пляж/12
Пару раз мне удавалось услышать искренний смех Лизы. Джаред что-то ляпнул, и она чуть ли не покатилась колобком со скамьи, заливаясь громким хохотом.
Также я не могла не заметить, как много курит Лиза. Один раз она снова заехала за мной после работы. По дороге домой она выкурила четыре сигареты. Смотрелось это дико и слегка отталкивающе. Я ничего не имею против сигарет, но, когда их чрезмерно много, меня начинает подташнивать.
Всеми силами я стараюсь не показывать то, как мне неуютно от её сверлящего взгляда. Даже находясь в компании друзей, вместо того чтобы их слушать, Лиза спокойно пялится на меня. Пристальный взор её глаз всегда доводит меня до мурашек... очень неприятных мурашек.
Хотя само по себе присутствие Лизы меня уже не так раздражает, я начинаю чувствовать себя более-менее комфортно. Деваться некуда, поэтому приходится привыкать.
Эти пять дней были по-своему насыщены, но ничего грандиозного пока не произошло. Лиза постоянно держит меня рядом с собой, но ощущение, словно она сама не знает, что делать дальше, как будто у неё нет конкретного плана и все происходит спонтанно, не покидает.
Мне удалось получить разрешение Лизы взять с собой Нику, поэтому сейчас, сидя на кроватях в общежитии, мы с ней покрываем бежевым лаком длинные ногти на руках и болтаем о том, что же нас ждет на этой вечеринке.
Большого желания ехать туда нет, и пусть я соврала по поводу сессии, мне было бы приятнее провести время в своей комнате за просмотром «Друзей».
Ника ставит на то, что там обязательно будет пиво. Но это глупо, ведь любой знает, что если собирается компания молодежи в определенном месте, то там, как ни крути, появится бочка с охлажденным алкоголем.
Я очень надеюсь, что мы не задержимся слишком долго на этом пляже. Завтра надо очень рано встать, потому что помимо учебы и работы есть еще кое-какие дела.
Эти дела связаны с Коди. На протяжении всех этих дней я пыталась дозвониться до него или выловить друга в офисе, но ничего не получалось. Он словно сквозь землю провалился, и, если бы не Илья, я бы действительно в это поверила. Парень сказал, что Коди занимается редактированием в их комнате, а на мои звонки не желает отвечать. Как бы по-детски и глупо это ни выглядело, я почему-то не могу отделаться от чувства вины. На протяжении долгого времени мы с Коди были закадычными друзьями, как бы сильно он ни хотел большего. Мы во многом поддерживали друг друга, делали что-то в паре, а сейчас, не слыша несколько дней его голоса, смеха и шуток, я ощущаю какую-то пустоту внутри, и мне очень хочется встать, побежать в сторону мужского общежития и, постучав в знакомую дверь,броситься на шею того, кого я по-своему сильно люблю. Но в реальности приходится следовать совету Ильи: Коди надо дать время, слишком сильно я ему нравлюсь, чтобы он был способен рассуждать здраво.
Лиза заезжает за нами в назначенное время. Нехотя перебирая ногами, я спускаюсь по ступенькам и медленно направляюсь в сторону знакомой машины.
Она стоит облокотившись на капот и, когда замечает нас с Никой, убирает телефон в задний карман.
– Привет, – через силу процеживает Ника.
– Добрый вечер, – отвечает Лиза, ухмыльнувшись. Видимо, её забавляет то, насколько сильно она не нравится моей подруге.
Я не здороваюсь. Просто забираюсь на переднее сиденье и, защелкнув ремень безопасности, откидываюсь на мягкую спинку. Нет никакого желания разговаривать. Как только я сажусь, настроение ухудшается еще сильнее. Кинув взгляд на Нику через зеркало заднего вида, я вижу, как она сует наушники в уши. Музыка играет так громко, что даже я разбираю слова.
– Сделай, пожалуйста, попроще лицо. Мне не нужны кислые мины на пляже. Тебе со мной должно быть комфортно, и я пока ничего плохого не сделала, поэтому ненавидеть меня не за что, – говорит Лиза, сев за руль и засунув сигарету между зубов.
