Город семи теней

Эва очнулась первой. Резкий порыв холодного воздуха ударил в лицо , и легкие жадно втянули кислород, будто после долгого погружения. Мир плыл, но она тут же вспомнила все – человека в мантии , схватка с ним и приход Беверли.

Рядом пошевелился Кристофер. Он поднялся на колено , моргнул , встряхнул головой и , не теряя времени , посмотрел вокруг. Взгляд наткнулся на тело , лежащее на земле.

Эва: Гарри...

Они бросились к нему. Беверли стоял рядом на коленях , неподвижный как статуя , сжимая руку Гарри обеими ладонями. Кристофер приложил пальцы к шее , и в глазах мелькнула надежда.

Кристофер: Пульс есть... но слабый.
Эва: Нужно в дом , сейчас же!

Они втроем подняли своего начальника. Его тело было тяжелым , неподатливым , но они не останавливались. Беверли держал за плечо , стиснув зубы , не чувствуя собственных ран и слабости.

Дверь дома распахнулась, Маргарет и Офелия бросились навстречу.

Маргарет: Быстрее , на диван!
Офелия: Папа просыпайся, освободи диван!
Маргарет: К черту!!

Женщина вышвырнула мужчину на пол , в руках у него была недопитая бутылка пива и при падении он немного разлил. Мужчина начал ворчать , но Маргарет быстро его заткнула и тот недовольный , ушел в туалет.

Маргарет: Эгоист.

Офелия помогла Эве снять с Гарри куртку , подложила под голову подушку.

В комнате стоял запах дыма и крови , смешанный с ароматом ванили , исходящего от плаща человека в темной мантии, брошенного в углу. Беверли , дрожа , повернулся к Эве.

Беверли: Что нужно сделать!? Говори что! Эва , ты ведьма , черт тебя подери , помоги!
Эва: Успокойся! Хватит истерить и помоги мне. А если не в состоянии , то отойди и не мешайся.
Беверли: Нет! Я и шагу отсюда не сделаю. Если он...если он умрет...яя...

Беверли стал лихорадочно плакать , слезы текли ручьями , словно водопад Виктория. Кристофер и Эва были в шоке от этой картины , они никогда не видели Беверли таким. Парень отошел в сторону , набирая кому-то на телефон, а Беверли процедил.

Беверли: Что тебе нужно , Эва? Скажи что!
Эва: Эээ...так...мне нужен сушенный шалфей , вода и лунный свет.
Маргарет: Поняла!

Женщина достала из шкафа все самое необходимое , разложив перед Эвой: девушка налила в пиалку воду , следом пошел шалфей. Остался последний элемент. Ведьма подошла к окну и лунные лучи падали прямо на содержимое и она начала накладывать чары.

Эва: Volnus abaqua curore...volnus abaqua curore...

Пару минут и отвар был готов. Эва взяла ложку и налила немного отвара , держа Гарри за затылок , осторожно влила ему в рот.

Эва: Давай Гарри , держись.
Беверли: Гарри...если ты сейчас решишь умереть, я никогда себе этого не прощу...Прошу не покидай меня...

Тишина. Несколько секунд казались вечностью. Беверли обнял парня за грудь, тихо всхлипывая. А потом – вдох. Резкий , судорожный , но живой. Гарри кашлянул , задышал чаще , глаза дернулись , а затем приоткрылись. Свенсон пустил свою ладонь в волосы Беверли , тот дернулся.

Беверли: Г-Гарри...?
Гарри: Кха-кха...что за реакция? Расстроен , что я выжил?

Беверли истерично засмеялся , крепче обняв парня. Ему было все равно как он выглядел , главное , что Гарри был жив.

Беверли: Ты жив...а я думал..я думал...
Гарри: Не говори этих слов.

Эва улыбнулась , устало , но с облегчением. Беверли , потеряв контроль, поцеловал парня в губы. От такого зрелища все покраснели , а Эва вопросительно оценивала ситуацию. Беверли закрыл глаза и уткнулся лбом в плечо Гарри.

Беверли: Пожалуйста...никогда так больше не делай...

Вдруг откуда не возьмись за окном послышались звуки полицейской сирены. Пока ведьмы возились с Гарри , Кристофер успел вызвать наряд , теперь они будут сторожить дом Маршов.

Полицейские ходили по территории , что-то записывали , перешептывались , задавали вопросы. Беверли стоял рядом с Гарри– бледный , уставший , но не отходящий от него ни на шаг. Он держал его за руку , словно боялся , что тот снова исчезнет.

