пляж/22
– Когда я уйду, ты должна знать, что я не последняя, кто тебя обидит.
– Что ты имеешь в виду? – спрашиваю я, присаживаясь. Мне абсолютно не нравится, в какое русло она повернула разговор.
– Люди приходят и уходят, это нормально. Умей быть сильной, – тут она замолкает и окидывает меня взглядом. – Хотя я не та, кто должна тебе об этом говорить. За свои двадцать с хвостиком я не встречала таких сильных девушек, как ты, Ира.
Я не знаю, как реагировать на её слова, поэтому решаю промолчать.
Вдруг Лиза подскакивает и бежит к берегу. Я немедля поднимаюсь за ней. Мне кажется, что сейчас Лиза остановится, ведь до воды остается совсем немного, но она, наоборот, несется к волнам прямо в одежде. Зная примерную температуру на улице и в океане, я тут же прихожу в ужас. Что она творит?
Добравшись до берега, кричу её имя, но в ответ слышу только смех. Черт бы её побрал! Как бы я ни просила Лизу закончить свои игры и вернуться, она как будто не слышит меня. По телу на пару с волнением растекается злость.
– Выходи из воды, сейчас же! Ты можешь заработать воспаление легких, идиотка! – ору я, но мои старания напрасны.
Сдавшись после нескольких попыток вытащить её на сушу, плюхаюсь на песок, подперев лицо кулаками. Если бы я нырнула за ней, это бы ничего не принесло, ну, может быть, только простуду. А Лиза тем временем продолжает плавать в одежде, не обращая на меня внимания. Когда она погружается под воду, я закатываю глаза, а когда выныривает, показываю ей средний палец.
– Ой, да брось. Иди ко мне, крошка! – кричит Лиза в шутку, протягивая ко мне руки.
Вконец разозлившись, я снимаю обувь и кидаю ее в Лизу, не заботясь о том, что она может не долететь и плюхнуться в воду. Когда обувь скрывается под водной гладью, мне хочется зареветь. Как же вытащить Лизу на берег? Даже отсюда я вижу, как посинели её губы.
Казалось бы, положение безвыходное, но меня неожиданно осеняет. Её можно вытащить из воды только единственным способом. Да, возможно, я замерзну и все-таки заболею, но, по крайней мере, нам обоим не будет грозить воспаление легких.
Я не спеша начинаю снимать одежду, не отрывая взгляда от Лизы. Освободившись от верхней кофты, я кидаю вещи назад, сразу ощутив прилив беспокойного студеного ветра, затем берусь за джинсы, которые летят туда же, куда и все предыдущие шмотки. Оставшись в одном белье, я игнорирую холод под ногами и ледяные порывы ветра.
– Какого черта ты творишь?! – разъяренно кричит Лиза, направляясь к берегу. Так-то! – Немедленно оденься, ты простудишься, и тебя могут увидеть люди! Мое предложение было несерьезным! – Вместо того чтобы послушаться её, я наигранно смеюсь. – Я не шучу, Ира! Сделай то, что я говорю, сейчас же, пока я не сделала это сама, и поверь, детка, пока я буду одевать тебя, мои пальцы будут абсолютно везде!
Это уже не весело, Лиза использует запрещенный прием, черт возьми! Представляя картину, которую она описала, я сжимаю ноги, пытаясь утихомирить пульсацию в самом неподходящем месте. Пока я стою в оцепенении, она успевает выйти из воды. Её одежда насквозь мокрая, с нее беспрерывно стекают струи воды. Орлиный взгляд заставляет меня сглотнуть и вновь почувствовать себя жертвой. Я автоматически делаю шаг назад.
– Видимо, мне все же придется одеть тебя, – шепчет Лиза, приблизившись вплотную.
Я успеваю только пискнуть, прежде чем оказываюсь на её плече. Громко выругавшись, я настаиваю на том, чтобы меня опустили на землю, но этого не случается.
Лиза поднимает мои пожитки и несет к машине, пообещав забрать плед и все, что осталось на пляже – даже мою обувь, которую она достала, – когда закончит со мной возиться.
Открыв заднюю дверь автомобиля, она закидывает меня на сиденье и забирается следом. Места тут побольше, чем в обычной иномарке, поэтому ей удается не раздавить меня своим большим телом.
– Что ты делаешь? Отдай мне вещи и выйди, нам надо поскорее доехать до дома, тебе нужны сухая одежда, теплые носки и чашка горячего шоколада, – злобно выговариваю я, пока она надевает джинсы. – Лиза, ты вся мокрая, уйди от меня!
– Перестань брыкаться, – сквозь зубы процеживает она, схватив мои запястья и припечатав их к сиденью над моей головой.
Но я не прекращаю. Мне не нравятся ощущения, когда капли с её волос падают на мой оголенный живот, уж слишком они приятные. Прекратив извиваться, я пытаюсь отдышаться, но из-за того, что она делает дальше, начинаю задыхаться по новой. Лиза оттягивает резинку моих трусов и, наклонившись, целует надпись на бедре. Я резко вздыхаю, когда чувствую знакомую легкую боль, и, при свете лампочки в машине мне удается увидеть красивейший засос прямо на татуировке.