Не дождавшись ответа, она включает на полную мощность Ганвест «Кайфули». Басы оглушают, приходится на время зажать уши руками, потому что Лиза не сразу додумывается сделать тише.
Слово «пока» немного настораживает и не хочет вылетать из головы. Я, естественно, понимаю – ничего хорошего ждать не стоит. Но надеюсь, что если Лиза и причинит мне какую-то боль, то она не будет невыносимо сильной. Я надеюсь, что она не расколет меня пополам и не сломает. В душе я боюсь привыкнуть к Лизе, поэтому с тех пор, как мы начали регулярно видеться, пытаюсь находить в ней только плохое.
Осторожно сняв пальто, я поправляю кофту и волосы. Сев прямо, снова кидаю взгляд на Нику, но она по-прежнему погружена в музыку и смотрит в окно.
Когда начинает играть Тори Ланез «DopeMan Go», я делаю звук еще тише, не обращая внимания на протестующий вопль Лизы, и спрашиваю:
– Любишь Тори?
– А ты имеешь что-то против него? – задает встречный вопрос Лиза, делая такой вывод из того, что я сделала трек тише.
– Нет, он мне очень нравится, но я не фанат молчанки в машине, если только не устала, поэтому меня напрягает эта ситуация.
– Хорошо, о чем хочешь поговорить? – интересуется Лиза, поудобнее усаживаясь за рулем и склоняясь в правую сторону.
– Ты не ответила на первый вопрос, – мягко напоминаю я.
– Да, я люблю Ланеза. А кто нравится тебе? Какую музыку ты предпочитаешь больше всего?
Я задумываюсь, потому что считаю себя меломаном. Но сейчас мне хочется удивить Лизу, а тем временем одна песня Тори сменяется другой. Постучав пальцем по подбородку, я отвечаю:
– Мне нравятся The Weeknd, Трэвис Скотт, Белли и еще много-много других.
– Белли? – удивленно спрашивает Лиза. Я киваю. – Хороший малый, была на его концерте.
– Да ну? – теперь удивляюсь я. Думала, что она не знает такого певца, ведь, по сути, Белли не такой уж популярный.
Лиза ничего мне не отвечает. Вместо этого она тянется к проигрывателю и начинает клацать по нему; через пару секунд по салону разносится Белли в придачу с Трэвисом Скоттом, исполняющие неимоверно любимую мной «White Girls».
– Бог ты мой! – восклицаю я слишком громко. Повернув голову, вижу довольную улыбку Лизы. Настоящую улыбку. – Я обожаю ее!
– Я тоже. – Она подмигивает мне и снова обращает все свое внимание на дорогу.
Что же, у этого сучки хороший вкус, и мы, кстати, в нем сошлись. Это первое, в чем мы оказались схожи. Пребывая в диком восторге, я пытаюсь остыть. Нельзя так реагировать в присутствии Лизы.
Я не рискую вновь затевать разговор. Не хватало, чтобы я снова пришла в полнейший восторг. Повернувшись к Нике лицом, вижу, что она сняла наушник и вслушивается в слова песни.
– Это что, Белли и Трэвис?
– С чего ты так решила? – спрашивает Лиза.
– Если не считать того, что я всегда распознаю человека по голосу, то все очень просто – только Трэвис может петь о подобном. – Она хмыкает и вновь засовывает наушник в ухо.
– Кажется, я нашла тех девчонок, которые мне нужны. Что может быть лучше совпадения вкусов, да? – говорит Лиза, кинув на меня быстрый взгляд.
И на это я тоже ничего не отвечаю, уткнувшись поглубже в кресло и смотря в окно. Не стесняясь своей наглости, я снимаю кроссовки, закидываю ноги на сиденье и обхватываю руками колени.
Я не знаю, что может быть лучше езды по ночному городу с любимой музыкой. Так чудесно смотреть в окно на проносящиеся мимо разноцветные фонари, спешащих людей и бесконечные дома. Мчаться, не останавливаясь, мне кажется самым прекрасным на свете.
