Тяжела корона
It's pourin' in, you're laid on the floor again
OST Heavy is the crown
—Коротышка? Всё в порядке? —девочка осторожно открывает двери и стоит в проходе.
Она держится за косяк, наблюдая за другом. Точнее, его силуэтом. Мальчишка сидит в темноте на полу, вертя какие-то то ли шестеренки, то ли детальки. Тонкая полоса света из коридора лишь слегка попадает на Экко, но тот отодвигается в тень.
—В полном, —старается говорить чётко, с излишней взрослостью в голосе. Но шмыгание носом предательски ломает весь образ.
Девочка ничего не отвечает на это. Стоит ей сделать лишь шаг вперёд, как старый пол скрипит.
—Паудер, уйди.—Экко не нужно смотреть, что она делает, ведь читает её не глядя. Всегда предсказывал все её действия.
Вслед за полом скрипит и дверь, скрывая единственный источник света. И только Коротышка выдыхает, как чувствует тепло тела, севшего рядом.
—Я же ска-…
—Я просто посижу здесь. Ни слова не скажу.
Экко только отворачивается, давя горькую усмешку. Паудер и молчать? Очень смешно.
—Я в порядке. Вали. Я справлюсь. —нападает первый. Она же уйдёт, когда поймёт, что Коротышка не самый лучший, что он ужасен. Уйдёт же?
Холодные руки вопреки всем законам физики обжигают его собственные, забирая найденные детальки, которые Экко так усердно теребил всё это время.
Она осторожно, но в то же время резко, как собственно только Паудер, объединяет детальки, словно детский конструктор.
Коротышка смотрит только на них, не на девчонку. Просто не может заставить себя поднять взгляд, но и отвести тоже.
—Знаешь, если ты всё-таки… —Паудер раскручивает импровизированную юлу на полу.
—Мальчикам не бывает больно. Особенно заунским.
—Кто тебе это сказал? Майло? Он сам-то..
—Это все знают! —голос снова ломается. —Ты обещала молчать. Так что либо молчи, либо уходи.
—Ты не должен помогать всем, если никто не помогает тебе.
—Пау.
—И если тебе тяжело, это нормально! Ты такой же человек! Герои тоже могут устать! И пусть все, кто говорят иначе пойдут...
Юла падает и детальки распадаются с тихим звоном. Экко быстро сгребает их в ладонь, отворачиваясь.
—Я имею ввиду, —Паудер осторожно, не сразу, касается плеча Коротышки, —Я готова побыть рядом, даже если ты захочешь взять выходной от геройства.
—Я должен оставаться сильным, —дурацкие слёзы. Он не может плакать. Не перед ней!
—Со мной не обязательно. —Паудер пододвигается ближе, насколько это возможно, и приобнимает мальчишку. —Для этого и нужны друзья, верно?
Экко только кивает, на этот раз принимая поддержку. Он выдыхает, уже не пытаясь сдерживать слёзы, и кладёт голову на плечо подруги. Медленно восстанавливает игрушку из деталек и снова раскручивает её.
Cause thеre's no turnin' back this path once it's begun
Дотащить пьяную Вай до отеля оказалось весьма… Сложно. Неизвестно сколько девушка выпила до прихода Экко, но и при нём было достаточно.
Ему бы тоже хотелось заглушить все мысли об одном человеке парой стаканов. Жаль не выйдет. Он пытался.
Но сложность заключается даже не в попытках удержать огромную кучу мышц, которые сейчас были лишь бесформенным телом. С этим проблем у Экко не было. Основная проблема в желании. Точнее, нежелании Вай куда-то идти и хоть что-то делать.
—Мне не нужен этот город, Коротышка. —одна из немногих хотя бы слегка чётко сказанных фраз, —Не нужен и Заун, который рос без меня. Не нужен и Пил… Пил… Хрень богатая эта тоже не нужна!
