Пролог
Шел две тысячи семьсот тридцать шестой год. За последние несколько веков люди совершили огромные прорывы в исследовании космоса. Даже началось то, о чем в начале нашего тысячелетия могли только мечтать. Человечество начало заселять другие планеты нашей Солнечной системы.
Было создано огромное количество всевозможных генераторов и прочей аппаратуры, которая буквально могла менять состав и плотность атмосферы. С помощью таких приспособлений нам уже удалось изменить состав атмосферы Венеры, чтобы температура на планете не превышала пятидесяти градусов и при этом люди могли жить, не прибегая к помощи дополнительного оборудования в виде респираторов, скафандров и прочего. Правда, даже с учетом такого рода инноваций, для переселенцев на Венере имелись свои ограничения.
Они не должны были покидать свои дома после наступления темноты, потому что если положительную температуру удавалось контролировать, отрицательная же абсолютно не поддавалась ему, и поэтому бывали случаи, когда на поверхности она опускалась до трехсот градусов по Цельсию. К счастью, солнечные батареи за дневной период накапливали столько энергии, что можно было обеспечивать несколько домов в течение недели.
Вторым правилом было пребывание на поверхности днем не более пятнадцати минут подряд. В противном случае человек получал слишком большую дозу облучения. Но примечательно то, что чем больше проводилось мероприятий по улучшению атмосферы и формированию озонового слоя, тем дольше становилось безопасное время. Конечно, если имелась защитная экипировка, время нахождения на улице увеличивалось до часа, а при наличии скафандра снималось вовсе.
Подобных мер было достаточно много. Конечно, на Луне их было меньше, но благодаря всему этому с каждым годом число переселенцев все больше перекрывало рождаемость.
Но тремя самыми большими особенностями научного прорыва стали появление филиалов НАСА в каждом без исключения городе Америки и тот факт, что сейчас практически невозможно встретить людей с такими простыми именами вроде Джона, Элис и подобных. Все они уже давно канули в Лету, потому что сейчас всех детей стали называть в честь тех или иных космических объектов. Примером этому могут послужить моя мать, получившая имя в честь Луны или даже я. Ведь отец назвал меня в честь Земли. Более-менее нормальные имена имели люди, которых назвали в честь спутников Урана(1).
Третьей особенностью было то, что космос стал ведущей отраслью, а потому детей, едва они начинали осознавать все, учили всему, что, так или иначе связано с этой наукой. А если подросток выбирал астрономию, астрофизику, космохимию или какую-либо другую отрасль, связанную с космосом, было довольно распространено такое явление, что человек выпускался из школы, уже имея докторскую степень в этой области.
В тот год мне было шесть лет. Мы жили в небольшом доме на берегу Атлантического океана в Джексонвилле. Благо, работа моего отца позволяла нам любые расходы, ведь он был ведущим экспертом Национального управления по аэронавтике и исследованию космического пространства, известному всем под аббревиатурой НАСА, по восстановлению атмосферы и в свои сорок шесть лет имел ученую степень.
Несмотря на свой достаточно малый возраст, я очень хорошо помнила тот день. Он отпечатался в моей памяти вплоть до самых мельчайших подробностей. Прекрасный летний вечер, на небе не было ни единого облачка. Свежий океанский воздух приятно холодил кожу. Чистое небо и отсутствие Луны создавали великолепные условия для наблюдения за одним из самых прекрасных и завораживающих космических явлений – полетом кометы Галлея.
Ее гигантский яркий хвост разрезал темноту небосвода, освещая нашу планету ярче, чем спутник, находящийся в фазе полнолуния.
Орион Франц копался на песчаном берегу в нескольких метрах от нашего дома, настраивая свой старый телескоп – рефлектор Ньютона с апертурой равной двумстам сорока миллиметров.
В наше время этот телескоп считался самым низшим и подходил скорее для детей, которые только начинают изучать космос, но семь столетий назад подобные модели считались едва ли не лучшими, подходящими для самостоятельного изучения Вселенной, ведь чем больше апертура, тем более четкое изображение мы получаем на выходе. Этот факт был известен всем, но редко кто решался брать телескоп, если она была ниже пятисот. Отец вполне мог позволить покупку самого лучшего рефлектора Добсона. Но от этого шага его останавливало то, что наш старый телескоп принадлежал моему прадеду, а Орион был слишком сентиментален для того, чтобы избавиться от приспособления, которое сыграло свою, хоть и незначительную роль, в одном из величайших открытий человечества.
Я очень любила эту историю, а потому никогда не упускала шанса послушать ее в очередной раз.
Когда настройка была закончена, отец посмотрел на наш дом и, увидев меня, сидящую на подоконнике и смотрящую на него через открытое окно гостиной, махнул рукой и крикнул:
— Терра(2), иди сюда!
Мне хотелось поскорее взглянуть на комету через телескоп, поэтому сразу бросилась прочь из дома и едва не врезалась в отца.
— Осторожнее! – сказал Орион, улыбаясь и аккуратно ставя меня на стульчик, чтобы мне было удобнее смотреть. Я заглянула, но в ту же секунду оторвалась и потерла глаза. В стократном увеличении великолепный хвост кометы был слишком ослепительный.
— Прости, солнышко. Я забыл про фильтр, — виновато произнес он, после чего принялся копаться в сумке в поиске подходящего светофильтра, с помощью которого можно будет наблюдать более яркое изображение без последствий для своих глаз.
