16 глава
Ноябрь тянулся медленно, и Муалани каждый раз ловила себя на мысли, что время идёт, а внутри у неё ничего не проясняется. Ей было тяжело. Правда тяжело. Не показать свои чувства становилось всё сложнее с каждой встречей. Девушка старалась держаться привычно — улыбаться, шутить, говорить о бытовых мелочах, но внутри она постоянно была напряжена. Каждая их встреча с Киничем превращалась для неё в маленькое испытание. Она боялась сказать что-то лишнее, сделать глупость, показаться навязчивой.
Кинич, в свою очередь, тоже жил в постоянном внутреннем напряжении.Он всё ещё убеждал себя, что тогда, раньше, ему просто показалось.Вот только легче от этого не становилось.
Их встречи стали реже. Работа, дела, усталость. Иногда он сам отказывался, говоря, что не в настроении или слишком загружен. Иногда она соглашалась слишком легко, когда он писал: «Давай в другой раз».
Для Муалани каждая встреча с ним была одновременно радостью и стрессом. Она приходила домой и долго сидела в тишине. Муалани боялась, что слишком навязчива. Боялась, что он заметит её чувства и ему это будет неприятно. Признаться ему она не могла. Потому что она не была уверена в взаимности. Потому что если он скажет «нет», она потеряет друга.
Кинич же всё глубже уходил в свои сомнения. Он не понимал, почему ему больно от того, что они стали реже видеться. Почему рядом с ней это странное чувство только усиливается. Почему он ловит себя на том, что скучает.
И так ноябрь медленно перетекал в декабрь.
Начало декабря. Суббота.Кинич как раз сидел дома с телефоном в руках, когда резкий звонок в дверь заставил его вздрогнуть. Он даже не сразу понял, что это к нему.
Звонок повторился.
— Иду… — пробормотал парень скорее себе, чем кому-то ещё, поднимаясь с дивана.
Он открыл дверь почти не задумываясь — и на секунду просто застыл.
На пороге стояла Муалани.
— Привет, — сказала девушка, слегка улыбнувшись. — Я тебя не отвлекла?
— Эм… нет, — он моргнул, пытаясь вернуть себе нормальный голос. — Всё нормально. Что-то случилось?
— Слушай… — начала она и на секунду замялась. — Ты не мог бы мне помочь ёлку нарядить?
Кинич нахмурился, даже не скрывая удивления.
— Ёлку? — переспросил он. — Сейчас?
— Ну… да, — она чуть пожала плечами. — Я сегодня хочу поставить.
— Но сейчас же только начало декабря, — сказал он медленно. — Обычно ближе к середине ставят. Или вообще перед Новым годом.
Муалани нервно улыбнулась.
— Я знаю, — быстро сказала она. — Просто… мне так захотелось.
Парень кивнул, но тут же добавил, не удержавшись:
— И… почему тебе нужна моя помощь?
Девушка замолчала. Внутри у неё всё сжалось. Она ведь знала, что он спросит. И она заранее придумала ответ. Только вот сейчас он звучал глупо даже у неё в голове.
— Ну… — протянула она, — одной как-то… не так интересно.
Он отвёл взгляд, будто это помогало собраться с мыслями.
— Понятно, — сказал он после короткой паузы. — Ну… если так.
Кинич не стал отказываться. Даже мысли такой толком не возникло.Он взял ключи,вышел в подъезд и закрыл дверь. Они молча поднялись на этаж выше.
— Спасибо, что согласился, — сказала она уже у своей двери. — Я правда… рада.
— Да не за что. Мне всё равно делать было особо нечего.
Муалани открыла дверь, пропуская его вперёд.
— Проходи.
Кинич и Муалани прошли в гостиную. Посреди комнаты стояла большая искусственная ёлка.Кинич хмыкнул и подошёл ближе, внимательно разглядывая ёлку.
— Ничего себе… — протянул он. — Она больше, чем я думал.
