Лекарство для души

В статусе больного Сергей не был уже лет как пять, но три дня назад ему пришлось на себе это испытать. И если бы не Наташа, то он бы сейчас не говорил ни с кем и уж точно бы не приветствовал новых ординаторов.

Вообще, ординатура предполагает индивидуальное закрепление ординатора за руководителем, но в Мариинской больнице немного другой подход. За каждым хирургом закрепляются два ординатора. Сергей, естественно, на правах заведующего отделением выбирал себе ординаторов первым, и, конечно, Наташа была в его списке сразу же и без возражений других, уже потом там появился Денис. Боря и Женя забрали себе оставшихся четверых парней. Как-то в этом году девочек совсем маловато, зато в терапевтическом отделении у Толи все девчонки.

— Сегодня у нас ознакомительный день, — Знаменский коснулся бинтовой повязки на шее. Разрез ещё не затянулся и при разговоре изредка беспокоил, в такие моменты ему приходилось придерживать повязку. — Покажу вам ординаторскую, познакомлю с персоналом, познакомитесь между собой, в общем, будет максимально расслабленный день. Завтра начнем с вами изучение основного курса. Учебные пособия вам выдадут в университете, теорию я давать не буду, разве что дома сами будете проходить то, что скажу. Мы сосредоточимся на практической части. Диагнозы, наблюдение за операциями, постепенное ассистирование и уже в конечном счёте самостоятельное выполнение операций. Но это все к концу второго года обучения, не раньше. Экзамены по теории на базе института сдаете, практическая часть — здесь, как и при отборе в ординатуру, с комиссией. Все понятно?

— Сергей Михайлович, — Наташа обратилась к мужчине, убрав блокнот в карман выданного ей с утра халата. — А практическая часть будет проходить на манекенах?

— Когда уже будете ассистировать, то я буду засчитывать как практическую часть ваше участие в операциях, а до того момента — как в студенческие годы — на трупах. На базе больницы есть морг. Ещё вопросы?

Наташу передёрнуло. Ее всегда пугали практические занятия в институте, когда предлагались тренировки разрезов, наложения швов и прочего на умерших людях. И чаще всего, эти люди были уже как неделю почившими.

— На дежурства мы тоже будем оставаться? — молодой человек, которого звали Денисом, до этого казавшийся мало заинтересованным процессом, наконец-то подал свой голос.

— Естественно, — Сергей проверил время на часах. — Если вопросов больше нет, то прошу за мной.

Знакомство с больницей Наташе не требовалось, поэтому она со скучающим видом проходила все коридоры. Только в операционной — до этого не посещаемой территорией — у Наташи появился интерес. В голове не укладывалось, что она в скором времени сможет тут, как настоящий хирург, не только наблюдать за операцией, но и принимать в ней непосредственное участие. После обхода больницы, Знаменский привел своих подопечных в ординаторскую, где уже сидели оставшиеся ординаторы без своих кураторов.

— Ну, знакомьтесь пока что, через полчаса можете пойти на обед, а после — будем с вами смотреть истории болезней. Наташа если что проведет вас в столовую.

Знаменский удалился. Наташа чуть не покраснела от внимательных мужских взглядов. Ей так не хотелось, чтобы хоть кто-то знал, что она тут работала медсестрой до момента поступления в ординатуру.

— Так, значит, это правда, что ты до сегодняшнего дня работала тут медсестрой? — один из парней обратился к Наташе. — Я, кстати, Игорь. Это Юра, Андрей и Антон. Дениса ты уже знаешь.

Поочередно указал на всех присутствовавших. Все молоденькие, достаточно симпатичные парни. Два брюнета, два блондина и один шатен. Игорь показался ей самым приветливым, в отличие от ее напарника, он хотя бы представился и улыбнулся.

— Приятно познакомиться, — Наташа улыбнулась в ответ. — Да, я работала тут медсестрой.

— Ну, короче, по блату устроилась, — подытожил Рома.

— Я сдавала экзамен со всеми, — возразила Иволгина.

— Сомневаюсь в его честности, когда тебя тут каждый знает. Тем более, ты работала с заведующим отделением. И я видел, как вы приехали вместе с утра. Спишь с ним?

Рома все не унимался.

— Твое мнение — только твое мнение, — Наташа двинулась к двери. — Столовая в конце коридора, найдете сами. Если что, уточните у персонала.

Знакомство не удалось. Почему каждый считал, что имел право уличить ее в постельных связях со Знаменским? Даже если они и спят, что неправда, то какая всем разница? Она честно сдавала экзамен и собирается, как и все, учиться и работать, в первую очередь, для себя самой. Это ей нужно, а не ещё кому-то.

