Твоя правда. [ЗАВЕРШЕНО]

-Это твой новый дом. Не стесняйся, проходи, – сказал мне все тот же молодой мужчина в своей небесной рубашке, осторожно поправляя свои очки в железной серебристой оправе. Зрение у него, и вправду было плохое. Это я заметил с самой первой нашей встречи, когда разглядывая врача в белом халате, он постоянно надрывно щурился.
Я неуверенно помялся на месте, а затем решил сделать несколько шагов вперед. Мой тяжелый желтенький рюкзак злобно тянул меня к полу, и мне пришлось снять его со своих юных плеч. В этом доме приятно пахло старыми книгами и затухшими свечками, что навевало воспоминания о том, как перед сном мама читала мне сказки вечером. Сам дом был очень светлый и просторный, с огромными панорамными окнами. В доме все было сделано по последним технологиям, но в тоже время вокруг было очень уютным, как любимый мамин фотоальбом. Стен на первом этаже почти не было, что давало ощущение легкости и незажатости. Кухня, гостиная и что-то наподобие кабинета или читальни были разделены низкими аккуратными перегородками. Это делало дом просторнее и больше. Огромный мягкий диван сливочного оттенка стоял в центре комнаты, а подле него два массивных кресла – синее и красное. Около молочного дивана стоит темный стол на низеньких ножках, в центре которого расположился искусственный мини-камин.
–Вы точно живете один? – неуверенно спросил я. В доме было так чисто, что любой бы засомневался в таком. Не думал, что мужчины могут быть такими опрятными.
–Да. Кстати, твоя комната наверху. Пошли за мной, - мужчина солнечно улыбнулся, и на левой щеке у него появилась маленькая ямочка. По деревянной лестнице со стеклянными перилами мы поднялись на второй этаж. Я хотел было свернуть, но он потянул меня дальше, по следующему пролету. Чердак? Мы замерли, и нескольких шагах от лестницы расположилась обычная белая дверь.
¬-Готов? – ехидно спросил молодой человек и коснулся дверной ручки.
Я кивнул.
Дверь распахнулась, и я увидел абсолютно белую огромную комнату с большой кроватью у левой стены. Так же в комнате стоял письменный стол, стул шкаф и всего одна полка на стене. На секунду мне показалось, что меня притащили в камеру для душевнобольных, которым я и вправду являлся в последнее время.
–Эта комната твоя, и решать какой она будет лишь тебе. Ты подумаешь, скажешь, какой ты желаешь ее видеть, а потом мы пойдем покупать все, чтобы осуществить задуманное тобой. Хорошо? – его лицо было наполнено серьезностью, но в глазах читалась неописуемая радость, что, наверное, горела сейчас в его молодом сердце.
–Хорошо, – медленно прошептал я, и на моем лице пробежала неуверенная скользкая улыбка. Этот человек так добр ко мне, интересно за что? Но все равно…
Я так тоскую по ней, тоскую по матери.