Районы тёмные

Следующее утро выдалось жарким и душным, как и положено для конца июня девяносто пятого года. Сквозь приоткрытое окно дачи пробивалось яркое солнце, разгоняя остатки сна.
Будильник, найденный ими на старом комоде, громко затрещал, показывая ровно 8:00 утра.
— Боже, как будто всё это мне приснилось... — простонала Вероника, потирая лицо.
Яна зевнула, потянулась и посмотрела на знакомые, но при этом такие чужие стены бабушкиной дачи.
— Если это сон, то он затянулся. — Она взяла с подоконника резинку для волос и начала собираться. — Я до сих пор не верю... девяносто пятый год... мы реально тут застряли.
— И, видимо, надолго, если не найдём ту цыганку, — вздохнула Ника.

Они быстро собрались, наскоро умылись холодной водой из ведра и отправились пешком в город, к кафе «Снежинка». Дорога уже не казалась такой незнакомой, да и город понемногу начинал восприниматься как временный, но всё же дом.
У входа в кафе было пусто. Сквозь мутное стекло просматривался тёмный зал с полустёртыми скатертями и пыльными вазами у окон. Над дверью мигала старая неоновая вывеска — буквы «СНЕЖИНКА» то загорались, то гасли, будто сопротивляясь ветру и времени.
— Ну что, сами разберёмся? — тихо сказала Яна.
— Отлично... — пробормотала Вероника, толкая дверь плечом. — Добро пожаловать в девяностые.

Понимая, что деваться некуда, они зашли внутрь, надели  фартуки и решили привести кафе в порядок. Повсюду был бардак — грязные столы, липкий пол, посуда в раковине.
— Ну что, начнём, официантки из будущего? — усмехнулась Яна.
Через пару часов кафе сияло. Они вымыли пол, протёрли столы, разобрали посуду и даже нашли тряпку, чтобы отполировать барную стойку.
Но, что странно, за всё это время не зашёл ни один посетитель. Ни души.
— Слушай, это как-то... странно, — нахмурилась Яна. — Может, это место вообще не работает? Или у него дурная слава?
— Или все боятся этого Вадима, — пожала плечами Вероника.
Как раз в этот момент дверь зазвенела, и в кафе зашёл сам Вадим, в сопровождении двух молодых парней. Один был жилистый, с коротко стриженными волосами, второй — невысокий, но крепкий, с насмешливым взглядом.
— Ну что, молодёжь, — сказал Вадим, оглядывая кафе, — уже освоились?
Он скользнул взглядом по Яне, но взгляд на Веронике задержался заметно дольше. Его глаза с прищуром изучали её, и в уголках губ появилась полуулыбка, в которой явно читалась не только рабочая заинтересованность.
— Красиво тут стало, — продолжил он, кивая. — Значит, работать умеете. Это хорошо. Но предупреждаю сразу — тут не просто официантки нужны. Тут надо уметь... разное.
Яна насторожилась:
— Что значит «разное»?
Вадим лишь усмехнулся:
— Пока не волнуйтесь. Главное — с людьми общаться, порядок держать и... не задавать лишних вопросов.
Он снова перевёл взгляд на Веронику и, будто невзначай, добавил:
— Особенно тебе, красавица. Ты мне уже нравишься.
Вероника почувствовала, как внутри всё сжалось. Но выбора у них не было — они застряли в этом времени и должны были как-то выживать.
— Девчонки, накройте-ка нам тут столик, — сказал Вадим, присаживаясь за дальний стол у окна. — И три чая сделайте.
Яна моментально перехватила инициативу:
— Я сама всё сделаю, — сказала она, хитро взглянув на Веронику, давая ей понять, что хочет разговорить Вадима.
Вероника кивнула и отошла за стойку, начав что-то перебирать, изображая занятость.
Тем временем Яна ловко накрывала стол: принесла чашки, положила салфетки, поставила сахарницу. Пока чайник закипал, она приблизилась к Вадиму и спросила, как бы между делом:
— А что это у вас здесь... странно как-то. Мы тут с утра, а за всё время ни одного посетителя. Город ведь немаленький. Или кафе только открылось?
Вадим усмехнулся, откинувшись на спинку стула:
— Да нет, кафе давно тут. Просто... — Он на секунду замялся, — ...время нынче неспокойное. Все по домам сидят, не шатаются лишний раз.
— Из-за чего? — не отставала Яна, стараясь сохранить лёгкий, будничный тон.
Вадим взглянул на неё, как будто оценивая, стоит ли вдаваться в подробности:
— Понимаешь, девочка, тут свои порядки. Есть свои... ну, как бы сказать... смотрящие. Кто с кем работает, кто что решает. Вот и люди осторожничают. Но ничего, если всё будет нормально, потянутся. Главное — правильных людей знать.
— А ты — из этих... "правильных"? — прищурилась Яна, заливая чай в стаканы.
Вадим хмыкнул:
— А тебе зачем это знать? — Он перевёл взгляд на Веронику, которая всё ещё изображала занятость у барной стойки. — Вам бы лучше работу делать и проблем не искать.
Яна почувствовала, что разговор зашёл в тупик, но кое-что для себя уловила. Здесь явно что-то происходит — и кафе не просто место для перекуса.
Она расставила чай, вернулась за стойку, где уже стояла Вероника.
— Что он сказал? — прошептала та.
— Пока что уходил от ответа. Но ясно одно — тут что-то мутное. И этот Вадим явно не просто хозяин кафе, — тихо ответила Яна.
В этот момент Вадим, будто услышав их разговор, громко сказал:
— Девчонки, если всё нормально пойдёт, может, я вас и дальше тут оставлю. С деньгами, конечно. Ну и... остальное со временем объясню.
Вероника и Яна переглянулись. Их положение было шатким, но выбора пока не было. Нужно было оставаться, выжидать и пытаться разобраться, что тут за "порядки" и как найти ту самую цыганку.