Ноги сами привели в кабинет Сергея. Постучавшись, она прошла внутрь. Мужчина стоял у зеркала, разматывая повязку на шее. Нужно было сделать перевязку.

— Давай я, — подошла к нему и размотала бинт. — Сильно болит?

— Иногда беспокоит, это нормально, — он поймал руки Наташи. — Выглядишь расстроенной, что случилось?

— Зачем ты так сказал? Ну, что я проведу если что всех в столовую. Теперь меня ненавидят все эти парни, мол, я сплю с тобой. Почему всем так интересно, с кем я сплю? Мы даже не спали!

Наташа осторожно выпуталась из ладоней Сергея и вытащила из стола новый бинт. Обработав место пореза, которое начинало потихоньку заживать, наложила новую повязку.

— Они бы все равно услышали сплетни, какая разница когда? — Сергей нежно коснулся пальцами свободной руки щеки Наташи. Она прикрыла глаза. — Не думай о чужом мнении. На то оно и чужое.

— Кто-нибудь войдет, а мы тут стоим так близко друг к другу, — ей было неловко даже подумать о том, что кто-то снова застанет их вместе.

Знаменский тяжело вздохнул, после чего подошёл к двери и запер ее с внутренней стороны.

— Лучше? — ухмыльнулся он.

— Нет, мы на работе, — она сглотнула.

Они так и не поговорили нормально с тех пор, когда снова чуть не переспали в его кабинете, а потом после ее спасения его жизни. Серёже так много хотелось сказать, но Наташа словно специально избегала разговоров по душам. Да и выписали его только вчера, им было не до разговоров. Он пришел вечером, съел приготовленный девушкой ужин, и лег спать из-за сильной усталости.

— Наташ, — прижал девушку к тумбе. Расстояния между ними не осталось. — Что происходит? До того как я оказался в больнице, мы с тобой были готовы перешагнуть черту, а сейчас ты отворачиваешься от моих губ. Сама ведь про напор сказала, что не так?

— Все так, просто мы на работе, и мне неуютно. И страшно, — с тяжелым вздохом произнесла Иволгина. — Страшно влюбиться. Когда…когда я тогда спасала тебе жизнь, я кое-что почувствовала, и теперь мне страшно, что мои чувства, если я их тебе доверю, то с ними обязательно что-нибудь произойдет. Что мое сердце снова будет разбито на множество осколков, и поэтому я не позволяю тебе себя касаться. Когда ты это делаешь: целуешь, прикасаешься, смотришь вот так пронзительно, я с ума схожу. У меня такое было всего лишь раз, когда я впервые влюбилась, ещё будучи подростком. Тогда мне даже взаимностью не ответили, и вот прошло десять лет, а я ощущаю себя также странно. Как будто впервые влюбилась, и мне страшно, что это не навсегда.

— Нет ничего вечного, Наташ, ничего. К сожалению, всему есть конец, но ведь этот конец может быть совместным — долгим и счастливым. Надо только впустить в себя чувства и довериться мне. Я клянусь, я тебя не обижу. Кто угодно, но не я.

— И ты будешь рядом всегда? На моей стороне? Поддерживать в начинаниях? И тебе не нужны деньги моих родителей?

Сергей рассмеялся. Какая она всё-таки оказалась внутри ранимая и нежная.

— Любить — это быть с человеком целиком и полностью, то есть поддерживать, помогать, заботиться, быть с ним несмотря ни на что. А твоих родителей я даже не знаю, не поверишь, но я и сам достаточно неплохо зарабатываю.

— А что я должна сейчас ответить? Я запуталась немного, — она уткнулась носом в плечо Сергея.

— Ничего не говори, лучше ответить на мой поцелуй, это будет больше, чем слова.

Он потянулся, чтобы поцеловать ее, но Наташа опередила Знаменского. Сама поцеловала. Так, как хотела уже давно. С чувством, со страстью, вложила все, что было на душе и сердце. И он ощутил эти изменения в ней, она никогда до этого не проявляла инициативу самостоятельно. Сегодня случилось то, о чем он так давно мечтал. Наташа растаяла. И целовать её — одно удовольствие, и он бы не прекращал их поцелуя, но разорвать его пришлось.

— Сначала свидание, — пояснил он. — Все должно быть по-настоящему.

— Иногда ты и правда бываешь занудой, — Наташа улыбнулась, заметив, как Сергей недовольно скривился в лице.