— Да, — девушка тихо рассмеялась.
Она выглядела расслабленной, но внутри у неё всё было не так спокойно.
Муалани развернулась и подошла к шкафу у стены. Верхняя полка была забита коробками.Она поднялась на носочки, вытянула руки вверх, пытаясь дотянуться до ближайшей коробки.
— Сейчас… — пробормотала она. — Тут игрушки и гирлянда…
В этот момент Кинич, не раздумывая, подошёл ближе.
— Давай я, — сказал он спокойно.
Муалани даже не успела ответить. Он оказался рядом слишком быстро,и всё это сбило её с толку. Она машинально отступила на шаг.
— А… да, — выдохнула она. — Спасибо.
Кинич легко достал первую коробку, потом вторую. Муалани поймала себя на том, что просто смотрит на него и забывает, что вообще собиралась делать.
Муалани открыла первую коробку. Внутри аккуратно лежали игрушки.Потом она взялась за вторую коробку и сразу поморщилась.
— А вот это… — протянула она, вытаскивая гирлянду.
Провод был спутан в плотный клубок.
— Отлично, — вздохнула девушка. — Каждый год одно и то же.
Кинич присел рядом, скрестив ноги.
Девушка посмотрела на гирлянду, потом на него.
— Поможешь?
— Ну а зачем я тогда вообще пришёл? — ответил он, пожав плечами.
Кинич и Муалани наклонились ближе, пытаясь разобрать очередной узел. Муалани вдруг осознала, насколько близко он находится. Она почувствовала, как сердце начинает биться быстрее, и поспешно отвела взгляд.
Со временем гирлянда наконец начала поддаваться.
Муалани вдруг поднялась и подошла к колонке у окна. Немного покрутила телефон в руках, полистала плейлист, будто сомневаясь, и только потом включила спокойную новогоднюю музыку,после чего снова села на пол перед ёлкой, разложив рядом игрушки. Девушка взяла один шар, потом другой, потом снова положила их обратно. Она нахмурилась, прикусила губу, снова взяла игрушку — и опять отложила.
Кинич уже стоял рядом с ёлкой, держа в руках верхушку и несколько шаров, но пока не вешал ничего.
Он ловил себя на том, что разглядывает её слишком внимательно. Как она сидит, поджав ноги. Как её волосы чуть выбились из хвоста. Он отмечал каждую мелочь,взгляд возвращался к ней снова и снова.
Муалани вздохнула и тихо рассмеялась.
— Я, кажется, туплю, — призналась она. — Прости, тебе, наверное, скучно стоять.
— Нет, — сразу ответил он. — Я не спешу.
Она подняла на него взгляд, будто проверяя, правда ли это.
— Точно? — уточнила девушка. — Я просто… хочу, чтобы она выглядела нормально, а не как попало.
— У тебя всегда всё нормально получается, — сказал Кинич спокойно.
Она смутилась, быстро отвела глаза.
— Ну не всегда, — буркнула она и снова посмотрела на игрушки. — Ладно… кажется, я придумала.
Муалани поднялась с пола и подошла ближе к ёлке. Теперь они стояли почти рядом. Она указала рукой на нижние ветки, объясняя как она хочет украсить ёлку.
— Хорошо, — ответил парень. — Тогда я начну сверху.
Кинич потянулся к верхним веткам, аккуратно вешая первые игрушки. Муалани тем временем присела обратно, уже увереннее раскладывая украшения.
Иногда Муалани тянулась за новой игрушкой и случайно задевала его руку. Иногда Кинич наклонялся ниже, чтобы взять украшение у неё из ладоней. Эти короткие моменты были почти незаметны, но каждый раз что-то внутри обоих сжималось.Они наряжали ёлку долго. Не потому что было сложно, а потому что Муалани постоянно что-то передумывала.Кинич ничего не сказал. Просто наблюдал, как она аккуратно вешает шар чуть левее, потом поправляет ветку, чтобы он висел ровнее.