—А кому он надо, —проверено на собственном опыте: лучше отвечать Вайолет хоть что-то, чем потом ловить её попытки ударить его.
—Но и я им нахрен не сдалась!
Вай раскидывает руками и валится назад, заставляя парня снова ловить её.
—Они же.. —речь снова становится просто набором звуков, но Экко догадывается, насколько цензурными они могли бы быть.
—Полностью согласен. Давай не будем обсуждать это на всю улицу?
Когда успело стемнеть? Часа... Три назад, может? В городе ни души. Нормальных источников света, кстати, тоже.
Лишь полная луна позволяет видеть хоть что-то. Она, словно помогая Экко, слегка освещает гостиницу, докуда им надо дойти, и весь путь к ней. Только вот основной свет случайной зрительницы падает в другом месте. А может, парню уже кажется. Может, это его разум сам выделяет интересующую область.
А возможно загадочная мастерица создаёт что-то новое, освещая своё, на первый взгляд, тайное логово.
Надо зайти туда. Убедиться, что она ещё там. Не сбежала. Не борется со своими — и не только — демонами. А если это так, то…
Слабый стук по затылку отвлекает от мыслей.
—Понимаешь, да? —Вай то ли довольно, то ли, наоборот, рассерженно икает, кое-как передвигая ногами.
—Да-да.
—Не понимаешь, Коротышка, —усмехается девушка, —совсем не понимаешь…
Они —точнее Экко, перетаскивая подругу —переступают порог гостиницы. Осталось немного, всего лишь лестничный пролёт, на котором надо очень постараться не упасть. И со спасениями на сегодня хватит.
—Не понимаю что?
—Это ведь. Любо-о-овь, —Вай забавно протягивает слово, успевая ещё и отрыгнуть, —бегаешь за ней, как тупая шавка, забыв и забив про всё.
Она спотыкается на лестнице, но сама хватается за поручень, подтягиваясь вверх.
—И кажется, что ненавидишь. Её. Себя. Весь этот гребанный мир!
Дверь номера открывается и оттуда выходит Кейтлин. Даже дорогой халат не скрывает её напряжения. Она, явно и не пытаясь прятать волнения, подбегает к заунитам, перехватывая свою девушку со второй стороны.
—А она жрёт твои мозги, не думая. —Вай, продолжая свой пьяный поток, улыбается Кейт, —жрёт и запивает твоей кровью.
От тихого смеха мурашки по коже. И не только у парня.
Кирамман не смотрит на Экко, отводит взгляд от Вайолет, переводя тот в пол. Неужели её задевают эти слова?
—А ты ничего не делаешь с этим. Только подаёшь её фир- фирме-, —девушка не думая сплевывает, ругаясь, —дорогую вилку и радуешься. Ну разве не тупо? Так потом ты…
Она не договаривает, потому что, стоит переступить порог номера, Вай вырывается из чужой поддержки и, дважды чуть не падая, уходит в свою комнату.
Кейтлин только тяжело выдыхает, прикрывая двери.
—Я...
—Помолчи.
Сначала парню хочется огрызнуться в ответ, попытаться задеть. Но здравый смысл берёт верх. Никому не нужны лишние ссоры, особенно если их можно избежать.
Но Кейт говорит раньше, чем Экко успевает уйти. Она закрывает лицо ладонями, медленно убирая лишние пряди за уши.
—Извини.
—Я не знаю, как она к этому пришла. —Всё-таки договаривает Экко, уже открывая дверь. Ему пора.
—Я так виновата перед ней.
Кирамман, не сильно думая об планах и предпочтениях парня, уже разливает чай в две чашки, подходя к балкону.
—С самого начала. Как только вытащила в Заун. Испортила встречу с сестрой. Впутала во всё…
И почему опять Экко должен быть психологом? Почему все выкладывают свои проблемы на него? Потому что он спаситель? А кто спасёт его? Кто спросит как он себя чувствует? А знает ли это хоть кто-то вообще?