— Признайся, я тебе нравлюсь и по этой причине тоже, — взял девушку за руку, поцеловал запястье.

— Ты очень горячий в такие моменты. С утра, когда вел ознакомительную часть, ты был очень сексуальным. Это единственное, ради чего я готова терпеть занудство.

Оба в один голос рассеялись. Кажется, та тонкая стена, что до этого момента была между ними, разрушилась. Наташа позволила себе проявлять эмоции и чувства, а Сергей не боялся быть настойчивым. Перед тем как отпустить девушку на обед, Сережа ещё раз поцеловал ее, пытаясь насладиться этими краткими моментами нежности, зная, что им ещё до конца дня придется сдерживаться и вести себя как начальник и подчинённый.

После обеда Знаменский, как и обещал, показывал своим подопечным медицинские карты с историями болезней. Наташа и Денис на основании признаков пытались ставить предварительные диагнозы, постановка которых больше удавалась Денису. Он был силен в теории, в отличие от Наташи, которая больше любила практику. Нет, она знала все основы и могла спокойно поставить диагноз, но не так быстро и не соревнуясь при этом с кем-то. Тем более, за дежурство, а все шло к тому, что в четверг на дежурство останется она.

Сергей отлучился на пару минут к пациенту, оставив Дениса с Наташей наедине. Денис был как раз тем самым единственным шатеном. Высокий, зеленоглазый. Очень даже симпатичный молодой человек со статными чертами лица. Лазарев откинулся на спинку дивана, краем глаза наблюдая за девушкой. Она показалась ему очень даже ничего, и если у нее действительно отношения с этим занудным Знаменским, то он не понимает, что она в нем нашла. Взрослый мужик.

— Слушай, а как ты сюда попала? В саму больницу? Мне говорили, что сюда сложно прорваться, — неожиданно для Наташи Денис подал голос.

— Пришла по объявлению, мне от дома не так далеко сюда ездить.

— А чем тебя медсестринская работа не устроила? Я видел, тут неплохие зарплаты.

— Я хирургом мечтаю стать, — парень начинал утомлять Наташу. — Ещё вопросы?

Воцарилось молчание, но недолгое. Лазареву стало скучно и ему захотелось общения, поэтому он снова начал закидывать Наташу вопросами. Как пулемет.

— Парни сегодня планируют отмечать поступление, пойдешь с нами? Мы в ресторане столик заказали, там французская кухня, живая музыка, танцы. Если придёшь, мы будем рады. Можешь приходить с молодым человеком, если он боится тебя одну к парням отпускать.

Возьмёт и придет с Серёжей, хотя они, вроде, ещё как не разговаривали о статусе их отношений.

— Только если ты реально встречаешься с этим занудным Знаменским, то лучше не надо его приводить. Весь праздник испортит, — фыркнул парень.

— Тогда, извини, не приду, — Наташа пожала плечами. Не такой уж он и зануда. Ему просто нужно держать планку перед персоналом, начальник всё-таки.

— Значит, реально с ним в отношениях? Он же старый и скучный, тебе с ним интересно вообще?

А говорят, что девушки сплетницы. Мужчины похлеще женщин будут. И вот кто давал ему право обсуждать человека за его спиной?

— Мне нравится, а это самое главное, — ей надоело делать вид, что между ними ничего нет.

— Не получится у вас праздника сегодня, молодой человек, — Сергей неожиданно вмешался в их разговор. — Ваш старый, занудный и скучный куратор принял решение, что первопроходцем среди дежурных будете вы, Денис. Сегодня. Тем более, Наталья уже оставалась на дежурства в период своей работы медсестрой, она знает, что это такое. Возможно, вы в следующий раз подумаете прежде, чем обсуждать человека за его спиной. Я готов услышать все в лицо, если смелости не убавилось.

— Но…вы же обещали сегодня расслабленный день! — возмущению Дениса не было предела.

— Я передумал, — он усмехнулся. — Наташа, ты свободна. Можешь переодеваться и идти на улицу, я подойду через десять минут. Твой рабочий день на сегодня закончен.

Через полчаса Сергей отвёз Наташу в ресторан на крыше в центре Питера. Ему хотелось ее немного удивить и побаловать. Было слишком мало времени, чтобы подготовиться к свиданию, однако он успел сообразить хоть что-то. Плюс заказал а перерыве доставку цветов и ещё один небольшой подарок. Свою женщину нужно баловать, а Наташа теперь его женщина, что бы она там не считала.