Когда с игрушками было почти закончено, Муалани выпрямилась и вздохнула.
— Ну… теперь самое страшное.
— Гирлянда? — уточнил Кинич.
— Она самая, — вздохнула подруга.
Они решили наматывать гирлянду вместе. Кинич держал верх, Муалани шла по кругу снизу, иногда подавая ему провод.
— Чуть левее, — говорила она. — Нет, подожди… да, вот так.
Когда гирлянда была намотана, они оба отступили назад.
— Красиво… — тихо сказала Муалани.
Под самый конец Муалани вдруг сказала.
— Подожди… я сама верхушку поставлю.
Кинич обернулся как раз в тот момент, когда девушка уже тащила небольшой стул. Он выглядел не самым надёжным, слегка расшатанным.
— Муалани, — сразу сказал Кинич, нахмурившись. — Он же шатается.
Она отмахнулась, даже не глядя на него.
— Всё нормально, — легко ответила девушка. — Я каждый год так делаю. Жива же.
— Это не аргумент, — буркнул парень, подходя ближе. — Может, я подержу?
— Не надо, — она уже встала на стул, балансируя. — Я быстро.
Кинич стоял рядом,и смотрел, как она тянется вверх, встаёт на носочки.
— Почти… — пробормотала Муалани, осторожно закрепляя верхушку.Она даже успела выдохнуть и слегка улыбнуться.
И именно в этот момент стул качнулся.
Муалани дёрнулась, теряя равновесие. Кинич среагировал раньше, чем успел что-то осознать. Он шагнул вперёд и поймал её, прижимая к себе.
— Я же говорил… — выдохнул он, испуганно глядя на неё.
Девушка тяжело дышала.Щёки покрылись румянцем от такой близости. Она смотрела на него снизу вверх, не моргая, будто на секунду забыла, где вообще находится.
— Я… я в порядке, — тихо сказала она, но голос дрогнул.
Кинич чувствовал, как колотится его сердце. Его ладони всё ещё держали её.Он не мог сказать ни слова.Ему отчаянно не хотелось её отпускать.Но в следующую секунду он словно очнулся,и отстранился, отпуская её.
— Будь осторожнее, — сказал он отводя взгляд. — Пожалуйста.
Муалани кивнула.Она молча убрала стул, отодвигая его к стене. Руки слегка дрожали, но она старалась этого не показывать.
Его прикосновение было… слишком приятным.
Она поймала себя на этом и тут же испугалась собственных мыслей. Конечно, она ничего не сказала. Только снова посмотрела на ёлку, будто очень внимательно оценивая её.Кинич стоял рядом, тоже молча.
Муалани первой нарушила молчание.
— Слушай, — начала она осторожно. — А ты… ты уже думал, как будешь Новый год проводить?
Кинич чуть заметно напрягся.
— Не особо, — пожал он плечами. — Ещё есть время.
— Ну да, — кивнула девушка, хотя по её взгляду было понятно, что ответ её не устроил. — Но всё равно же обычно как-то планируют. С друзьями, с семьёй…
— Я… — он запнулся, затем тихо добавил: — Посмотрим.
Муалани нахмурилась, но не стала давить.Кинич кивнул, благодарный за то, что она не стала расспрашивать дальше.
Муалани некоторое время молчала, потом вдруг оживилась, словно вспомнив что-то.
— Кстати, — сказала она. — Ко мне, скорее всего, к Новому году приедет подруга.Мы с ней с детства знакомы. Мы очень давно не виделись, если честно. Только переписывались иногда.
— Я о ней… не слышал, — честно признался парень.
— Неудивительно, — Муалани пожала плечами. — Я тебе про нее не рассказывала.
— Это… хорошо, — сказал он после паузы. — Наверное, тебе будет приятно.
— Да, — Муалани мягко улыбнулась. — Я правда скучаю по ней.