—…а потом отправила тебя сюда. И..
—Прекращай. —Парень тоже подходит к балкону, наблюдая за лунным шлейфом. —Ты делала то, что должна. Всегда делаешь.
И не важно, кто от этого страдает. Разве нет?
—Не появись я в её жизни, что было бы?
Вопрос слишком неожиданно заставляет сердце пропустить удар. Если бы всё случилось иначе тогда. Никто бы и не узнал, что любимица Вандера жива. Пилтовер бы не влез в дела Зауна. Джинкс. Джинкс не сошла бы с ума окончательно. Никакого мерцания в её крови, никакого терракта совета, никакой войны. Никакой смерти.
Нет. Экко лучше других знает: выживет один — умрёт другой. Никогда не будет полного счастья. Особенно у них. Но оно будет у остальных, верно?
—Она бы сгнила в тюрьме. —Самый логичный, очевидный и правильный ответ.
—А Заун? —тихо, едва слышно шепчет Кейтлин.
—Сгнил слишком давно, —непонятно почему усмехается Экко. Сильно ли влияла эта парочка на жизнь Нижнего города?
Конечно, да. Любой человек, как оказалось, значительно влиял на их жизнь. Как бы Коротышка не пытался убедить себя в обратном, но путешествие в другую вселенную всё доказало. Одно действие, одна наводка и... Всё. Они пришли к тому, где находятся сейчас.
—Знаешь, если бы не.., —Экко ненавидит это выражение. История не терпит сослагательного направления, верно?
—Если бы не моё любопытно, все было бы иначе, —Кейтлин перебивает его, а парень только выдыхает, отпуская несказанные слова.
Да, конечно. Знает ли Кирамман, кто именно пробрался в лабораторию Джейка? Знает ли из-за кого Силко пришёл к власти? Из-за кого всё это началось?
Скорее всего Вай рассказала. Но вот от Экко Кейтлин этого не слышала. Не хочет слышать. И не услышит. Всё-таки главе миротворцев сейчас нет дела до простого заунита. Как обычно.
Напряжение в кулаках стало слишком ощутимым, заставляя парня отвлечься от мыслей. Разве он имеет право злиться на Кейт, Вай, на весь этот чёртов мир? Нет. Конечно, нет. Им важны их собственные чувства, а он не маленький мальчик, кого должны выслушивать.
Ведь он здесь спаситель. Не они.
Где-то вдалеке слышится серия выстрелов. Кейтлин едва заметно дёргается, а потом спокойно ставит чашку с почти допитым чаем на ближайшую поверхность. Напиток Экко так и остался стоять нетронутым.
—Это не наш город. Не наши проблемы, —так вот, каким правилам Пилтовер жил всё это время?
—Но...
—Мы не должны лезть. Не сейчас. Нам самим есть что обсудить.
Ещё пару выстрелов, но Экко не пытается найти их источник. Взгляд полностью направлен на Кейтлин, как будто она снова чужая. Не то, чтобы они стали слишком близки за это время.
Но он снова видит в ней человека другой стороны берега. Человека, которому плевать.
—А Вай?
—Что Вай? —Кирамман удивлённо хлопает глазами, раскладывая на столе какие-то чертежи.
—Тоже не будет лезть?
—Мы не успели это обсудить после её ухода.
—Она это так не оставит.
—Она бы не оставила Заун. А этот город чужой нам всем.
Девушка говорит это так легко, а у Экко как будто разбили часть души. Точнее её остатки.
Вай оставит Либерт? Та самая Вайолет, которая больше всех стремилась всем помочь? Которая была готова отдать жизнь за других?
Может Экко до сих пор опирается на ещё детский, забытый самой девушкой и незнакомый Кейт, образ. Но разве может человек изменится настолько?
—Это экспертиза остатка бомбы, найденного на площади, помнишь? Я передала его Пилтоверу, но они не смогли полностью понять механизм, слишком мало деталей. Нужно посмотреть тебе, у тебя больше опыта в этом.