Какого. Черта.
– Что ты натворила? – в полнейшем негодовании спрашиваю я.
– Чтобы в будущем слушалась меня. Одевайся и пересаживайся на пассажирское. – Её шепот больше похож на шипение змеи, один взгляд на Лизы дает понять, что она невообразимо зла.
Оставшись в машине наедине с собой, я пытаюсь понять причину её нервозности. Её здоровье оказалось под бо́льшим ударом, чем мое, когда она нырнула в воду. Так почему её раздражает, что я обнажилась на суше? Счет равен, поэтому не стоит выходить из себя.
Одевшись, перелезаю вперед и принимаюсь ждать, когда Лиза вернется. Видимо, после такой ледяной воды любой станет достаточно трезвым, чтобы вести машину. Её фигура кружится вокруг расстеленного пледа. С полными руками она направляется к машине и, открыв багажник, закидывает все в него. Положив ноги на сиденье, я опираюсь подбородком на колени и слежу за тем, как Лиза, распахивая дверь, садится на водительское место и без лишних слов и взглядов выезжает с парковки.
Цвет её губ до сих пор отдает синевой, и мне очень хочется впиться в них поцелуем, чтобы наполнить своим теплом. Отмахнувшись от непрошеных мыслей, смотрю в окно, в очередной раз наблюдая за огнями ночного города, проплывающими мимо нашего автомобиля.
* * *
В этот раз Лиза подъезжает к женскому общежитию. Заглушив мотор, она садится боком, лицом ко мне, и принимается тарабанить пальцами по рулю. Посмотрев на неё, я недоуменно мотаю головой.
– Не хочешь пригласить меня к себе в комнату? – спрашивает она.
– Эм... да, конечно. М-м... не хочешь зайти? – подыгрываю я, слегка запинаясь.
– С удовольствием, – криво улыбается она. – Только сначала забегу к себе, чтобы прихорошиться. Я позвоню тебе, когда буду подходить.
Оказавшись в комнате, я закрываю дверь и припадаю к ней спиной, рассматривая все, что меня окружает. Кровать Ники заправлена, а письменный стол пуст. Мне ее не хватает, и я не устану об этом говорить. Здесь стало тоскливо без ее смеха и болтовни. Почему она выбрала его, а не меня? Мы ведь столько всего пережили вместе.
Покачав головой, я направляюсь в душ, чтобы как следует согреться. Не знаю, сколько прошло времени, но неожиданно шторка начинает отодвигаться. Схватив полотенце, я вовремя прикрываюсь, потому что через секунду передо мной предстает Коди.
– Какого хрена?! – кричу я, сильнее прижимая к себе спасительную ткань. Он никогда себе такого не позволял, да и выражение его лица нагоняет страх. – Коди? – осторожно говорю я, заглядывая в его глаза. – Ты пугаешь меня.
Он начинает смеяться, а я подскакиваю.
– Прости. Ты бы себя видела, – качая головой, пытается успокоиться он.
– Пошел вон! – кричу я, невероятно сильно злясь.
– Прости, – повторяет Коди, прежде чем покинуть ванную комнату.
Выключив душ, я быстро обтираю себя все тем же полотенцем и надеваю принесенные с собой вещи. Это что-то новенькое для Коди, и я до сих пор трясусь от недавно пережитого страха. Мне хочется ударить его за такую выходку, потому что это совершенно несмешно. Жаль, что он любимчик змеек, сидящих на входе. Они пропускают его сюда с большим удовольствием и без лишних вопросов.
Обмотав полотенцем голову, я поправляю черный топ и подтягиваю спортивные штаны. Бросив взгляд на отражение в зеркале, покидаю ванную. Не успеваю пройти и половины пути в сторону кровати, как Коди тут же накидывается на меня с объятиями.
– Я скучал по тебе, – говорит он, целуя меня в макушку.
Ответив взаимностью, я подхожу к тумбочке и пишу Лизе, чтобы она не приходила, так как у меня гости. Ответ приходит через несколько секунд:
М или Ж?
Я закусываю губу, пытаясь подавить желание растянуть рот в улыбке. Пока Коди рассказывает что-то наверняка интересное, я печатаю одну букву и отправляю:
М.
Телефон снова вибрирует в моей руке:
Встреть меня, я выхожу.
Мне хочется расхохотаться, но паника оказывается сильнее веселья. Я не могу допустить, чтобы Коди и Лиза встретились, зная, какая неприязнь между ними. Ухватившись за первую попавшуюся идею, я прерываю друга и стараюсь произнести как можно увереннее:
– Я, конечно, рада, что вы с Ильей вернулись раньше времени, но давай поговорим завтра? Я очень хочу спать, время-то очень позднее, тебе повезло, что я еще не легла, когда ты заявился.