Она посмотрела на ёлку, потом снова на Кинича.
— Может… фильм посмотрим? — предложила она.
— Давай, — сказал парень. — Всё равно уже поздно, гулять не пойдём.
Они устроились рядом, на диване. Не слишком близко, но и не на расстоянии.Муалани сначала активно комментировала, что-то шептала, смеялась в нужных местах. Потом её голос стал тише. Кинич заметил это не сразу. И только под конец почувствовал давление на плече.
Он замер.
Муалани задремала — голова девушки осторожно легла ему на плечо, волосы слегка щекотали шею. Дыхание было ровным, спокойным. Она даже не поняла, что сделала.
Кинич сидел, боясь пошевелиться. Сердце билось так громко, что ему казалось она вот-вот проснётся от этого звука. Ему не хотелось отстраняться. Совсем.
С огромным усилием он наклонился чуть ближе.
— Муалани… — тихо позвал он. — Эй.
Она пошевелилась, нахмурилась, потом медленно открыла глаза.
— Мм?.. — сонно протянула девушка, не сразу понимая, где находится.
— Прости, — сказал он быстро. — Я… мне, наверное, уже пора идти.
Муалани моргнула пару раз, потом резко выпрямилась.
— Ой… — она замерла, а потом покраснела. — Боже, я… я правда не специально. Прости, пожалуйста.
— Всё нормально, — поспешно ответил парень, вставая. — Ты просто уснула. Ничего страшного.
— Мне так неловко, — пробормотала она, вставая следом. — Я даже не заметила…
Муалани проводила Кинича в прихожую, всё ещё слегка смущённая.Дверь за Киничем закрылась, и Муалани постояла в прихожей ещё пару секунд, после чего медленно прошла обратно в комнату.
Девушка опустилась на диван, и вдруг почувствовала, как внутри всё сжалось.
— Что я вообще наделала… — прошептала она в пустоту.
Муалани закрыла лицо ладонями. Сердце билось быстро, дыхание сбилось. Ей вдруг стало по-настоящему страшно из-за мысли, что Кинич теперь может что-то понять.
Муалани сглотнула.
Ей так хотелось, чтобы это было нормальным. Чтобы можно было просто лечь ему на плечо — без мыслей, без паники, без этих бесконечных «а вдруг». Чтобы это не было чем-то запретным или слишком личным.
У Муалани никогда не было отношений. Ни школьных симпатий, ни первых неловких свиданий, ни переписок до ночи. Она пропустила всё это — потому что было то не до того, то не с кем.Теперь ей двадцать четыре года. И вроде бы смешно переживать из-за такого. Но внутри она чувствовала себя той самой девчонкой, которая понятия не имеет, что делать со своими чувствами.Муалани закрыла глаза. Ей хотелось, чтобы Кинич чувствовал к ней хоть что-то похожее.
Она усмехнулась сама себе.
Мечтать не вредно, да.
Прошло уже несколько часов. Киничу не становилось легче. Он пытался отвлечься, но всё возвращалось к одному и тому же.К тому, что он больше не мог спорить с собой.Он хотел быть рядом с Муалани. Хотел защищать, помогать, просто знать, что у неё всё хорошо.
Он влюбился.
И это было самым странным и самым страшным.
Кинич никогда не планировал никаких отношений. Ни сейчас, ни в ближайшее время, да и вообще… Он привык держать дистанцию, не подпускать слишком близко. А тут...
Отрицать очевидное уже было просто глупо. Он это понимал.
Но хуже всего было другое.
Он не мог признаться. По крайней мере не сейчас.
Ему было страшно. Страшно всё испортить,что возможно она не чувствует того же. Страшно, что если он сделает шаг вперёд, всё станет только сложнее. Кинич боялся потерять то,что у них уже было.
Мысли не отпускали. Каждая была хуже предыдущей. Они мучили его сильнее любых кошмаров.