Осколок? В голове Экко проносятся примерно все нецензурные слова, сказанные Вайолет сегодня.
Что ж, снова придётся искусно врать? Прости, Джинкс, но сегодня тобой будут заняты далеко не лично.
***
Ночной Либерт удивляет. Он не такой, как Заун. В Нижнем городе ночью просыпается жизнь, какой бы ужасной она не была. А здесь? А здесь просыпается фантом с новой силой.
Людей на улицах минимально. И это хорошо, ведь любой сейчас может стать жертвой необъяснимого явления.
Фантом усилился слишком резко. Слишком неожиданно. Он уничтожает каждого. Ради собственного развлечения.
На берегу валяется уже два трупа. Блеск глаз некогда живых девушек навеки перешёл океану. Отныне их дом — вода.
Но поистине жутким зрелищем являются не они, а мужчина, чей смех растворяется в шуме ветра. Этот же ветер холодом оставляет мурашки на коже.
Его зрачки словно мелкие точки несмотря на темноту, а окровавленный нож уже Ведёт новый узор на его же лице. Фантом.
Джинкс не сразу прогоняет его. Ждёт. Изучает. Что будет дальше? Незнакомец умрёт или развлечение в этот раз зайдёт дальше и перейдёт в город?
Тишина разрушительна. Особенно когда её нарушает лишь один человек. А точнее то, что им управляет.
Мужчина в то же мгновение поворачивает голову к девушке с резким хрустом. Шансов на выживание с многочисленными порезами было немного, а с поломанной шеей их не осталось.
Незнакомец сразу же падает, придаваясь агонии. Не кричит. Ведь фантом ненавидит шум.
Знакомые ощущения наполняют тело Джинкс. Почти как доза мерцания, но хуже. Как смертельная доза мерцания.
Эмоции усиливаются и уже непонятно, какие из них свои, а какие чужие. Магия существа ломит тело, пытается подчинить. Воздух ощущается холоднее, чем есть. Хочется снять собственную кожу.
В такие моменты нельзя думать ни о ком. Нельзя, чтобы фантом знал твои мысли.
Действовать становится всё тяжелее. Хочется кричать, но не можешь. Весь шум отдаётся эхом только в собственной голове. Противный звон дизориентирует.
Слишком много сил уходит на щелчок предохранителя. Действия заторможены, инородны. Пистолет тянется к собственной макушке. Но Фантом не убьёт её. Не сейчас.
Выстрел. Первый выстрел всегда самый тяжелый. Но в этот раз не морально — физически.
Шум в ушах исчезает и ещё несколько выстрелов откидывают уже давно ставшего трупом мужчину к двум ранее убитым.
Фантом усилился. И неизвестно, насколько усилится ещё.
***
Днём Либерт снова ощущается как обычный городишка. Со своими тайнами и загадками. С людьми, которые и на людей не всегда похожи. С неизвестными призраками и слишком ощутимым отсутствием жизни, несмотря на количество людей. Самый обычный город, верно?
Экко снова перестал спать.
Они закончили обсуждение с Кейтлин только к рассвету. Точнее, просто решили продолжить утром. Уснула ли в итоге Кирамман? Вряд ли. Слишком много моральных выборов навалилось на плечи этой девушки. И только показалось, что становится легче, как Либерт всё только ухудшил.
А что насчёт Экко? Он не смог. Ничего не смог за те часы, что он тупо простоял около окна. Было слишком много мыслей и одновременно их не было вообще. Он, вероятнее всего, должен был пойти к Джинкс, но... Не смог. Просто не смог разобраться, почему он так хочет и боится этого одновременно.
Парень пытался рисовать. Правда пытался, но всё закончилось вырыванием листов из блокнота.
Он даже думал вернуться к разговору с Кейтлин или той же пьяной Вай. Но и это не смог. Не нашёл в себе сил на это.