Так и в жизни: всегда надо двигаться вперед, несмотря ни на что. Нельзя жать на тормоз, когда дело касается будущего. Пока мы медлим на остановках и светофорах, кто-то более упорный достигает своей цели, своего места назначения.
На пляж мы приезжаем спустя минут двадцать. У океана намного холоднее, чем возле университета. Порывистый ветер приносит издали холодный воздух, а от воды практически веет стужей.
Сунув ноги в теплую обувь, я снимаю длинную кофту, которая надета поверх тонкого свитера, чтобы та не выглядывала из-под короткого пальто, и надеваю верхнюю одежду, застегивая все пуговицы для большего тепла.
– Зря кутаешься, сейчас все равно придется раздеться, – говорит Лиза, открывая багажник и доставая упаковку пива. – Тебя это тоже касается, – обращается она к Нике.
– Зачем? – интересуюсь я, смотря, как вздулись вены на её руках. Ей не холодно в одной черной футболке?
– У меня упаковка пива, поэтому, поверьте, вам будет даже жарко.
– А если я не хочу ничего надевать? – Я в упор смотрю на Лизу.
– Никто не спрашивает о том, что ты хочешь, а что нет, – резко отвечает она и, обходя меня, задевает немного плечом. – Следуйте за мной.
* * *
Возле одной из скал горит костер, вокруг которого и сидит компания парней и девушек. Среди них я узнаю Джареда, Блейна, Деза и Настю. Еще один парень тоже мне знаком, но его имени я не помню.
Увидев Лизу, Джаред сует косяк Блейну, встает, выдыхая густой дым, и направляется навстречу нам. Когда мы оказываемся лицом к лицу, я сразу вижу, какие красные и остекленевшие у него глаза. Видимо, он курит эту дрянь не первый час.
На первом курсе я активно зависала на разных вечеринках и не смогла остаться в стороне от этого занятия. Кайф, конечно, невероятный (по крайней мере для меня), но оно того не стоит, потому что, когда начинаются отходняки, ты ненавидишь весь мир.
Обняв Лизу, Джаред похлопывает подругу по спине с широкой улыбкой и забирает у неё упаковку пива. Поставив ее недалеко от костра, он подходит к машине, стоящей прямо у океана, и достает что-то с заднего сиденья. Интересно, как автомобиль оказался на пляже, почему он не на парковке, как у всех нормальных людей? Но, судя по здоровому внедорожнику, труда сюда заехать им не составило. Такая махина даже по песку проедет, как по асфальту.
Вернувшись к нам, Джаред протягивает три кардигана.
– Свою одежду можете кинуть в машину, – хрипло произносит он.
Обновки сидят отлично, они оказываются действительно очень теплыми. Я кидаю пальто во внедорожник и застегиваю молнию.
– Тебе идет, – хмыкает Лиза.
Посмотрев на неё, я вижу, что одежда сидит на Лизе в сто раз лучше: обтягивает крепкие, но в меру накачанные руки. Лиза не атлет с грудой мышц, но её тело очень привлекательно. Все как надо и где надо. Словно нарочно, кардиган она застегивать не стала. Глядя на черные часы, неожиданно Лиза говорит:
– Пару часов посидим, и я отвезу вас домой, идет?
Я киваю. Пару часов выдержать смогу.
Ника расположилась между Дезом и какой-то девушкой. Я вижу, как Ника с ним переглядываются и как краснеют ее щеки. О нет, Дез, я не позволю охмурить мою подругу.
Я хочу сесть между ними, но Лиза тянет меня за руку и сажает рядом с собой. Не успеваю опомниться, как мне пытаются вручить бутылку холодного пива.
– Я не пью, – произношу я и хочу отдать бутылку обратно, но Лиза протягивает ладонь и прижимает мою руку с пивом к моей же груди.