Парни дали показания наряду, офицер что-то записал в свой блокнот. Затем Беверли аккуратно помог Гарри сесть в машину , пристегнул ремень.

Беверли: Поехали домой, тебе нужно отдохнуть.

Машина медленно укатила с двора , оставив за собой лишь слабый звук шин и расстилавшуюся тишину.

Во дворе снова стало темно и тихо. Разрушенная трава , обугленные доски забора , выбитые стекла – все дышало следами недавней битвы.

Эва сидела на крыльце , обхватив руками горячую кружку чая. Пальцы дрожали то ли от холода , то ли от пережитого.

Кристофер осторожно подошел и присел рядом , чуть наклонив голову, будто стараясь уловить ее настроение.

Кристофер: Ты как?
Эва: Честно? Я ожидала чего угодно. Паники , истерики , что Беверли снова наткнется на неприятности, но я точно не думала , что он так....отреагирует на Гарри. Это было...
Кристофер: Искренне?
Эва: Да. Они...правда любят друг друга. Крис , это было видно. Знаешь, как он на него смотрел? Как будто весь мир рухнет , если с ним что-то случится....и он тоже. Я не ожидала.

Кристофер посмотрел на нее внимательным , теплым взглядом.

Кристофер: А ты бы тоже так...боролась ? Ну за того , кого любишь?
Эва: Зависит от того , кто этот «тот».
Кристофер: А если этот «тот» сидит сейчас рядом с тобой ?

Эва замерла на секунду – не смущенная , скорее удивленная его прямотой. Она посмеялась , улыбка украсила ее белоснежное лицо , а на щеках появился легкий румянец.

Эва: Ну...если этот «тот» – слишком шумный , глупый , умеет варить ужасно крепкий кофе, шутит несмешно... и хороший человек, то может быть и да...

Кристофер крепко вдохнул , будто только что набрался смелости. Он медленно протянул руку и осторожно приобнял Эву за плечи.

Кристофер: Тогда надеюсь этот «тот» тебе действительно нравится..Хотя бы немножко.

Эва тепло улыбнулась и облокотилась на его плечо.

Эва: Ну...посмотрим на его поведение.

Кристофер тихо рассмеялся , мягко , почти беззвучно. Ночь вокруг была разрушенной , тяжелой...но между ними в этот момент она приобрела яркие краски. И впервые за весь вечер Эва позволила себе почувствовать себя в безопасности.

03:30 ночи.
Дом встретил парней тишиной и мягким полумраком. Беверли едва придерживал Гарри за талию , помогая подняться по ступеням. Каждый шаг давался тяжело , но Гарри упрямо держался на ногах.

Когда они дошли до спальни , Беверли аккуратно усадил его на край кровати.

Беверли: Дай посмотрю.

Он медленно расстегнул пуговицы на рубашке Гарри. Ткань скользнула с плеч , открывая следы удара – темные , болезненные.

Беверли задержал дыхание , будто ударили по нему. Он поднял ладонь и едва уловимо коснулся кожи Гарри , словно боялся причинить боль.

Гарри тихо выдохнул , но не от боли , а то того , как нежно он это делал.

Беверли:Phasmatos sanus malum...phasmatos sanus malum..

Беверли стал произносить заклинание , из его пальцев мягко пробился фиолетовый свет. Он стекал по коже Гарри , впитываясь , растворяя следы от ударов.

Пока он лечил , тишина между ними была такой плотной , что ее почти можно было потрогать. Но напряжение было не пугающим , скорее личным , открытым.

Гарри: Бев..твоя реакция тогда–
Беверли: Я прошу прощения, мне не стоило так разбрасываться эмоциями , тем более на виду у всех.
Гарри: Нет-нет я не это имел ввиду. Мне было очень приятно , что ты за меня переживал.

Гарри аккуратно приподнял подбородок Беверли наверх , вглядываясь в его глаза.

Гарри: Но эти глаза не должны плакать...я не хочу видеть тебя плачущим.

И словно по зову сердца у Беверли машинально скатилась слезы , а легкий ком, словно делая удушающий.  не давал нормально говорить.

Беверли: Просто я...я...я не знаю. Я не привык проявлять свои эмоции , но тогда...когда ты..я..

Беверли хотел отвернуться , но Гарри не дал ему этого сделать , вытирая слезы с его белоснежных щек.