А сейчас? Сейчас он идёт уже по знакомому маршруту вместе с Кейтлин. Изменилось ли его состояние? Нет. Должен ли он это показывать? Тоже нет.
—Мы идём в бар? Знаешь, я не собираюсь разбираться ещё и с твоим похмельем, —он пытается отшутиться, но получает лишь строгий взгляд.
Ну конечно, пока Вайолет ещё сутки будет находиться в отключке, Кирамман будет на взводе. Как обычно.
—Как оказалось, почти все самые разговорчивые люди собираются, —она делает паузу, пытаясь подобрать нужное слово, —Там. Ну ещё на рынке, но после последних событий этот вариант временно недоступен.
—А как же Авер?
—Вайолет права: не всё известно Калие. Все подводные камни знают только... —она запинается, снова теряясь в словах.
—Только те, кто сам давно на дне? —Экко заканчивает за неё, —Я знаю. Не стоит осторожничать. Заунитов такое уже давно не ранит.
Экко открывает с виду массивную, но очень хлипкую дверь, пропуская девушку вперёд.
—Но вот их может. Будь осторожнее со словами. Это не твоя территория. —шепчет он, пока Кейтлин проходит мимо.
Он получает короткий кивок в ответ.
Кирамман может быть мягкой, и Экко это знает. Видел в первую встречу. Конечно, не ему объяснять, как меняет людей Заун и как много пережила Кейт. Но хочется верить. Верить, что в ней смогла сохраниться та Пилтошка, которая впервые спустилась в Нижний город.
Знакомый шум и запахи заполняют пространство. Изо дня в день люди не меняются. Большинство лиц Экко уже запомнил.
Вон тот громила каждый раз пытается с кем-то поругаться. А вот дрыщ за крайним столиком только наблюдает: заказывает воду и ищет за что зацепиться взглядом.
Надо найти того, кто скажет достаточно, чтобы успокоить Кирамман, но недостаточно, чтобы она всё поняла. Сложно.
Кейтлин, хоть и приняла предупреждение, действует слишком быстро. Она хочет закончить, не успев начать. И это плохо.
—Вы знаете что-то про девушку из розыска?
—Куколка, если ты...
—Два стакана песочной морты. —Экко с излишним спокойствием усаживается на стул рядом с Кейт. —Девчонка не местная, слишком любопытная.
Остаётся надеяться, что Кирамман поймёт его игру и примет её правила вместе со своей ролью.
—И зачем такие только прутся сюда? —он усмехается, наблюдая за действиями бармена.
Тот быстро улавливает ноту диалога, улыбается, начиная делать напиток быстрее.
—Наверняка хотят добиться успеха Авер и подобных.
—Знали бы они, как именно его достигают. —Экко принимает свой напиток и специально не подаёт, а прокатывает его Кирамман.
Ей хватает удавшейся переглядки, чтобы уловить план действий.
—А как? Упорным трудом и разумом?
Бармен заливисто смеётся вместе с рядом сидящими. Это оказалось даже быстрее, чем планировалось.
—Куколка, упорным трудом тут только шмары зарабатывают.
Кейтлин хлопает глазами, будто впервые слышит такие слова. Ну прям сама невинность. Будь это в Зауне, миротворцы бы уже повязали каждого.
—Ага. Только двоих вчера уже убили.
—Трупов же было трое.
Кейтлин едва заметно напрягается, явно пытаясь уловить как можно больше информации, которую пьяные посетители бара так щедро ей доносят.
А вот у Экко как будто выключили звук. Среди находящихся здесь есть тот, кто остаётся незамечанный всеми, кроме него.
Силуэт выходит из двери склада, но это никого не смущает. Стоит моргнуть — и уже как никого не было.
Парню приходится несколько раз проморгаться и снова осмотреться. Он сходит с ума? Вполне возможно.