— Я надеюсь, в этот раз ты заранее договорился, чтобы в меню не было аллергичных для тебя продуктов? — Наташа наклонила голову чуть в сторону, пристально посмотрела на спутника. Ей показалось, или он немного волновался?

— Не переживай, больше тебе не придется заниматься подпольной хирургией, — на лице мужчины расплылась широкая улыбка.

— Спасибо, это радует, — им принесли бургундскую говядину и вино. — Ты на таблетках, тебе нельзя алкоголь.

— Я за рулём, я буду пить сок, — и в подтверждение своих слов забрал у официанта бокал с гранатовым соком. — Я немного не успел подготовить свидание до конца, будем считать, что это небольшой аперитив перед настоящим свиданием.

Наташа удивлённо посмотрела на мужчину. Аперитив? Да тут все идеально. Особенно вид на ночной город с высоты практически птичьего полета. Огни города, маленькие силуэты людей и, что самое важное, они были одни на крыше. Такое свидание стоило невероятных денег, снять всю крышу на ночь, а он говорит, что не успел подготовиться. Ей ещё не устраивали свиданий на крыше. Были разные, но не такое. Красивое и романтичное.

— Серёж, тут все идеально, — только и сказала она.

— Поправочка, здесь идеальна только ты, а остальное красивое дополнение к тебе, — он махнул официанту рукой, и тот вынес огромный букет пионов и сирени, который выглядел изумительно, а пах ещё прекраснее. Следом передал Сергею какой-то бумажный пакет.

— Ты что-то купил мне?

Пожалуй, Наташа была из разряда тех девушек, что любили дарить подарки и так неловко чувствовали себя, когда подарки дарили им. Хотя, как говорила Ульяна, Наташа просто не привыкла, что хорошие мужчины одаривают своих женщин просто так, а не только по праздникам.

— Небольшой подарок, — Знаменский вытащил из пакета коробочку для украшений и протянул ее Наташе. — Мне кажется, тебе это подойдёт и будет отлично смотреться с цветом твоих шикарных глаз.

Открыв коробочку, Наташа обомлела. Круглые сережки с бриллиантами из белого золота блестели на свету, действительно смотрелись аккуратно и при этом изящно. И ей бы точно подошли. У нее внутри все сжалось. Такой дорогой подарок, за какие такие заслуги?

— Они очень красивые, спасибо, но… Серёж, это так дорого, я про…

— Можешь, — он встал и вытащил серьги из коробочки. — Я помогу. Не против, снимем твои серьги и положим в коробочку?

Кивнула. Он быстро справился с застёжкой, и через какие-то пару минут бриллианты были на Наташе. Сережа улыбнулся. Ей и правда шло. Бриллиант — ее камень, она сама как бриллиант. Сияла и манила.

— Давай договоримся, — спокойно начал он. — «Сережа, это так дорого» — фраза, которую я больше не услышу. Я сам решу, какие подарки тебе дарить, хорошо? Вопрос денег — вопрос исключительно по мужской части.

— Хорошо, — Иволгина не верила своим ушам.

Такое бывает, что мужчина берет на себя полную финансовую ответственность? И ещё ругает за то, что ей что-то дорого. Она никогда не жила в бедности, напротив — всегда в достатке, но, съехав от родителей, поняла, что такое деньги, и каждый раз ругала себя за необдуманные покупки. Бывало тяжеловато, временами приходилось подрабатывать на нескольких местах одновременно, но она не жаловалась никогда и не просила денег у родителей. Хотела добиться всего сама.

Сейчас ее мир рушился, и Наташа могла видеть, что бывает иначе. Что вовсе не обязательно быть сильной и независимой, если есть рядом мужчина, способный сделать её счастливой и избавить от забот в принятии таких сложных решениях.

Ужин прошел замечательно. Они много говорили и чувствовали себя как никогда счастливыми. Наташа наконец-то разглядела в Сергее то, что не видела все это время, — мужчину, в которого ей точно хотелось влюбиться. Ни начальника и ни друга, а именно спутника, с которым хотелось построить что-то особенное и настоящее. Сергей же влюбился в ее искреннюю улыбку снова, в мелодичный смех и светящиеся глаза, которые он так давно не видел. Она была счастлива, и ему это льстило. Быть причиной ее улыбки — вот чего он действительно хотел и хочет.

Уже в машине, Наташа почувствовала лёгкое головокружение. Всё-таки вино немного дало в голову, хоть и выпито было всего полтора бокала. Сергей пристёгивался, пока она рассматривала его. Сильные руки, широкая спина и по-настоящему влюбленный взгляд. Положила руки сверху на его, не дав возможности завести машину.

