Part eight ; Что их напугало?
Внезапно фонарь над задней дверью школы треснул и погас. Темнота накрывала их волной, исходящей из здания котельной. Из-под ржавой двери выползла струйка не дыма, а густого, чернильного тумана. Он стелился по земле, огибая их ноги, холодный и вязкий.
— Бежим - взвизгнул Илья, но его ноги будто приросли к месту.
Туман сгустился. Звуки города — исчезли, сменившись оглушающей тишиной.
***
— Где я , — Вопрос был задан Алисой, лежащей на полу,на полу катальной? Но они ведь вышли, потом просьба Вадима.. А потом? Она не помнила. На горизонте не было Ильи и Вадима. Чувство тревоги заполнило её.
Осмотревшись,пришло осознание. Да, она была в котельной,но что было не так. В принципе,подвал это такое место,где и не должно быть чувства комфорта, но это был край всего. Могильный холод и запах, сладковатый,с нотками металла. Ужас. Нужно уходить отсюда.
Вдруг, в багровом полумраке, что-то шевельнулось. У дальней стены, скрючившись, сидела тень. Контуры напоминали человеческую фигуру. Алиса замерла.
— Уйди , - простонала тень голосом, в котором смешались десятки шёпотов. — Все уйдут..сгорят..
Алиса отпрянула и наткнулась спиной на что-то твёрдое.
— Не дёргайся.
Голос был хриплый, знакомый. Она обернулась. Вадим прислонился к чёрной трубе, его лицо, обычно выражавшее лишь презрение или злость, было бледным и сосредоточенным. На скуле — свежая царапина. — Ты... как ты здесь оказался?
— Проснулся тут же, у печи, — кивнул он в сторону огромной, холодной топки. — Илью не видел. Это это не наша школа.
К его удивлению, в его глазах не было паники, а лишь холодная собранность.
— Она привела нас сюда не просто так, — прошептала девушка. — «Раскрой правду». Значит, та справка — ложь. Или не вся правда. Нам нужно найти Пифа.
Он выпрямился, и Алиса вдруг заметила, как его взгляд скользнул по ней — быстрый, оценивающий, но не грубый. Проверял, цела ли.
В этот момент из-за груды металла, бывшей дверью, раздался шорох, а затем приглушённый стон. Они кинулись туда, раздвигая острые обломки. Илья лежал ничком, придя в себя. — Где мы ебаный рот.
— Тише, - резко оборвал его Вадим. — Криками тут не поможешь.
— А что тогда делать? Нужно искать выход.
— Да ты блять мисс-очевидность. - Начал бычить Исаев, но лёгкая,женская рука прислонилось к нему , и пыл моментально спал.
Они выбрались из котельной в коридор школы. Или то, что когда-то было коридором. Стены здесь были покрыты не краской и побелкой, а струйками застывшей, бордовой краски,или.. не краски?
По коридору, не замечая их, бесцельно бродили фигуры. Ученики в старомодной форме , учителя с пустыми лицами. Они не разговаривали, не взаимодействовали. Они просто были, вечно застряв в каком-то моменте того дня. Некоторые из них метались в панике, другие плакали, зажимая уши. Всех их объединяло одно — на их лицах, в их движениях был застывший ужас.
Внезапно образы оживились. Все фигуры в один миг повернули головы в одном направлении — в конец коридора, к лестнице, ведущей наверх. Их безликие рты разом открылись в беззвучном крике. А затем, как по команде, они бросились бежать, растворяясь в стенах, в полу, в воздухе, оставляя после себя лишь леденящий холод.
— Что их напугало? — прошептала Алиса.
Из темноты лестничного пролёта послышался медленный, тяжёлый скрежет — звук открывающейся массивной двери. И шаги. Размеренные, властные, с лязгом ключей на поясе.
Из мрака на них смотрел Сергей Алексеевич, завуч. Его лицо было неестественно гладким, будто восковым, глаза — пустыми, чёрными дырами. Уголки грозно растянуты в неестественной улыбке.
— Ученики не на уроке? - его голос звучал как скрип ржавых петель, многоголосо и нечеловечески. — Нарушение. Большое нарушение.
Он сделал шаг вперёд, и его тень на стене вытянулась, превратившись в огромную, уродливую фигуру.
Вадим инстинктивно шагнул вперёд, заслонив Алису.
— Это просто игра теней.
— Наказание! — проревел Алексеевич и из его пустых глазниц хлынули потоки чёрного дыма.
Илья в ужасе отшатнулся. Но Алиса, глядя на это чудовищное отражение авторитета и контроля, вдруг поняла.
— Он олицетворяет систему, которая замолчала смерть. Которой было проще списать всё на несчастный случай.
Вадим, не отводя глаз от приближающейся тени, кивнул.
— Ты — всего лишь тень, власть тут точно не ты. - Как можно грубее выпалил Исаев.
Образ завуча замер, заколебался. Его восковое лицо пошло трещинами. Из трещин повалил тот же чёрный дым. С шипящим звуком, будто гаснущее полено, фигура рассыпалась, превратившись в кучу пепла на липком полу. Путь наверх был открыт. Но они понимали — это только первое препятствие. Школа раскрывала перед ними слои лжи, которые им предстояло пройти, чтобы добраться до сердцевины — до истинной причины смерти Елены. И следующий этап, как подсказывала интуиция, лежал в самом сердце школьной иерархии того времени — в кабинете директора, где, возможно, и было принято роковое решение похоронить правду.
Омайгад,нихуя