– Пьешь, – говорит она и взирает на меня, как орел на жертву. Сглатываю. Какое она имеет право заставлять меня делать что-то против воли?
– Не пью, – рычу сквозь зубы и снова протягиваю её выпивку. В этот раз она не сопротивляется.
– Хорошо. Но тогда ты сама довезешь меня на моей машине до дома братства, а оттуда пойдешь пешком до общежития.
Прикинув расстояние, я ужасаюсь. На автомобиле будет гораздо быстрее, но я не могу сначала отвезти Лизу, а потом добираться на чужой машине до общежития.
– Почему?
– Потому что я буду пить за тебя и за себя.
– Но мы ведь можем вместе не пить, – возражаю я, но она, покачав головой, открывает крышку и уже запрокидывает голову, чтобы сделать глоток, но я её останавливаю. – Ладно! Я согласна. Но тогда ты не будешь пить, правильно понимаю? – Она кивает.
С горем пополам делаю несколько глотков. Пиво на вкус не такое мерзкое, как я встречала на некоторых вечеринках. Повернув бутылку, читаю название. Недешевая марка, пару раз видела цену в магазинах.
Через полчаса я уже выпила полторы бутылки. Когда Лиза замечает, что у меня заканчивается алкоголь, то протягивает новую бутылку. Ощущение, что она пытается меня споить или же хочет, чтобы я страдала утром.
Спустя час я уже сижу привалившись к её плечу. Она обнимает меня за шею и что-то отвечает одному из парней, когда тот рассказывает какую-то историю. Моя голова еле соображает, посмотрев на Нику, я радуюсь, что она переместилась подальше от Деза, который, наверно, начал приставать. Она общается с незнакомой мне девушкой. Вид у подруги трезвее, чем у меня. Ну, конечно, никакая дура ее не спаивает.
Веки начинают слипаться, а перед лицом маячит знакомая рука с пивом. Я качаю головой и с отвращением отворачиваюсь к океану. Немногим больше двух бутылок мне хватает сполна.
Встав с деревянной скамьи, направляюсь ближе к воде. С каждой минутой становится все холоднее и холоднее. Мыски обуви сталкиваются с водой. Нагнувшись, дотрагиваюсь до нее рукой. Холодная, чувствуется запах соли и свежести. Хочется раздеться догола и сигануть под воду. Алкоголь будит странные желания, ведь я горю изнутри, а градусы бьют по мозгу, постепенно превращая его в кашу.
Неожиданно плеча касается ладонь, такая же горячая, как и мое тело. Выпрямившись, я оборачиваюсь и фыркаю так, что чуть ли не плюю фонтаном. Пошатываясь, втыкаю ноготь в грудь Лизы, будто кончик сабли. Я бы не прочь сейчас пофехтовать и порубить эту девчонку на куски, а потом кинуть в океан на радость акулам.
– Ты напоила меня, до умо... умо... короче, сильно, – говорю я и снова фыркаю.
– Иди в машину, я тебя сейчас отвезу, – безапелляционно произносит она в ответ.
– Иди-ка ты к черту, Елизавета Андрияненко, ты мне не указ, – рычу я, а сама поворачиваюсь и бреду к машине, потому что очень хочу домой, в кровать.
Через некоторое время на водительское место залезает Лиза и, увидев, какую борьбу я веду с ремнем безопасности, цокает и перегибается через консоль, чтобы мне помочь. Когда дело сделано, я показываю ремню средний палец и поворачиваюсь лицом к заднему сиденью. Мое пальто лежит там, его принесла Лиза.
– А Ника?
– Ее отвезет Джаред, – отвечает Лиза и выезжает с парковки.
Будь я трезвой, то запротестовала бы немедленно, ведь нельзя доверять подругу этой компании безумцев. Но голова совсем плохо варит, поэтому я просто откидываюсь на спинку и в мгновение ока засыпаю.
Глаза потихоньку открываются, но я тут же их крепко зажмуриваю. Я чувствую невесомость и слегка подскакиваю, как будто меня положили на коня и тот бредет неизвестно куда неспешным шагом.
