Часть 3
Достоевскому безумно захотелось захлопнуть дверь, захлопнуть, чтобы вернуться к подоконнику на кухне и перенести спящего Дазая в комнату и вместе провести это утро, сделав его чуточку лучше и светлее хотя бы для них двоих, захлопнуть, чтобы прекратить этот бесполезный с самого начала разговор, чтобы больше не видеть это отвратительное лицо с наглой ухмылкой, которая, впрочем, слетела вместе с самодовольным выражением несколькими секундами ранее. Только вот мужчина первым пришел в себя, и теперь его нога стояла между косяком и дверью, не давая ей закрыться. Чертов наглец! Воспользовавшись чужим замешательством, поставил ступню в дверной проем! Какой же он всё таки... Нужного слова а словарном запасе Достоевского не нашлось, и тот прикрыл глаза, надеясь этим хоть как-нибудь поунять бессильную злобу. Беззвучно, одними губами черноволосый уже в сотый раз проклял себя за то, что открыл дверь, мужчину, за то что тот не мог появиться в любое другое утро, дождь, за то что шел на улице, снова себя...В душе все ещё клокотала ярость, явно радуясь, что смогла вырваться наружу, выплеснувшись в виде необдуманного выкрика, но на лицо русского вновь вернулось вырождение равнодушия и легкого отчуждения. Немного успокоившись, Федор попытался продолжить разговор:
-Я прошу прощения, но мне кажется, здесь какая-то ошибка, возможно мы просто недопоняли друг дру....
-Нет здесь никакой ошибки! Гони деньги, и дело с концом!
-Но ведь мы даже незнако....
-Ты мне зубы тут не заговаривай, давай косарь, а то....
Мужчина неловко взмахнул руками, стараясь показать что же такого произойдет, если русский не даст ему требуемые деньги. Несмотря на то, с какой удивительной ясностью и связностью мужчина произнес эти несколько фраз и то, насколько быстро и ловко он поставил ногу, его действия и речь представляли собой не больше, чем бред нетрезвого мозга, восполившегося и в конец переставшего соображать из-за количества употребленного алкоголя, уровень которого в крови у незнакомца был явно больше, чем то позволял здравый смысл и врачебные рекомендации.
Про себя обладатель лиловых глаз уже успел облегченно вздохнуть, ведь речь шла о совсем небольшой сумме, отдать которую не составило бы для Достоевского большого труда. Конечно, отдавать даже столь незначительное количество денег неизвестно кому и неизвестно зачем было неприятно и даже в какой-то степени жалко, но Федору настолько сильно хотелось закончить сей противнейший диалог, что попроси человек напротив него сумму в несколько раз больше, он непременно согласился бы и на это.
-В таком случае, вы не будете против, если я отойду за кошельком?- деланно вежливо обратился он к мужчине. Тот взглянул на него с неприкрытым подозрением и недоверием, явно не ожидая, что черноволосый согласится настолько легко и быстро. Несколько секунд напряжённо вглядываясь в лицо Достоевского, мужчина наконец нерешительно и как-то нехотя выдавил:
-А...,да, конечно...
И тем не менее ни один из них не сдвинулся с места. Федор не мог просто так уйти, оставив у открытой двери своей квартиры кого-то постороннего и явно не вызывающего доверия, пускай уходил он не надолго и недалеко, ведь неизвестно, что на уме у стоящего напротив него человека. У мужчины, видимо, возникли похожие мысли и подозрения на счёт Достоевского, ибо он продолжал сверлить черноволосого недоверчивым и явно недовольным взглядом.
Наконец, сделав на собой усилие, русский направился вглубь квартиры, не выпуская при этом мужчину из своего поля зрения. Быстро найдя нужную сумму в ящике комода, Федор вернулся к двери. За те несколько минут, что его не было, мужчина не сдвинулся с места, продолжая тупо смотреть в одну точку, туда, где раньше стоял Достоевский. Черноволосый не имел ни малейшего представления о том, как вести себя в подобных ситуациях, поэтому на несколько секунд застыл в нерешительности, лихорадочно перебирая в голове возможные исходы и стараясь заранее предугадать дальнейшие действия мужчины, что было не самым простым занятием, учитывая все произошедшее за это утро.
Неожиданно тот резко мотнул головой, и переведя взгляд на Федора, молча протянул раскрытую руку.При этом лицо сохраняло то же глупое вырождение, что и раньше, из-за чего казалось, что мужчина делает всё это, находясь в каком-то трансе. Достоевский нерешительно протянул ему деньги, так же сохраняя молчание и напряжённо наблюдая за действиями незваного гостя.
Со стороны могло показаться, что они разыгрывают пантомиму, место действия которой - реальность, герои - обычные люди, а название - жизнь.
Мужчина, несмотря на то, что получил деньги, уходить пока явно не собирался. Бессмысленно посмотрев на купюру, он смял ее и сунул в карман, а затем перевел взгляд на Достоевского.
- Вы хотите чего-то ещё?- давя вновь поступившее раздражение, спросил черноволосый.
-Да..... То есть..нет......... Наверное.....
К мужчине вновь вернулась та развязность и не осмысленность своих действий, что и в самом начале. Достоевский, не в состоянии более выносить общество этого человека, аккуратно вытолкнул его ногу за дверь, но даже такое, казалось бы, лёгкое движение нарушило равновесие и без того шаткое у пьяного сознания, и из-за этого мужчина, неловко пошатнувшись, завалился на спину, с глухим стуком упав об пол. Недовольно поморщившись, Федор закрыл дверь, и уже обернулся, чтобы вернуться на кухню, к Дазаю, как вдруг вопрос, заданный кемто за его спиной и обращённый явно к нему, остановил его на полуобороте:
-Ну и кто это был?