Глава 8.
Часто я задумывалась о том, что имею. У меня есть друзья и очень хорошие отношения с родителями. Моё признание о чувствах к Мэри никак не изменило наше общение с мамой, только теперь она больше присматривалась к этой девушке, указывая мне на каждый её недостаток. Хотела уберечь или открыть мне глаза, я не знаю. Мне голову кружит от нее, я не вижу этих плохих качеств в ней.
- Она слабый, бесхарактерный ребенок по сравнению с тобой. Ей сказали пойти куда-то, она пошла. Ей манипулируют как только могут. Непостоянная. Ты не видишь этого? - ответила мама на мой очередной рассказ про Мэри. От меня в ответ лишь тишина и повод задуматься.
Я много раз просила не говорить папе об этом всём. Не знаю, исполнила ли мама своё обещание, но его отношение ко мне не изменилось. Всё моё детство он работал, днём и ночью, чтобы устроить мне нормальную жизнь. Я благодарна своему папе и чувствую, что он любит меня и каждый раз в своё день рождения грустит, что жизнь проходит и я стала хладнокровной, взрослой и закрытой девушкой. Летом я общалась с ним чаще, чем в другие времена. Он искренне хотел узнать, чем я живу и что чувствую. Мы много раз ходили в лес на прогулки. Находясь там, я чувствовала душевное равновесие. Этот тихий шелест листьев, их прохладная тень и свежий запах травы. Однажды мы с папой построили шалаш. Маленький зеленый домик, о котором каждый мечтал в детстве. Еще мы часто ставили бассейн и купались там всей семьей, хорошо проводили время. Помню те ощущения, как купалась в сильный ветер и чувствовала, что волосы щекочут мою спину. Гуляла по полю из ромашек, где отовсюду торчали травянистые стволы и мягкие метёлки сурепки. Ночами сидели у костра. Уже вечером следующего дня вернемся домой. А сейчас сидишь и смотришь, как с треском сгорают бревна и тонкие палочки, оставляя от себя лишь краснеющие угольки.
Мы путешествовали в города поблизости. В зоопарки, музеи, погулять по красивым местам. Кроме этого я часто ездила с бабушкой на дачу, видела там своего двоюродного брата. Он был таким счастливым, загорелым и веселым. Хоть он и молчаливый, но в его молчании можно услышать намного больше, чем в пустом множестве звуков.
Я помню ту свежую и звездную ночь тридцать первого августа. Из-за пышных крон деревьев выглядывала луна, освещала кухню своим бедно-серым светом. На полу расплылась моя тень. В полупрозрачном стакане синела вода, на плите стоял чайник с аккуратным носиком и элегантной темной ручкой. Мокрая посуда и шкафчик, что на сквозняке открывался сам по себе. Стены стали будто картонные: слышно каждый шорох. По крышам ложился белый туман. Этот простой и привычный вид из окна уносил меня куда-то далеко, я вспомнила всё что было за это лето. В душе поселилась тоска, я взволнована. Завтра я увижу Мэри спустя три месяца. Я с трудом восстанавливаю в голове ее образ, задаваясь всё тем же вопросом, что в мае:"люблю ли я её?". Когда же это пройдет? Бессилие угнетало меня сильнее всего на свете. Я сильно разнервничалась и не спала пол ночи. Наконец усталость взяла верх.
Я проснулась с тревогой. На улице был солнечный и теплый день, а календарь сбросил еще один лист. Сегодня первое сентября. Я долго прихорашиваюсь и слышу заветные и оглушительные шаги из-под моих ног. Ищу Мэри глазами. За мной увязалась Дина, я не обращала внимание на ее присутствие. Когда мы зашли в класс, я будто разучилась дышать. Стало жарко, как при температуре, в голове не укладывалось. Я вижу Мэри. Она сидит передо мной, всё также мило улыбаясь. За лето она стала еще милее: она была одета в светлые и бежевые тона, передние пряди волос стали светлыми. Она обрела еще более неповторимый шарм и стиль. В мыслях лишь одно:"какое счастье, вновь встретиться, дышать одним воздухом..."
Дина крутилась с зеркалом и я увидела в нем, что на моих щеках выступил румянец. Я пыталась смахнуть с себя эти чувства, но бабочки в животе разлетались с невероятной скоростью.
И никак не обойтись без подводных камней, даже в такой важный момент. Я писала, договаривалась с Мэри сесть вместе. Сейчас я вижу такую картину: они с Соней что-то оживленно обсуждают, даже не поприветствуя меня. Почему столько лжи от одноклассников даже в простых вещах? И Даша, которая обещала позвонить мне в мае, исчезла, когда было столько обещаний.
Я дожила этот день в школе с улыбкой, когда внутри всё разрывалось, теперь уже от ревности и недоумения. Может, это со мной что-то не так?
***
Несмотря на неприятности, осень проходила очень хорошо и тепло, я даже была счастлива. Неужели, полюбила это время года? Не надолго. Уют кончился тогда, когда листва окончательно слетела с деревьев. Кругом кружились грачи и вороны, постоянные дожди. А в сердце так интересно и загадочно...
Помню, иногда пустоту разбавляли суетливые дни. Восемь утра, идешь под дождем в школу, смотришь как летают и кружатся "сережки" с дубов и последний, осенний и одинокий лист. Идешь и не знаешь, что запомнишь на всю жизнь этот момент. А после уроков обратно - по той же сырой и грязной дорожке, под те же вопли птиц. Найдется место для грусти, а перед сном вспоминаешь то, что сильнее всего хотелось забыть..
Я выходила из школы, а за мной толпа одноклассников.
- Стильная такая, или глупая? , - смеялась Ирэн. Даже не оборачиваясь, я знала, что речь идет обо мне.
- А она делает вид, что не слышит. Эй, - присвистывала группа девчонок, - Алиса, - я отчетливо услышала своё имя и стало нехорошо. Действительно, меня опять оскорбляют. Что я им сделала?
- Слышь, уродина, - продолжала Ирэн, - ты самую ужасную шапку искала на базаре? А откуда тогда этот "писк моды"? , - девочки опять засмеялись. Я быстро уходила, сбивая ноги в кровь.