Гарри: Посмотри на меня. Не надо плакать , все хорошо.
Беверли: Ты меня бесишь...

Гарри бархатисто засмеялся , продолжая вытирать мокрое лицо с ведьмы.

Гарри: Почему же ? Неужели мне стоило умереть?
Беверли: Да не в этом дело...я просто..я всегда был спокойный , рассудительный, легко скрывал свои эмоции, не показывал слабость окружающим, и тут появился «ты» и что-то поменялось...

Гарри приобнял его за плечи , прижимаясь ближе. Запах ванили ударил в лицо начальнику, а тело стало чуть влажным от слез Беверли.

Гарри: Твои эмоции — это не слабость. Это сила. Не нужно ее скрывать, ты не будешь «слабым», если ты проронишь слезинку....ну хотя по мне как не поплакаться , я такой красавчик.

Беверли рассмеялся , ударив его в плечо в шуточной форме.

Гарри: Я так хотел увидеть это.
Беверли: Увидеть что?
Гарри: Твою улыбку.

Гарри тихо проговорил.

Гарри: Бев...то что между нами было...то что мы тогда делали – просто коллеги не делают.

Беверли замер , положив руку на грудь Свенсона.

Беверли: Да, я знаю.
Гарри: Мы вели себя так , словно давно уже знаем друг друга и давно вместе.
Беверли: То что мы тогда делали – было необязательным. Нам было хорошо да , но мы слишком поторопили события.
Гарри: Да, я тоже так считаю...Хотя это было..вау.

Беверли тихо усмехнулся , но в глазах снова блеснула влажность. Он указал пальцем на ссадину на соске Гарри и проговорил.

Беверли: Больше так не делай.
Гарри: Я жив и я рядом.

Беверли убрал последнюю темную ссадину с груди Гарри. Раны полностью исчезли. Гарри полностью восстановлен.

Он обхватил лицо Гарри ладонями , притянул ближе – и их губы встретились. Поцелуй был мягким, медленным , почти осторожным. Но в нем было то , что оба так боялись сказать вслух – привязанность и страх потерять друг друга. Они отстранились друг от друга и легли на кровать вместе , обнимая друг друга.

Гарри: Ты готов стать моим ?
Беверли: Ну вообще-то нет...

Гарри медленно отстранился, а Беверли засмеялся. Он пустил пальцы в его волосы и разлохматил их.

Беверли: Потому что я уже твой , глупенький.

Они снова поцеловались , и в этот раз этот поцелуй говорил одно – теперь они вместе и никто и ничто не сможет их разлучить. Новоиспеченные любовные партнеры уснули вместе , находя тепло в объятиях друг друга, встречая рассвет.

Дом семьи Марш

Ночь стояла вязкая и тяжкая. Патруль медленно прохаживался по периметру , освещая участок тусклыми фонарями.

Маргарет уснула на диване , едва коснувшись подушки – усталость взяла свое.

Офелия вышла на крыльцо , чтобы подышать свежим воздухом. Один из солдат стоял неподалеку , держа руки на ремне. Офелия подошла к нему.

Офелия: Извините , могу я пойти к подруге? Она живет по соседству. Я ненадолго.
Солдат: Приказ есть приказ. Никаких ночных выходов. Возвращайся домой и ложись спать.

Офелия опустила глаза , смирившись с тем , что ее не выпускают. Повернулась, собираясь уже уходить в дом , как вдруг...

Офелия: Зря. Очень зря.

Солдат не успел обернуться , как его голова взорвалась на его шее , словно воздушный шарик. Другие солдаты вышли на звук, но Офелия взмахнула рукой.

Офелия: Вы ничего не видели. Занимаетесь своим делом.

Они вернулись на свои позиции, словно ничего не произошло. На ее лице мелькнула тень ухмылки, недоброй ухмылки.

Она прошла мимо мертвого солдата. Внутри дома , на диване лежал связанный ее отец. Он был окутан магическими оковами, а тело дрожало.

Леон: Офелия...Отпусти меня...

Она наклонила голову , как будто просто рассматривала его. В ее глазах не было привычной мягкости – только пустота и странное довольство.

Офелия: Я соскучилась...

Она медленно улыбнулась , но в этой улыбке не было радости.

Офелия: Ну что , папочка. Прогуляемся?

Она щелкнула пальцами и цепи потянули его вперед , прямо к выходу.

Конец главы...