Глаза все-таки открываются, и перед ними оказывается небо. Я хмурюсь, поворачиваю голову и натыкаюсь на обтянутую черной футболкой грудь. Не успеваю опомниться, как к горлу подступает страшная тошнота.
– О, боже! Поставь меня, сейчас же! – кричу я Лизе и, когда мои ноги дотрагиваются до твердой поверхности, несусь к кусту, который находится за ограждением. Вцепившись в железные прутья обеими руками, перегибаюсь, и меня выворачивает наизнанку прямо в заросли.
Кто-то собирает мои волосы, упавшие на лицо, и сжимает их в руке. Рвота прекращается только тогда, когда кажется, что даже внутренних органов не осталось. Я сползаю по ограде и сажусь прямо на холодную, слегка мокрую землю.
Лиза протягивает бутылку, и, не спросив, откуда она у неё, я лишь сухо благодарю её. Открыв крышку, наполняю рот водой, гоняю ее от щеки к щеке и выплевываю недалеко от себя. Ужасный привкус немного отступает. Делаю еще несколько глотков и закрываю бутылку, тяжело дыша.
Голова начинает соображать, но мир перед глазами еще кружится. Злобно посмотрев на Лиу, которая возвышается надо мной все в том же расстегнутом кардигане, с яростью произношу:
– Ты видишь, до чего довела меня, стараясь споить?!
– Слушай, Ир, я не пыталась напичкать тебя алкоголем, просто хотела, чтобы ты расслабилась, потому что чувствовала твое напряжение. Не надо меня винить в том, что ты чуть не осталась без кишок! – так же яростно отвечает Лиза.
Дверь в общежитие прямо напротив, можешь проваливать, сама доберусь, – уже спокойно говорю я, подумав о том, что обвинять её нет смысла, ведь она все равно будет думать, что поступила правильно.
Лиза молчит, а затем просто отворачивается и бредет к парковке. Борясь с желанием кинуть ей в голову бутылку, которую я по-прежнему держу в руках, хватаюсь за ограждение и поднимаюсь на ноги.
Медленно иду к двери, попутно доставая карточку. Не нащупав кармана, опускаю взгляд на одежду. Верхняя часть тела по-прежнему закутана в кардиган. Громко выругавшись, выкидываю бутылку в ближайшую урну и бегу за Лизой, которая уже добралась до автомобиля.
Догнав её, хватаю за плечо. Она дергается и оборачивается.
– Осознала свою вину за то, что сорвалась на меня, и пришла просить прощение?
– Вообще-то я вернулась, потому что забыла пальто в твоей тачке, а именно там лежит телефон и пропуск в общежитие, – отвечаю я.
Когда Лиза снимает блокировку дверей, я хватаю пальто, а на его место кидаю кардиган. Не попрощавшись, ухожу, слыша вслед:
– Встретимся завтра, Ирина!
– Не дай бог, – бурчу себе под нос.
В комнате меня опять выворачивает, и я еле успеваю добежать до туалета. Обхватив унитаз руками, извергаю из себя все, что сегодня ела. Волосы слипаются от пота. Когда все заканчивается, поднимаюсь на ноги, нажимаю на кнопку слива и сразу же включаю кран, чтобы прополоскать рот и почистить зубы.
Сидя на кровати после душа в пижаме, пишу Нике эсэмэску. Мне хочется, чтобы она сейчас была здесь. Я не знаю, пили ли Джаред и его компания, но осознание, которое приходит позже, ударяет под дых: я оставила подругу невесть с кем! От волнения у меня сосет под ложечкой, и я уже не нахожу себе места, ходя туда-сюда по комнате.
Наконец-то она отвечает, что уже едет домой, и я расслабленно плюхаюсь на кровать. Сегодняшний вечер не принес ничего хорошего. Я не получила какого-либо удовольствия от посиделок. Если Лиза еще куда-то решит меня повезти, я просто обязана сопротивляться. Она не имеет права управлять мной, словно марионеткой.
Сигарета тринадцатая