– Ох, прости, я так сильно хотел тебя увидеть, что забил на поздний час. Конечно, мы можем поговорить в другое время, – отвечает Коди, поднимаясь.
После не самого короткого прощания я запускаю руку в волосы и молюсь, чтобы Коди не повстречался на пути к общежитию с Лизой. Эти два человека мне не безразличны, и я не хочу, чтобы у одного из них сложилось неподобающее мнение обо мне.
Покусывая ноготь, я проверяю телефон в ожидании очередного сообщения от Лизы, но даже спустя пять минут ничего не приходит. А что, если она все-таки увидела Коди и у них сейчас разборка? Новая волна страха проносится по венам с бешеной скоростью. Больше всего на свете мне хочется, чтобы Лиза оказалась здесь и сказала мне, что она не встретила по пути ни одного парня.
Как только проходит пятнадцать минут, мне в голову закрадывается мысль. Может, стоит позвонить и спросить, где она? Я слегка ударяю кулаком по стене и до боли закусываю губу. Проверив мобильник еще несколько раз, все же пишу Лизе с надеждой узнать, где она застряла. Ответ приходит быстро, как и ожидалось. Она говорит, что уже подходит.
Лиза появляется только спустя полчаса. Опоздала она из-за того, что заглянула в ближайший китайский ресторан, чтобы купить еды на вынос. Про себя я расслабленно выдыхаю: значит, она не встретила по пути Коди.
Мы сидим на полу перед экраном ноутбука, на котором смотрим пародию на ужастик «МАМА». Лиза смотрела этот фильм, но очень давно, поэтому она не прочь пересмотреть его. Я смеюсь как ненормальная, и, пожалуй, это самое волшебное время за сегодняшний день. Всегда любила подобные развлечения, хоть порой и отрицала это.
Запах Лизы изредка отвлекает меня. От неё очень приятно пахнет, мне хочется уткнуться ей в плечо и наслаждаться её ароматом. В машине она была такой холодной, а здесь мягкая и теплая. Почему Лиза не может выбрать одну сторону?
Но, если бы она постоянно была доброй и нежной, было бы мне так интересно с ней, влекло бы меня к ней так сильно? В этом я очень сомневаюсь, всего должно быть в меру. Я бы ни на что не променяла её дерзость и грубость, со спокойной Лизой я быстро заскучаю.
Когда моя спина затекает, я спокойно кладу голову на вытянутые ноги Лизы. Она, по-видимому, не против. Поглаживая меня свободной рукой по волосам, второй она кормит и себя, и меня китайской едой.
– Тебе не скучно? – спрашивает Лиза.
– Ни в коем случае, а тебе? – вместо ответа Лиза качает головой.
– Я хочу пить, встань на секунду. – Она помогает мне сесть, а затем поднимается и подходит к тумбочке, на которой стоит пакет с водой и оставшейся едой.
– А мне дашь? – прошу я, наблюдая за тем, как она глотает сладкую газировку.
Оторвавшись от бутылки, Лиза подмигивает мне со словами:
– О, я бы много чего тебе дала, особенно в этой постели, – кивает она на мою кровать.
Нас обоих прерывает звонок со «Скайпа». Невероятно, но это Ника.
– Хочешь ответить? – осторожно спрашивает Лиза, словно её вопрос – это что-то недопустимое.
Я нажимаю на слово «принять», и передо мной тут же всплывает зареванное лицо Ники.
– Помоги мне, – очень тихо говорит она.
Сигарета двадцать вторая
Pov:Ира
– Что случилось? – спрашивает у Ники Лиза, присаживаясь рядом со мной. Её вид озадаченный, наверное, как и мой. Я ощущаю, как меня начинает трясти от волнения. Если Ника позвонила, преодолев гордость, значит, дела действительно ужасны.
– Джордан сошел с ума, когда я сказала ему, что хочу попросить у Иры прощения и вернуться в общежитие. Все это время он не давал мне ходить в университет, говоря, что пока мне нужно побыть дома, чтобы до конца успокоиться, – всхлипывая, объясняет она.
Я, приложив ладони к щекам, пребываю в полнейшем ужасе. Все это время Ники не было на занятиях не по собственной воле, ее буквально заставляли пропускать учебу. Мне хочется убить Джордана еще сильнее, чем раньше, ведь он оказался полнейшим ублюдком.
– А сегодня он меня ударил, – продолжает она, пока мы с Лизой переглядываемся. – Джордан сказал, что, если я кому-нибудь пожалуюсь или попытаюсь сбежать, он и вовсе убьет меня. Он размахивал пистолетом, вы можете себе это представить?!
– Тебя предупреждали, – процеживает сквозь зубы Лиза.
Повернув голову, я вижу, как на её шее выступает вена. Она зла, а на Джордана или Нику, я не могу понять. Однако Лиза имеет право негодовать после того, что устроила ему эта парочка.
– Простите, я была влюбленной дурочкой. Я знаю, что извинениями ошибку не исправишь, но мне нужно, чтобы вы меня простили и помогли. Пожалуйста! Я не знаю, что делать, я в растерянности.