рядом с ней вдруг остановился чёрный Роллс-Ройс.
Она застыла, повернула голову и увидела, что водитель вышел из машины, чтобы открыть пассажирскую дверь. Из неё вышла дама средних лет, одетая в тёмно-красное ципао с вышивкой и тёмно-зелёный плащ, с бумажным пакетом в руке.
– Джим, можешь ехать! – сказала она водителю.
– Хорошо. Пожалуйста, будьте осторожнее, леди, – почтительно поклонился Джим, сел в машину и уехал.
Тао Синь Я растерянно рассматривала женщину – вьющиеся волосы слегка поседели, на лице появилось множество морщинок, однако её изящество и элегантность остались неизменными.
Она помнила, что эта женщина всегда надевать ципао, и умела носить его с изяществом и грациозностью, присущей азиатам. Эта леди некогда очень любила Тао Синь Я. Однако, когда она узнала, что натворила девушка, то её взгляд наполнился огорчением и разочарованием. Впоследствии женщина больше не встречалась со снохой.
– Ох! – вдруг воскликнула леди, из её бумажного пакета выпали помидоры.
Тао Синь Я поспешно подобрала их.
–Назв... – Она почти проговорила те два слова.
Она быстро проглотила их и легко улыбнулась женщине:
– Леди, вы уронили помидор.
– Спасибо, – Чэнь Ань Мэй взяла помидор и посмотрела на девочку перед собой. Это азиатка! – Я тебя раньше не видела. Ты кого-то ищешь? – она спрашивала об этом, потому что здесь жили только две семьи.
От улыбки женщины на душе Тао Синь Я стало горько, она спешно опустила взгляд:
– Нет, я села не на тот автобус и только что вышла из него – подумала прогуляться по окрестностям, прежде чем придёт другой.
– Вот оно что, – улыбнулась Чэнь Ань Мэй и достала из пакета круассан: – Это моя благодарность за помощь с помидорами. Угощайся.
– Не стоит, – отказалась Тао Синь Я.
Чэнь Ань Мэй стала настаивать, вложив круассан в её руку:
– Бери, не стоит благодарности Ты ведь азиатка. Откуда ты родом?
Она смотрела на девочку.
Тао Синь Я приняла угощение:
– С Тайваня.
– О? – удивилась Чэнь Ань Мэй. – Какое совпадение. Ты говоришь по-китайски?
Вопрос был задан на этом языке.
– Да, – ответила на китайском Тао Синь Я.
Чэнь Ан Мэй не ожидала встретить свою соотечественницу, поэтому очень удивилась:
– Кстати, я тоже с Тайваня. Ты так молодо выглядишь, тебе уже есть 18 лет?
Заметив нахмуренные брови дамы, Тао Синь Я поняла, о чём думает её названная мать – «Кто позволил ребёнку сесть в автобус?» Она была очень ответственной женщиной.
Она не выдержала и улыбнулась:
– Мне двадцать.
Чэнь Ань Мэй обратила внимание на улыбку Тао Синь Я:
– Ах, у тебя такая милая улыбка.
Девочка похожа на куколку, и ямочки на щеках такие очаровательные.
– Пойдём. Не желаешь ли выпить чаю у меня дома? – Чэнь Ань Мэй повела за собой девушку, не дав ей шанса отказаться: – Так редко можно встретить тайваньца. Как раз поболтаешь со мной, старушкой!
– Вы так стары? – в недоумении моргнула Тао Синь Я. – Однако вы ведь выглядите чуть старше тридцати?
– Ах! – Чэнь Ань Мэй прикрыла рот. – Девочка, ты говоришь такие приятности. Мне уже 53 года.
Тао Синь Я широко открыла рот. На лице было написано удивление:
– Как такое возможно? Я вообще не поняла. Леди, вы ведь меня не обманываете?
Девочка развеселила Чэнь Ань Мэй, и она повела её вверх по склону.
– Девочка, ты мне льстишь. Не называй меня леди, зови меня тётей Мэй!
Тао Синь Я послушно последовала за женщиной, видя, как она радуется. Уголки губ девушки тоже поднялись. Эта сценка заставила её скучать.
Когда-то они вместе с названной матерью вместе ходили за покупками, а потом приказывали водителю припарковаться здесь, держась за руки и секретничая о своём, о девичьем, шли домой вместе.
Девушка даже не ожидала, что после её ухода, названная мама сохранит эту привычку.
– Ах да, я так и не узнала, как тебя зовут? – Чэнь Ань Мэй вспомнила, что не спросила у девочки имя.
Улыбка на лице Тао Синь Я потухла. Она взглянула на Чэнь Ань Мэй и, поколебавшись, ответила:
– Тао Синь Я. Меня зовут Тао Синь Я.
«Шлёп!»
Из рук Чэнь Ань Мэй выпал пакет, и из него высыпались покупки.
Тао Синь Я вообще не ожидала такой реакции названной матери. Она опустилась на корточки, взяла пакет, подобрала выпавшие вещи и изобразила на лице недоумение:
– Что-то случилось, тётя Мэй?
Чэнь Ань Мэй улыбнулась через силу, внимательно смотря на Тао Синь Я, и её глаза едва заметно покраснели:
– Всё в порядке. Просто никак не ожидала, что ты – тёзка моей погибшей снохи. Как же я испугалась.
– Да? Вот это совпадение, – Тао Синь Я удивилась, когда заметила, как покраснели глаза названной матери, на сердце стало кисло-кисло.
«Простите, мама, я не могу вам сказать, что я – та самая любимая вами Синь Синь.»
– Ты говорила, что тебе двадцать, и так совпало, что моя сноха вышла замуж и вошла в семью в этом же возрасте. Вот только я наблюдала за её взрослением и относилась к ней, как к родной дочери.
При мысли о погибшей снохе, на глаза Чэнь Ань Мэй навернулись слёзы, и она поспешно вытерла их с уголков глаз носовым платком:
– Извини, тётя Мэй совсем расклеилась.
– Ничего страшно, – Покачала головой Тао Синь Я. – Тётя Мэй, вы очень любили свою сноху?
– Да, она была хорошей девочкой, жаль только... – Чэнь Ань Мэй тихонько вздохнула и извиняюще улыбнулась ей: – Давай не будем об этом. Извини, что пришлось слушать моё старушечье брюзжание.
– Ничего страшного, я с радостью вас выслушаю.