День тянулся бесконечно. Сначала девушки надеялись, что вот-вот откроется дверь, зазвенит колокольчик, и в кафе «Снежинка» зайдут первые посетители. Но время шло, солнце поднималось всё выше, жара становилась невыносимой, а кафе оставалось пустым.
Они протирали посуду, перемывали витрину, натирали до блеска столы и даже перебрали старые меню, на которых шрифт был будто выцветший временем. За окнами изредка проходили прохожие, но ни один не заглянул внутрь.
— Я начинаю думать, что тут вообще никто не ест, — ворчала Вероника, протирая стойку в тысячный раз.
— Такое ощущение, что это кафе для «своих» или вообще просто прикрытие, — тихо ответила Яна, оглядываясь по сторонам.
К полудню они уже убрались настолько, что дальше оставалось только сидеть и смотреть на часы. День тянулся мучительно долго.

Лишь под вечер, когда солнце клонилось к закату, снова появился Вадим. Он вошёл, осмотрелся, заметил, как девушки скучающе сидят за стойкой, и, усмехнувшись, подошёл к ним.
— Ну что, трудяги, — произнёс он, вытаскивая из кармана смятые советские купюры, — вот вам аванс. Чтобы знали — я за работу всегда плачу. Хоть сегодня и народу нет, но и у меня, знаешь, день не всегда шоколадный.
Он протянул девушкам деньги. Те переглянулись, нерешительно взяли.
— Спасибо... — начала было Яна, но Вадим перебил:
— Не за спасибо. Завтра тоже приходите. Тут надо выжидать. Потихоньку втянетесь.

Девушки сняли фартуки, вышли на улицу и медленно пошли в сторону дачи.
— Странное место. Странный город. Странное время, — сказала Вероника.
— Но хоть деньги какие-то получили. Значит, пока живём, — вздохнула Яна. — Но завтра надо придумать, как искать цыганку. И быть осторожнее... тут явно всё не так просто.

Дойдя до дачи, они были как выжатые тряпки. Вероника почти не разговаривала — жара и странности дня давали о себе знать. Подруги быстро переоделись в удобные домашние вещи, наскребли остатки макарон из старой кастрюли и съели их. Получился скромный, но сытный ужин. Горячая еда хоть немного согрела внутри это ощущение неопределённости и тревоги.
Поужинав, девушки легли спать, усталость навалилась сразу. Только мысли не давали покоя. Всё происходящее казалось каким-то затянувшимся кошмаром.

Но надо было действовать.