— Пап, расскажи историю про дедушку, — попросила я, глядя на комету.
— Но ты ведь ее сотни раз слышала! – с напускным возмущением произнес он.
— Ну, пап! – Я обижено надула губы.
— Хорошо. – Орион вернулся к поиску фильтра и принялся рассказывать. – Моему отцу Арктуру(3) тогда было двадцать четыре года. Он совсем недавно поступил на работу в НАСА, чтобы заняться более подробным изучением транснептуновых объектов(4). Когда он начал это дело, то смог заметить незначительное отклонение орбит карликов в поясе Койпера(5). Они сместились. Его это смутило, ведь никогда прежде эти объекты не сходили со своих мест. Дедушка решил проверить, что могло вызвать такие серьезные перемены и спустя несколько месяцев тайных исследований на одном из снимков, заснятым взломанным им старым спутником, увидел ее. – По лицу моего отца было видно, что он уже устал пересказывать мне в тысячный раз эту историю. Собственно, увидев его выражение, мне стало понятно, почему он выбрал сжатую версию этой истории. – Сначала казалось, что спутник развернулся и случайно заснял Землю, но когда дедушка просмотрел серию снимков и понял по смене положения облаков, что эта планета явно подобно Урану и Венере, имеет ретроградное вращение(6). Он заинтересовался этим вопросом и настроил спутник на круглосуточное наблюдение за этим объектом. Им оказалась совершенно новая планета, существование которой в нашей системе длительное время было гипотетическим. Истинная Девятая Планета! Каков же был восторг всего мирового ученого сообщества, после доклада Арктура Франца. Она была точной копией Земли. Оттуда и ее название – Теллурион(7), предложенное Арктуром.
— А еще после этого доклада он получил досрочно ученую степень! – восторженно добавила я.
— Верно, — улыбнулся Орион. Перерыв всю сумку, ему наконец-то удалось найти нужный фильтр. Он вытащил его со дна сумки и закрепил перед передней линзой.
— Пап, скажи, когда она, — я показала кивком на объект нашего наблюдения, — будет в своем перигее(8)?
Орион вновь окинул комету мимолетным взглядом, после чего ответил:
— Как раз сегодня. Примерно через несколько дней за ней уже будет сложнее наблюдать.
После этих слов он снова помог мне встать на стуле. Сейчас, без лишней яркости, вид, открывавшийся через телескоп, завораживал. Огромная ледяная глыба, раскалившаяся из-за своего приближения к солнцу, и нисколько не уступающий ей по размеру огненный хвост, казалось, тянулись на несколько десятков километров.
— Завтра мы всей семьей поедем к дедушке, — как-бы невзначай произнес Орион.
Я знала, что с того дня, как Арктур покинул свой пост, они особо не общались, а для личного визита вне праздника явно должна быть какая-то другая причина.
— Что-то случилось? – поинтересовалась я, отрываясь от наблюдения.
— Он родился в тот же день, когда комета была в своем перигее в последний раз. Семьдесят пять лет назад. Он всю жизнь говорит, что если пришел с кометой, то и уйти должен с ней, — ответил отец. – Думаю, его нужно проведать.
— А когда мы поедем? – спросила я, возвращаясь к наблюдению.
— После завтрака.
— Ой, пап, посмотри! Мне кажется, или она зацепила кентавра(9)? – сказала я, заметив в недрах ее хвоста объект, слишком большой для того, чтобы являться осколком кометы.
Орион помог мне слезть со стула и, заняв мое место, взглянул на указанную мной область.
— Да, ты права, — произнес отец, похвально похлопав меня по плечу. – И, похоже, он там не один. Хм... Это все определенно очень странно. – Он нахмурил брови. – В понедельник на работе разберусь с этим.
Когда папа собрался показать мне подробнее второго предполагаемого «кентавра», нас прервала мама.
Она вся всполошенная бежала из дома по направлению к нам.
— Селена(10), что случилось? – мгновенно подхватывая ее настрой, спросил Орион.
— Твой отец. Арктур, — пытаясь отдышаться от своей пробежки, начала она. – Он умер.
-----
1) Все двадцать семь спутников Урана названы в честь героев пьес Уильяма Шекспира
2) Terra (лат.) – «Земля»
3) Арктур – главная звезда созвездия «Волопас»
4) Транснептуновые объекты – космические тела, обращающиеся вокруг солнца по орбитам, проходящим дальше орбиты Нептуна. В их число входят пояс Койпера (в том числе такие карликовые планеты, как Плутон, Хаумеа, Макемаке и их спутники), объекты рассеянного диска (карликовая планета Эрида) и облако Оорта (основной источник комет в Солнечной системе).
5) Пояс Койпера – пояс астероидов, проходящий между Нептуном и рассеянным диском
6) Ретроградное вращение – вращение объекта, которое возникает вследствие слишком большого наклона оси вращения. Т.е. объекты, имеющие такое вращение, обращаются вокруг Солнца не против часовой стрелки (как должно быть), а по часовой стрелке.
7) Tellurium (лат) (Теллур) – химический элемент, названный в честь Земли.
8) Перигей – минимальное расстояние небесного тела до Земли
9) Кентавры – астероиды, находящиеся в поясе Койпера. Все названы в честь кентавров из греческой мифологии, а потому обобщены под таким названием.
10) Селена – название Луны на греческом языке