Только вот силуэт появляется снова. Всего на секунду и снова исчезает. С малиновым шлейфом. Как будто хочет, чтобы именно Экко заметил его. Зовёт за собой. Манит.
Парень поднимается медленно. Старается снова поймать след.
Пока Экко идёт к крайнему выходу, его никто не останавливает. Даже если и пытаются, он не слышит.
Деревянная дверь едва заметно шатается на петлях. Теперь сомнений нет. Экко уверен в том, что видел.
Уличный воздух сразу ощущается кожей. И так неслышимые голоса бара полностью стихли.
Он оглядывается. Мелкая улочка за баром, где нет ни души. Никого. Тогда где же…
Резким рывком его тянет назад и вот уже Экко оказывается в тени. Единственным источником света являются яркие малиновые глаза, которые сразу скрываются за очками. Она решила использовать их как маяк?
—Фантом усилился. —Голос Джинкс не тревожный. Совсем нет. Наоборот, слишком уж твёрдый и уверенный.
Она исчезает из поля зрения, стоит Экко только моргнуть. Парень оборачивается несколько раз, пока снова не улавливает силуэт.
—Слишком много жертв даже для него. И он тяжелее… Изгоняется. —без просьб объясняет Джинкс, но от этого вопросов только больше, —Вам надо уезжать. Сегодня же.
Голос звучит откуда-то из темноты. Стоит Экко привыкнуть к одному положению, так Джинкс снова оказывается в другом месте.
—Кейтлин настроена решительно.
—Так будь решительней. —девушка хрипато усмехается, появившись перед ним. Мгновение — Джинкс снова растворяется в темноте.
—Она хочет познакомиться с «таинственным мастером».
Клетка захлопнулась. Силуэт останавливается на месте, спиной к Экко. Сначала ждёт. Заметен только медленный наклон головы. Должно быть она крутит пистолет в руках, прямо сейчас, обдумывая что-то. Почему-то парень уверен в этом.
—Что за мастер?
—Репутация идёт впереди тебя.—он не может сдержать усмешки. Слишком уж сильное ощущение дежавю, —"Таинственный мастер Либерта». Некто неуловимый, создающий гениальные изобретения, которые никто не может повторить.
Джинкс появляется перед Экко, как и предполагалось, с пистолетом в руках. Она прижимает его к стенке за парнем, глухо постукивая. Дыхание стало чуть чаще. Действия резче.
—Они здесь из-за меня?
Раскрыть всё полностью? Что он здесь, чтобы найти именно её? И что тогда? Как быстро будет спущен курок ему в лоб?
—И я тоже. Это моё изначальное задание.
Врать Джинкс не хочется. Даже учитывая последствия горькой правды, язык просто не поворачивается сказать сладкую ложь. Всё-таки, она должна знать. Давно пора.
Но вместо ожидаемой пули вылетает ещё один смешок. А вот девушка снова исчезает, давая подсказки о своей позиции все теми же глухими ударами.
—Будьте осторожны, —Слишком тихо для самой себя говорит Джинкс, —Не выходите на окраины. Находитесь в шуме. Будьте готовы ко всему.
Она замолкает, как будто обдумывая, что ещё сказать.
Чужое появление чувствуется за спиной ветром. От этой девушки веет только холодом. Особенно сейчас. Хриплый шёпот разгоняет мурашки по коже.
—Не думайте о дорогих людях. Фантом играет на чувствах. Будь готов стрелять всегда. Даже в…
Скрип старой двери выбивает из ступора, заставляя повернуться.
—Экко? Что-то случилось?
Приходиться потратить всю выдержку, чтобы не начать вертеть головой в поисках Джинкс. Она всё равно исчезла. Снова. Главное, чтобы не навсегда.
—Нет. Просто вышел подышать. Иду.
Кейтлин ждёт его в проходе. Подозревает?
Но внимание Экко забирает другая вещь. Пистолет в его руках. Её пистолет.
This is what you asked for, heavy is the…
Heavy is the crown