— Хочешь пройтись? — уточнил он, сжав одну из ладоней.

— Нет, поцеловать тебя хочу, — и перебралась на его колени. — Можно?

— Нужно, — обхватил талию возлюбленной и сам поцеловал.

Нежный, долгий поцелуй, полный страсти. Когда они были так близко друг к другу, не могли сдерживаться. Наташа была спичкой, что разжигала пламя в Сергее, он буквально сходил с ума, не в силах сопротивляться, да и не хотел особо. Сжал бедра девушки, нырнув губами в манящую ложбинку меж грудей, оставил несколько горячих поцелуев. Раздался тихий женский стон, ставший музыкой для ушей мужчины, который, не задумываясь, откинул спинку сиденья вниз и ловко поменял их с Наташей местами.

— У тебя в глазах чертики пляшут, — шепнул ей на ухо, прикусив мочку.

— У тебя тоже не ангелочки там витают, — ухмыльнулась Наташа, расправившись с пуговицами на рубашке мужчины.

Желание достигло апогея. Знаменский помог Иволгиной перелезть на задние сиденья, уложив ее на лопатки. Избавился в два счета от такого ненужного сейчас платья, опустившись дорожкой из поцелуев от шеи к груди. Спустил бюстгальтер на живот и стал играть языком с горошинами, срывая с губ девушки стон за стоном. Поцелуи спускались ниже и становились все жарче. Последний элемент одежды Наташи оказался где-то в салоне машины, а язык Сергея — на точке желания. Он издевался над ней, почти доводя до пика, а потом прекращая ласки. И так несколько раз по кругу. Наташа сходила с ума от того, что он делал, и когда она была готова умолять его дать ей разрядку, он все понял без слов. Тело девушки пробило сильной дрожью, голова стала такой лёгкой и невесомой, что ей показалось, словно она пьяна.

Пока Наташа отходила, Сергей нашел в бардачке презервативы, открыл один из фольгированных пакетиков, собираясь облачиться в защиту. Иволгина его остановила, встретив на себе полный вопросов взгляд.

— Не против, если я помогу тебе?

Без вопросов мужчина предоставил власть в умелые руки девушки. Не вытаскивая защиту, Наташа попросила Сергея поменяться с ней местами. Когда мужчина лежал спиной на задних сиденьях, она расположилась возле его паха, встав на колени. Кончиками пальцев выпустила воздух из кондома, после чего взяла презерватив в рот, разместив его за зубами, кончиком языка проникая в «наконечник» кондома и прижимая его к небу. Нагнувшись над пахом Сергея, Наташа прижала кончик презерватива к головке члена так, чтобы воздух не попал внутрь. После медленно раскатала губами презерватив по стволу члена до самого основания. Сергей явно остался впечатлён.

Мужчина снова перехватил инициативу в свои руки, сев и расположив Наташу на коленях. Направив головку члена во влагалище девушки, Знаменский медленно проник внутрь и начал двигаться. С каждым движением увеличивая темп, Сергей наслаждался стогами Наташи, параллельно оставляющей поцелуи на его шее. Почувствовав, что финиш близко, Знаменский опустил большой палец на клитор девушки и начал совершать круговые движения, чтобы привести их к пику одновременно, и ему это удалось.

— Боже! — не сдержавшись, прокричала Наташа, опустив голову на грудь Сергея.

— Я всего лишь Сережа, — ухмыльнулся он, за что получил кулаком по плечу.

— Только давай в следующий раз не в машине, — слезла с мужчины, сев рядом. — Места мало.

— Согласен, в следующий раз используем кровать.

Тяжело дыша, они смотрели друг на друга, улыбаясь, как дураки. Наконец-то все случилось и никто им не помешал. Наконец-то они сделали шаг вперёд в своих отношениях, надеясь, что теперь будут двигаться в одном направлении.

Умиротворение длилось недолго. Наташе позвонили, она ответила и обомлела, после чего стала быстро одеваться.

— Что случилось? — Сережа тоже оделся.

— Этот придурок поджёг дверь моей съемной квартиры, соседи позвонили, сказали, что вызвали пожарных. Можем туда поехать?

Ни слова больше не спрашивая, Знаменский повез свою любимую женщину в ее съемную квартиру, чтобы она могла разобраться со своим придурковатым бывшим и его поступками. Нахрен эту съёмную квартиру, все, окончательно съедет к нему, чтобы никакие придурки больше не беспокоили.